1. Гражданин А.В.Новосельцев, отбывающий наказание в виде пожизненного лишения свободы, просит признать не соответствующими статьям 15 (часть 3), 21 (часть 2), 49 (часть 1) и 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации статьи 32 «Основные требования обеспечения 2 изоляции» и 33 «Раздельное размещение в камерах» Федерального закона от 15 июля 1995 года № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», статью 12 «Обеспечение безопасности объектов уголовно-исполнительной системы» Закона Российской Федерации от 21 июля 1993 года № 5473-I «Об учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы Российской Федерации», часть первую статьи 11 «Нормативные правовые акты, применяемые судом при разрешении гражданских дел» и часть первую статьи 195 «Законность и обоснованность решения суда» ГПК Российской Федерации, часть 1 статьи 15 «Нормативные правовые акты, применяемые при разрешении административных дел», пункт 5 части 2 статьи 311 «Судебный акт суда апелляционной инстанции», пункт 7 части 2 статьи 330 «Кассационное определение» КАС Российской Федерации, а также пункт 8.3 Свода правил по проектированию и строительству СП 31104-2000 «Здания судов общей юрисдикции», утвержденного приказом Судебного департамента при Верховном Суде Российской Федерации от 2 декабря 1999 года № 154, Свод правил СП 152.13330.2012 «Здания судов общей юрисдикции. Правила проектирования», утвержденный приказом Федерального агентства по строительству и жилищно-коммунальному хозяйству от 25 декабря 2012 года № 111/ГС, и пункт 307 Наставления по служебной деятельности изоляторов временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел, подразделений охраны и конвоирования подозреваемых и обвиняемых, утвержденного приказом МВД России от 7 марта 2006 года № 140дсп. По мнению заявителя, данные положения позволяют содержать лицо, заключенное под стражу, в металлической клетке в зале судебного заседания во время рассмотрения его уголовного дела, а также при участии в судебном заседании посредством видео-конференц-связи из следственного изолятора; наделяют суд возможностью принимать решения об отсутствии нарушений прав данного лица содержанием в металлической клетке на основании положений не опубликованных официально для всеобщего сведения нормативных актов. 3 Как следует из представленных материалов, заявитель обратился в суд с исковым заявлением о взыскании компенсации морального вреда, указывая, что с 2008 года по 2012 год при рассмотрения его уголовного дела он содержался в зале судебного заседания в металлической клетке, при этом в 2013 году при проведении судебных заседаний по его кассационной жалобе на приговор, в которых он участвовал посредством видео-конференц-связи из следственного изолятора, он также содержался в металлической клетке. Однако в удовлетворении исковых требований заявителю было отказано. С данным решением согласились вышестоящие суды.
2. Конституционный Суд Российской Федерации, изучив представленные материалы, не находит оснований для принятия данной жалобы к рассмотрению. Как следует из жалобы, А.В.Новосельцев, аргументируя свою позицию о нарушении его прав, утверждает, что, несмотря на то что его исковое заявление было основано на решениях Европейского Суда по правам человека, а действующее законодательство, не противоречащее правовым позициям Европейского Суда по правам человека, не содержит положений, позволяющих содержать лицо, привлекаемое к уголовной ответственности, в металлических клетках, судебные решения об отказе в удовлетворении его требований были приняты лишь на основании не опубликованных для всеобщего ознакомления с ними ведомственных актов, которые, в частности, не регулируют вопросы содержания лица в металлической клетке. Тем самым заявитель, по существу, предлагает Конституционному Суду Российской Федерации оценить не содержание оспариваемых им положений Федерального закона «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», Закона Российской Федерации «Об учреждениях и органах уголовно- исполнительной системы Российской Федерации», Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, а 4 проверить законность и обоснованность конкретных судебных решений с учетом обстоятельств его дела. Между тем разрешение такого рода вопросов не относится к компетенции Конституционного Суда Российской Федерации, закрепленной в статье 125 Конституции Российской Федерации и статье 3 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации». Что же касается проверки не поименованных в пункте 3 части первой статьи 3 названного Федерального конституционного закона актов, в том числе оспариваемых заявителем приказа Судебного департамента при Верховном Суде Российской Федерации, утратившего силу, приказа Федерального агентства по строительству и жилищно-коммунальному хозяйству и приказа МВД России, то она к компетенции Конституционного Суда Российской Федерации также не относится. Соответственно, данная жалоба, как не отвечающая критерию допустимости, закрепленному в Федеральном конституционном законе «О Конституционном Суде Российской Федерации», не может быть принята Конституционным Судом Российской Федерации к рассмотрению. Исходя из изложенного и руководствуясь частью второй статьи 40, пунктами 1 и 2 части первой статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации»,
1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Новосельцева Александра Викторовича, поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», в соответствии с которыми жалоба в
2. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит.