1. ООО «Орлиновское охотничье хозяйство» оспаривает конституционность части 3 статьи 71 Федерального закона от 24 июля 2009 года № 209-ФЗ «Об охоте и о сохранении охотничьих ресурсов и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», в 2 соответствии с которой юридические лица, индивидуальные предприниматели, у которых право долгосрочного пользования животным миром возникло на основании долгосрочных лицензий на пользование животным миром в отношении охотничьих ресурсов до дня вступления в силу данного Федерального закона, при исполнении ими условий таких лицензий вправе заключить охотхозяйственные соглашения в отношении охотничьих угодий, указанных в договорах о предоставлении в пользование территорий или акваторий, без проведения аукциона на право заключения охотхозяйственных соглашений на срок сорок девять лет. Заявитель оспаривает также конституционность положений статьи 2 Федерального закона от 3 июля 2016 года № 309-ФЗ «Об особенностях правового регулирования отношений в области охоты и сохранения охотничьих ресурсов на территории Республики Крым», устанавливающих, что юридические лица, индивидуальные предприниматели, которые осуществляют виды деятельности в сфере охотничьего хозяйства на территории Республики Крым и которым охотничьи угодья предоставлены во временное долгосрочное пользование до дня вступления в силу Федерального конституционного закона от 21 марта 2014 года № 6-ФКЗ «О принятии в Российскую Федерацию Республики Крым и образовании в составе Российской Федерации новых субъектов – Республики Крым и города федерального значения Севастополя» на основании документов о предоставлении во временное долгосрочное пользование охотничьих угодий, действующих на день принятия в Российскую Федерацию Республики Крым и образования в составе Российской Федерации нового субъекта – Республики Крым, вправе заключить до 1 января 2017 года охотхозяйственные соглашения в отношении охотничьих угодий, указанных в документах о предоставлении во временное долгосрочное пользование охотничьих угодий, без проведения аукциона на право заключения охотхозяйственных соглашений (часть 1); органы исполнительной власти Республики Крым обязаны заключить охотхозяйственные соглашения с указанными лицами в течение одного месяца с даты их обращения в органы 3 исполнительной власти Республики Крым, но не позднее 1 января 2017 года (часть 3). Как следует из представленных материалов, решением X сессии Севастопольского городского Совета V созыва от 8 апреля 2008 года № 4028 «О предоставлении ООО «Орлиновское охотничье хозяйство» в пользование охотничьих угодий, расположенных на подведомственной Севастопольскому городскому Совету территории» заявителю предоставлены в пользование охотничьи угодья общей площадью 12 770,5 га на срок двадцать пять лет. В соответствии с договором об организации взаимоотношений между землепользователем и пользователем охотничьих угодий от 24 октября 2008 года и типовым договором об условиях ведения охотничьего хозяйства от 30 декабря 2008 года, которые были заключены ООО «Орлиновское охотничье хозяйство» с Государственным предприятием «Севастопольское опытное лесоохотничье хозяйство», общество получило указанные охотничьи угодья в долгосрочное пользование для ведения охотничьего хозяйства. В связи с образованием в составе Российской Федерации новых субъектов Российской Федерации – Республики Крым и города федерального значения Севастополя и принятием Федерального закона «Об особенностях правового регулирования отношений в области охоты и сохранения охотничьих ресурсов на территории Республики Крым» ООО «Орлиновское охотничье хозяйство» обратилось в Главное управление природных ресурсов и экологии города Севастополя с заявлением о заключении охотхозяйственного соглашения. По результатам рассмотрения этого заявления 16 июня 2017 года между ними было заключено охотхозяйственное соглашение на срок сорок девять лет (с учетом изменений, внесенных дополнительным соглашением), предусматривающее предоставление обществу в аренду земельных и лесных участков площадью 12 770,5 га и наделяющее его правом на добычу охотничьих ресурсов в границах соответствующих охотничьих угодий. Заместитель Генерального прокурора Российской Федерации, полагая, что льготный порядок заключения охотхозяйственного соглашения – без проведения аукциона (в том числе в переходный период, связанный с 4 образованием нового субъекта Российской Федерации – города федерального значения Севастополя) – не распространяется на заявителя, обратился в Арбитражный суд города Севастополя с иском в защиту публичных интересов и интересов субъекта Российской Федерации – города федерального значения Севастополя к Главному управлению природных ресурсов и экологии города Севастополя и ООО «Орлиновское охотничье хозяйство» о признании недействительным охотхозяйственного соглашения от 16 июня 2017 года, дополнительных соглашений к нему и договоров аренды лесных участков, а также о применении последствий недействительности ничтожных сделок. Решением Арбитражного суда города Севастополя от 28 декабря 2018 года указанный иск удовлетворен полностью. Арбитражный суд первой инстанции указал, что спорное охотхозяйственное соглашение могло быть заключено только по результатам аукциона, а часть 3 статьи 71 Федерального закона «Об охоте и о сохранении охотничьих ресурсов и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» не подлежит применению, поскольку правовая регламентация разрешительной системы пользования охотничьими угодьями и сама система разрешительной документации по законодательству Украины и по законодательству Российской Федерации не отвечают признакам полной тождественности (указанная норма применима к лицам, у которых право долгосрочного пользования животным миром возникло на основании соответствующих долгосрочных лицензий, однако общество к их числу не относится, так как его права возникли на основании иных документов); при этом правоотношения в области охоты и охотничьих ресурсов на территории города федерального значения Севастополя не входят в предмет регулирования Федерального закона «Об особенностях правового регулирования отношений в области охоты и сохранения охотничьих ресурсов на территории Республики Крым». Постановлением Двадцать первого арбитражного апелляционного суда от 11 июня 2019 года решение Арбитражного суда города Севастополя от 28 декабря 2018 года отменено и по делу принят новый судебный акт. Арбитражный суд апелляционной инстанции указал, что правовое значение 5 юридически значимых документов, в том числе разрешительной документации, подтверждающей право лица на охотпользование, выданное органами власти Украины, признается в Российской Федерации; при этом как договор на ведение охотничьего хозяйства, заключенный в соответствии с законодательством Украины, так и долгосрочная лицензия на пользование животным миром, выданная согласно законодательству Российской Федерации, содержали в себе сроки пользования, площади угодий, описание границ угодий, виды охотничьих животных, объем основных прав и обязанностей пользователей при осуществлении охотхозяйственной деятельности, которые также являются аналогичными. В связи с этим апелляционный суд пришел к выводу о полной тождественности комплекса прав охотпользователей, закрепленных в указанных документах. Постановлением Арбитражного суда Центрального округа от 19 ноября 2019 года отменено постановление Двадцать первого арбитражного апелляционного суда от 11 июня 2019 года и оставлено в силе решение Арбитражного суда города Севастополя от 28 декабря 2018 года. Определением судьи Верховного Суда Российской Федерации от 14 февраля 2020 года ООО «Орлиновское охотничье хозяйство» отказано в передаче его кассационной жалобы для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации. Как утверждает ООО «Орлиновское охотничье хозяйство», часть 3 статьи 71 Федерального закона «Об охоте и о сохранении охотничьих ресурсов и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», а также части 1 и 3 статьи 2 Федерального закона «Об особенностях правового регулирования отношений в области охоты и сохранения охотничьих ресурсов на территории Республики Крым» по смыслу, придаваемому им правоприменительной практикой, не позволяют заключать без проведения аукциона охотхозяйственные соглашения с юридическими лицами и индивидуальными предпринимателями, осуществляющими виды деятельности в сфере охотничьего хозяйства на территории города федерального значения Севастополя, которым охотничьи угодья предоставлены 6 во временное долгосрочное пользование до принятия в Российскую Федерацию Республики Крым и образования в составе Российской Федерации новых субъектов Российской Федерации – Республики Крым и города федерального значения Севастополя. В связи с этим заявитель просит признать данные законоположения не соответствующими статьям 5 (часть 4), 8 (часть 1), 19 (части 1 и 2), 34 (часть 1) и 55 (части 2 и 3) Конституции Российской Федерации.
2. В соответствии со статьей 6 Договора между Российской Федерацией и Республикой Крым о принятии в Российскую Федерацию Республики Крым и образовании в составе Российской Федерации новых субъектов (подписан в городе Москве 18 марта 2014 года и ратифицирован Федеральным законом от 21 марта 2014 года № 36-ФЗ) и статьями 6 и 121 Федерального конституционного закона «О принятии в Российскую Федерацию Республики Крым и образовании в составе Российской Федерации новых субъектов – Республики Крым и города федерального значения Севастополя» cо дня принятия в Российскую Федерацию Республики Крым и образования в составе Российской Федерации новых субъектов и до 1 января 2015 года действует переходный период, в течение которого урегулируются вопросы интеграции новых субъектов Российской Федерации в экономическую, финансовую, кредитную и правовую системы Российской Федерации, в систему органов государственной власти Российской Федерации, при этом особенности регулирования лесных отношений, имущественных и земельных отношений сохраняются до 1 января 2019 года и до 1 января 2023 года соответственно. Как отмечал
4. В то же время по буквальному смыслу положений названного Федерального закона данное регулирование не распространяется на территорию другого, также вновь образованного в составе Российской Федерации субъекта – города федерального значения Севастополя. Как отмечал
5. Федеральный законодатель, реализуя при принятии Федерального закона «Об особенностях правового регулирования отношений в области охоты и сохранения охотничьих ресурсов на территории Республики Крым» возложенные на него статьями 72 (пункты «в», «д», «к» части 1) и 76 (часть 2) Конституции Российской Федерации полномочия и учитывая особенности статуса республики и города федерального значения как субъектов Российской Федерации, не предусмотрел распространение данного регулирования на территорию нового субъекта Российской Федерации – города федерального значения Севастополя, поскольку такой подход не соотносится с правовым статусом города федерального значения и не соответствует конституционному требованию по осуществлению согласованного правового регулирования по вопросам совместного ведения Российской Федерации и субъектов Российской Федерации, определяемого конституционными принципами равенства, справедливости, соразмерности и сбалансированности (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 28 января 2020 года
5.1. В соответствии с Земельным кодексом Российской Федерации к основным принципам земельного законодательства, наряду с другими, относятся приоритет сохранения особо ценных земель и земель особо охраняемых территорий, согласно которому изменение целевого назначения ценных земель сельскохозяйственного назначения, земель, занятых защитными лесами, земель особо охраняемых природных территорий и объектов, земель, занятых объектами культурного наследия, других особо ценных земель и земель особо охраняемых территорий для иных целей ограничивается или запрещается в порядке, установленном федеральными законами; деление земель по целевому назначению на категории, согласно которому правовой режим земель определяется исходя из их принадлежности к определенной категории и разрешенного использования в соответствии с зонированием территорий и требованиями законодательства; а также дифференцированный подход к установлению правового режима земель, в соответствии с которым при определении их правового режима должны учитываться природные, социальные, экономические и иные факторы (подпункты 6, 8 и 10 пункта 1 статьи 1). Земли в Российской Федерации по целевому назначению подразделяются на земли сельскохозяйственного назначения, земли населенных пунктов; земли промышленности, энергетики, транспорта, связи, радиовещания, телевидения, информатики, земли для обеспечения космической деятельности, земли обороны, безопасности и земли иного специального назначения, земли особо охраняемых территорий и объектов, земли лесного фонда, земли водного фонда и земли запаса (пункт 1 статьи 7 Земельного кодекса Российской Федерации). В частности, данным Кодексом определяется правовой режим земель населенных пунктов, которыми признаются земли, используемые и предназначенные для застройки и развития населенных пунктов, в состав которых могут входить земельные участки, отнесенные в соответствии с градостроительными регламентами к определенным территориальным зонам (пункт 1 статьи 83 и 14 пункт 1 статьи 85). При этом градостроительный регламент территориальной зоны определяет основу правового режима земельных участков и обязателен для исполнения всеми собственниками земельных участков, землепользователями, землевладельцами и арендаторами земельных участков независимо от форм собственности и иных прав на земельные участки (пункты 2 и 3 статьи 85).
5.2. В свою очередь Федеральный закон «Об охоте и о сохранении охотничьих ресурсов и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» определяет охотничьи угодья как территории, в границах которых допускается осуществление видов деятельности в сфере охотничьего хозяйства, и предусматривает, что в границы охотничьих угодий включаются земли, правовой режим которых допускает осуществление видов деятельности в сфере охотничьего хозяйства (пункт 15 статьи 1 и часть 1 статьи 7). В силу пункта 16 статьи 32 названного Федерального закона установление порядка составления схемы размещения, использования и охраны охотничьих угодий на территории субъекта Российской Федерации, а также требований к ее составу и структуре относится к полномочиям органов государственной власти Российской Федерации в области охоты и сохранения охотничьих ресурсов. При этом согласно пункту 13 приложения к Требованиям к составу и структуре схемы размещения, использования и охраны охотничьих угодий на территории субъекта Российской Федерации (приложение 2 к приказу Министерства природных ресурсов и экологии Российской Федерации от 31 августа 2010 года № 335 «Об утверждении порядка составления схемы размещения, использования и охраны охотничьих угодий на территории субъекта Российской Федерации, а также требований к ее составу и структуре») территории, занятые населенными пунктами, являются непригодными для ведения охотничьего хозяйства. Согласно части 1 статьи 122 Лесного кодекса Российской Федерации на землях населенных пунктов могут располагаться леса, в том числе городские леса и другие защитные леса. 15 Соглашением между Федеральным агентством лесного хозяйства и Правительством Севастополя о передаче Правительству Севастополя осуществления части полномочий в области лесных отношений (утверждено распоряжением Правительства Российской Федерации от 16 июля 2014 года № 1325-р) Правительству Севастополя передано полномочие по определению количества лесничеств и установлению их границ, а также отнесение лесов к защитным лесам и выделение особо защитных участков лесов, установление и изменение их границ. Во исполнение данных полномочий приказом Управления лесного и охотничьего хозяйства города Севастополя от 24 декабря 2014 года № 26 «Об отнесении лесов на территории города Севастополя к защитным лесам и установлении их границ» и Указом Губернатора города Севастополя от 1 июня 2016 года № 39-УГ «Об утверждении Лесного плана города Севастополя» осуществлено отнесение лесов на территории города федерального значения Севастополя к защитным лесам с установлением их границ.
5.3. В силу Лесного кодекса Российской Федерации защитные леса подлежат освоению в целях сохранения средообразующих, водоохранных, защитных, санитарно-гигиенических, оздоровительных и иных полезных функций лесов с одновременным использованием лесов при условии, если это использование совместимо с целевым назначением защитных лесов и выполняемыми ими полезными функциями (часть 4 статьи 12); в защитных лесах запрещается осуществление деятельности, несовместимой с их целевым назначением и полезными функциями (часть 6 статьи 111); в лесопарковых зонах, зеленых зонах и городских лесах запрещается осуществление видов деятельности в сфере охотничьего хозяйства (пункт 2 части 2 и пункт 1 части 4 статьи 114, пункт 2 части 2 статьи 116). В соответствии с пунктом 1 части 2 статьи 111 данного Кодекса в числе категорий защитных лесов выделяются леса, расположенные на особо охраняемых природных территориях. Согласно требованиям пунктов 1 и 3 статьи 24 Федерального закона от 14 марта 1995 года № 33-ФЗ «Об особо охраняемых природных территориях» на 16 территориях государственных природных заказников постоянно или временно запрещается или ограничивается любая деятельность, если она противоречит целям создания государственных природных заказников или причиняет вред природным комплексам и их компонентам; особенности режима особой охраны конкретного государственного природного заказника регионального значения определяются органами исполнительной власти субъектов Российской Федерации, принявшими решение о создании этого государственного природного заказника. Таким образом, согласованным регулированием, осуществляемым положениями земельного законодательства, лесного законодательства, законодательства об особо охраняемых природных территориях и законодательства об охоте и сохранении охотничьих ресурсов, не предусматривается осуществление на землях населенных пунктов, а также на особо охраняемых природных территориях видов деятельности в сфере охотничьего хозяйства. Сказанное согласуется и с подходом Конституционного Суда Российской Федерации, изложенным в Определении от 25 февраля 2016 года
5.4. В соответствии с Законом города Севастополя от 3 июня 2014 года
6. Как следует из представленных материалов, основанием признания арбитражными судами недействительным охотхозяйственного соглашения от 16 июня 2017 года, заключенного между Главным управлением природных ресурсов и экологии города Севастополя и ООО «Орлиновское охотничье 18 хозяйство», дополнительных соглашений к нему и договоров аренды лесных участков послужило установление их несоответствия действующему законодательству Российской Федерации: невозможность ведения охотхозяйственной деятельности на территории, указанной в документах о предоставлении во временное долгосрочное пользование охотничьих угодий, в частности на территории государственного ландшафтного заказника регионального значения «Мыс Айя». Отклоняя выводы, сделанные арбитражными судами, заявитель выражает несогласие с оценкой ими доказательств, предлагает Конституционному Суду Российской Федерации распространить действие оспариваемых законоположений на территорию города федерального значения Севастополя без учета требований земельного законодательства, лесного законодательства, законодательства об особо охраняемых природных территориях и законодательства об охоте и охотничьих ресурсах и тем самым требует от Конституционного Суда Российской Федерации осуществления специального правового регулирования спорных правоотношений. Однако исследование фактических обстоятельств и проверка правильности судебных актов, равно как и осуществление законодательных функций, не относятся к компетенции Конституционного Суда Российской Федерации, как она определена статьей 125 Конституции Российской Федерации и статьей 3 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации». Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 статьи 43 и частью первой статьи 79 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации»,
1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы общества с ограниченной ответственностью «Орлиновское охотничье хозяйство», поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», в соответствии с 19 которыми жалоба в
2. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит.