Заключение КС РФ № 585727-З/2022
Дата: 15.02.2022
============================================================

по делу о проверке конституционности статьи 242 и частей первой и третьей статьи 255 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в связи с жалобой гражданина А.С.Мамонтова город Санкт-Петербург 15 февраля 2022 года Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя В.Д.Зорькина, судей К.В.Арановского, Г.А.Гаджиева, Л.М.Жарковой, С.М.Казанцева, С.Д.Князева, А.Н.Кокотова, Л.О.Красавчиковой, С.П.Маврина, Н.В.Мельникова, В.Г.Ярославцева, руководствуясь статьей 125 (пункт «а» части 4) Конституции Российской Федерации, пунктом 3 части первой, частями третьей и четвертой статьи 3, частью первой статьи 21, статьями 36, 471, 74, 86, 96, 97 и 99 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», рассмотрел в заседании без проведения слушания дело о проверке конституционности статьи 242 и частей первой и третьей статьи 255 УПК Российской Федерации. Поводом к рассмотрению дела явилась жалоба гражданина А.С.Мамонтова. Основанием к рассмотрению дела явилась обнаружившаяся неопределенность в вопросе о том, соответствуют ли Конституции Российской Федерации оспариваемые заявителем законоположения. 2 Заслушав заключение судьи Н.В.Мельникова, исследовав представленные документы и иные материалы, Конституционный Суд Российской Федерации

1. Статья 242 «Неизменность состава суда» УПК Российской Федерации устанавливает, что уголовное дело рассматривается одним и тем же судьей или одним и тем же составом суда, а если кто-либо из судей лишен возможности продолжать участие в судебном заседании, то он заменяется другим судьей и судебное разбирательство уголовного дела начинается сначала. Согласно статье 255 «Решение вопроса о мере пресечения» данного Кодекса в ходе судебного разбирательства суд вправе избрать, изменить или отменить меру пресечения в отношении подсудимого (часть первая); суд, в производстве которого находится уголовное дело, по истечении 6 месяцев со дня поступления уголовного дела в суд вправе продлить срок содержания подсудимого под стражей, но только по уголовным делам о тяжких и особо тяжких преступлениях и каждый раз не более чем на 3 месяца (часть третья).

1.1. Конституционность приведенных норм оспаривает гражданин А.С.Мамонтов, обвиняемый в преступлениях, предусмотренных частью четвертой статьи 160 (присвоение или растрата, совершенные организованной группой либо в особо крупном размере) и частью третьей статьи 293 (халатность, повлекшая по неосторожности смерть двух или более лиц) УК Российской Федерации. Уголовное дело в его отношении, материалы которого превышают двести томов, с 10 декабря 2019 года рассматривается Центральным районным судом города Кемерово в составе судьи М. Подсудимый находится под стражей с 25 мая 2018 года, срок содержания под стражей неоднократно продлевался, в том числе на стадии судебного производства судьей М., вплоть до 10 декабря 2020 года. Дальнейшее продление срока содержания под стражей еще на три месяца (до 10 марта 2021 года) осуществлено постановлением Центрального районного суда города Кемерово от 1 декабря 2020 года в составе судьи В. С этим 3 решением согласились вышестоящие суды (апелляционное постановление Кемеровского областного суда от 30 декабря 2020 года, постановление судьи Восьмого кассационного суда общей юрисдикции от 24 февраля 2021 года и постановление судьи Верховного Суда Российской Федерации от 30 июня 2021 года), отвергнув довод о том, что оно принято незаконным составом суда – судьей, не принявшим уголовное дело к своему производству. Суды исходили из следующего. В связи с временной нетрудоспособностью судьи М. ходатайство государственного обвинителя о продлении срока содержания под стражей обоснованно рассмотрено другим судьей. Это вызвано объективными, уважительными и исключительными причинами. Причем В. является судьей того же самого суда, что и М. Полученные по делу доказательства судья В. не исследовал, в круг обсуждения вопросов, определенных статьей 299 УПК Российской Федерации, не входил. Принцип неизменности состава суда не нарушен, поскольку исходя из смысла статьи 242 данного Кодекса требование о неизменности относится лишь к стадии судебного разбирательства и не распространяется на принятие судьей промежуточных решений о продлении срока содержания под стражей.

1.2. А.С.Мамонтов утверждает, что оспариваемые нормы не соответствуют статье 47 (часть 1) Конституции Российской Федерации, поскольку дают возможность вынести решение о продлении срока содержания подсудимого под стражей судье, не принявшему уголовное дело к своему производству (произвольно сформированному составу суда). Кроме того, по мнению заявителя, уголовно-процессуальный закон не содержит достаточных гарантий того, чтобы судья, не входящий в состав суда, рассматривающего дело по существу, смог вынести решение о продлении срока содержания под стражей (об отмене или изменении меры пресечения), принимая во внимание установленные в ходе рассмотрения дела по существу обстоятельства – необходимые для того, чтобы решение о мере пресечения было законным, обоснованным и мотивированным. 4 Таким образом, с учетом предписаний статей 74, 96 и 97 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации» предметом рассмотрения Конституционного Суда Российской Федерации по настоящему делу являются статья 242 и части первая и третья статьи 255 УПК Российской Федерации в той мере, в какой на их основании в стадии судебного разбирательства по уголовному делу допускается разрешение вопроса о продлении срока содержания подсудимого под стражей не составом суда, в производстве которого находится уголовное дело, а иным судьей того же суда без замены принявшего дело к своему производству судьи (состава суда) в случае отсутствия судьи по уважительным причинам.

2. Конституция Российской Федерации, провозглашая человека, его права и свободы высшей ценностью, определяющей смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваемой правосудием, гарантирует каждому судебную защиту, в том числе защиту права на свободу и личную неприкосновенность, на основе равенства перед законом и судом, отводит судебной власти, независимой и беспристрастной по своей сути, решающую роль в государственной защите прав и свобод и прямо предусматривает, что арест, заключение под стражу и содержание под стражей допускаются только по судебному решению, причем никто не может быть лишен права на рассмотрение его дела в том суде и тем судьей, к подсудности которых оно отнесено законом (статьи 2, 18, 19 и 22; статья 45, часть 1; статья 46, часть 1; статья 47, часть 1). По смыслу Конституции Российской Федерации, ее статей 46 (часть 1) и 47 (часть 1) во взаимосвязи со статьями 19, 121 и 128, право на судебную защиту путем рассмотрения дела компетентным, независимым и беспристрастным судом означает, в частности, что такое разбирательство должно осуществляться не произвольно выбранным, а законно установленным судом, т.е. судом, компетенция которого по рассмотрению данного дела определяется на основании закрепленных в законе критериев, которые в нормативной форме (в виде общего правила) заранее, до возникновения спора 5 или иного правового конфликта предопределяют, в каком суде подлежит рассмотрению дело, что позволяет суду, сторонам и другим участникам процесса избежать правовой неопределенности в этом вопросе, споров о подсудности, а потому и ограничения права на доступ к правосудию. При этом предполагаются беспрепятственный доступ граждан к правосудию, разрешение дела судом без неоправданных задержек в разумный срок, неизменность состава суда при разрешении им конкретного дела и недопустимость произвольного изменения его состава, что обусловлено конституционными положениями об осуществлении правосудия только судом, о независимости суда и судей как носителей судебной власти в системе разделения властей от чьей бы то ни было воли, о разрешении ими дела самостоятельно и их подчинении только Конституции Российской Федерации и федеральному закону, а также требованиями формальной определенности правового регулирования, вытекающими из принципов правового государства (статья 1, часть 1; статьи 2 и 10; статья 17, часть 3; статьи 18 и 19; статья 118, часть 1; статьи 120 и 124 Конституции Российской Федерации) (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 14 мая 2015 года

3. Конкретизируя конституционные положения применительно к заключению под стражу, Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации прямо закрепляет, что только суд, в том числе в ходе досудебного производства, правомочен принимать решения об избрании и о продлении этой меры пресечения (пункты 1 и 2 части второй статьи 29), определяет единые для всего уголовного судопроизводства нормативные основания ее применения и подлежащие учету при ее избрании обстоятельства, а также предусматривает, что вопрос об избрании этой меры пресечения или о ее продлении подлежит рассмотрению единолично судьей районного суда либо военного суда соответствующего уровня с обязательным участием подозреваемого или обвиняемого, прокурора, защитника, если последний участвует в уголовном деле, по месту производства предварительного расследования либо месту задержания подозреваемого, а в случае содержания под стражей свыше 12 месяцев – судьей верховного суда республики, краевого, областного или 7 равного ему суда (статьи 97, 99, 100, 108 и 109). Не допускается возложение полномочий по разрешению вопроса о содержании под стражей на одного и того же судью на постоянной основе – эти полномочия распределяются между судьями конкретного суда в соответствии с принципом распределения уголовных дел (часть тринадцатая статьи 108 данного Кодекса). Вопрос об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу или о продлении срока содержания под стражей либо о ее отмене или изменении подлежит выяснению и разрешению единолично судьей по поступившему в суд уголовному делу и рассматривается им в судебном заседании по ходатайству прокурора или по собственной инициативе с участием обвиняемого, защитника, если тот участвует в уголовном деле, законного представителя несовершеннолетнего обвиняемого и прокурора в порядке, установленном статьей 108 УПК Российской Федерации, либо на предварительном слушании, проводимом при наличии на то законных оснований, независимо от того, к какому составу и подсудности какого суда отнесено разрешение уголовного дела, и от решения, принимаемого судьей по поступившему в суд уголовному делу (статьи 30 и 31, часть первая статьи 227, пункт 3 части первой и часть вторая статьи 228, часть вторая статьи 229, пункт 2 части второй статьи 231, часть первая статьи 234, части первая, пятая и шестая статьи 236 и часть третья статьи 237 данного Кодекса). Из взаимосвязанных норм уголовно-процессуального закона следует, что как в досудебной стадии, так и в стадии подготовки уголовного дела к судебному заседанию вопрос о содержании под стражей может быть разрешен судьей единолично. В стадии же судебного разбирательства уголовного дела разрешение данного вопроса отнесено к подсудности суда и к компетенции судьи (судей) суда, в который поступило это дело. Тем самым закон прямо установил нормативные критерии, которые предопределяют, в каком суде подлежит разрешению вопрос о содержании обвиняемого (подсудимого) под стражей, что позволяет суду (судье), сторонам и другим участникам процесса избежать правовой неопределенности и споров о подсудности. 8 Часть третья статьи 255 УПК Российской Федерации о праве суда, в производстве которого находится уголовное дело, продлить срок содержания подсудимого под стражей по истечении 6 месяцев со дня поступления дела в суд не является исключением из правила о подсудности разрешения судьей (судьями) суда, в который поступило дело, вопроса о содержании под стражей, а лишь конкретизирует, в силу принципа независимости судей, полноту судебной власти: суд применительно к находящемуся в его производстве уголовному делу вправе самостоятельно, без постороннего вмешательства принимать все решения, относящиеся к его полномочиям, в том числе о продлении срока содержания подсудимого под стражей неоднократно, но не более чем на 3 месяца, если такой ординарный, предельный для судебной стадии срок истекает до вынесения приговора. Вместе с тем названная норма – подлежащая применению в системе действующего регулирования с учетом статей 17 (часть 3), 19 (часть 1) и 46 (часть 1) Конституции Российской Федерации о том, что осуществление прав и свобод не должно нарушать права и свободы других лиц, о равенстве перед законом и судом, о праве на доступ к правосудию и судебную защиту в разумный срок и с учетом требований процессуальной экономии, баланса публичных интересов, прав и законных интересов участников процесса – не исключает разрешения вопроса о продлении срока содержания подсудимого под стражей в случаях, не терпящих отлагательства, при временном отсутствии по уважительным причинам судьи, единолично рассматривающего уголовное дело по существу, другим судьей того же суда. При этом, исходя из единой природы судебной защиты при избрании или продлении данной меры пресечения, а также из одинаковой природы и значения судебных гарантий для защиты прав и законных интересов личности при ограничении свободы и личной неприкосновенности, суд как орган правосудия призван обеспечить равно законное, обоснованное и справедливое решение о содержании под стражей, вне зависимости от того, на каком этапе уголовного судопроизводства и каким судом такое решение принимается (постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 22 марта 2005 года

4. Решение вопроса о мере пресечения в виде заключения под стражу в производстве, отдельном от производства по основному уголовному делу, опирается на статьи 22 (часть 2) и 46 (часть 1) Конституции Российской Федерации, требующие обеспечить безотлагательную судебную защиту права на свободу и личную неприкосновенность. Причем, как отмечал

5. Исходя из взаимосвязанных положений Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации (статьи 30 и 31, часть первая статьи 227, пункт 3 части первой и часть вторая статьи 228, часть вторая статьи 229, пункт 2 части второй статьи 231, часть первая статьи 234, части первая, пятая и шестая статьи 236 и часть третья статьи 237) не исключается, что вопрос о мере пресечения разрешит на стадии подготовки уголовного дела к судебному заседанию один судья, а рассматривать дело по существу будет другой. Это обстоятельство не ставит под сомнение законность суда и не свидетельствует о нарушении требования о неизменности состава суда, которое предусмотрено статьей 242 данного Кодекса и ориентировано на стадию судебного разбирательства, но не на стадию подготовки к нему (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 20 декабря 2018 года

6. По смыслу правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в ряде его решений, в том числе в постановлениях от 25 марта 2008 года

7. Таким образом, статья 242 и части первая и третья статьи 255 УПК Российской Федерации не противоречат Конституции Российской Федерации, поскольку позволяют, если разрешение вопроса о продлении срока содержания под стражей не терпит отлагательства, а осуществление его судьей (составом суда), в чьем производстве находится уголовное дело, объективно невозможно, принять решение о продлении срока содержания под стражей (об отмене или изменении данной меры пресечения) единолично иному судье того же суда, определенному в соответствии с установленным законом принципом распределения дел, по результатам изучения материалов уголовного дела, исследования в условиях устности и непосредственности представленных сторонами обвинения и защиты доказательств, 16 подтверждающих наличие или отсутствие оснований для применения данной меры пресечения. Признание положений названных статей не противоречащими Конституции Российской Федерации не препятствует федеральному законодателю внести дополнения и изменения, направленные на совершенствование уголовно-процессуального закона и вытекающие из настоящего Постановления. Исходя из изложенного и руководствуясь статьями 6, 471, 71, 72, 74, 75, 78, 79 и 100 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации»,


ПОСТАНОВИЛ:

1. Признать статью 242 и части первую и третью статьи 255 УПК Российской Федерации не противоречащими Конституции Российской Федерации, поскольку они позволяют, если разрешение вопроса о продлении срока содержания под стражей не терпит отлагательства, а осуществление его судьей (составом суда), в чьем производстве находится уголовное дело, объективно невозможно, принять решение о продлении срока содержания под стражей (об отмене или изменении данной меры пресечения) единолично иному судье того же суда, определенному в соответствии с установленным законом принципом распределения дел, по результатам изучения материалов уголовного дела, исследования в условиях устности и непосредственности представленных сторонами обвинения и защиты доказательств, подтверждающих наличие или отсутствие оснований для применения данной меры пресечения.

2. Настоящее Постановление окончательно, не подлежит обжалованию, вступает в силу со дня официального опубликования, действует непосредственно и не требует подтверждения другими органами и должностными лицами.

3. Настоящее Постановление подлежит незамедлительному опубликованию в «Российской газете», «Собрании законодательства 17 Российской Федерации» и на «Официальном интернет-портале правовой информации» (www.pravo.gov.ru).