1. Гражданин Р.В.Максименко оспаривает конституционность статьи 15 ГК Российской Федерации, предусматривающей, что лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере (пункт 1); под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества 2 (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода); если лицо, нарушившее право, получило вследствие этого доходы, лицо, право которого нарушено, вправе требовать возмещения наряду с другими убытками упущенной выгоды в размере не меньшем, чем такие доходы (пункт 2). Решением Клинцовского городского суда Брянской области от 19 октября 2017 года было отказано в удовлетворении требования межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 1 по Брянской области о взыскании с Р.В.Максименко (являвшегося руководителем общества с ограниченной ответственностью) убытков, понесенных инициировавшим дело о банкротстве налоговым органом, в виде суммы, взысканной с него ранее в пользу конкурсного управляющего, в связи с неисполнением Р.В.Максименко установленной положениями статьи 9 Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» обязанности по обращению в арбитражный суд с заявлением должника о признании банкротом возглавляемого им общества. Принимая такое решение, суд общей юрисдикции исходил из того, что отсутствует причинно- следственная связь между фактом неисполнения ответчиком указанной обязанности и возникшими впоследствии понесенными истцом убытками. Кроме того, судом было принято во внимание, что ранее арбитражный суд отказал налоговому органу в удовлетворении требования о привлечении Р.В.Максименко к субсидиарной ответственности в рамках дела о банкротстве общества с ограниченной ответственностью в связи с отсутствием доказательств, свидетельствующих о совершении им как руководителем данного общества виновных действий, которые привели к ухудшению положения этого общества и к его последующему банкротству, и вины Р.В.Максименко в том, что он не обратился с заявлением должника в арбитражный суд о признании банкротом возглавляемого им юридического лица. 3 Апелляционным определением от 10 января 2018 года судебная коллегия по гражданским делам Брянского областного суда решение суда первой инстанции отменила и приняла новое решение, которым предъявленное к Р.В.Максименко требование налогового органа было удовлетворено. Суд апелляционной инстанции, руководствуясь положениями статей 9, 10, 59 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», статьи 15 ГК Российской Федерации, указал, что Р.В.Максименко, являвшийся руководителем общества с ограниченной ответственностью, был обязан обратиться в арбитражный суд с заявлением должника, неисполнение данной обязанности повлекло убытки налогового органа в виде взысканных с него арбитражным судом расходов, понесенных при проведении процедур банкротства, в том числе на вознаграждение конкурсного управляющего. В передаче кассационных жалоб заявителя на данное апелляционное определение для рассмотрения в судебном заседании суда кассационной инстанции и Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации было отказано (определение судьи Брянского областного суда от 26 марта 2018 года и определение судьи Верховного Суда Российской Федерации от 13 июня 2018 года соответственно). Заместитель Председателя Верховного Суда Российской Федерации не нашел оснований не согласиться с указанным определением судьи Верховного Суда Российской Федерации (письмо от 15 августа 2018 года). По мнению заявителя, статья 15 ГК Российской Федерации противоречит статьям 1 (часть 1), 4 (часть 2), 15 (части 1 и 2), 19 (части 1 и 2), 34 (часть 1), 35 (части 1–3), 49 (часть 1), 54 (часть 2) и 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации в той мере, в какой она по смыслу, придаваемому ей правоприменительной практикой, позволяет взыскивать по иску налогового органа сумму вознаграждения арбитражного управляющего с бывшего руководителя признанного по заявлению налогового органа банкротом общества с ограниченной ответственностью при отсутствии оснований для привлечения данного руководителя к субсидиарной 4 ответственности, а также при отсутствии у этого общества задолженности перед бюджетами по налогам и сборам, установленных арбитражным судом.
2. Вопрос о проверке конституционности оспариваемых заявителем законоположений ранее уже ставился перед Конституционным Судом Российской Федерации, который в сохраняющих силу решениях указывал, что предусмотренная Гражданским кодексом Российской Федерации обязанность возместить причиненный вред – мера гражданско-правовой ответственности, которая применяется к причинителю вреда при наличии состава правонарушения, включающего, как правило, наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинную связь между этим поведением и наступлением вреда, а также его вину (постановления от 15 июля 2009 года
3. Согласно пункту 3 статьи 43 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации»
1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Максименко Романа Викторовича, поскольку по предмету обращения Конституционным Судом Российской Федерации ранее было вынесено постановление, сохраняющее свою силу. 7
2. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит.