Постановление КС РФ № 426214-П/2019
Дата: 18.07.2019
============================================================

об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Никитина Алексея Викторовича на нарушение его конституционных прав пунктом 2 части первой статьи 72, пунктом 1 части второй статьи 75, пунктом 1 части восьмой статьи 246, статьями 256 и 338, частями первой и шестой статьи 339 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации город Санкт-Петербург 18 июля 2019 года Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя В.Д.Зорькина, судей К.В.Арановского, А.И.Бойцова, Н.С.Бондаря, Г.А.Гаджиева, Ю.М.Данилова, Л.М.Жарковой, С.М.Казанцева, С.Д.Князева, А.Н.Кокотова, Л.О.Красавчиковой, Н.В.Мельникова, Ю.Д.Рудкина, В.Г.Ярославцева, рассмотрев вопрос о возможности принятия жалобы гражданина А.В.Никитина к рассмотрению в заседании Конституционного Суда Российской Федерации,

1. Гражданин А.В.Никитин, осужденный судом с участием присяжных заседателей, оспаривает конституционность следующих положений Уголовно- процессуального кодекса Российской Федерации: пункта 2 части первой статьи 72 «Обстоятельства, исключающие участие в производстве по уголовному делу защитника, представителя потерпевшего, гражданского истца или гражданского ответчика» и пункта 1 части второй статьи 75 «Недопустимые доказательства», как допускающих участие в 2 уголовном деле защитника, являющегося родным братом ранее принимавшего участие в расследовании этого дела следователя, и позволяющих не признать полученные с участием данного защитника показания подозреваемого, обвиняемого в качестве недопустимых доказательств, нарушая тем самым его право на защиту; пункта 1 части восьмой статьи 246 «Участие обвинителя» в той мере, в какой, по мнению заявителя, эта норма позволяет государственному обвинителю, формально заявляя об изменении обвинения, фактически отказаться от его части, что не влечет прекращения уголовного преследования подсудимого и реабилитацию, либо изменить обвинение путем включения в него новых фактических обстоятельств, содержащих признаки преступления, которые ранее не вменялись, а суду – вынести постановление об изменении обвинения; статьи 256 «Порядок вынесения определения, постановления», как позволившей суду вынести постановление об отказе в удовлетворении ходатайства стороны защиты о возвращении уголовного дела прокурору, руководствуясь нормами, не содержащимися в законе, а самостоятельно сформулированными судом; статьи 338 «Постановка вопросов, подлежащих разрешению присяжными заседателями», частей первой и шестой статьи 339 «Содержание вопросов присяжным заседателям», поскольку они, как утверждает заявитель, позволили суду при составлении вопросного листа для присяжных заседателей включить в него фактические обстоятельства, содержащие признаки преступления, не вмененные в ходе предварительного следствия, самостоятельно внести изменения, касающиеся фактических обстоятельств содеянного, не указать в вопросном листе фактические обстоятельства, содержащиеся в обвинительном заключении, применительно к которым не принимался отказ государственного обвинителя от обвинения и уголовное преследование не прекращалось, а также самостоятельно исправить описки и технические ошибки в обвинительном заключении. 3 По мнению заявителя, применением оспариваемых норм нарушены его права, гарантированные статьями 2, 10, 15 (часть 4), 17 (часть 1), 19 (части 1 и 2), 46 (часть 1), 48 (часть 1), 50 (часть 2), 53, 118 и 123 (часть 3) Конституции Российской Федерации.

2.1. Пункт 2 части первой статьи 72 УПК Российской Федерации исключает участие в производстве по уголовном делу в том числе защитника, если он является близким родственником или родственником судьи, прокурора, следователя, начальника органа дознания, начальника подразделения дознания, дознавателя, секретаря судебного заседания, принимавшего либо принимающего участие в производстве по данному уголовному делу, или лица, интересы которого противоречат интересам участника уголовного судопроизводства, заключившего с ним соглашение об оказании защиты. Пункт 1 части второй статьи 75 этого Кодекса относит к недопустимым доказательствам показания подозреваемого, обвиняемого, данные в ходе досудебного производства по уголовному делу в отсутствие защитника, включая случаи отказа от защитника, и не подтвержденные подозреваемым, обвиняемым в суде. Названные нормы не направлены на ограничение права обвиняемого на защиту, а, напротив, являются дополнительной гарантией его реализации, обеспечивают получение обвиняемым квалифицированной юридической помощи, как того требует статья 48 Конституции Российской Федерации. Настаивая на их неконституционности, А.В.Никитин выражает несогласие с судебной оценкой допустимости своих показаний, полученных с участием конкретного защитника, предлагая, по существу, дать такую оценку Конституционному Суду Российской Федерации, что, однако, к полномочиям Конституционного Суда Российской Федерации не относится.

2.2. Регулирующая участие государственного обвинителя в судебном разбирательстве статья 246 УПК Российской Федерации закрепляет его 4 полномочие изменить обвинение в сторону смягчения, в частности путем исключения из юридической квалификации деяния признаков преступления, отягчающих наказание (пункт 1 части восьмой), частично или полностью отказаться от обвинения (часть седьмая), что влечет прекращение уголовного дела или уголовного преследования в части или полностью в судебном заседании (пункт 2 статьи 254 данного Кодекса). Приведенные законоположения действуют во взаимосвязи со статьей 252 УПК Российской Федерации, устанавливающей, что судебное разбирательство проводится только в отношении обвиняемого и лишь по предъявленному ему обвинению и что изменение обвинения в судебном разбирательстве допускается, если этим не ухудшается положение подсудимого и не нарушается его право на защиту. При этом данные нормы, применяемые с учетом правовых позиций, выраженных в постановлениях Конституционного Суда Российской Федерации от 20 апреля 1999 года

2.3. Согласно статье 338 УПК Российской Федерации вопросы, подлежащие разрешению присяжными заседателями, судья формулирует в письменном виде с учетом результатов судебного следствия, прений сторон, зачитывает их и передает сторонам (часть первая); стороны вправе высказывать замечания по содержанию и формулировке вопросов и вносить предложения о постановке новых; судья не вправе отказать подсудимому или его защитнику в постановке вопросов о наличии по уголовному делу фактических обстоятельств, исключающих ответственность подсудимого за содеянное или влекущих за собой его ответственность за менее тяжкое преступление (часть вторая); вопросы, подлежащие разрешению присяжными заседателями, окончательно формулируются судьей в совещательной комнате с учетом замечаний и предложений сторон (часть четвертая). При этом статья 339 данного Кодекса, регулируя содержание вопросов присяжным заседателям, прямо устанавливает, что формулировки вопросов не должны допускать при каком-либо ответе на них признание подсудимого виновным в совершении деяния, по которому государственный обвинитель не предъявлял ему обвинение либо не поддерживает обвинение к моменту постановки вопросов (части первая и шестая). Названные нормы не наделяют суд правом произвольно и без учета мнения стороны защиты формулировать вопросы, подлежащие разрешению присяжными заседателями (определения Конституционного Суда Российской 6 Федерации от 25 декабря 2008 года


ОПРЕДЕЛИЛ:

1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Никитина Алексея Викторовича, поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», в соответствии с которыми жалоба в

2. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит.