1. Гражданин Д.В.Осинцев, с которого как с собственника жилого помещения взысканы денежные средства в счет возмещения ущерба, причиненного заливом нижерасположенной квартиры, оспаривает конституционность статьи 210 «Бремя содержания имущества» ГК Российской Федерации, статьи 30 «Права и обязанности собственника жилого помещения» Жилищного кодекса Российской Федерации и части первой статьи 79 «Назначение экспертизы» ГПК Российской Федерации. 2 По мнению заявителя, статья 210 ГК Российской Федерации и статья 30 Жилищного кодекса Российской Федерации в силу своей неопределенности предполагают возложение на собственника жилого помещения в многоквартирном доме ответственности за причинение вреда чужому имуществу лишь в силу того, что источник происшествия находится в принадлежащем ему помещении – в отсутствие его вины и каких-либо действий (бездействия), повлекших причинение вреда, и при должном выполнении обязанности по содержанию собственного имущества, эксплуатационная ответственность за которое передана организации, осуществляющей управление домом; статья 79 ГПК Российской Федерации не устанавливает, каким образом определяется наличие у эксперта специальных знаний, проверяется уровень его образования и квалификации, статус научного работника или работника научной организации. В связи с этим Д.В.Осинцев полагает, что данные нормативные положения противоречат Конституции Российской Федерации, в том числе ее статьям 8 (часть 2), 19, 24, 25, 35 (части 1 и 2), 45, 46 (части 1 и 2), 47 (часть 1), 49 (часть 3), 50 (часть 2), 54 (часть 2), 67 и 120.
2. Конституционный Суд Российской Федерации, изучив представленные материалы, не находит оснований для принятия данной жалобы к рассмотрению.
2.1. Применительно к вопросам привлечения к ответственности за причинение вреда имуществу собственников и пользователей помещений в многоквартирных домах статья 210 ГК Российской Федерации и статья 30 Жилищного кодекса Российской Федерации действуют во взаимосвязи с положениями главы 59 «Обязательства вследствие причинения вреда» ГК Российской Федерации. Так, статьей 1064 этого Кодекса предусмотрены гарантии защиты и восстановления нарушенных прав потерпевших путем полного возмещения причиненного им вреда. Вместе с тем в целях обеспечения баланса прав сторон деликтного правоотношения суд в рамках разбирательства по делу обязан исследовать по существу все его фактические обстоятельства и не 3 вправе ограничиваться установлением одних лишь формальных условий применения нормы, учитывая, что привлечение физического лица к ответственности за деликт в каждом случае требует установления состава гражданского правонарушения, включающего, как правило, наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинную связь между этим поведением и наступлением вреда, а также его вину (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 28 сентября 2023 года
2.2. Полномочия суда по назначению экспертизы и определению того, в каком конкретно судебно-экспертном учреждении или каким конкретно экспертом должна быть проведена экспертиза (части первая и вторая статьи 79 ГПК Российской Федерации), вытекают из принципа самостоятельности суда, который при рассмотрении конкретного дела устанавливает обстоятельства, оценивает имеющиеся в деле доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на их всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании, и на основании этих доказательств принимает решение. Данное регулирование обеспечивает возможность судейского руководства процессом и имеет целью достижение задачи гражданского судопроизводства по правильному разрешению гражданских дел (статья 2 ГПК Российской Федерации). При этом согласно части третьей статьи 86 ГПК Российской Федерации заключение эксперта для суда необязательно и оценивается судом по правилам, установленным статьей 67 указанного Кодекса, в частности ее частью четвертой, закрепляющей, что суд обязан отразить результаты оценки доказательств в решении, в котором приводятся мотивы, по которым одни доказательства приняты в качестве средств обоснования выводов суда, другие доказательства отвергнуты судом, а также основания, по которым одним доказательствам отдано предпочтение перед другими. Процессуальными гарантиями для лиц, участвующих в деле, в этом случае являются возможность ходатайствовать перед судом о назначении повторной экспертизы в связи с возникшими сомнениями в правильности или обоснованности ранее данного заключения, наличием противоречий в заключениях нескольких экспертов (часть вторая статьи 87 ГПК Российской Федерации), а также требования законности и обоснованности, предъявляемые к выносимому судебному решению, и предусмотренные гражданским процессуальным законодательством процедуры проверки судебных постановлений. 5 Таким образом, часть первая статьи 79 ГПК Российской Федерации не может расцениваться в качестве нарушающей в указанном в жалобе аспекте конституционные права заявителя. Оценка же правомерности судебных постановлений, принятых по делу с участием Д.В.Осинцева, с точки зрения того, соответствовали ли эксперты, проводившие назначенную судом по этому делу экспертизу, квалификационным требованиям и имелись ли у них специальные знания, дающие право на проведение экспертизы, не относится к компетенции Конституционного Суда Российской Федерации. Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 части первой статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации»,
1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Осинцева Дмитрия Владимировича, поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», в соответствии с которыми жалоба в
2. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит.