1. Постановлением районного суда уголовное дело в отношении ряда граждан, включая гражданина Е.В.Моисеева, обвиняемых в совершении в соучастии заведомо ложного доноса, соединенного с искусственным созданием доказательств обвинения, направлено по подсудности в другой районный суд, а также продлен срок содержания под стражей обвиняемых. С этим решением согласились вышестоящие суды. При этом судья Верховного Суда Российской Федерации отметил, что уголовное дело передано для рассмотрения в суд по месту совершения иных действий, направленных на искусственное создание доказательств обвинения, а доводы Е.В.Моисеева о 2 том, правильно ли определен момент окончания преступления, могут быть проверены при рассмотрении уголовного дела по существу. Е.В.Моисеев утверждает, что часть вторая статьи 32 «Территориальная подсудность уголовного дела» УПК Российской Федерации и взаимосвязанная с ней часть третья статьи 306 «Заведомо ложный донос» УК Российской Федерации противоречат статье 47 (часть 1) Конституции Российской Федерации, поскольку служат основанием для произвольного определения подсудности уголовного дела по выбору правоприменителя – по месту любой из стадий, на которой обвиняемым (подсудимым) представлялись искусственно созданные доказательства, а не по месту подачи заявления или иного сообщения о преступлении, содержащего заведомо ложный донос.
2. Конституционный Суд Российской Федерации, изучив представленные материалы, не находит оснований для принятия данной жалобы к рассмотрению. Согласно статье 32 УПК Российской Федерации уголовное дело подлежит рассмотрению в суде по месту совершения преступления (часть первая); если преступление было начато в месте, на которое распространяется юрисдикция одного суда, а окончено в месте, на которое распространяется юрисдикция другого суда, то данное уголовное дело подсудно суду по месту окончания преступления (часть вторая). Данные правила подлежат применению во взаимосвязи с положениями как Особенной части УК Российской Федерации, так и его Общей части, устанавливающими в качестве основания уголовной ответственности деяние, содержащее все признаки состава преступления, предусмотренного данным Кодексом (статья 8), а также определяющими стадии совершения преступления (глава 6). В свою очередь, пункт 1 части первой статьи 73 УПК Российской Федерации, равно как и корреспондирующие ему положения части первой статьи 299 и пункта 1 статьи 307 того же Кодекса, предусматривает, что при производстве по уголовному делу среди прочих обстоятельств подлежит 3 доказыванию событие преступления – время, место, способ и другие обстоятельства его совершения, т.е. объективные признаки преступления, степень конкретизации которых при доказывании важна для квалификации деяния в качестве уголовно наказуемого, для определения основания и меры уголовной ответственности, когда эти элементы включены в конструкцию конкретного состава преступления, предусмотренного Особенной частью УК Российской Федерации, или характеризуют обстоятельства, влияющие на назначение наказания, а также для установления закона, подлежащего применению с учетом его действия во времени, для определения подследственности, подсудности и разрешения иных юридически значимых вопросов (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 18 октября 2012 года
1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Моисеева Евгения Викторовича, поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», в соответствии с которыми жалоба в
2. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит.