1. Гражданин В.Г.Меленчук оспаривает конституционность пункта 1 статьи 181 «Сроки исковой давности по недействительным сделкам» ГК Российской Федерации и части четвертой статьи 61 «Основания для освобождения от доказывания» ГПК Российской Федерации. Решением суда общей юрисдикции, оставленным без изменения судами вышестоящих инстанций, отказано в удовлетворении иска В.Г.Меленчука к гражданам Д. и Н. о признании недействительным заключенного между ответчиками договора купли-продажи, о применении последствий недействительности сделки и об обращении взыскания на имущество, а также удовлетворен встречный иск Н. о признании 2 недействительным агентского договора, заключенного между Д. и В.Г.Меленчуком. Суды признали агентский договор мнимой сделкой с учетом, в частности, выводов, содержащихся во вступившем в законную силу в отношении Д. приговоре, согласно которому денежные средства, переданные В.Г.Меленчуком осужденному Д. во исполнение агентского договора, являлись средствами совершения преступления, а документы об их принадлежности В.Г.Меленчуку Д. сфальсифицировал с целью воспрепятствовать расследованию преступления. При этом был отклонен довод В.Г.Меленчука о том, что действительность агентского договора подтверждена вступившим в законную силу судебным решением по ранее рассмотренному гражданскому делу, в котором В.Г.Меленчук требовал взыскания с Д. переданных по агентскому договору денежных средств и в котором Н. участия не принимала. Кроме того, суды отвергли возражение В.Г.Меленчука об истечении срока исковой давности по встречному иску, установив, что о наличии агентского договора Н. узнала в пределах трех лет до подачи иска. Определением судьи Верховного Суда Российской Федерации, с которым согласился заместитель Председателя того же суда, отказано в передаче кассационной жалобы В.Г.Меленчука для рассмотрения в судебном заседании суда кассационной инстанции. По мнению заявителя, оспариваемые положения не соответствуют статьям 15 (часть 1), 18, 19 (части 1 и 2), 45 (часть 1), 46 (части 1 и 2), 55 (части 1 и 3) и 56 (часть 3) Конституции Российской Федерации, поскольку они позволяют судам необоснованно признавать преюдициальное значение за выводами, содержащимися во вступившем в законную силу приговоре суда, игнорируя ранее вынесенное и вступившее в законную силу судебное решение по гражданскому делу, а также произвольно, вопреки общему принципу действия норм гражданского права во времени, отказывать в применении последствий пропуска срока исковой давности.
2. Конституционный Суд Российской Федерации, изучив представленные материалы, не находит оснований для принятия данной жалобы к рассмотрению. 3 Пункт 1 статьи 181 ГК Российской Федерации сформулирован таким образом, что наделяет суд необходимыми полномочиями по определению момента начала течения срока исковой давности исходя из фактических обстоятельств дела (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 30 мая 2023 года
1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Меленчука Владимира Григорьевича, поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», в соответствии с которыми жалоба в
2. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит.