1. Гражданка Н.А.Храмцова, которой в 1999 году была назначена пенсия по старости по Закону Российской Федерации от 20 ноября 1990 года № 340-I «О государственных пенсиях в Российской Федерации», оспаривает конституционность части 3 статьи 36 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях», согласно которой со дня вступления в силу данного Федерального закона (с 1 января 2015 года) Федеральный закон от 17 декабря 2001 года № 173-ФЗ «О трудовых пенсиях в Российской Федерации» не применяется, за исключением норм, регулирующих исчисление размера трудовых пенсий и подлежащих 2 применению в целях определения размеров страховых пенсий в соответствии с данным Федеральным законом в части, не противоречащей данному Федеральному закону. По мнению заявительницы, оспариваемая норма, примененная в ее деле судами общей юрисдикции, не соответствует статьям 1 (часть 1), 2, 7, 17, 18, 39, 54 (часть 1) и 55 (части 2 и 3) Конституции Российской Федерации, поскольку не позволяет при определении расчетного размера ее пенсии повысить стажевый коэффициент, учесть в повышенном размере отношение среднемесячного заработка застрахованного лица к среднемесячной заработной плате в Российской Федерации, а также не допускает установление повышения фиксированного базового размера страховой части трудовой пенсии по старости (фиксированной выплаты к страховой пенсии по старости).
2. Конституционный Суд Российской Федерации, изучив представленные материалы, не находит оснований для принятия данной жалобы к рассмотрению. Конституция Российской Федерации, гарантируя каждому социальное обеспечение по возрасту, в случае болезни, инвалидности, потери кормильца, для воспитания детей и в иных случаях, установленных законом (статья 39, часть 1), относит определение механизма реализации данного конституционного права к компетенции законодателя (статья 39, часть 2). Конституционное право на социальное обеспечение включает и право на получение пенсий в установленных законом случаях и размерах, реализация которого обеспечивается в Российской Федерации путем создания систем обязательного и добровольного пенсионного страхования, а также государственного пенсионного обеспечения. Федеральный законодатель обладает достаточно широкой дискрецией в указанной сфере и вправе закрепить в законе правовые основания назначения пенсий, размеры пенсий, порядок их исчисления и выплаты. 3 С 1 января 2015 года в рамках реформирования системы обязательного пенсионного страхования законодателем в качестве обязательного страхового обеспечения вместо трудовой пенсии по старости были введены: страховая пенсия по старости, фиксированная выплата к страховой пенсии и накопительная пенсия (пункт 1 статьи 9 Федерального закона от 15 декабря 2001 года № 167-ФЗ «Об обязательном пенсионном страховании в Российской Федерации» в редакции Федерального закона от 21 июля 2014 года № 216-ФЗ), а также установлено новое правовое регулирование, закрепляющее условия и порядок их назначения и выплаты (Федеральный закон «О страховых пенсиях» и Федеральный закон от 28 декабря 2013 года № 424-ФЗ «О накопительной пенсии»). Сам по себе переход к новому правовому регулированию в области пенсионного обеспечения граждан в рамках системы обязательного пенсионного страхования осуществлен законодателем в пределах дискреционных полномочий, с соблюдением требования о предоставлении гражданам возможности в течение некоего разумного переходного периода адаптироваться к вносимым изменениям, направлен на реализацию конституционных предписаний и не должен приводить к снижению уровня пенсионного обеспечения граждан. Для пенсионеров, получавших на 31 декабря 2014 года трудовые пенсии по старости, в статье 34 Федерального закона «О страховых пенсиях» установлен особый порядок перерасчета их пенсий, который позволяет определять величину их индивидуального пенсионного коэффициента, необходимого для исчисления им страховой пенсии, исходя из размера установленной им ранее пенсии по старости (без учета фиксированного базового размера страховой части трудовой пенсии по старости и накопительной части трудовой пенсии); а если при перерасчете размера трудовой пенсии размер страховой пенсии (без учета фиксированной выплаты к страховой пенсии) не достигает получаемого пенсионером на день вступления в силу Федерального закона «О страховых пенсиях» размера страховой пенсии трудовой части пенсии (без учета фиксированного 4 базового размера страховой части трудовой пенсии по старости и накопительной части трудовой пенсии), пенсионеру выплачивается страховая пенсия в прежнем, более высоком размере. Следовательно, лицам, получавшим трудовую пенсию по старости, с 1 января 2015 года в результате перерасчета устанавливались страховая пенсия по старости и фиксированная выплата к ней в размере, определенном согласно статьям 16 и 17 Федерального закона «О страховых пенсиях», который не мог быть ниже размера выплачивавшейся ранее трудовой пенсии. Закрепляя такой механизм сохранения ранее приобретенных застрахованными лицами пенсионных прав, законодатель в частях 3 и 4 статьи 36 Федерального закона «О страховых пенсиях» предусмотрел правило о том, что со дня вступления в силу данного Федерального закона Федеральный закон «О трудовых пенсиях в Российской Федерации» не применяется, за исключением норм, регулирующих исчисление размера трудовых пенсий и подлежащих применению в целях определения размеров страховых пенсий, а ранее принятые федеральные законы, предусматривающие условия и нормы пенсионного обеспечения, применяются в части, не противоречащей ему. Таким образом, оспариваемое положение статьи 36 Федерального закона «О страховых пенсиях» в системе действующего законодательства выступает элементом правового механизма, позволяющего гарантировать разумную стабильность правового регулирования и реализацию пенсионных прав застрахованных лиц при изменении условий и порядка пенсионного обеспечения в системе обязательного пенсионного страхования, само по себе не регулирует порядок и условия оценки пенсионных прав лиц, которым пенсия по старости была назначена в соответствии с положениями Закона Российской Федерации «О государственных пенсиях в Российской Федерации», и не может рассматриваться как нарушающее права заявительницы. 5 Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 части первой статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации»,
1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы гражданки Храмцовой Наталии Александровны, поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», в соответствии с которыми жалоба в
2. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит.