1. В соответствии со статьей 2421 Бюджетного кодекса Российской Федерации исполнение судебных актов по обращению взыскания на средства бюджетов бюджетной системы Российской Федерации производится на основании исполнительных документов – исполнительного листа либо судебного приказа с указанием сумм, подлежащих взысканию (пункт 1); к исполнительному документу (за исключением судебного приказа), направляемому для исполнения судом по просьбе взыскателя или самим взыскателем, должна быть приложена, в частности, надлежащим образом заверенная копия судебного акта, на основании которого он выдан (пункт 2); непредставление какого-либо документа, указанного в пункте 2 данной 3 статьи, является основанием для возврата взыскателю документов, поступивших на исполнение (пункт 3).
1.1. Конституционность названных законоположений оспаривает Уполномоченный по правам человека в Российской Федерации, обратившийся в
1.2. Неконституционность статьи 2421 Бюджетного кодекса Российской Федерации Уполномоченный по правам человека в Российской Федерации усматривает в том, что она не позволяет обращать взыскание на средства бюджетов бюджетной системы Российской Федерации на основании принятых в рамках досудебного производства процессуальных решений дознавателя, следователя (а в соответствии с ранее действовавшим уголовно- процессуальным законом – и прокурора), которыми признается право гражданина на реабилитацию и определяется размер возмещения вреда, причиненного незаконным привлечением к уголовной ответственности. По мнению заявителя, оспариваемое регулирование фактически исключает для лиц, реабилитированных на стадии досудебного производства по уголовному делу, возможность реализации конституционного права на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями 5 (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц, поскольку уголовно-процессуальное законодательство не предусматривает обязанности суда рассмотреть требование реабилитированного взыскателя и, соответственно, не предоставляет ему возможность получить отвечающий предписаниям статьи 2421 Бюджетного кодекса Российской Федерации судебный акт, чем нарушаются права, гарантированные статьями 19 (часть 1), 52 и 53 Конституции Российской Федерации.
1.3. В силу статей 74, 96 и 97 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации»
2. Конституция Российской Федерации закрепляет право каждого на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями 6 (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц (статья 53), реализация которого гарантируется конституционной обязанностью государства в случае нарушения органами публичной власти и их должностными лицами прав, охраняемых законом, обеспечивать потерпевшим доступ к правосудию и компенсацию причиненного ущерба (статья 52), а также государственную, в том числе судебную, защиту прав и свобод человека и гражданина (статья 45, часть 1; статья 46). В силу статей 17 (части 1 и 2) и 18 Конституции Российской Федерации право на судебную защиту в числе других основных прав и свобод человека признается и гарантируется согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации, является непосредственно действующим, определяет смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, что, как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, предполагает не только право на обращение в суд, но и гарантии, позволяющие реализовать его в полном объеме и обеспечивающие эффективное восстановление в правах посредством правосудия, отвечающего требованиям справедливости и равенства (постановления от 14 июля 2005 года
3. Статья 2421 Бюджетного кодекса Российской Федерации содержит общие предписания относительно исполнения судебных актов, обеспечивающие, в том числе в соответствии со статьями 1069 и 1070 ГК Российской Федерации, возмещение за счет казны Российской Федерации причиненного гражданину незаконными действиями государственных 9 органов вреда – путем обращения взыскания на средства бюджетов бюджетной системы Российской Федерации. Данные предписания применяются при исполнении судебных решений, принятых как в гражданском, так и в уголовном судопроизводстве, в том числе в тех случаях, когда вред был причинен действиями (или бездействием) государственных органов и их должностных лиц, выразившимися в незаконном привлечении к уголовной ответственности, если впоследствии уголовное преследование было прекращено постановлениями дознавателя, следователя по основаниям, дающим право на реабилитацию. При этом как по буквальному смыслу статьи 2421 Бюджетного кодекса Российской Федерации, так и по смыслу, придаваемому ей судебной практикой, обязанность уполномоченного финансового органа по выплате из соответствующего бюджета средств в возмещение причиненного вреда возникает лишь при условии, что она подтверждена актом, принятым судом, а не органами уголовного преследования. В указанном требовании находит выражение принцип иммунитета бюджета, закрепленный статьей 239 Бюджетного кодекса Российской Федерации: исходя из правовой природы бюджета, являющегося финансовой основой функционирования государства, средства которого расходуются на государственные и общественные нужды в интересах всех граждан, проживающих на его территории, и из необходимости целевого расходования бюджетных средств, федеральный законодатель вправе и обязан установить такое правовое регулирование, которое препятствует возможности бесконтрольного обращения взыскания на средства бюджета. Тем самым обеспечиваются реальные гарантии сохранности средств государства, которое в этих целях может прибегать к использованию судебной защиты своих прав. При этом нормативные положения статьи 2421 Бюджетного кодекса Российской Федерации – исходя из ее места в системе действующего правового регулирования – не ограничивают и не могут ограничить право на 10 компенсацию причиненного незаконным уголовным преследованием вреда ни по объему, ни по процедуре его возмещения, поскольку создают условия не только для защиты финансовых интересов общества и государства, но и для судебной защиты права граждан на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц. Судебный механизм решения имущественного спора, в том числе связанного с возмещением за счет бюджета причиненного гражданину вреда, является наиболее предпочтительным для обеспечения справедливости и соразмерности решения, а также для соответствующего контроля за соблюдением этих общеправовых требований при принятии досудебных актов и потому, как направленный и на обеспечение прав личности, и на учет законных интересов государства как собственника средств, в наибольшей степени согласуется с положениями статей 8 (часть 2), 35 (часть 3) и 46 Конституции Российской Федерации. Следовательно, постановка вопроса о конституционности статьи 2421 Бюджетного кодекса Российской Федерации связана не с неопределенностью ее нормативного содержания и значения в системе правового регулирования (уголовно-процессуального, гражданско-правового, гражданского процессуального), исходя из которых и должно осуществляться правоприменение, с тем чтобы не было утрачено действительное конституционно-правовое содержание данной нормы, а с пониманием в правоприменительной практике ее места в правовом регулировании института возмещения государством имущественного вреда, причиненного реабилитированному лицу, в случае, когда его уголовное преследование было прекращено на стадии досудебного производства.
4. Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации, исходя из необходимости реабилитации каждого, кто необоснованно подвергся уголовному преследованию, определяет реабилитацию как порядок восстановления прав и свобод и возмещения вреда, причиненного в связи с 11 незаконным или необоснованным уголовным преследованием, и признает за реабилитированными лицами безусловное право на его возмещение (пункты 34 и 35 статьи 5, статья 6). В соответствии со статьей 133 УПК Российской Федерации право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах; вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда (часть первая); право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, имеют: подсудимый, в отношении которого вынесен оправдательный приговор; подсудимый, уголовное преследование в отношении которого прекращено в связи с отказом государственного обвинителя от обвинения; подозреваемый или обвиняемый, уголовное преследование в отношении которого прекращено по основаниям, предусмотренным пунктами 1, 2, 5 и 6 части первой статьи 24 и пунктами 1 и 4–6 части первой статьи 27 данного Кодекса; осужденный – в случаях полной или частичной отмены вступившего в законную силу обвинительного приговора суда и прекращения уголовного дела по основаниям, предусмотренным пунктами 1 и 2 части первой статьи 27 данного Кодекса; лицо, к которому были применены принудительные меры медицинского характера, – в случае отмены незаконного или необоснованного постановления суда о применении данной меры (часть вторая); право на возмещение вреда в порядке, установленном главой 18 данного Кодекса, имеет также любое лицо, незаконно подвергнутое мерам процессуального принуждения в ходе производства по уголовному делу (часть третья); в иных случаях, кроме предусмотренных данным Кодексом, вопросы, связанные с возмещением вреда, разрешаются в порядке гражданского судопроизводства (часть пятая). 12 Установленный в уголовном процессе порядок возмещения вреда предполагает, что суд в приговоре, определении, постановлении, а следователь, дознаватель – в постановлении признают за оправданным либо лицом, в отношении которого прекращено уголовное преследование, право на реабилитацию; одновременно реабилитированному направляется извещение с разъяснением порядка возмещения вреда, связанного с уголовным преследованием (часть первая статьи 134 УПК Российской Федерации). В течение сроков исковой давности, предусмотренных Гражданским кодексом Российской Федерации, со дня получения данного извещения реабилитированный вправе обратиться с требованием о возмещении имущественного вреда в орган, постановивший приговор и (или) вынесший определение, постановление о прекращении уголовного дела, об отмене или изменении незаконных или необоснованных решений, который в срок не позднее одного месяца со дня поступления требования о возмещении имущественного вреда определяет его размер и выносит постановление о производстве выплат в возмещение этого вреда (части вторая и четвертая статьи 135 УПК Российской Федерации). Постановления судьи, следователя, дознавателя о производстве выплат, возврате имущества могут быть обжалованы в уголовно-процессуальном порядке (статья 137 УПК Российской Федерации). Согласно части пятой статьи 135 УПК Российской Федерации требование о возмещении имущественного вреда разрешается судьей в порядке, установленном статьей 399 данного Кодекса для разрешения вопросов, связанных с исполнением приговора. По смыслу этого законоположения во взаимосвязи со статьей 133, частью первой статьи 134, частями второй и четвертой статьи 135, пунктом 1 статьи 397 и частью первой статьи 399 УПК Российской Федерации, вопрос о производстве выплат в возмещение имущественного вреда и определении их размера в процедурах, установленных для стадии исполнения приговора, разрешается непосредственно судом в тех случаях, когда право на реабилитацию ранее 13 признано в оправдательном приговоре или в определении, постановлении вышестоящей судебной инстанции о прекращении уголовного дела; в случаях же признания права на реабилитацию следователем или дознавателем данный вопрос решается органом предварительного расследования, прекратившим уголовное дело. При этом следователь, дознаватель в целях реализации вытекающего из Конституции Российской Федерации принципа максимально возможного его возмещения, руководствуются как положениями части первой статьи 135 УПК Российской Федерации, предусматривающими виды выплат и имущества, подлежащих возврату, так и иными положениями законодательства, устанавливающими общие правила определения размера возмещения вреда. Иски же о компенсации морального вреда (в денежном выражении) предъявляются в порядке гражданского судопроизводства, в этом же порядке обжалуются решения о восстановлении трудовых, пенсионных, жилищных и иных прав реабилитированного (часть вторая статьи 136 и часть первая статьи 138 УПК Российской Федерации). Таким образом, действующий уголовно-процессуальный порядок признания права на возмещение имущественного вреда в связи с реабилитацией, в том числе на стадии досудебного производства по уголовному делу, в соответствии с требованиями статей 45, 49, 52 и 53 Конституции Российской Федерации во всех случаях создает для реабилитированных лиц упрощенный по сравнению с исковым порядком гражданского судопроизводства режим правовой защиты, освобождающий их от бремени доказывания оснований и размера возмещения вреда и одновременно предоставляющий им возможность участвовать в доказывании объема компенсации, а также возможность обжалования принятых об этом решений в случае несогласия с ними.
5. Как неоднократно подчеркивал
6. Возникшая несогласованность предписаний статьи 2421 Бюджетного кодекса Российской Федерации с иным отраслевым регулированием института реабилитации, препятствующая эффективной реализации права на возмещение вреда, причиненного незаконным и (или) необоснованным уголовным преследованием, не обусловливает признание данной статьи не соответствующей Конституции Российской Федерации, поскольку сами по себе ее положения не ограничивают право на возмещение указанного вреда. 17 Исходя из этого статья 2421 Бюджетного кодекса Российской Федерации – по своему конституционно-правовому смыслу во взаимосвязи с положениями частей второй, четвертой и пятой статьи 135 УПК Российской Федерации – предполагает, что обязанности взыскателя средств бюджета приложить к исполнительному документу копию судебного акта, на основании которого он выдан, корреспондирует право данного лица на обращение в суд с требованием о принятии судебного акта относительно возмещения вреда, причиненного незаконным уголовным преследованием. Соответственно, положение части пятой статьи 135 УПК Российской Федерации о том, что требование о возмещении имущественного вреда разрешается судьей в порядке, установленном статьей 399 данного Кодекса для разрешения вопросов, связанных с исполнением приговора, – во взаимосвязи с положениями статьи 133, частей второй и четвертой статьи 135, статей 137 и 138 УПК Российской Федерации – означает, что данная процедура применяется для возмещения имущественного вреда не только лицам, право на реабилитацию которых признано оправдательным приговором или определением, постановлением вышестоящей судебной инстанции о прекращении уголовного дела, но и лицам, реабилитированным на стадии досудебного производства по уголовному делу, что согласуется также с пунктом 1 статьи 397 УПК Российской Федерации, в силу которого вопросы, связанные с возмещением вреда реабилитированному, восстановлением его трудовых, пенсионных, жилищных и иных прав, рассматриваются судом в порядке, установленном для разрешения вопросов, связанных с исполнением приговора. В силу принципа равенства перед законом и судом (статья 19, часть 1, Конституции Российской Федерации) реабилитированным на стадии досудебного производства по уголовному делу обеспечиваются процессуальные гарантии права на доступ к правосудию в процедуре статьи 399 УПК Российской Федерации, аналогичные гарантиям, предоставляемым лицам, в отношении которых уголовное преследование 18 было прекращено судом, включая право на получение судебного решения о производстве выплат в возмещение вреда, причиненного незаконным уголовным преследованием. Такой – судебный – порядок, помимо прочего, является дополнительной гарантией от произвольного определения органами предварительного расследования размера возмещения вреда и позволяет как самому реабилитированному, так и органам, представляющим казну Российской Федерации, отстаивать свою позицию по данному вопросу. Иное истолкование положений статьи 2421 Бюджетного кодекса Российской Федерации, как исключающих для реабилитированных по постановлению следователя, дознавателя возможность обратиться за судебным решением о производстве выплат в возмещение имущественного вреда в рамках процедур, предусмотренных уголовно-процессуальным законом (статья 133, части вторая, четвертая и пятая статьи 135, статьи 397 и 399 УПК Российской Федерации), не обеспечивало бы для лиц, реабилитированных на разных стадиях уголовного судопроизводства, юридическое равенство в реализации посредством уголовно-процессуальных процедур конституционного права на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц, и вело бы к нарушению статей 19 (части 1 и 2), 52 и 53 Конституции Российской Федерации. Исходя из изложенного и руководствуясь статьей 6, частями первой и второй статьи 71, статьями 72, 74, 75, 79 и 100 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации»,
1. Признать положения статьи 2421 Бюджетного кодекса Российской Федерации, определяющие общий порядок обращения взыскания на средства бюджетов бюджетной системы Российской Федерации, применительно к 19 случаям возмещения государством имущественного вреда, причиненного реабилитированному лицу, уголовное преследование в отношении которого было прекращено на стадии досудебного производства, не противоречащими Конституции Российской Федерации, поскольку эти положения – по своему конституционно-правовому смыслу в системе действующего правового регулирования – предполагают, что обязанности взыскателя приложить к исполнительному документу копию судебного акта, на основании которого он выдан, корреспондирует право получить такой судебный акт в установленном Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации порядке на основании постановления следователя, дознавателя о прекращении уголовного преследования, реабилитации и производстве выплат в возмещение вреда, причиненного незаконным и (или) необоснованным уголовным преследованием. Выявленный в настоящем Постановлении конституционно-правовой смысл нормативного регулирования института возмещения имущественного вреда, причиненного реабилитированному лицу незаконным и (или) необоснованным уголовным преследованием, включая положения статьи 2421 Бюджетного кодекса Российской Федерации, является общеобязательным и исключает любое иное его истолкование в правоприменительной практике.
2. Дело гражданки Демидкиной Галины Михайловны подлежит пересмотру в установленном порядке с учетом настоящего Постановления.
3. Настоящее Постановление окончательно, не подлежит обжалованию, вступает в силу немедленно после провозглашения, действует непосредственно и не требует подтверждения другими органами и должностными лицами.
4. Согласно статье 78 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации» настоящее Постановление подлежит незамедлительному опубликованию в «Российской газете» и «Собрании законодательства Российской Федерации». Постановление 20 должно быть опубликовано также в «Вестнике Конституционного Суда Российской Федерации».