Определение КС РФ № 822508-О/2025
Дата: 27.02.2025
============================================================

об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданки Табаки Анны Сергеевны на нарушение ее конституционных прав частями 1 и 2 статьи 10 Федерального закона «О противодействии коррупции», частью 5 статьи 511, а также частями 1 и 2 статьи 71 Федерального закона «О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» город Санкт-Петербург 27 февраля 2025 года Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя В.Д.Зорькина, судей А.Ю.Бушева, Л.М.Жарковой, С.Д.Князева, А.Н.Кокотова, Л.О.Красавчиковой, М.Б.Лобова, С.П.Маврина, Н.В.Мельникова, В.А.Сивицкого, рассмотрев вопрос о возможности принятия жалобы гражданки А.С.Табаки к рассмотрению в заседании Конституционного Суда Российской Федерации,

1. Гражданка А.С.Табака оспаривает конституционность следующих положений статьи 10 Федерального закона от 25 декабря 2008 года № 273-ФЗ «О противодействии коррупции»: части 1, согласно которой под конфликтом интересов в названном Федеральном законе понимается ситуация, при которой личная заинтересованность (прямая или косвенная) лица, замещающего должность, замещение которой предусматривает обязанность принимать меры по 2 предотвращению и урегулированию конфликта интересов, влияет или может повлиять на надлежащее, объективное и беспристрастное исполнение им должностных (служебных) обязанностей (осуществление полномочий); части 2, предусматривающей, что в части 1 данной статьи под личной заинтересованностью понимается возможность получения доходов в виде денег, иного имущества, в том числе имущественных прав, услуг имущественного характера, результатов выполненных работ или каких-либо выгод (преимуществ) лицом, указанным в части 1 данной статьи, и (или) состоящими с ним в близком родстве или свойстве лицами (родителями, супругами, детьми, братьями, сестрами, а также братьями, сестрами, родителями, детьми супругов и супругами детей), гражданами или организациями, с которыми лицо, указанное в части 1 данной статьи, и (или) лица, состоящие с ним в близком родстве или свойстве, связаны имущественными, корпоративными или иными близкими отношениями. Кроме того, заявительница считает не соответствующими Конституции Российской Федерации нормы Федерального закона от 30 ноября 2011 года № 342-ФЗ «О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», а именно: часть 5 статьи 511, устанавливающую, что взыскания, предусмотренные статьями 501 и 821 данного Федерального закона, налагаются не позднее шести месяцев со дня поступления информации о совершении сотрудником органов внутренних дел коррупционного правонарушения, не считая периодов временной нетрудоспособности сотрудника, нахождения его в отпуске или командировке, и не позднее трех лет со дня совершения им коррупционного правонарушения; в указанные сроки не включается время производства по уголовному делу; части 1 и 2 статьи 71, закрепляющие, что для целей указанного Федерального закона используются понятия «конфликт интересов» и 3 «личная заинтересованность», установленные частями 1 и 2 статьи 10 Федерального закона «О противодействии коррупции». Как следует из представленных материалов, прокурор обратился к органу внутренних дел, где проходила службу А.С.Табака, с иском о признании незаконным бездействия должностных лиц данного органа и возложении на них обязанности по совершению определенных действий, вследствие чего судом было вынесено решение об обязании начальника заявительницы, участвовавшей в деле в качестве третьего лица, уволить ее в связи с утратой доверия ввиду несоблюдения ею добровольно принятых на себя обязательств по предотвращению и урегулированию конфликта интересов. По мнению заявительницы, оспариваемые нормы, примененные в ее деле судами общей юрисдикции, не соответствуют статьям 1 (часть 1), 4 (часть 2), 15 (части 1 и 2), 17, 19 (части 1 и 2), 32 (часть 5), 37 (часть 1), 45 (часть 1), 46 (часть 1), 49, 54 (часть 2) и 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации в той мере, в какой в системе действующего правового регулирования по смыслу, придаваемому им правоприменительной практикой, предполагают возможность произвольного применения указанных законоположений, в том числе привлечения к ответственности за коррупционное правонарушение без установления факта его совершения и вины сотрудника органов внутренних дел в таком правонарушении. При этом неконституционность части 5 статьи 511 Федерального закона «О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» выражается также и в том, что названная норма, как полагает заявительница, допускает исчисление установленного ею срока не с момента совершения коррупционного правонарушения, а с момента окончания проверки, проведенной по итогам обращения прокурора в орган внутренних дел, допуская и возможность восстановления указанного срока. 4

2. Конституционный Суд Российской Федерации, изучив представленные материалы, не находит оснований для принятия данной жалобы к рассмотрению.

2.1. Федеральный закон «О противодействии коррупции», обязывая указанных в данном Федеральном законе лиц принимать меры по недопущению любой возможности возникновения конфликта интересов (часть 1 статьи 11), закрепляет для целей применения положений этого Федерального закона определения понятий «конфликт интересов» и «личная заинтересованность» (части 1 и 2 статьи 10). Приведенные законоположения направлены на повышение эффективности противодействия коррупции, основаны на принципах приоритетного применения мер по предупреждению коррупции и ориентированы на обеспечение безопасности государства (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 26 марта 2019 года

2.2. Часть 5 статьи 511 Федерального закона «О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», предусматривающая сроки привлечения сотрудника органов внутренних дел к ответственности за совершение коррупционного правонарушения, имеет целью обеспечить 5 определенность правового положения привлекаемых к ответственности сотрудников и не допустить произвольного, в том числе без учета времени, прошедшего с момента совершения коррупционного правонарушения, применения взысканий и, следовательно, не может расцениваться как нарушающая права сотрудников органов внутренних дел. Указывая на неопределенность содержания оспариваемых норм и возможность их произвольного применения, в том числе при исчислении сроков наложения взысканий в связи с непринятием сотрудником органов внутренних дел мер по предотвращению и (или) урегулированию конфликта интересов, А.С.Табака выражает несогласие с оценкой ее поведения, которая была дана судами общей юрисдикции, рассматривавшими дело с ее участием, полагая, что в этом выражается нарушение ее прав. Однако разрешение вопроса о наличии оснований для увольнения заявительницы со службы в органах внутренних дел вследствие ненадлежащего исполнения ею обязанностей, установленных для нее законодательством, не относится к компетенции Конституционного Суда Российской Федерации, как она определена в статье 125 Конституции Российской Федерации и статье 3 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации». Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 части первой статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации»,


ОПРЕДЕЛИЛ:

1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы гражданки Табаки Анны Сергеевны, поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», в соответствии с которыми жалоба в

2. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит.