1. Ульяновская областная общественная организация охотников и рыболовов (далее также – Ульяновская ООООиР) оспаривает конституционность следующих положений статьи 71 «Заключительные положения» Федерального закона от 24 июля 2009 года № 209-ФЗ «Об охоте и о сохранении охотничьих ресурсов и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации»: части 3, согласно которой юридические лица, индивидуальные предприниматели, у которых право долгосрочного пользования животным миром возникло на основании долгосрочных лицензий на пользование животным миром в отношении охотничьих ресурсов до дня вступления в силу данного Федерального закона, при исполнении ими условий таких лицензий вправе заключить охотхозяйственные соглашения в отношении охотничьих угодий, указанных в договорах о предоставлении в пользование территорий или акваторий, без проведения аукциона на право заключения охотхозяйственных соглашений на срок сорок девять лет; части 9, в соответствии с которой по истечении пяти лет со дня установления максимальной площади охотничьих угодий, предусмотренной частью 3 статьи 10 данного Федерального закона, право долгосрочного пользования животным миром, возникшее на основании долгосрочных лицензий на пользование животным миром (в случае, если площадь территорий или акваторий, переданных в пользование одному лицу или группе лиц по договорам о предоставлении в пользование территорий или акваторий в соответствии с указанными лицензиями, превышает данную максимальную площадь охотничьих угодий), прекращается при условии, что указанные лицо или группа лиц не воспользовались правом на заключение охотхозяйственных соглашений, предусмотренным частью 3 данной статьи; части 10, предусматривающей, что в случаях, указанных в части 9 данной статьи, право юридического лица, индивидуального предпринимателя на заключение охотхозяйственного соглашения, предусмотренное частью 3 данной статьи, распространяется на площадь охотничьих угодий в пределах максимальной площади охотничьих угодий, 3 предусмотренной частью 3 статьи 10 данного Федерального закона (в случае, если такая максимальная площадь охотничьих угодий установлена уполномоченным федеральным органом исполнительной власти). Оспариваемые законоположения вступили в силу с 1 апреля 2010 года. При этом Федеральным законом от 29 июля 2017 года № 224-ФЗ «О внесении изменения в статью 71 Федерального закона «Об охоте и о сохранении охотничьих ресурсов и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» (вступил в силу 10 августа 2017 года) часть 3 указанной статьи 71 изложена в новой редакции, которая и оспаривается заявителем. Ульяновская ООООиР также просит проверить конституционность статьи 2 «Основные термины и понятия» Федерального закона от 6 октября 2003 года № 131-ФЗ «Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации», а фактически – абзаца одиннадцатого ее части 1, содержащего определение муниципального образования. Конституционность приказа Министерства природных ресурсов и экологии Российской Федерации от 18 мая 2012 года № 137 «Об установлении максимальной площади охотничьих угодий, в отношении которых могут быть заключены охотхозяйственные соглашения одним лицом или группой лиц, за исключением случаев, предусмотренных частью 31 статьи 28 Федерального закона «Об охоте и о сохранении охотничьих ресурсов и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», вступившего в силу 2 июля 2012 года, оспаривается заявителем в части указания на то, что максимальная площадь охотничьих угодий, в отношении которых могут быть заключены охотхозяйственные соглашения одним лицом или группой лиц, устанавливается в пределах одного муниципального образования соответствующего субъекта Российской Федерации (максимальная площадь для Ульяновской области составляет 50 тысяч гектаров). 4 Кроме того, заявитель ставит под сомнение конституционность статей 5 «Муниципальное образование «Карсунский район» и 12 «Муниципальное образование «Павловский район» Закона Ульяновской области от 13 июля 2004 года
1.1. Министерство природных ресурсов и экологии Ульяновской области оспорило в арбитражном суде ряд охотхозяйственных соглашений, заключенных им ранее (в 2019 году) без проведения аукциона с Ульяновской ООООиР. Решением Арбитражного суда Ульяновской области от 1 февраля 2023 года охотхозяйственное соглашение от 30 декабря 2019 года № 53/19, предметом которого являлось пользование охотничьими угодьями в Карсунском муниципальном районе Ульяновской области, признано недействительным. Этим же решением охотхозяйственное соглашение от 30 декабря 2019 года № 54/19 о пользовании охотничьими угодьями в Павловском муниципальном районе Ульяновской области признано недействительным в части превышения нормативно установленной максимальной площади охотничьих угодий, передаваемых в пользование одному лицу или группе лиц в данном муниципальном образовании. В признании недействительными иных оспоренных охотхозяйственных соглашений, заключенных 11 июня и 16 сентября 2019 года, судом отказано. С указанным судебным решением согласились суды вышестоящих инстанций (постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 18 апреля 2023 года, постановление Арбитражного суда Поволжского округа от 28 июля 2023 года, определение судьи Верховного Суда Российской Федерации от 25 октября 2023 года). 5
1.2. По мнению заявителя, оспариваемые положения не соответствуют Конституции Российской Федерации, ее статьям 2, 18, 45, 46 и 53, поскольку по придаваемому им правоприменительной практикой смыслу: позволяют признавать недействительным охотхозяйственное соглашение с пользователем, заключенное без проведения аукциона по истечении пятилетнего срока со дня установления максимальной площади охотничьих угодий, передаваемых в пользование одному лицу или группе лиц, на том основании, что площадь предоставляемых по нему охотничьих угодий превышает названную максимальную площадь, будучи взятой вместе с площадью охотничьих угодий, предоставленных данному пользователю в конкретном муниципальном образовании по ранее заключенным охотхозяйственным соглашениям; предполагают применение этого максимального размера площади охотничьих угодий к уровню муниципального района – без учета того, что входящие в его состав территории городских и сельских поселений также являются муниципальными образованиями.
2. Конституционный Суд Российской Федерации, изучив представленные материалы, не находит оснований для принятия данной жалобы к рассмотрению.
2.3. Арбитражные суды в деле заявителя, исходя из приведенных правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации, установили, что охотхозяйственные соглашения от 30 декабря 2019 года № 53/19 и № 54/19 были заключены после истечения срока, предусмотренного частью 9 статьи 71 Федерального закона «Об охоте и о сохранении охотничьих ресурсов и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», поэтому при их заключении подлежало учету требование о том, что совокупная площадь предоставляемых охотпользователю охотничьих угодий в пределах одного муниципального образования по всем соглашениям с ним не должна превышать 50 тысяч гектаров. В связи с этим требование Ульяновской ООООиР фактически направлено на внесение в оспариваемый ею Федеральный закон «Об охоте и о сохранении охотничьих ресурсов и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» целесообразных изменений. Однако разрешение данного вопроса не относится к 9 полномочиям Конституционного Суда Российской Федерации, как они определены в статье 125 Конституции Российской Федерации и статье 3 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации».
2.4. Оспариваемые заявителем абзац одиннадцатый части 1 статьи 2 Федерального закона «Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации», статьи 5 и 12 Закона Ульяновской области «О муниципальных образованиях Ульяновской области» посвящены установлению муниципально-территориального устройства и не регулируют отношений в области охоты и сохранения охотничьих ресурсов. Следовательно, они не могут расцениваться как нарушающие конституционные права Ульяновской ООООиР. Что касается приказа Минприроды России от 18 мая 2012 года № 137, то проверка его положений не отнесена к полномочиям Конституционного Суда Российской Федерации (статья 125 Конституции Российской Федерации и статья 3 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации»). Исходя из изложенного и руководствуясь пунктами 1 и 2 части первой статьи 43 и частью первой статьи 79 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации»,
1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы Ульяновской областной общественной организации охотников и рыболовов, поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», в соответствии с которыми жалоба в
2. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит.