1. Уголовный кодекс Российской Федерации в статье 1281 устанавливает повышенную уголовную ответственность за клевету (т.е. за распространение заведомо ложных сведений, порочащих честь и достоинство другого лица или подрывающих его репутацию), в частности совершенную публично с использованием информационно- телекоммуникационных сетей, включая сеть «Интернет» (часть вторая).
1.1. Приговором исполняющего обязанности мирового судьи от 15 февраля 2023 года гражданка Л.Г.Рогова признана виновной в совершении преступления, предусмотренного частью второй статьи 1281 УК Российской Федерации, ей назначено наказание в виде штрафа в размере 600 тыс. руб. Данный приговор оставлен без изменения судами вышестоящих инстанций (апелляционное постановление городского суда от 4 апреля 2023 года, постановление Первого кассационного суда общей юрисдикции от 21 декабря 2023 года, постановление судьи Верховного Суда Российской Федерации от 13 мая 2024 года об отказе в передаче жалобы стороны защиты для рассмотрения в судебном заседании суда кассационной инстанции). Как установил суд, Л.Г.Рогова на почве личных неприязненных отношений и из мести в связи с земельным спором составила от своего имени в электронном виде текст публичного обращения (заявления), который содержал заведомо ложную негативную информацию в форме утверждения относительно двух лиц – депутата представительного органа муниципального образования и председателя комитета по муниципальному имуществу того же муниципального образования, в частности о том, что они, являясь ее соседями, позорят имя одной из политических партий и представляют угрозу для всего российского 3 общества, длительное время превышают свои полномочия и пытаются лишить ее собственности: перенесли свой самовольно установленный забор на ее земельный участок и неосновательно инициировали проведение проверок его использования. Данное обращение в форме электронного документа было направлено через официальные интернет- порталы, интернет-приемные и адреса электронной почты различным органам публичной власти, должностным лицам и организациям, осуществляющим публично значимые функции (далее также – субъекты, осуществляющие публично значимые функции), а именно: в Комиссию Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации по вопросам контроля за достоверностью сведений о доходах, об имуществе и обязательствах имущественного характера, представляемых депутатами Государственной Думы, и мандатным вопросам; в комиссию по этике политической партии и в региональную общественную приемную председателя этой партии; в областные отделения двух других политических партий; в администрацию муниципального образования и уполномоченному по правам человека в субъекте Российской Федерации, в котором находится земельный участок заявительницы. Суд, признав вину Л.Г.Роговой, исходил из того, что приведенные в ее обращении сведения о злоупотреблении потерпевшими своим служебным положением и его использовании в личных целях не соответствовали действительности, т.е. являлись ложными, порочащими честь и достоинство этих лиц, подрывающими их репутацию, и расценил ее обращения как злоупотребление правом, обусловленное недобросовестными намерениями, желанием своими ложными утверждениями в отношении потерпевших причинить им вред, а не защитить свои права. Как указано в приговоре, ее недобросовестность следовала из самой сути обращения и его направления в несколько партийных организаций, не имеющих отношения к разрешению спорных вопросов в сфере земельного законодательства, а также из желания при разрешении земельного спора во внесудебном порядке извлечь 4 преимущества в результате сообщения различным субъектам, осуществляющим публично значимые функции, именно ложных сведений, порочащих честь и достоинство потерпевших и подрывающих их репутацию. Кроме того, суд пришел к выводу о публичности распространения таких сведений, поскольку обращение Л.Г.Роговой было направлено по незащищенным каналам связи в сети «Интернет», его содержание стало доступным неопределенному кругу лиц, оно зарегистрировано всеми получателями и приобрело огласку, в частности потому, что уполномоченные лица готовили на него ответы.
1.2. По мнению Л.Г.Роговой, часть вторая статьи 1281 УК Российской Федерации не соответствует статьям 29, 33, 35 и 45 Конституции Российской Федерации, поскольку данная норма в системе действующего правового регулирования и по смыслу, придаваемому ей правоприменительной практикой, позволяет привлекать к уголовной ответственности за направление обращения в государственные и иные органы через их официальные интернет-приемные в рамках реализации гражданином конституционных прав на защиту, на охрану своей частной собственности и на свободное выражение собственного мнения. Таким образом, исходя из предписаний статей 36, 74, 96 и 97 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации» предметом рассмотрения Конституционного Суда Российской Федерации по настоящему делу выступает часть вторая статьи 1281 УК Российской Федерации в той мере, в какой на ее основании в системе действующего правового регулирования разрешается вопрос о применении такого квалифицирующего признака клеветы, как ее совершение публично с использованием информационно- телекоммуникационных сетей, включая сеть «Интернет», в случае направления лицом обращений в органы публичной власти, должностным лицам и организациям, осуществляющим публично значимые функции, посредством использования средств коммуникации с ними в сети «Интернет». 5
2. Конституция Российской Федерации, провозглашая человека, его права и свободы высшей ценностью, возлагает на Россию как демократическое правовое государство обязанность признавать, соблюдать и защищать права и свободы человека и гражданина, которые являются непосредственно действующими, определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием (статьи 1 и 2; статья 17, часть 1; статья 18); гарантирует каждому свободу мысли и слова, право свободно искать, получать, передавать, производить и распространять информацию любым законным способом (статья 29, части 1 и 4) и закрепляет право граждан Российской Федерации обращаться лично, а также направлять индивидуальные и коллективные обращения в государственные органы и органы местного самоуправления (статья 33). Конституционное право граждан на обращение в совокупности с другими элементами правового статуса личности позволяет им выразить свое отношение к деятельности публичной власти, проявить заинтересованность в эффективной организации государственной и общественной жизни, не только подать в государственные органы и органы местного самоуправления или должностному лицу заявление, ходатайство или жалобу, но и получить на них адекватный ответ (постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 3 мая 1995 года
3. Законодательную основу регулирования правоотношений, связанных с реализацией гражданами Российской Федерации конституционного права на обращение, образует Федеральный закон от 2 мая 2006 года № 59-ФЗ «О порядке рассмотрения обращений граждан Российской Федерации», который устанавливает порядок рассмотрения обращений граждан государственными органами, органами местного самоуправления и должностными лицами, распространяясь также на правоотношения, связанные с рассмотрением обращений граждан осуществляющими публично значимые функции государственными и муниципальными учреждениями, иными организациями и их должностными лицами (части 1 и 4 статьи 1). Закрепляя принцип свободной и добровольной реализации гражданами права на обращение и устанавливая недопустимость нарушения при его осуществлении прав и свобод других лиц, данный Федеральный закон содержит требования, направленные на защиту чести и достоинства личности, охрану общественных отношений в сфере рассмотрения обращений граждан, а также правила противодействия злоупотреблению правом (часть 2 статьи 2, часть 3 статьи 11 и др.). При этом, определяя требования к письменному обращению и права 8 гражданина при его рассмотрении, законодатель не устанавливает специальных условий относительно содержания обращений, за исключением случаев, когда предусматривается возможность не давать ответ по существу поставленных в нем вопросов, а также не определяет критериев оценки обоснованности обращения, презюмируя обязательность принятия его к рассмотрению (статьи 5, 7, 9 и 11 Федерального закона «О порядке рассмотрения обращений граждан Российской Федерации»). Данный правовой механизм предоставляет гражданам достаточно широкие возможности при реализации конституционного права на обращение. В частности, гражданин может направить обращение в государственный орган, орган местного самоуправления или должностному лицу, даже если предполагаемое им нарушение его прав не подтверждено конкретными фактами. Такое обращение само по себе не может считаться необоснованным и исключенным из сферы действия гарантий, установленных Федеральным законом «О порядке рассмотрения обращений граждан Российской Федерации», а потому сообщаемые в нем сведения должны получить правовую оценку соответствующих органов или должностного лица в целях обеспечения конституционных прав и свобод обратившегося гражданина или других лиц. Письменное обращение подлежит обработке, даже когда оно содержит вопросы, разрешение которых не входит в компетенцию государственного органа, органа местного самоуправления или должностного лица: оно регистрируется и направляется в орган или должностному лицу, наделенным полномочиями для решения поставленных в нем вопросов, о чем уведомляется гражданин, направивший обращение (части 1–3 статьи 8 того же Федерального закона). Следует учитывать, что обжалование или критика действий (бездействия) должностных лиц государственных органов, органов местного самоуправления или политических деятелей предполагает более высокий уровень допустимости сообщаемой информации. Это обусловлено тем, что деятельность указанных лиц носит публичный 9 характер и может стать объектом общественной дискуссии и критики. К служебному и неслужебному поведению таких лиц предъявляются повышенные требования в части как их профессиональных, так и нравственных качеств, что необходимо для поддержания взаимного доверия государства и общества в качестве особой конституционной ценности (статья 751 Конституции Российской Федерации).
3.1. В рамках осуществления дискреционных полномочий законодатель в статье 6 Федерального закона «О порядке рассмотрения обращений граждан Российской Федерации» установил гарантии безопасности гражданина в связи с его обращением, с тем чтобы реализация им конституционного права не вела к умалению или отрицанию других его прав и свобод, а также с целью минимизации негативного воздействия на иных лиц, чьи права и свободы могут быть затронуты сведениями, сообщаемыми в обращении. Согласно данной норме запрещается преследование гражданина в связи с его обращением в государственный орган, орган местного самоуправления или к должностному лицу с критикой деятельности указанных органов или должностного лица либо в целях восстановления или защиты своих прав, свобод и законных интересов либо прав, свобод и законных интересов других лиц (часть 1), а при рассмотрении обращения запрещается разглашение содержащихся в нем сведений, а также сведений, касающихся частной жизни гражданина, без его согласия; при этом направление письменного обращения в государственный орган, орган местного самоуправления или должностному лицу, в компетенцию которых входит решение поставленных в обращении вопросов, не является разглашением сведений, содержащихся в обращении (часть 2). Раскрывая конституционно-правовой смысл данных предписаний,
4.1. Определяя в части первой статьи 1281 УК Российской Федерации состав такого преступления, как клевета, федеральный законодатель в качестве криминообразующего (составообразующего) признака его объективной стороны установил именно распространение заведомо ложных сведений, порочащих честь и достоинство другого лица или подрывающих его репутацию, с учетом чего способы совершения этого деяния должны оцениваться судами в каждом конкретном случае исходя из фактических обстоятельств.
4.2. Часть вторая статьи 1281 УК Российской Федерации усиливает уголовную ответственность за клевету, совершенную публично с использованием информационно-телекоммуникационных сетей, включая сеть «Интернет». Согласно разъяснениям, данным Пленумом Верховного Суда Российской Федерации, под информационно-телекоммуникационной сетью в соответствующих статьях Особенной части УК Российской Федерации понимается технологическая система, предназначенная для передачи по линиям связи информации, доступ к которой осуществляется с использованием средств вычислительной техники; для целей уголовного законодательства понятия электронных и информационно- телекоммуникационных сетей не разграничиваются; при этом следует иметь в виду, что сеть «Интернет» является одним из их видов; при квалификации преступлений, совершаемых с использованием электронных или информационно-телекоммуникационных сетей, включая сеть «Интернет», должно быть установлено, что лицо осуществляло такие деяния умышленно, осознавало содержание и общественную опасность соответствующих действий, включая характер распространяемой, 15 рекламируемой или демонстрируемой информации, предоставление доступа к ней широкому кругу лиц, а также должны быть установлены другие обстоятельства, имеющие значение для юридической оценки содеянного (пункты 17 и 23 постановления от 15 декабря 2022 года № 37 «О некоторых вопросах судебной практики по уголовным делам о преступлениях в сфере компьютерной информации, а также иных преступлениях, совершенных с использованием электронных или информационно-телекоммуникационных сетей, включая сеть «Интернет»). Современные технические способы коммуникации, включая сеть «Интернет», существенно снижают затраты на передачу информации по сравнению с традиционными методами, обеспечивая упрощение и ускорение процесса информирования как широкой аудитории, так и отдельных лиц. Данные преимущества могут быть использованы для совершения противоправных действий, что усугубляет негативные последствия для различных участников общественных отношений. Неслучайно к обстоятельствам, отягчающим наказание, законодатель отнес совершение умышленного преступления с публичной демонстрацией, в том числе в средствах массовой информации или информационно-телекоммуникационных сетях (включая сеть «Интернет») (пункт «т» части первой статьи 63 УК Российской Федерации). Кроме того, аналогичное обстоятельство названо в качестве квалифицирующего признака для различных составов уголовно наказуемых деяний (например, пункт «о» части второй статьи 105, пункт «и» части второй статьи 126, пункт «б» части второй статьи 150, пункт «д» части второй статьи 3221 и др. УК Российской Федерации). Характеризуя признак публичности применительно к составу преступления, предусмотренного статьей 282 «Возбуждение ненависти либо вражды, а равно унижение человеческого достоинства» УК Российской Федерации, Пленум Верховного Суда Российской Федерации отметил, что указанные в данной статье действия признаются совершенными публично, в том числе с использованием средств массовой информации либо информационно-телекоммуникационных сетей, включая сеть «Интернет» (например, выступления на собраниях, митингах, 16 распространение листовок, плакатов, размещение соответствующей информации в журналах, брошюрах, книгах, на сайтах, форумах или в блогах, массовая рассылка электронных сообщений и иные подобные действия, в том числе рассчитанные на последующее ознакомление с информацией других лиц) (абзац первый пункта 7 постановления от 28 июня 2011 года № 11 «О судебной практике по уголовным делам о преступлениях экстремистской направленности»). Верховный Суд Российской Федерации таким образом обращает внимание судов на многообразие форм публичности распространения информации в том числе посредством информационно- телекоммуникационных сетей, включая сеть «Интернет». Соответственно, использование для совершения клеветы информационно-телекоммуникационных сетей, включая сеть «Интернет», является квалифицирующим признаком состава преступления, предусмотренного частью второй статьи 1281 УК Российской Федерации, в тех случаях, когда у распространяющего сведения лица имеется осознанное намерение адресовать их именно таким образом или сделать доступными широкому (неопределенному), т.е. с очевидностью выходящему за пределы адресной рассылки, кругу лиц. Если же органы публичной власти, должностные лица и организации, осуществляющие публично значимые функции, для информационного взаимодействия с гражданами обеспечивают возможность подачи им обращения через официальные интернет-сайты или иным аналогичным образом, то обязанность исключить доступ неопределенного круга лиц к таким обращениям возлагается на этот орган, организацию или должностное лицо, поскольку для гражданина электронная коммуникация предполагает соблюдение общих конституционных гарантий, включая право на тайну переписки, гарантируемое статьей 23 (часть 2) Конституции Российской Федерации. Данное конституционное предписание нашло отражение во многих федеральных законах, регулирующих взаимодействие государства и граждан, а также связанные с этим вопросы обработки информации, защиты 17 персональных данных, предоставления государственных и муниципальных услуг и использования средств связи.
4.3. Как неоднократно указывал
5. В соответствии с частью второй статьи 100 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации» в случае, если
1. Признать часть вторую статьи 1281 УК Российской Федерации не противоречащей Конституции Российской Федерации, поскольку по своему конституционно-правовому смыслу в системе действующего правового регулирования она не предполагает оценки переписки с органами публичной власти, должностными лицами и организациями, осуществляющими публично значимые функции, через официальные средства коммуникации с ними в сети «Интернет» (при которой использование данной сети является лишь способом направления обращения в письменной форме, не предполагающим доступности его содержания широкому (неопределенному) кругу лиц) в качестве публичного распространения информации с использованием информационно-телекоммуникационных сетей, включая сеть «Интернет», дающего основания для квалификации данного деяния по этой части названной статьи.
2. Выявленный в настоящем Постановлении конституционно-правовой смысл части второй статьи 1281 УК Российской Федерации является общеобязательным, что исключает любое иное ее истолкование в правоприменительной практике.
3. Судебные решения, вынесенные по делу гражданки Роговой Лилии Геннадьевны на основании части второй статьи 1281 УК Российской Федерации в истолковании, расходящемся с ее конституционно-правовым смыслом, выявленным в настоящем Постановлении, подлежат пересмотру в установленном порядке, если для этого нет иных препятствий.
4. Настоящее Постановление окончательно, не подлежит обжалованию, вступает в силу со дня официального опубликования, действует непосредственно и не требует подтверждения другими органами и должностными лицами.
5. Настоящее Постановление подлежит незамедлительному опубликованию в «Российской газете», «Собрании законодательства 21 Российской Федерации» и на «Официальном интернет-портале правовой информации» (www.pravo.gov.ru).