1. Приговором районного суда от 14 января 2021 года гражданин И.В.Яковлев признан виновным в совершении преступления, предусмотренного статьей 1721 «Фальсификация финансовых документов учета и отчетности финансовой организации» УК Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 21 июля 2014 года № 218-ФЗ). Как установил суд, заявитель, являясь председателем правления публичного акционерного общества (кредитная организация с отозванной впоследствии лицензией на право совершения банковских операций и сделок с ними, а 2 затем – признанная банкротом с открытием процедуры конкурсного производства), совместно с главным бухгалтером в целях сокрытия предусмотренных законодательством Российской Федерации оснований для назначения в данную организацию временной администрации совершили фальсификацию финансовых документов учета и отчетности организации: внесли в документы бухгалтерского учета и отчетность (отчетную документацию) за 2017 год заведомо недостоверные сведения о сделках, об обязательствах, имуществе и о финансовом положении организации (обнаружив факт хищения денежных средств со счетов клиентов этого банка, не отразили сумму недостачи и не создали резервы на эту сумму), в дальнейшем подтвердили достоверность таких сведений и представили их в Центральный банк Российской Федерации. Правомерность указанного приговора в отношении заявителя подтверждена судами апелляционной и кассационной инстанций. В частности, постановлением судьи Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2021 года отказано в передаче жалобы для рассмотрения в судебном заседании суда кассационной инстанции, при этом отвергнуты доводы стороны защиты о допущенных, по ее утверждению, нарушениях с разъяснением, что отсутствие в приговоре указания на конкретные пункты Положения Центрального банка Российской Федерации от 20 марта 2006 года
2. Конституционный Суд Российской Федерации, изучив представленные материалы, не находит оснований для принятия данной жалобы к рассмотрению.
2.1. Принцип правовой определенности, обязывающий федерального законодателя формулировать уголовно-правовые предписания с достаточной степенью четкости, позволяющей лицу сообразовывать с ними свое поведение – как дозволенное, так и запрещенное – и предвидеть вызываемые им последствия, не исключает введения в уголовный закон юридических конструкций бланкетного характера, которые для уяснения тех или иных терминов требуют обращения к нормативному материалу других правовых актов. Оценивая подобную модель законодательного регулирования,
2.2. Статья 171 УПК Российской Федерации закрепляет наряду с прочим обязательное содержание постановления о привлечении лица в качестве обвиняемого. В свою очередь, обвинением согласно пункту 22 статьи 5 того же Кодекса является утверждение о совершении определенным лицом деяния, запрещенного уголовным законом, выдвинутое в порядке, установленном этим Кодексом. При этом обвинение на стадии предварительного расследования хотя и подтверждается собранными доказательствами, но не является окончательным (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 23 ноября 2017 года
2.3. В силу части первой статьи 86 УПК Российской Федерации собирание доказательств осуществляется в ходе уголовного судопроизводства дознавателем, следователем, прокурором и судом путем 8 производства следственных и иных процессуальных действий, предусмотренных этим Кодексом. Части вторая и третья той же статьи наделяют подозреваемого, обвиняемого правом собирать и представлять письменные документы и предметы для приобщения их к уголовному делу в качестве доказательств, а защитника – правом собирать доказательства путем получения предметов, документов и иных сведений, путем опроса лиц с их согласия и путем истребования справок, характеристик, иных документов от органов государственной власти и местного самоуправления, общественных объединений и организаций, которые обязаны предоставлять запрашиваемые документы или их копии. Сторона защиты также вправе привлекать специалиста в соответствии с пунктом 3 части первой статьи 53 и статьей 58 этого Кодекса. При этом согласно Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации специалист как лицо, обладающее специальными знаниями, привлекается к участию в процессуальных действиях в порядке, установленном этим Кодексом, в том числе его статьями 58, 164, 168 и 270, исключительно для содействия в обнаружении, закреплении и изъятии предметов и документов, применении технических средств в исследовании материалов уголовного дела, для постановки вопросов эксперту, а также для разъяснения сторонам и суду вопросов, входящих в его профессиональную компетенцию. Тем самым специалист не проводит исследование вещественных доказательств и не формулирует выводы, а лишь высказывает суждение по вопросам, поставленным перед ним сторонами; заключение специалиста не может подменять заключение эксперта, если оно требуется по делу. Соответственно, оспариваемые положения статей 53, 58 УПК Российской Федерации, равно как и статей 271, 286 того же Кодекса – регламентирующих, в свою очередь, порядок заявления и разрешения судом ходатайств, а также приобщения к материалам уголовного дела документов, представленных суду, – направлены не на ограничение, а, напротив, на 9 обеспечение прав участников уголовного судопроизводства; не предполагают возможность произвольного отказа как в получении доказательств, о которых ходатайствует сторона защиты, так и в приобщении к материалам уголовного дела и в исследовании представленных ею доказательств и не препятствуют стороне защиты даже в случае отказа в удовлетворении такого рода обращений самостоятельно с опорой на суждения, высказанные привлеченными ею специалистами для разъяснения вопросов, связанных с оказанием юридической помощи, приводить суду доводы в том числе об отсутствии события преступления, о непричастности к нему подсудимого либо о его невиновности в совершении этого преступления. Оценка же правомерности разрешения судом конкретных ходатайств стороны защиты с учетом обстоятельств дела заявителя, на что, по существу, направлены доводы его жалобы в обозначенной части, не относится к полномочиям Конституционного Суда Российской Федерации. Таким образом, данная жалоба, как не отвечающая критерию допустимости обращений в
1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Яковлева Игоря Валерьевича, поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», в соответствии с которыми жалоба в
2. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит.