1. Гражданин Д.М.Серегин оспаривает конституционность следующих положений Гражданского кодекса Российской Федерации: пункта 2 статьи 168, предусматривающего, что сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки; 2 пункта 1 статьи 196, определяющего, что общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 данного Кодекса; пункта 1 статьи 200, закрепляющего, что, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права; статьи 301 о том, что собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения; пунктов 1 и 2 статьи 302, согласно которым если имущество возмездно приобретено у лица, которое не имело права его отчуждать, о чем приобретатель не знал и не мог знать (добросовестный приобретатель), то собственник вправе истребовать это имущество от приобретателя в случае, когда имущество утеряно собственником или лицом, которому имущество было передано собственником во владение, либо похищено у того или другого, либо выбыло из их владения иным путем помимо их воли; если имущество приобретено безвозмездно от лица, которое не имело права его отчуждать, собственник вправе истребовать имущество во всех случаях. Заявитель также оспаривает конституционность части первой статьи 3271 ГПК Российской Федерации о том, что суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционных жалобе, представлении и возражениях относительно жалобы, представления; суд апелляционной инстанции оценивает имеющиеся в деле, а также дополнительно представленные доказательства; дополнительные доказательства принимаются судом апелляционной инстанции, если лицо, участвующее в деле, обосновало невозможность их представления в суд первой инстанции по причинам, не зависящим от него, и суд признает эти причины уважительными; о принятии новых доказательств суд апелляционной инстанции выносит определение. Из представленных материалов следует, что при пересмотре гражданского дела по новым обстоятельствам определением судебной 3 коллегии по гражданским делам суда апелляционной инстанции, принятым при новом рассмотрении дела, удовлетворены исковые требования прокурора в интересах администрации муниципального района и неопределенного круга лиц, из незаконного владения Д.М.Серегина истребован земельный участок, его право собственности на данный участок прекращено, принято решение об исключении всех сведений о земельном участке из Единого государственного реестра недвижимости. В удовлетворении встречного иска Д.М.Серегина о признании добросовестным приобретателем земельного участка отказано. При этом суд апелляционной инстанции принял в качестве дополнительных доказательств представленные прокурором копии материалов уголовного дела, а также отклонил заявление Д.М.Серегина о применении срока исковой давности, признав его не пропущенным исходя из того, когда была проведена прокурорская проверка, а также когда администрации муниципального района стало известно о выбытии земельного участка. С указанным определением согласились суды вышестоящих инстанций. По мнению заявителя, пункт 2 статьи 168, статья 301 и пункт 1 статьи 302 ГК Российской Федерации позволяют истребовать у добросовестных приобретателей земельные участки, выбывшие из владения публичных образований, которые своевременно не предприняли достаточных, разумных и своевременных мер по защите и оформлению права собственности, вследствие чего ошибки публичных органов приводят к утрате частными лицами права собственности в будущем; пункты 1 и 2 статьи 302 данного Кодекса допускают изъятие у добросовестного приобретателя имущества в пользу публично-правового образования без предварительного равноценного возмещения; пункт 1 статьи 196 и пункт 1 статьи 200 этого Кодекса во взаимосвязи позволяют представителям публичной власти произвольно и без каких-либо временных ограничений определять дату начала течения срока исковой давности. 4 В связи с этим, как указывает Д.М.Серегин, данные положения не соответствуют статьям 1 (часть 1), 2, 8, 9 (часть 2), 19 (части 1 и 2), 35 (части 1–3), 36 (части 1 и 2) и 55 (части 2 и 3) Конституции Российской Федерации. Заявитель также полагает, что часть первая статьи 3271 ГПК Российской Федерации по смыслу, придаваемому ей правоприменительной практикой, в нарушение статей 19 (части 1 и 2) и 123 (часть 3) Конституции Российской Федерации, в частности, не обеспечивает предсказуемости правового положения ответчиков в гражданском процессе и игнорирует принцип добросовестности, давая неограниченные возможности прокурору в представлении для целей пересмотра дела доказательств, а также создает преимущество прокурору, у которого имеется доступ к материалам, составляющим тайну предварительного следствия.
2. Конституционный Суд Российской Федерации, изучив представленные материалы, не находит оснований для принятия данной жалобы к рассмотрению. Статья 168 ГК Российской Федерации (в том числе ее пункт 2) развивает положения статьи 15 (часть 2) Конституции Российской Федерации об обязанности граждан и их объединений соблюдать Конституцию Российской Федерации и законы и закрепляет способ защиты прав заинтересованных лиц (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 25 июня 2019 года
1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Серегина Дениса Михайловича, поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», в соответствии с которыми жалоба в
2. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит.