1. Гражданин А.М.Андреев, которому с августа 2014 года назначена трудовая пенсия по старости (с 1 января 2015 года – страховая пенсия по старости), оспаривает конституционность следующих положений Федерального закона от 17 декабря 2001 года № 173-ФЗ «О трудовых пенсиях в Российской Федерации» (с 1 января 2015 года не применяющегося, за исключением норм, регулирующих исчисление размера трудовых пенсий и подлежащих применению в целях определения размеров страховых пенсий в соответствии с Федеральным законом от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ 2 «О страховых пенсиях» в части, не противоречащей данному Федеральному закону): пункта 1 статьи 1, согласно которому трудовые пенсии устанавливаются и выплачиваются в соответствии с данным Федеральным законом; изменение условий и норм их установления, а также порядка выплаты осуществляется не иначе как путем внесения в него изменений и дополнений; пункта 2 статьи 30, устанавливающего, что при оценке по состоянию на 1 января 2002 года пенсионных прав застрахованного лица расчетный размер трудовой пенсии может определяться по выбору застрахованного лица либо в порядке, установленном пунктом 3 данной статьи, либо в порядке, установленном пунктом 4 данной статьи, либо в порядке, установленном пунктом 6 данной статьи; пункта 3 статьи 30, закрепляющего один из вариантов определения расчетного размера трудовой пенсии для оценки пенсионных прав застрахованных лиц по состоянию на 1 января 2002 года исходя из продолжительности общего трудового стажа и содержащего перечень подлежащих зачету в данный стаж периодов; пункта 2 статьи 31, в соответствии с которым со дня вступления в силу данного Федерального закона утрачивают силу Закон Российской Федерации от 20 ноября 1990 года № 340-I «О государственных пенсиях в Российской Федерации» и Федеральный закон от 21 июля 1997 года № 113-ФЗ «О порядке исчисления и увеличения государственных пенсий», а другие федеральные законы, принятые до дня его вступления в силу, предусматривающие условия и нормы пенсионного обеспечения, применяются в части, не противоречащей данному Федеральному закону. По мнению заявителя, оспариваемые законоположения противоречат статьям 2, 7, 15 (части 1 и 2), 17 (части 1 и 2), 18, 39 (части 1 и 2), 55 (части 2 и 3) и 57 Конституции Российской Федерации, поскольку они по смыслу, придаваемому им правоприменительной практикой, предоставляют органам, осуществляющим пенсионное обеспечение, ничем не ограниченное право 3 при расчете размера пенсии, в части определения продолжительности общего трудового стажа, на основании пункта 3 статьи 30 Федерального закона «О трудовых пенсиях в Российской Федерации» не принимать во внимание отдельные положения Федерального закона от 27 мая 1998 года № 76-ФЗ «О статусе военнослужащих», Положения о порядке назначения и выплаты государственных пенсий, утвержденного Постановлением Совета Министров СССР от 3 августа 1972 года № 590, и правовые позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенные в Постановлении от 29 января 2004 года
2. Конституционный Суд Российской Федерации, изучив представленные материалы, не находит оснований для принятия данной жалобы к рассмотрению.
2.1. В силу статьи 125 (пункт «а» части 4) Конституции Российской Федерации, а также пункта 3 части первой статьи 3, статей 96 и 97 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации» гражданин может обратиться в Конституционный Суд Российской Федерации с жалобой на нарушение конституционных прав и свобод нормативными актами (указанными в пунктах «а», «б» части 2 той же статьи Конституции Российской Федерации) и такая жалоба признается допустимой, если имеются признаки нарушения прав и свобод заявителя в результате применения оспариваемого нормативного акта в его конкретном деле. Между тем представленными А.М.Андреевым копиями судебных постановлений не подтверждается применение в его деле оспариваемых им пункта 1 статьи 1 и пункта 2 статьи 31 Федерального закона «О трудовых пенсиях в Российской Федерации», а потому его жалоба в указанной части, как не отвечающая критерию допустимости обращений в Конституционный Суд Российской Федерации, не может быть принята к рассмотрению Конституционным Судом Российской Федерации.
2.2. Положения статьи 30 Федерального закона «О трудовых пенсиях в Российской Федерации», предусматривающие правовой механизм оценки 4 приобретенных до 1 января 2002 года пенсионных прав застрахованных лиц, относятся к нормам, регулирующим исчисление размера трудовых пенсий и подлежащим применению в целях определения размеров страховых пенсий. Установленные названной статьей правила включают в себя несколько вариантов определения расчетного размера трудовой пенсии застрахованных лиц (пункты 3, 4 и 6) и позволяют им выбрать наиболее благоприятный для исчисления размера пенсии (пункт 2), что не препятствует реализации приобретенных пенсионных прав. В частности, в пункте 3 данной статьи закреплен такой вариант, при котором общий трудовой стаж определяется в календарном порядке с учетом продолжительности периодов трудовой и иной общественно полезной деятельности до 1 января 2002 года, к числу которых не отнесен период учебы в средних специальных и высших учебных заведениях, исчисление продолжительности периода службы по призыву производится в календарном порядке по его фактической продолжительности. В пункте 4 этой же статьи установлена возможность исчисления расчетного размера пенсии в порядке, предусмотренном законодательством Российской Федерации по состоянию на 31 декабря 2001 года, – исходя из продолжительности общего трудового стажа, в который включаются в том числе периоды обучения в средних специальных и высших учебных заведениях, период военной службы по призыву включается в общий трудовой стаж в двойном размере. Оспариваемые А.М.Андреевым пункты 2 и 3 статьи 30 Федерального закона «О трудовых пенсиях в Российской Федерации», действующие во взаимосвязи, обеспечивают исчисление расчетного размера трудовой (с 1 января 2015 года – страховой) пенсии исходя из продолжительности общего трудового стажа (при условии, что такой вариант является наиболее благоприятным для застрахованного лица), направлены на реализацию права граждан на пенсионное обеспечение с учетом их интересов, а потому не могут расцениваться как нарушающие конституционные права заявителя, размер пенсии которого был определен пенсионным органом по наиболее 5 выгодному для него варианту (с применением пункта 3 статьи 30 Федерального закона «О трудовых пенсиях в Российской Федерации»). Как следует из представленных материалов, А.М.Андреев настаивает на том, чтобы размер его пенсии был определен в соответствии с пунктом 3 статьи 30 Федерального закона «О трудовых пенсиях в Российской Федерации» с включением в общий трудовой стаж периодов, предусмотренных пунктом 4 статьи 30 названного Федерального закона, т.е. с одновременным применением положений пунктов 3 и 4 статьи 30 указанного Федерального закона. Между тем разрешение данного вопроса не относится к полномочиям Конституционного Суда Российской Федерации, определенным в статье 125 Конституции Российской Федерации и статье 3 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации». Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 части первой статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации»,
1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Андреева Александра Михайловича, поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», в соответствии с которыми жалоба в
2. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит.