1. Гражданин В.Ю.Сафонов оспаривает конституционность следующих положений статьи 152 ГК Российской Федерации: пункта 1, согласно которому, в частности, гражданин вправе требовать по суду опровержения порочащих его честь, достоинство или деловую репутацию сведений, если распространивший такие сведения не докажет, что они соответствуют действительности; пункта 5, предусматривающего, что, если сведения, порочащие честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, оказались после их 2 распространения доступными в сети «Интернет», гражданин вправе требовать удаления соответствующей информации, а также опровержения указанных сведений способом, обеспечивающим доведение опровержения до пользователей сети «Интернет»; пункта 8, гарантирующего гражданину, в отношении которого распространены сведения, порочащие его честь, достоинство или деловую репутацию, право обратиться в суд с заявлением о признании этих сведений не соответствующими действительности, если установить лицо, распространившее их, невозможно; пункта 9, закрепляющего, что гражданин, в отношении которого распространены порочащие сведения, наряду с опровержением таких сведений или опубликованием своего ответа вправе требовать возмещения убытков и компенсации морального вреда, причиненных распространением таких сведений. Как следует из представленных материалов, заявителю и гражданке С. отказано в иске о защите чести, достоинства, доброго имени и деловой репутации, о защите информации о частной жизни, возмещении убытков и компенсации морального вреда в части сведений, распространенных средством массовой информации (сетевым изданием), учредителем которого являлся ответчик, признанный иностранным агентом, а также сведений, опубликованных на персональной странице в социальной сети и в аккаунте (канале) сервиса обмена мгновенными сообщениями другого ответчика. По мнению заявителя, оспариваемые законоположения не соответствуют статьям 2, 15 (часть 1), 17, 18, 21 (часть 1), 23 (часть 1), 24 (часть 1), 29 (части 1, 4 и 5), 45 и 46 (часть 1) Конституции Российской Федерации в той мере, в какой в системе действующего правового регулирования по смыслу, придаваемому им правоприменительной практикой, они не позволяют гражданам защищать свои честь, достоинство и доброе имя в случае распространения порочащих их сведений лицом, внесенным в реестр иностранных агентов, а также в случае опубликования таких сведений на персональных страницах в социальных сетях (в аккаунтах 3 (каналах) сервиса обмена мгновенными сообщениями), притом что доступ к таким страницам (аккаунтам) могут иметь как их владельцы, так и третьи лица.
2. Конституция Российской Федерации признает человека, его права и свободы высшей ценностью и возлагает на Россию как демократическое правовое государство обязанность признавать, соблюдать и защищать права и свободы человека и гражданина, в том числе права каждого на охрану достоинства, на защиту своей чести и доброго имени, а также гарантировать их согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации (статьи 1 и 2; статья 17, часть 1; статья 21, часть 1; статья 23, часть 1). Будучи непосредственно действующими, указанные права человека определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием (статья 18 Конституции Российской Федерации). Поскольку ничто не может быть основанием для умаления достоинства личности, постольку никто не может быть ограничен в защите перед судом своего достоинства, а также всех связанных с ним прав и свобод. В силу статьи 29 (части 1 и 4) Конституции Российской Федерации каждому гарантируется свобода мысли и слова, право свободно искать, получать, передавать, производить и распространять информацию любым законным способом. Право на свободное выражение своего мнения, включая свободу искать, получать и распространять всякого рода информацию, идеи независимо от государственных границ, устно, письменно, посредством печати и иными способами по своему выбору, закреплено и Международным пактом о гражданских и политических правах, в котором при этом подчеркивается, что пользование соответствующими правами налагает особые обязанности и особую ответственность и что их ограничения могут быть установлены законом, в том числе когда это нужно для уважения прав и репутации других лиц (пункты 2 и 3 статьи 19). 4
3. Приведенные конституционные положения конкретизированы Гражданским кодексом Российской Федерации, в частности, применительно к защите таких нематериальных благ, как достоинство личности, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, которая осуществляется в соответствии с данным Кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и в тех пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав, включая восстановление положения, существовавшего до нарушения права, и пресечение действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения, а также самозащиту права (статьи 12 и 14), отвечает существу нарушенного нематериального права и характеру последствий этого нарушения.
3.1. Одним из важнейших способов защиты достоинства, чести и доброго имени граждан выступает опровержение по суду порочащих их сведений на основе пункта 1 статьи 152 ГК Российской Федерации. 5 Указанное положение, возлагая на лицо, распространившее порочащие честь, достоинство или деловую репутацию другого лица сведения, обязанность представить доказательства, подтверждающие, что эти сведения соответствуют действительности, либо опровергнуть распространенные сведения, как неоднократно отмечал
3.2. В случае, когда установить лицо, распространившее порочащие сведения, невозможно, пункт 8 статьи 152 ГК Российской Федерации в качестве дополнительной гарантии защиты нематериальных благ предусматривает право гражданина, в отношении которого распространены такие сведения, обратиться в суд с заявлением о признании этих сведений не соответствующими действительности. Согласно разъяснениям Пленума Верховного Суда Российской Федерации, изложенным в пункте 2 постановления «О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц», такое 7 заявление рассматривается в порядке особого производства (подраздел IV ГПК Российской Федерации). Как отмечал
3.3. Пункт 9 статьи 152 названного Кодекса гарантирует гражданину, в отношении которого распространены сведения, порочащие его честь, достоинство или деловую репутацию, право требовать возмещения убытков и компенсации морального вреда, причиненных распространением таких сведений. В исключение из общего правила, предполагающего вину причинителя вреда, закон предусматривает безвиновную ответственность распространителя порочащих сведений (статьи 1064 и 1100 ГК Российской Федерации). Это – в совокупности с распределением бремени доказывания таких обстоятельств, как достоверность порочащих сведений, – повышает 8 вероятность компенсации и потому укрепляет охрану чести, достоинства и деловой репутации. Сопутствующим результатом законодательного закрепления экономических стимулов воздерживаться от поведения, способного нанести ущерб этим конституционным ценностям, является и повышение стандарта добросовестности, если осуществление права или исполнение обязанности связано с риском умаления чести, достоинства или деловой репутации иного лица (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 21 июля 2023 года
4. Таким образом, пункты 1, 5, 8 и 9 статьи 152 ГК Российской Федерации устанавливают специальные способы защиты личных неимущественных прав лица, в отношении которого были распространены порочащие его честь, достоинство или деловую репутацию сведения, не соответствующие действительности. Как таковые данные нормы не препятствуют применению других способов защиты прав, в том числе в тех случаях, когда сведения о частной жизни лица опубликованы без его на то согласия (статья 1522 ГК Российской Федерации и др.) или когда субъективное мнение было высказано в оскорбительной форме, унижающей честь, достоинство гражданина (статья 5.61, часть 12 статьи 13.15 КоАП Российской Федерации, статья 151-1, пункт 71 статьи 153 Федерального закона от 27 июля 2006 года № 149-ФЗ «Об информации, информационных технологиях и о защите информации» и др.). Из приложенных к жалобе материалов следует, что в деле с участием заявителя суды исходили в том числе из того, что лицо, которое имеет отношение к размещению ряда спорных сведений, не установлено, а доказательства их размещения конкретным ответчиком не представлены, а также что В.Ю.Сафонов не обращался к владельцам соответствующих интернет-ресурсов в целях удаления сведений, порочащих, по его мнению, его честь и достоинство, а также для установления лиц, опубликовавших эти сведения. 9 Соответственно, пункты 1, 5, 8 и 9 статьи 152 ГК Российской Федерации не могут расцениваться в качестве нарушающих конституционные права заявителя. Установление же фактических обстоятельств конкретного дела и проверка обоснованности сделанных на основании их оценки выводов судов не относятся к компетенции Конституционного Суда Российской Федерации, как она определена статьей 125 Конституции Российской Федерации и статьей 3 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации». Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 части первой статьи 43 и частью первой статьи 79 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации»,
1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Сафонова Владислава Юрьевича, поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», в соответствии с которыми жалоба в
2. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит.