1. Гражданка С.Н.Чуйкова оспаривает конституционность части 1 статьи 19.3 КоАП Российской Федерации, согласно которой неповиновение законному распоряжению или требованию сотрудника полиции, военнослужащего либо сотрудника органа или учреждения уголовно- исполнительной системы либо сотрудника войск национальной гвардии Российской Федерации в связи с исполнением ими обязанностей по охране общественного порядка и обеспечению общественной безопасности, а равно воспрепятствование исполнению ими служебных обязанностей влечет наложение административного штрафа в размере от двух тысяч до четырех 2 тысяч рублей, либо административный арест на срок до пятнадцати суток, либо обязательные работы на срок от сорока до ста двадцати часов. Как следует из представленных материалов, постановлением судьи районного суда, оставленным без изменения судьями вышестоящих судов, С.Н.Чуйкова признана виновной в совершении административного правонарушения, предусмотренного частью 1 статьи 19.3 КоАП Российской Федерации, и ей назначен административный штраф в размере четырех тысяч рублей. При этом судами было установлено, что заявительница при проведении в рамках уголовного дела обыска автомобиля, находящегося в ее пользовании, препятствовала его проведению, отталкивала сотрудников полиции руками, провоцировала драку, пыталась скрыться с места проведения обыска, на неоднократные требования прекратить противоправные действия не реагировала, воспрепятствуя тем самым исполнению сотрудниками полиции их служебных обязанностей. Доводы защитника заявительницы о том, что ее действия следовало квалифицировать по статье 17.7 «Невыполнение законных требований прокурора, следователя, дознавателя или должностного лица, осуществляющего производство по делу об административном правонарушении» КоАП Российской Федерации, были отклонены судами. По мнению заявительницы, оспариваемое законоположение не соответствует статьям 45 и 46 (часть 1) Конституции Российской Федерации, поскольку допускает возможность привлечения участника уголовного судопроизводства к административной ответственности при фактическом неисполнении им специальных указаний лица, производящего предварительное расследование или совершающего отдельное процессуальное действие (дознавателя, следователя), либо неповиновении его властному распоряжению в ходе предварительного расследования уголовного дела, что, как полагает заявительница, должно влечь применение мер, предусмотренных уголовно-процессуальным законодательством. 3
2. Конституционный Суд Российской Федерации, изучив представленные материалы, не находит оснований для принятия данной жалобы к рассмотрению. Федеральный закон от 7 февраля 2011 года № 3-ФЗ «О полиции», определяя в качестве предназначения полиции защиту жизни, здоровья, прав и свобод граждан Российской Федерации, иностранных граждан, лиц без гражданства, противодействие преступности, охрану общественного порядка, собственности и обеспечение общественной безопасности (часть 1 статьи 1), возлагает на полицию и ее сотрудников соответствующие предназначению полиции обязанности и предоставляет обусловленные данными обязанностями права (статьи 12, 13, 27 и 28), а также устанавливает, что воспрепятствование выполнению сотрудником полиции служебных обязанностей, оскорбление сотрудника полиции, оказание ему сопротивления, насилие или угроза применения насилия по отношению к сотруднику полиции в связи с выполнением им служебных обязанностей либо невыполнение законных требований сотрудника полиции влечет ответственность, предусмотренную законодательством Российской Федерации (часть 4 статьи 30). Приведенным положениям корреспондирует часть 1 статьи 19.3 КоАП Российской Федерации, устанавливающая ответственность за неповиновение законному распоряжению или требованию сотрудника полиции в связи с исполнением им обязанностей по охране общественного порядка и обеспечению общественной безопасности, а равно воспрепятствование исполнению им служебных обязанностей, т.е. за такие действия, которые выражаются в непосредственном отказе подчиниться распоряжениям (требованиям) сотрудника полиции, в физическом сопротивлении и противодействии ему. Таким образом, часть 1 статьи 19.3 КоАП Российской Федерации не содержит правовой неопределенности и не может рассматриваться как нарушающая в указанном в жалобе аспекте конституционные права заявительницы, противоправные действия которой, как установили суды, 4 выразились не в неисполнении каких-либо процессуальных обязанностей участника уголовного судопроизводства, а в воспрепятствовании исполнению сотрудниками полиции служебных обязанностей. Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 части первой статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации»,
1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы гражданки Чуйковой Светланы Николаевны, поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», в соответствии с которыми жалоба в
2. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит.