1. Заявитель по настоящему делу гражданин С.А.Красноперов оспаривает конституционность следующих положений Уголовно- процессуального кодекса Российской Федерации: части второй статьи 2 «Действие уголовно-процессуального закона в пространстве», согласно которой нормы данного Кодекса применяются при производстве по уголовному делу о преступлении, совершенном на воздушном, морском или речном судне, находящемся за пределами территории Российской Федерации под флагом Российской Федерации, если указанное судно приписано к порту Российской Федерации; части первой статьи 32 «Территориальная подсудность уголовного дела», согласно которой уголовное дело подлежит рассмотрению в суде по месту совершения преступления, за исключением случаев, предусмотренных статьей 35 данного Кодекса, регламентирующей изменение территориальной подсудности уголовного дела. 3
1.1. Постановлением мирового судьи судебного участка № 47 города Находки Приморского края от 3 ноября 2010 года со ссылкой на часть первую статьи 32 УПК Российской Федерации гражданину Российской Федерации С.А.Красноперову, исполнявшему в период с 6 декабря 2009 года по 20 июля 2010 года по контракту с греческой компанией обязанности старшего моториста танкера, приписанного к порту Валетты (Республика Мальта) и плавающего под флагом Республики Мальта, было возвращено заявление о привлечении к уголовной ответственности в порядке частного обвинения гражданина К., также являющегося гражданином Российской Федерации, который, по утверждению заявителя, 17 июля 2010 года на борту танкера, находившегося в порту Констанцы (Румыния), нанес ему телесные повреждения (наличие этих повреждений, причинивших легкий вред здоровью, подтверждено актом судебно-медицинского освидетельствования). Постановление Находкинского городского суда Приморского края от 8 февраля 2011 года, оставившего постановление мирового судьи без изменения и поддержавшего его рекомендацию обратиться за судебной защитой по месту приписки судна, определением судебной коллегии по уголовным делам Приморского краевого суда от 29 марта 2011 года отменено на том основании, что уголовно-процессуальный закон не предусматривает возвращение заявления о привлечении к уголовной ответственности в порядке частного обвинения с такой рекомендацией, и дело направлено на новое рассмотрение в Находкинский городской суд Приморского края, постановлением которого от 7 июня 2011 года постановление мирового судьи отменено и заявление С.А.Красноперова возвращено со ссылкой на необходимость его приведения в соответствие с законом, в том числе для точного указания в нем места совершения преступления. Постановление мирового судьи судебного участка № 47 города Находки Приморского края от 14 июля 2011 года, которым заявление 4 С.А.Красноперова вновь возвращено ему в связи с неподсудностью данного уголовного дела судам Российской Федерации и необходимостью его рассмотрения компетентным иностранным судом, и оставившее его без изменения постановление Находкинского городского суда Приморского края от 7 сентября 2011 года отменены определением судебной коллегии по уголовным делам Приморского краевого суда от 27 октября 2011 года, материалы направлены мировому судье для исполнения апелляционного постановления от 7 июня 2011 года. Постановлением мирового судьи судебного участка № 47 города Находки Приморского края от 10 января 2012 года заявление С.А.Красноперова возвращено ему для приведения в соответствие с требованиями статьи 318 УПК Российской Федерации, а постановлением от 20 апреля 2012 года в возбуждении в отношении гражданина К. уголовного дела в порядке частного обвинения С.А.Красноперову отказано на том основании, что действующим уголовно-процессуальным законом Российской Федерации порядок привлечения к уголовной ответственности гражданина Российской Федерации, совершившего преступление, предусмотренное Уголовным кодексом Российской Федерации, за пределами Российской Федерации, не регламентирован.
1.2. Как следует из статьи 36 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации»,
1.3. В соответствии со статьями 74 и 96 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации»
2. Согласно Конституции Российской Федерации человек, его права и свободы являются высшей ценностью, а признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина – обязанностью государства; права и свободы человека и гражданина в Российской Федерации как правовом государстве признаются и гарантируются согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации, они определяют смысл, содержание и применение законов и обеспечиваются правосудием (статьи 1, 2, 17 и 18). Реализация названных положений Конституции Российской Федерации предполагает, как следует из ее статей 4 (часть 1), 15 (части 2 и 4), 45 (часть 1), 46 (часть 1), 47, 61 (часть 2) и 71 (пункты «а», «в», «м», «о»), установление такого правопорядка, который возлагает на граждан Российской Федерации независимо от места их пребывания или жительства обязанность соблюдать Конституцию Российской Федерации и законы и ответственность за их нарушение и вместе с тем обеспечивает им защиту и покровительство за пределами Российской Федерации, гарантированность государственной и судебной защиты, в том числе от преступных посягательств, имевших место вне пределов Российской Федерации. Право на судебную защиту, равно как и его необходимая составляющая – право на законный суд (статья 46, части 1 и 2; статья 47, часть 1, Конституции Российской Федерации) закреплены также Конвенцией о защите прав человека и основных свобод (статья 6) и Международным 9 пактом о гражданских и политических правах (статья 14), в соответствии с которыми каждый при определении его гражданских прав и обязанностей или при рассмотрении любого предъявленного ему уголовного обвинения имеет право на справедливое публичное разбирательство дела в разумный срок компетентным, независимым и беспристрастным судом, созданным на основании закона. Данное право, как неоднократно отмечал
3. Определяющая действие уголовного закона в отношении лиц, совершивших преступление вне пределов Российской Федерации, статья 12 УК Российской Федерации предусматривает, в частности, что граждане Российской Федерации, совершившие вне ее пределов преступление против интересов, охраняемых данным Кодексом, подлежат уголовной ответственности в соответствии с данным Кодексом, если в отношении них по этому преступлению не имеется решения суда иностранного государства (часть первая). Такое регулирование, в том числе применительно к преступлениям, совершенным в отношении граждан Российской Федерации, требует закрепления в уголовно-процессуальном законе подсудности соответствующих уголовных дел, с тем чтобы обеспечить как потерпевшим, так и обвиняемым возможность защиты своих прав и законных интересов, включая право на рассмотрение дела в том суде и тем судьей, к подсудности которых оно отнесено законом, на основе вытекающего из статей 1 (часть 1), 6 (часть 2), 17 (часть 3) и 19 Конституции Российской Федерации принципа юридического равенства, которое может быть гарантировано лишь при условии взаимной согласованности норм уголовного и уголовно- процессуального законодательства, без чего невозможно единообразное толкование и применение материальных и процессуальных норм. По общему правилу, предусмотренному частью первой статьи 32 УПК Российской Федерации, уголовное дело подлежит рассмотрению в суде по месту совершения преступления, каковым признается то место совершения деяния, содержащего признаки преступления, где оно пресечено или окончено (часть вторая статьи 32, часть первая статьи 73 и часть первая статьи 152 УПК Российской Федерации, статьи 8, 11, 12, 14, 29 и 30 УК 11 Российской Федерации). Данное правило – в силу ограничения юрисдикции Российской Федерации по судебному рассмотрению уголовных дел территорией Российской Федерации, если иное прямо не предусмотрено международным договором Российской Федерации или самим Уголовно- процессуальным кодексом Российской Федерации (например, в части второй статьи 2), – не позволяет однозначно определить территориальную подсудность уголовных дел о преступлениях, совершенных вне пределов Российской Федерации. Применительно к уголовным делам частного обвинения о предусмотренных Уголовным кодексом Российской Федерации преступлениях, совершенных гражданами Российской Федерации в отношении граждан Российской Федерации вне пределов Российской Федерации (в частности, на морском судне, приписанном к порту иностранного государства и (или) плавающем под флагом иностранного государства), это означает, что часть первая статьи 32 УПК Российской Федерации – в системе действующего правового регулирования, в том числе во взаимосвязи с положениями частей второй и третьей той же статьи и регламентирующей изменение территориальной подсудности уголовного дела статьи 35 данного Кодекса, – не согласуется ни с предписанием пункта 1 части первой статьи 6 УПК Российской Федерации, в силу которого уголовное судопроизводство имеет своим назначением защиту прав и законных интересов лиц и организаций, потерпевших от преступлений, ни с предписаниями частей первой и третьей статьи 12 УК Российской Федерации, закрепляющими право гражданина Российской Федерации на государственную защиту от преступлений, предусмотренных данным Кодексом. Между тем в силу неоднократно выраженной Конституционным Судом Российской Федерации правовой позиции вытекающим из статей 1 (часть 1), 6 (часть 2), 17 (часть 3) и 19 Конституции Российской Федерации принципом юридического равенства обусловливается необходимость формальной 12 определенности, точности, ясности, недвусмысленности правовых норм и их согласованности в системе действующего правового регулирования; юридическое равенство может быть обеспечено лишь при условии единообразного понимания и толкования правовой нормы; законоположения, не отвечающие указанным критериям, порождают противоречивую правоприменительную практику, создают возможность их неоднозначного истолкования и, следовательно, произвольного применения и тем самым ведут к нарушению конституционных гарантий государственной, в том числе судебной, защиты прав, свобод и законных интересов граждан (статья 45; статья 46, части 1 и 2, Конституции Российской Федерации). Неопределенность законодательной регламентации подсудности уголовных дел частного обвинения о признаваемых Уголовным кодексом Российской Федерации преступлениями общественно опасных деяниях, которые совершены гражданами Российской Федерации в отношении граждан Российской Федерации вне пределов Российской Федерации, не только нарушает общеправовой принцип юридического равенства, но и свидетельствует о невыполнении федеральным законодателем обязанности, вытекающей из статей 19 (части 1 и 2), 45, 46 (часть 1), 47 (часть 1) и 71 (пункт «о») Конституции Российской Федерации, и вопреки требованиям ее статей 55 (часть 3) и 56 (часть 3) приводит к фактическому ограничению самого существа конституционных прав на доступ к правосудию и на законный суд.
4. В соответствии с Конституцией Российской Федерации достоинство личности охраняется государством, ничто не может быть основанием для его умаления (статья 21, часть 1); права потерпевших от преступлений и злоупотреблений властью охраняются законом, государство обеспечивает потерпевшим доступ к правосудию и компенсацию причиненного ущерба (статья 52). С приведенными конституционными положениями согласуются положения Международного пакта о гражданских и политических правах, 13 провозглашающего охрану государством достоинства личности как основы свободы, справедливости и всех неотъемлемых прав человека (преамбула), и Декларации основных принципов правосудия для жертв преступлений и злоупотреблений властью, предусматривающей, что лица, которым был причинен вред, включая телесные повреждения или моральный ущерб, эмоциональные страдания, материальный ущерб или существенное ущемление их основных прав в результате действия или бездействия, нарушающего национальные уголовные законы («жертвы»), имеют право на доступ к механизмам правосудия и скорейшую компенсацию причиненного им ущерба в соответствии с национальным законодательством; при этом судебные и административные процедуры в большей степени должны отвечать их потребностям (пункты 1, 4 и 6). Признавая необходимость особого внимания к интересам и требованиям потерпевших от преступлений,
5. Таким образом, часть первая статьи 32 УПК Российской Федерации – в той мере, в какой она в системе действующего правового регулирования в силу нарушения критериев формальной определенности, точности, ясности, недвусмысленности правовых норм не позволяет однозначно определить территориальную подсудность уголовного дела частного обвинения о преступлении, совершенном гражданином Российской Федерации в отношении гражданина Российской Федерации вне пределов Российской Федерации, и тем самым нарушает конституционные гарантии государственной, в том числе судебной, защиты прав, свобод и законных интересов потерпевших от преступлений, – не соответствует Конституции Российской Федерации, ее статьям 19 (части 1 и 2), 21 (часть 1), 45, 46 (часть 1), 47 (часть 1), 52, 55 (часть 3) и 56 (часть 3). Федеральному законодателю – исходя из требований Конституции Российской Федерации, в том числе закрепляющих принципы правовой определенности, полноты и эффективности судебной защиты прав человека и основных свобод, и с учетом правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации, выраженных в настоящем Постановлении, – надлежит внести в Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации изменения, направленные на совершенствование правил определения подсудности уголовных дел о предусмотренных Уголовным кодексом Российской Федерации преступлениях, совершенных вне пределов Российской Федерации. 16 Вместе с тем – в целях соблюдения баланса конституционно значимых интересов, недопустимости нарушения прав и свобод других лиц при осуществлении прав и свобод человека и гражданина (статья 17, часть 3, Конституции Российской Федерации) и обеспечения стабильности правоотношений в интересах субъектов права –
1. Признать часть первую статьи 32 УПК Российской Федерации не соответствующей Конституции Российской Федерации, ее статьям 19 (части 1 и 2), 21 (часть 1), 45, 46 (часть 1), 47 (часть 1), 52, 55 (часть 3) и 56 (часть 3), в той мере, в какой она в системе действующего правового регулирования не позволяет однозначно определять территориальную подсудность уголовных дел частного обвинения о преступлениях, совершенных гражданами Российской Федерации в отношении граждан Российской Федерации вне пределов Российской Федерации.
2. Впредь до внесения в Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации надлежащих изменений уголовные дела частного обвинения о преступлениях, совершенных гражданами Российской Федерации в отношении граждан Российской Федерации вне пределов Российской Федерации, подлежат рассмотрению тем мировым судьей, чья юрисдикция распространяется на территорию, на которой проживают и потерпевший, и обвиняемый, а во всех иных случаях территориальную подсудность соответствующего уголовного дела определяет председатель (заместитель председателя) вышестоящего суда на основе статей 32, 35, 36, 125 и 152 УПК Российской Федерации, руководствуясь требованиями Конституции Российской Федерации и с учетом правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации, выраженных в настоящем Постановлении. Нарушение конституционных прав гражданина Красноперова Сергея Александровича частью первой статьи 32 УПК Российской Федерации, 18 признанной настоящим Постановлением не соответствующей Конституции Российской Федерации, должно быть устранено или компенсировано посредством механизмов, предусмотренных действующим законодательством.
3. Прекратить производство по настоящему делу в части, касающейся проверки конституционности части второй статьи 2 УПК Российской Федерации.
4. Настоящее Постановление окончательно, не подлежит обжалованию, вступает в силу немедленно после провозглашения, действует непосредственно и не требует подтверждения другими органами и должностными лицами.
5. Согласно статье 78 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации» настоящее Постановление подлежит незамедлительному опубликованию в «Российской газете» и «Собрании законодательства Российской Федерации». Постановление должно быть опубликовано также в «Вестнике Конституционного Суда Российской Федерации».