1. Заявители по настоящему делу граждане А.П.Кузьменко и А.В.Орлов – бывшие военнослужащие, являющиеся инвалидами вследствие военной травмы, и Избербашский городской суд Республики Дагестан, в производстве которого находится дело по иску гражданина М.Г.Магомедова, также являющегося инвалидом вследствие военной травмы, оспаривают конституционность нормативного регулирования, связанного с возмещением вреда, причиненного здоровью военнослужащих, ставших инвалидами вследствие травмы, полученной при исполнении обязанностей военной службы.
1.1. Гражданин А.П.Кузьменко в 1987 году был уволен с военной службы в отставку по болезни (пункт «б» статьи 60 Положения о прохождении воинской службы офицерским составом Вооруженных Сил СССР, утвержденного постановлением Совета Министров СССР от 18 марта 1985 года № 240) и признан инвалидом III группы вследствие военной травмы, полученной им в 1981 году во время командировки в Демократическую Республику Афганистан в качестве военнослужащего внутренних войск МВД СССР. Главным управлением внутренних дел Ростовской области ему назначена и выплачивается пенсия по инвалидности. Решением Ворошиловского районного суда города Ростова-на-Дону от 22 апреля 2008 года, оставленным без изменения определением судебной коллегии по гражданским делам Ростовского областного суда от 26 мая 2008 4 года, А.П.Кузьменко было отказано в удовлетворении исковых требований к Министерству внутренних дел Российской Федерации и управлению Северо- Кавказского регионального командования внутренних войск Министерства внутренних дел Российской Федерации о возмещении вреда, причиненного здоровью в период прохождения военной службы. Постановлением президиума Ростовского областного суда от 13 ноября 2008 года решение суда кассационной инстанции было отменено и дело направлено на новое кассационное рассмотрение. Определением от 15 декабря 2008 года судебная коллегия по гражданским делам Ростовского областного суда вновь оставила решение суда первой инстанции без изменения, указав, что сведения об установлении вины ответчиков в причинении вреда здоровью истца в материалах дела отсутствуют, а факт причинения вреда его здоровью в период прохождения военной службы, равно как и последующее признание его инвалидом не могут повлечь наступление ответственности ответчиков перед истцом без вины. Гражданин А.В.Орлов, получивший в 1983 году при выполнении практических стрельб огнестрельное ранение в голову, в 2003 году был признан негодным к военной службе вследствие повреждения здоровья, полученного при исполнении обязанностей военной службы, в 2004 году уволен с военной службы в отставку и признан инвалидом II группы вследствие военной травмы. Военным комиссариатом Ростовской области ему назначена и выплачивается пенсия по инвалидности по линии Министерства обороны Российской Федерации. Октябрьский районный суд города Ростова-на-Дону решением от 16 сентября 2005 года удовлетворил исковые требования А.В.Орлова к Министерству обороны Российской Федерации и военному комиссариату Ростовской области о возмещении вреда, причиненного здоровью, в виде ежемесячных выплат. Постановлением президиума Ростовского областного суда от 2 ноября 2006 года данное решение было отменено и дело направлено на новое рассмотрение в тот же суд в ином составе судей. 5 Отказывая А.В.Орлову в удовлетворении очередного иска к Министерству обороны Российской Федерации в лице военного комиссариата Ростовской области о возмещении вреда, причиненного здоровью, Октябрьский районный суд города Ростова-на-Дону в решении от 20 мая 2008 года, оставленном без изменения определением судебной коллегии по гражданским делам Ростовского областного суда от 3 июля 2008 года, исходил из того, что сам по себе факт получения военнослужащим травмы в период прохождения военной службы порождает для него право на возмещение вреда в виде повышенной пенсии и единовременных выплат, предусмотренных статьей 18 Федерального закона «О статусе военнослужащих», требовать же возмещения вреда в виде ежемесячных выплат по правилам главы 59 ГК Российской Федерации он может лишь при условии, что именно ответчики являются причинителями вреда. А.П.Кузьменко оспаривает конституционность статей 1064 и 1084– 1094 ГК Российской Федерации, статьи 18 Федерального закона от 27 мая 1998 года № 76-ФЗ «О статусе военнослужащих» и статьи 5 Федерального закона от 28 марта 1998 года № 52-ФЗ «Об обязательном государственном страховании жизни и здоровья военнослужащих, граждан, призванных на военные сборы, лиц рядового и начальствующего состава органов внутренних дел Российской Федерации, Государственной противопожарной службы, органов по контролю за оборотом наркотических средств и психотропных веществ, сотрудников учреждений и органов уголовно-исполнительной системы». Хотя на момент увольнения А.П.Кузьменко с военной службы возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью военнослужащего в связи с исполнением им обязанностей военной службы, осуществлялось на основании ныне утративших силу нормативных правовых актов СССР, на него, как на относящегося к уволенным с военной службы в Вооруженных Силах, внутренних войсках и других воинских формированиях Союза ССР, в силу пункта 5 статьи 2 Федерального закона «О статусе военнослужащих» распространяются 6 социальные гарантии и компенсации, которые предусмотрены данным Федеральным законом, а также иными федеральными конституционными законами и федеральными законами, а следовательно, он может быть признан надлежащим заявителем по настоящем делу. А.В.Орлов помимо статьи 18 Федерального закона «О статусе военнослужащих», пунктов 1 и 2 статьи 1064 и статьи 1084 ГК Российской Федерации оспаривает конституционность статьи 2 Федерального закона от 15 декабря 2001 года № 166-ФЗ «О государственном пенсионном обеспечении в Российской Федерации». По мнению заявителей, указанные законоположения – в той мере, в какой по смыслу, придаваемому им правоприменительной (судебной) практикой, эти законоположения позволяют необоснованно отказывать в выплате ежемесячной денежной компенсации военнослужащим в возмещение вреда, причиненного увечьем или иным повреждением здоровья в связи с выполнением ими обязанностей военной службы, исключающим для них возможность дальнейшего прохождения службы, ставя их тем самым в неравное положение с гражданами, работающими по трудовому договору, – нарушают конституционные гарантии обеспечения государственной поддержки инвалидов – бывших военнослужащих, а также право на государственную, в том числе судебную, защиту прав и свобод человека и гражданина, а потому не соответствуют статьям 7, 19 (части 1 и 2), 39 (часть 1), 45 (часть 1), 46 (часть 1) и 55 (части 2 и 3) Конституции Российской Федерации.
1.2. Избербашский городской суд Республики Дагестан решением от 17 декабря 2008 года частично удовлетворил иск гражданина М.Г.Магомедова, которому в связи ранением, полученным в 1995 году во время прохождения военной службы по контракту, территориальным органом Пенсионного фонда Российской Федерации назначена и выплачивается пенсия по инвалидности и который был уволен с военной службы в 1999 году, а в 2000 году признан инвалидом I группы вследствие военной травмы, и обязал 7 Министерство финансов Российской Федерации выплатить истцу единовременно денежную компенсацию в возмещение вреда, причиненного здоровью, и установить соответствующие ежемесячные выплаты. Кассационным определением судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Дагестан от 29 апреля 2009 года данное решение было отменено и в удовлетворении исковых требований отказано на том основании, что причинитель вреда не установлен, а вина Министерства обороны Российской Федерации не доказана. Принятое по иску М.Г.Магомедова к Министерству обороны Российской Федерации о возмещении вреда, причиненного здоровью, решение Избербашского городского суда Республики Дагестан от 22 июня 2010 года, который, применив по аналогии Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 15 июля 2009 года № 13- П, присудил к взысканию с ответчика единовременной денежной компенсации и ежемесячных денежных выплат, отменено кассационным определением судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Дагестан от 8 сентября 2010 года, дело направлено на новое рассмотрение в тот же суд с указанием на то, что применение по аналогии судебного постановления, в том числе постановления Конституционного Суда Российской Федерации, гражданским и гражданским процессуальным законодательством не предусмотрено. Избербашский городской суд Республики Дагестан, в производстве которого в настоящее время находится дело по иску М.Г.Магомедова к Министерству обороны Российской Федерации о возмещении вреда, причиненного здоровью при исполнении им обязанностей военной службы, в виде ежемесячных денежных выплат с последующей их индексацией, а также компенсации морального вреда, просит признать не соответствующими статьям 7 (часть 2), 19 (части 1 и 2) и 39 (часть 1) Конституции Российской Федерации подлежащие применению при разрешении данного дела статьи 1064 и 1084 ГК Российской Федерации во 8 взаимосвязи с пунктом 1 статьи 18 Федерального закона «О статусе военнослужащих» в той мере, в какой они, позволяя отказывать в выплате ежемесячной денежной компенсации военнослужащим, проходившим военную службу по контракту, здоровью которых был причинен вред вследствие увечья (ранения, травмы, контузии) при исполнении ими обязанностей военной службы, в счет возмещения заработка (денежного довольствия), утраченного в связи с невозможностью дальнейшего прохождения службы, при отсутствии виновных действий со стороны государственных органов и их должностных лиц, нарушают конституционные принципы социального государства, равенства всех перед законом и судом и обеспечения государственной поддержки инвалидов – бывших военнослужащих.
1.3. Как следует из статей 74, 96, 97, 101 и 102 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации»,
2. Согласно Конституции Российской Федерации в Российской Федерации охраняется труд и здоровье людей, обеспечивается государственная поддержка инвалидов, устанавливаются государственные пенсии, пособия и иные гарантии социальной защиты (статья 7, часть 2), 12 гарантируется равенство прав и свобод человека и гражданина (статья 19, часть 2), достоинство личности охраняется государством (статья 21, часть 1), каждому гарантируются социальное обеспечение в случае болезни, инвалидности и в иных случаях, установленных законом (статья 39, часть 1), а также право на охрану здоровья и медицинскую помощь (статья 41, часть 1). Приведенные положения Конституции Российской Федерации обязывают государство разработать, используя для этого все необходимые средства – как частноправовые (добровольное страхование, возмещение вреда), так и публично-правовые (государственное страхование, социальное обеспечение и др.), эффективный организационно-правовой механизм возмещения вреда, причиненного жизни или здоровью гражданина в связи с исполнением им служебных обязанностей, включая обязанности военной службы, которую граждане Российской Федерации несут в соответствии с федеральным законом (статья 59, часть 2, Конституции Российской Федерации). Военная служба, как указал
3. Учитывая особый характер обязанностей государства по отношению к военнослужащим как лицам, выполняющим конституционно значимые функции, а также необходимость обеспечения эффективной государственной поддержки инвалидов вследствие военной травмы, федеральный законодатель закрепил в числе особых публично-правовых способов возмещения вреда, причиненного жизни или здоровью военнослужащих при исполнении ими обязанностей военной службы, обязательное государственное страхование их жизни и здоровья, специальное пенсионное обеспечение и систему мер социальной защиты, предназначение которых – в максимальной степени компенсировать последствия изменения материального и социального статуса военнослужащего, обеспечив уровень возмещения вреда, соразмерный денежному довольствию, которое он получал на момент увольнения с военной службы. Во исполнение предписания пункта 1 статьи 969 ГК Российской Федерации в целях обеспечения социальных интересов граждан и интересов государства статьей 18 Федерального закона «О статусе военнослужащих» предусмотрена обязательность государственного личного страхования военнослужащих за счет средств федерального бюджета (пункт 1), а условия и порядок его осуществления определены Федеральным законом «Об обязательном государственном страховании жизни и здоровья военнослужащих, граждан, призванных на военные сборы, лиц рядового и начальствующего состава органов внутренних дел Российской Федерации, 14 Государственной противопожарной службы, органов по контролю за оборотом наркотических средств и психотропных веществ, сотрудников учреждений и органов уголовно-исполнительной системы». К числу страховых случаев при осуществлении обязательного государственного страхования названный Федеральный закон относит установление застрахованному лицу инвалидности в период прохождения военной службы либо до истечения одного года после увольнения с военной службы вследствие увечья (ранения, травмы, контузии) или заболевания, полученных в период прохождения военной службы, и предусматривает в статье 5 порядок определения размеров страховых сумм в зависимости от установленной группы инвалидности (75, 50 и 25 окладов месячного денежного содержания соответственно) и их корректировку в случае изменения группы инвалидности при переосвидетельствовании в федеральном учреждении медико-социальной экспертизы, а также выплату 10 окладов застрахованному лицу, получившему в период прохождения военной службы тяжелое увечье (ранение, травму, контузию), и 5 окладов – получившему легкое увечье (ранение, травму, контузию). Получение военнослужащими, проходящими военную службу по контракту, страховых сумм по обязательному страхованию при досрочном увольнении с военной службы в связи с признанием их негодными к военной службе вследствие увечья (ранения, травмы, контузии) не препятствует предоставлению им других денежных выплат и иных видов компенсаций, имеющих целью возмещение вреда здоровью, в частности единовременного пособия в размере 60 окладов денежного содержания, установленных на день выплаты пособия. Данная выплата, предусмотренная пунктом 3 статьи 18 Федерального закона «О статусе военнослужащих», представляет собой, как указал
4. Согласно статье 1084 ГК Российской Федерации вред, причиненный жизни или здоровью гражданина при исполнении обязанностей военной службы, службы в полиции и других соответствующих обязанностей, возмещается по правилам главы 59 (статьи 1064–1101) данного Кодекса, если законом не предусмотрен более высокий размер ответственности. Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 20 октября 2010 года
1. Признав рассматриваемые законоположения не соответствующими Конституции Российской Федерации в той мере, в какой они в системе действующего правового регулирования допускают возмещение вреда, причиненного здоровью военнослужащего, в объеме, не обеспечивающем достаточный уровень восполнения материальных потерь, связанных с невозможностью дальнейшего прохождения военной службы, Конституционный Суд Российской Федерации указал в пункте 4 резолютивной части Постановления, что дела граждан А.П.Кузьменко и А.В.Орлова подлежат пересмотру на основе нового правового регулирования, которое должно быть установлено федеральным законодателем исходя из требований Конституции Российской Федерации и с учетом правовых позиций, выраженных Конституционным Судом Российской Федерации в данном Постановлении. Однако установленный порядок пересмотра дел в таких случаях не предполагает ожидания правоприменителем принятия нового регулирования взамен норм, дисквалифицированных постановлением Конституционного Суда Российской Федерации. Так, постановление Конституционного Суда Российской Федерации вступает в силу немедленно после провозглашения, действует 24 непосредственно и не требует подтверждения другими органами и должностными лицами; при возникновении в результате разрешения дела пробела в правовом регулировании до принятия нового нормативного акта непосредственно применяется Конституция Российской Федерации; правовая позиция Конституционного Суда, выраженная в постановлении, подлежит учету правоприменительными органами с момента его вступления в силу (статья 79 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации»). В случае признания по итогам рассмотрения жалобы на нарушение конституционных прав и свобод граждан закона либо отдельных его положений не соответствующими Конституции Российской Федерации дело заявителя подлежит пересмотру в обычном порядке (часть вторая статьи 100 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации»).
2. Пробелы в праве возникают не только в случаях признания Конституционным Судом нормативных актов противоречащими Конституции Российской Федерации. Их наличие для судебной практики не редкость, при этом отсутствие закона, регулирующего конкретные общественные отношения, не освобождает суды от вынесения решений о защите нарушенных прав субъектов спорных отношений. Разрешение спора в таких случаях требует не ожидания восполнения пробелов в правовом регулировании законодателем, а лишь дополнительных действий суда по применению права на основе аналогии закона, субсидиарного применения норм или аналогии права. Восполнение пробелов в законодательном регулировании общественных отношений, как и правоприменение в целом, требует от судов учета нормативного единства российского права, в системе которого Конституция Российской Федерации имеет высшую юридическую силу и прямое действие. В таком значении следует понимать и положение части четвертой статьи 79 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации» о том, что при 25 возникновении в случае признания нормативного акта неконституционным пробела в правовом регулировании до принятия нового нормативного акта непосредственно применяется Конституция Российской Федерации. При этом, являясь частным случаем правоприменения как такового, оно должно применяться судами в совокупности с общими правилами восполнения пробелов в праве. В данном частном случае непосредственное применение конституционных норм облегчается тем, что их толкование применительно к соответствующей спорной ситуации уже дано Конституционным Судом Российской Федерации в своем решении. Однако и в отсутствие такого решения суды обязаны разрешать дела в соответствии с требованиями права, непосредственно применяя при необходимости для защиты конкретного права конституционные нормы (часть первая статьи 15 Конституции Российской Федерации, часть третья статьи 5 Федерального конституционного закона «О судебной системе Российской Федерации»). Основополагающим для судов при преодолении коллизий в нормативном регулировании и восполнении пробелов в праве должна быть защита прав и свобод человека и гражданина, которые как высшая ценность действуют непосредственно, определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность всех ветвей публичной власти и обеспечиваются правосудием (статьи 2 и 18 Конституции Российской Федерации). Как следует из материалов дела, суды первой инстанции первоначально удовлетворили требования гражданина А.В.Орлова (вступившие в законную силу и приведенные в исполнение решения Октябрьского районного суда города Ростова-на-Дону от 16 сентября 2005 года и 25 ноября 2005 года) и гражданина М.Г.Магомедова (решение Избербашского городского суда Республики Дагестан от 22 июня 2010 года). Применяя оспариваемые законоположения в системе нормативного единства, в том числе с учетом позиции Конституционного Суда Российской Федерации, сформулированной применительно к аналогичной правовой ситуации, суды в данных случаях 26 нашли правовые средства для защиты прав заявителей, действуя вполне в русле логики Конституционного Суда по настоящему делу. Необходимость обращения в
3. Положение части второй статьи 100 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации» о пересмотре дела в обычном порядке применительно к делам граждан А.П.Кузьменко и А.В.Орлова означает, что принятые по ним постановления судов общей юрисдикции подлежат пересмотру в порядке, предусмотренном ГПК Российской Федерации. В течение трех месяцев со дня вступления в силу Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 17 мая 2011 года
4. Формулировка пункта 4 резолютивной части Постановления от 17 мая 2011 года
5. Таким образом, формулировка пункта 4 резолютивной части Постановления от 17 мая 2011 года
6. Согласно статье 78 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации» настоящее Постановление подлежит незамедлительному опубликованию в «Российской газете» и «Собрании законодательства Российской Федерации». Постановление должно быть опубликовано также в «Вестнике Конституционного Суда Российской Федерации».