1. Гражданин Т. оспаривает конституционность следующих норм Федерального закона от 27 мая 1998 года № 76-ФЗ «О статусе военнослужащих»: пункта 2 статьи 282, согласно которому военнослужащий или гражданин, призванный на военные сборы, привлекается к дисциплинарной ответственности только за тот дисциплинарный проступок, в отношении которого установлена его вина; 2 абзаца второго пункта 2 статьи 285, устанавливающего, что нарушение уставных правил взаимоотношений между военнослужащими является грубым дисциплинарным проступком; пункта 10 статьи 286, закрепляющего, что командир или судья военного суда, рассматривающий материалы о дисциплинарном проступке, оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном и объективном исследовании всех обстоятельств совершения дисциплинарного проступка в их совокупности; никакие доказательства не могут иметь заранее установленную силу; использование доказательств, полученных с нарушением данного Федерального закона и других федеральных законов, не допускается; пункта 5 статьи 288, предусматривающего, что в ходе разбирательства должны быть собраны доказательства, на основании которых могут быть установлены обстоятельства, подлежащие выяснению при привлечении военнослужащего или гражданина, призванного на военные сборы, к дисциплинарной ответственности. Т. также просит признать не соответствующими Конституции Российской Федерации: статью 84 «Оценка доказательств», пункт 1 части 1 статьи 329 «Полномочия суда кассационной инстанции» и статью 330 «Кассационное определение» КАС Российской Федерации; абзац двадцатый статьи 81 Дисциплинарного устава Вооруженных Сил Российской Федерации (утвержден Указом Президента Российской Федерации от 10 ноября 2007 года № 1495), устанавливающий, что командир воинской части (начальник органа военной полиции) принимает решение о проведении разбирательства по факту совершения грубого дисциплинарного проступка и назначает ответственного за его проведение. По мнению заявителя, оспариваемые нормы, примененные судами общей юрисдикции в его деле, разбирательство по которому осуществлялось в закрытых судебных заседаниях, противоречат статьям 1 (часть 1), 4 (часть 2), 15 (части 1 и 2), 19 (части 1 и 2), 21 (часть 1), 23 (часть 1), 38 (часть 1), 46 (части 1 3 и 2), 50 (часть 2), 53, 55 (часть 3), 120 (часть 1) и 123 (часть 3) Конституции Российской Федерации.
2.1. Оспариваемые Т. положения Федерального закона «О статусе военнослужащих» наряду с иными нормами права устанавливают механизм привлечения военнослужащих к дисциплинарной ответственности. При этом пункт 2 его статьи 282, закрепляя применительно к дисциплинарной ответственности военнослужащих основополагающее для юридической ответственности общее правило о возможности ее наступления лишь при наличии вины лица, совершившего противоправное деяние (в данном случае – дисциплинарный проступок), носит гарантийный характер и направлен на защиту интересов военнослужащих. Указанный вывод также справедлив в отношении пункта 5 статьи 288 Федерального закона «О статусе военнослужащих» и абзаца двадцатого статьи 81 Дисциплинарного устава Вооруженных Сил Российской Федерации, поскольку названные нормативные положения, регламентируя правила разбирательства по факту совершения дисциплинарного проступка (включая грубый дисциплинарный проступок), обеспечивают надлежащее проведение данного разбирательства. В свою очередь, пункт 10 статьи 286 Федерального закона «О статусе военнослужащих», предоставляя командиру или судье военного суда полномочие по свободной, основанной на внутреннем убеждении, оценке доказательств, возлагает на них обязанность при рассмотрении материалов о дисциплинарном поступке полно, объективно и всесторонне исследовать все обстоятельства его совершения, предусматривая, что никакие доказательства не могут иметь заранее установленную силу, и запрещая использование доказательств, полученных с нарушением федерального законодательства. Тем самым при рассмотрении материалов о дисциплинарном проступке достигается реализация правового принципа справедливости. 4 Что касается пункта 2 статьи 285 Федерального закона «О статусе военнослужащих» (включая оспариваемый Т. его абзац второй), то это законоположение, определяя перечень грубых дисциплинарных проступков, проводит разграничение нарушений воинской дисциплины по степени общественной опасности, каких-либо прав военнослужащих не устанавливает, а потому, как и иные оспариваемые нормы, не может рассматриваться как нарушающее конституционные права заявителя.
2.2. Статья 84 КАС Российской Федерации определяет правила оценки доказательств по административному делу, закрепляя, среди прочего, что суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в административном деле доказательств (часть 1). Данное дискреционное полномочие суда по оценке доказательств, вытекающее из принципа судейского руководства процессом и принципа самостоятельности судебной власти, необходимо для эффективного осуществления правосудия (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 26 апреля 2016 года
1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Т., поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», в соответствии с которыми жалоба в
2. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит.