{
  "title": "Постановление КС РФ № 30297-П/1991",
  "court": "КС РФ",
  "type": "Постановление",
  "number": "30297",
  "year": 1991,
  "date": "18.12.1991",
  "source_url": "https://www.ksrf.ru/doc/KSRFDecision30297.pdf",
  "points": [
    {
      "number": "header",
      "content": "Именем Российской Федерации ПОСТАНОВЛЕНИЕ КОНСТИТУЦИОННОГО СУДА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ По делу о проверке конституционности Постановления Верховного Совета Российской Федерации от 18 декабря 1991 года № 2053-1 \"О толковании статьи 183 Конституции (Основного Закона) РСФСР\" 19 мая 1992 года, город Москва Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя В.Д.Зорькина, заместителя Председателя Н.В.Витрука, судей Э.М.Аметистова, Н.Т.Ведерникова, Г.А.Гаджиева, А.Л.Кононова, В.О.Лучина, В.И.Олейника, Н.В.Селезнева, О.И.Тиунова, Б.С.Эбзеева с участием представителей сторон: В.Н.Подопригоры - председателя Комитета Верховного Совета Российской Федерации по вопросам межреспубликанских отношений, региональной политике и сотрудничеству, С.Е.Донцова - кандидата юридических наук - представителей группы народных депутатов Российской Федерации, направивших ходатайство в Конституционный Суд Российской Федерации; Г.С.Жукова - председателя Комитета Верховного Совета Российской Федерации по вопросам работы Советов народных депутатов и развитию самоуправления, И.В.Муравьева - заместителя председателя того же Комитета - представителей Верховного Совета Российской Федерации как стороны, издавшей акт; руководствуясь статьями 165 и 1651 Конституции Российской Федерации, статьей 57 Закона Российской Федерации о Конституционном Суде Российской Федерации, рассмотрел в открытом заседании дело о проверке конституционности Постановления Верховного Совета Российской Федерации от 18 декабря 1991 года № 2053-1 \"О толковании статьи 183 Конституции (Основного Закона) РСФСР\". Основанием для рассмотрения Конституционным Судом России данного дела в соответствии с частью первой статьи 58 Закона Российской Федерации о Конституционном Суде Российской Федерации явилась обнаружившаяся неопределенность в вопросе о том, соответствует ли Постановление Верховного Совета Российской Федерации от 18 декабря 1991 года по своему содержанию и форме Конституции Российской Федерации. Поводом к рассмотрению дела послужило ходатайство группы народных депутатов Российской Федерации о проверке конституционности названного Постановления. В ходатайстве содержится просьба признать Постановление Верховного Совета Российской Федерации от 18 декабря 1991 года № 2053-1 \"О толковании статьи 183 Конституции (Основного Закона) РСФСР\" неконституционным. Рассмотрев данное дело, Конституционный Суд Российской Федерации"
    },
    {
      "number": "у-1",
      "content": "Рассматривая настоящее дело,"
    },
    {
      "number": "у-2",
      "content": "Постановление Верховного Совета, конституционность которого подвергается сомнению группой народных депутатов Российской Федерации, содержит два пункта. Их соответствие Основному Закону не может оцениваться однозначно. Прежде всего, требуется учет временных факторов, связанных с тем, что 16 апреля 1992 года шестым Съездом народных депутатов Российской Федерации был принят, а 21 апреля Президентом Российской Федерации подписан Закон Российской Федерации \"Об изменениях и дополнениях Конституции (Основного Закона) Российской Советской Федеративной Социалистической Республики\", которым в статью 183 Конституции было внесено уточнение, имеющее определенное значение для правильного разрешения данного дела (термин \"закон\" заменен термином \"законы\"). При решении настоящего дела необходимо также иметь в виду нормы Федеративного договора, подписанного 31 марта 1992 года и включенного шестым Съездом народных депутатов Российской Федерации в федеральную Конституцию. С учетом изложенного можно говорить о неконституционности на день заседания Конституционного Суда пункта 1 Постановления Верховного Совета в части, касающейся следующих положений. Статья 72 Конституции в редакции от 21 апреля 1992 года устанавливает, что к ведению федеральных органов государственной власти относится \"установление общих принципов организации системы органов представительной и исполнительной власти краев, областей, автономной области, автономных округов, городов Москвы и Санкт-Петербурга\". Между тем Закон РСФСР \"О местном самоуправлении в РСФСР\" и другие законодательные акты, которые имеются в виду в Постановлении Верховного Совета Российской Федерации, не могут рассматриваться как устанавливающие только общие принципы организации системы органов представительной и исполнительной власти. Напротив, названный Закон детально определяет понятие и систему местного самоуправления, структуру и организационные основы деятельности местных органов власти и управления, экономическую и финансовую основу местного самоуправления, компетенцию местных Советов и местной администрации, предусматривает территориальное общественное самоуправление населения, гарантии прав местного самоуправления. Кроме того, этот Закон устанавливает структуру, организационные и иные основы деятельности местных Советов до районного включительно и, следовательно, не может в полной мере распространяться на органы пласта и управления города Москвы в качестве субъекта Российской Федерации. Следует обратить внимание на существование различных правоотношений, возникающих в связи с реализацией представительными и исполнительными органами города Москвы принадлежащих им функций. В процессе реализации этих функций представительные и исполнительные органы города Москвы не могут выходить за рамки Закона о местном самоуправлении, в частности ограничивать по своему усмотрению полномочия нижестоящих органов власти и управления и территориального общественного самоуправления. Что же касается отношений с федеральными органами законодательной и исполнительной власти, то здесь органы власти и управления города Москвы должны руководствоваться иными законодательными актами. Они действительно обладают полномочиями краевых, областных органов власти и управления в соответствии с Конституцией Российской Федерации и федеральными законами в части, не противоречащей Конституции Российской Федерации. Данное положение соответствует Федеративному договору (Договору о разграничении предметов ведения и полномочий между федеральными органами власти Российской Федерации и органами власти краев, областей, городов Москвы и Санкт-Петербурга Российской Федерации), предусматривающему наличие у названных субъектов Российской Федерации своих уставов. Такой вывод базируется на единстве общей системы управления и правовой системы Российской Федерации. Единство государства означает также единство его правового пространства и недопустимость формирования правовых \"анклавов\", свободных от действия федеральных законов. Статья 84.10 Конституции Российской Федерации устанавливает, что законы Российской Федерации обязательны и имеют одинаковую силу на территории всех краев и областей. Следовательно, признание неконституционным пункта 1 Постановления N 2053-1 в целом, а не в указанной части логически ведет к признанию возможности произвольного нарушения субъектами Федерации единства правового пространства России, выступающей в качестве единого субъекта государственных и международно-правовых отношений."
    },
    {
      "number": "у-3",
      "content": "Статья 183 Конституции ни в прежней, ни в новой редакции не является преградой для установления правового статуса города Москвы несколькими законами. Термин \"закон\" статьи 183 Конституции Российской Федерации в редакции до 16 апреля 1992 года выступал как родовое обозначение юридического акта, обладающего определенной правовой формой и соответствующей юридической силой, а не отдельного закона, регламентирующего статус Москвы как города и столицы государства. Это вопрос законодательной техники, которому не может придаваться решающее значение при установлении конституционности рассматриваемого акта. Не является достаточным аргументом для вывода о неконституционности данной части Постановления и посылка, что на четвертом Съезде народных депутатов воля законодателя была направлена на то, чтобы регулирование всего комплекса отношений, связанных со статусом столицы, структурой и компетенцией органов власти и управления города Москвы, осуществлялось в одном законе. Даже если согласиться с этим положением,"
    },
    {
      "number": "у-4",
      "content": "Представляется, что пункт 2 рассматриваемого Постановления дает адекватное толкование статьи 183 Конституции Российской Федерации в части, касающейся статуса Москвы как столицы Российской Федерации. В соответствии с Конституцией устанавливается, что правоотношения, связанные со столичным статусом Москвы, включая взаимные права и обязательства органов государственной власти и управления Российской Федерации и города Москвы, регулируются отдельным законом Российской Федерации. Давая именно такое толкование статьи 183 Конституции, Верховный Совет не установил в своем Постановлении новой нормы, а лишь указал на то, что статус столицы и статус города не тождественны. Подобное толкование соответствовало Конституции Российской Федерации как на момент принятия Постановления, так и после внесения в нее изменений и дополнений, обусловленных подписанием Федеративного договора и другими обстоятельствами. При этом для решения вопроса о конституционности пункта 2 Постановления не имеет принципиального значения то, что в статье 183 Конституции говорится не о \"структуре и компетенции\" органов власти и управления города Москвы, а о \"компетенции, порядке организации и деятельности\" этих органов. Термины \"структура\" и \"порядок организации и деятельности\" органов власти и управления обозначают понятия, достаточно близкие по значению, а Верховный Совет в своем акте толкования счел их совпадающими. Разумеется, в этом случае возможны возражения, в том числе с точки зрения соответствия нормам современного русского литературного языка, однако до изменения акта толкования названной статьи Конституции правоприменение должно соответствовать тому видению данной нормы, которое им установлено."
    },
    {
      "number": "у-5",
      "content": "Признание рассматриваемого Постановления Верховного Совета неконституционным в части, касающейся пункта 2, при отсутствии явно выраженного противоречия Конституции Российской Федерации означает также отказ от возможности \"превращения\" Конституции, т.е. ее актуализации с учетом объективных потребностей общественного развития. Такой отказ представляется особенно недальновидным в условиях правовой нестабильности и существенных пробелов в регулировании ряда важных сфер общественных отношений."
    }
  ]
}