1. Гражданка Е.В.Межакова оспаривает конституционность части 2 статьи 10 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях», определяющей круг лиц, которые признаются нетрудоспособными членами семьи умершего кормильца. Как следует из представленных материалов, заявительница 1963 года рождения является инвалидом II группы и получает страховую пенсию по инвалидности. После смерти в марте 2022 года матери, являвшейся инвалидом I группы и получателем страховой пенсии по старости, 2 Е.В.Межакова обратилась в пенсионный орган с заявлением о назначении ей страховой пенсии по случаю потери кормильца, поскольку размер пенсии матери значительно превышал размер ее пенсии. Однако территориальный орган Пенсионного фонда Российской Федерации (с 1 января 2023 года – Фонд пенсионного и социального страхования Российской Федерации) отказал ей в этом. С таким решением согласились суды общей юрисдикции, которые указали, что заявительница не относится к кругу лиц, имеющих право на назначение данной пенсии в соответствии с положениями части 2 статьи 10 Федерального закона «О страховых пенсиях», поскольку инвалидность ей установлена в возрасте 49 лет. По мнению Е.В.Межаковой, оспариваемая норма, примененная в ее деле судами общей юрисдикции, противоречит статье 55 (часть 2) Конституции Российской Федерации и части 3 статьи 10 названного Федерального закона, поскольку ограничивает ее право на установление факта нахождения на иждивении умершей матери и не позволяет назначить ей как нетрудоспособному члену семьи (ребенку) умершего страховую пенсию по случаю потери кормильца.
2. Конституционный Суд Российской Федерации, изучив представленные материалы, не находит оснований для принятия данной жалобы к рассмотрению. Конституция Российской Федерации, в соответствии с целями социального государства (статья 7, часть 1) гарантируя каждому социальное обеспечение по возрасту, в случае болезни, инвалидности, потери кормильца, для воспитания детей и в иных случаях, установленных законом (статья 39, часть 1), относит определение условий и порядка реализации данного конституционного права, в том числе установление видов пенсий, оснований и условий приобретения права на них отдельными категориями граждан, правил их исчисления, к компетенции законодателя (статья 39, часть 2). 3 В статье 10 Федерального закона «О страховых пенсиях» законодатель установил, что право на страховую пенсию по случаю потери кормильца, по общему правилу, имеют нетрудоспособные члены семьи умершего кормильца, состоявшие на его иждивении (часть 1), и определил круг лиц, имеющих право на получение указанной пенсии, включив в него в том числе детей умершего кормильца, не достигших возраста 18 лет, либо достигших данного возраста и завершивших обучение по основным образовательным программам основного общего или среднего общего образования в организациях, осуществляющих образовательную деятельность, на период до 1 сентября года, в котором завершено указанное обучение, либо обучающихся по очной форме обучения по указанным образовательным программам до окончания ими такого обучения, но не дольше чем до достижения ими возраста 23 лет, а также детей умершего кормильца старше этого возраста, если они до достижения возраста 18 лет стали инвалидами (часть 2). Такое правовое регулирование направлено на предоставление указанным нетрудоспособным членам семьи в случае смерти кормильца средств к существованию в виде пенсии и не может рассматриваться как нарушающее конституционные права граждан, не относящихся к данной категории. Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 части первой статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации»,
1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы гражданки Межаковой Елены Владимировны, поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», в соответствии с которыми жалоба в
2. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит.