1. Гражданин Ю.А.Водянников оспаривает конституционность частей первой и четвертой статьи 159 «Мошенничество» УК Российской Федерации. Согласно представленным материалам, Ю.А.Водянников апелляционным приговором признан виновным в совершении в составе группы лиц по предварительному сговору мошенничества, т.е. хищения чужого имущества и приобретения права на чужое имущество путем обмана, в особо крупном размере. По оценке суда апелляционной инстанции, участники группы (в которую также входили граждане Н. и Т., а в отношении последней велось исполнительное производство по взысканию задолженности в пользу 2 гражданина М.) подготовили и предоставили в суд фиктивные договоры возмездного оказания услуг и займа, содержащие заведомо ложные сведения об обязательствах имущественного характера. Определениями районных судов утверждены мировые соглашения, заключенные Ю.А.Водянниковым, Т. и Н. Полученные на основании этих решений исполнительные листы были представлены в подразделение Федеральной службы судебных приставов. В рамках сводного исполнительного производства денежные средства, полученные от реализации арестованного имущества Т., распределены следующим образом: 2 046 243 рубля – в пользу Ю.А.Водянникова и Н., а 9 023 рубля 15 копеек – в пользу М., которому тем самым причинен имущественный ущерб. Апелляционный приговор в части квалификации действий Ю.А.Водянникова оставлен без изменения кассационным судом общей юрисдикции. В передаче кассационной жалобы осужденного для рассмотрения в судебном заседании суда кассационной инстанции отказано постановлением судьи Верховного Суда Российской Федерации. По мнению заявителя, оспариваемые законоположения не соответствуют статьям 1 (часть 1), 4 (часть 2), 10, 15 (часть 2), 17 (часть 3), 18, 19, 21, 34 (часть 1), 35, 45 (часть 1), 46 (часть 1), 49, 51, 52, 55 (части 2 и 3), 751, 120 (часть 1) и 123 (часть 3) Конституции Российской Федерации в той мере, в какой они по смыслу, придаваемому им правоприменительной практикой, не обеспечивают правовой определенности, необходимой для предсказуемого правоприменения, нарушают принципы справедливости, правовой ясности, соразмерности и позволяют: возбуждать уголовное дело о преступлении против собственности при отсутствии потерпевшего, являющегося собственником или иным владельцем имущества, которое указано как предмет преступления, а также без установления принадлежности этого имущества; привлекать к уголовной ответственности за предполагаемое уклонение от погашения кредиторской задолженности, приравнивая такое деяние, предусмотренное специальной нормой (статья 177 УК Российской 3 Федерации), к посягательствам на право собственности, а также считать субъектом такой ответственности самого собственника, являющегося должником; признавать потерпевшим лицо, которому не причинен непосредственный имущественный ущерб, поскольку оно не было лишено своего имущества, а вред носил опосредованный или косвенный характер; предъявлять обвинение по делу о преступлении против собственности самому собственнику этого имущества и лицам, действовавшим с его одобрения (в соучастии с ним); квалифицировать как обман суда совершение действий, предусмотренных законом и выразившихся в заключении сторонами гражданского дела мирового соглашения, в результате чего в рамках гражданского судопроизводства не исследованы доказательства; осуществлять уголовное судопроизводство при истечении сроков давности по инкриминируемому деянию, которое квалифицируется по более тяжкой статье; использовать термины «обман суда» и «введение суда в заблуждение» как признаки состава преступления; повторно требовать взыскания уже взысканного судом долга, расценивая его как вред, причиненный преступлением.
2. Конституционный Суд Российской Федерации, изучив представленные материалы, не находит оснований для принятия данной жалобы к рассмотрению. Статья 159 УК Российской Федерации определяет мошенничество как хищение чужого имущества или приобретение права на чужое имущество путем обмана или злоупотребления доверием. При этом под хищением, согласно пункту 1 примечаний к статье 158 данного Кодекса, понимаются совершенные с корыстной целью противоправные безвозмездное изъятие и (или) обращение чужого имущества в пользу виновного или других лиц, причинившие ущерб собственнику или иному владельцу этого имущества. Нет оснований полагать, что приведенные нормы содержат 4 неопределенность в части признаков преступления (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 16 апреля 2009 года
1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Водянникова Юрия Андреевича, поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде 7 Российской Федерации», в соответствии с которыми жалоба в
2. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит.