1. Гражданин В.А.Санников оспаривает конституционность следующих норм: статьи 65 «Документы, предъявляемые при заключении трудового договора», абзаца восьмого части первой статьи 76 «Отстранение от работы» (в редакции Федерального закона от 2 июля 2021 года № 311-ФЗ – абзац девятый) и статьи 88 «Передача персональных данных работника» Трудового кодекса Российской Федерации; пунктов 1 и 2 статьи 33 «Меры в отношении больных инфекционными заболеваниями» (в жалобе названы частями 1 и 2 данной статьи), абзаца 2 четвертого подпункта 6 пункта 1 статьи 51 «Полномочия главных государственных санитарных врачей и их заместителей» (в жалобе назван абзацем 3 подпункта 6 части 1 данной статьи) Федерального закона от 30 марта 1999 года № 52-ФЗ «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения»; абзаца четвертого пункта 2 статьи 5 «Права и обязанности граждан при осуществлении иммунопрофилактики» (в жалобе назван абзацем 3 части 2 данной статьи) и пункта 4 статьи 11 «Требования к проведению профилактических прививок» (в жалобе назван частью 4 данной статьи) Федерального закона от 17 сентября 1998 года № 157-ФЗ «Об иммунопрофилактике инфекционных болезней»; подпунктов «м», «у», «ф» пункта 1 (в жалобе назван частью) статьи 11 «Полномочия органов государственной власти субъектов Российской Федерации и органов местного самоуправления в области защиты населения и территорий от чрезвычайных ситуаций» Федерального закона от 21 декабря 1994 года № 68-ФЗ «О защите населения и территорий от чрезвычайных ситуаций природного и техногенного характера». Как следует из представленных материалов, Указом Губернатора Пермского края от 20 августа 2020 года № 121 в связи с угрозой распространения на территории Пермского края новой коронавирусной инфекции (COVID-19) в названном субъекте Российской Федерации был введен режим повышенной готовности, в период действия которого постановлением главного государственного санитарного врача по Пермскому краю от 13 июля 2021 года № 206 в целях предупреждения распространения новой коронавирусной инфекции была предусмотрена обязательная вакцинация по эпидемическим показаниям ряда категорий граждан, в частности работающих на промышленных предприятиях (производствах). Заявитель, относящийся к данной категории работников, выразил несогласие с приказом работодателя о проводимой в соответствии с названным постановлением обязательной вакцинации и не предоставил ему информацию о том, что в сентябре 2021 года был вакцинирован 3 профилактической прививкой против новой коронавирусной инфекции (COVID-19), после чего был отстранен от работы. Правомерность отстранения В.А.Санникова от работы была подтверждена судами общей юрисдикции. По мнению заявителя, оспариваемые законоположения вступают в противоречие со статьями 17 (часть 3), 37 (части 1–3) и 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации в той мере, в какой в системе действующего правового регулирования по смыслу, придаваемому правоприменительной практикой, они позволяют работодателям самостоятельно устанавливать порядок отстранения от работы и отстранять от работы работников, не прошедших вакцинацию, а также требовать от них представления сведений, составляющих врачебную тайну.
2. Конституционный Суд Российской Федерации, изучив представленные материалы, не находит оснований для принятия данной жалобы к рассмотрению. Оспариваемое В.А.Санниковым положение части первой статьи 76 Трудового кодекса Российской Федерации, согласно которому работодатель обязан отстранить от работы (не допускать к работе) работника в других случаях, предусмотренных данным Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, непосредственно не устанавливает основания для отстранения работника от работы, действует в системной связи с соответствующими нормами данного Кодекса, других федеральных законов и иных нормативных правовых актов Российской Федерации, в том числе регулирующих отношения в области обеспечения санитарно-эпидемиологического благополучия населения и иммунопрофилактики инфекционных заболеваний. Федеральный закон «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения» закрепляет обязанность граждан, индивидуальных предпринимателей и юридических лиц в соответствии с осуществляемой ими деятельностью выполнять требования санитарного законодательства, а также постановлений, предписаний осуществляющих федеральный государственный санитарно-эпидемиологический надзор должностных лиц (абзацы первый и 4 второй статьи 10, абзацы первый и второй статьи 11). К числу таких постановлений, в частности, относятся выдаваемые главными государственными санитарными врачами и их заместителями при угрозе возникновения и распространения инфекционных заболеваний, представляющих опасность для окружающих, мотивированные постановления о проведении профилактических прививок гражданам или отдельным группам граждан по эпидемическим показаниям (абзац пятый подпункта 6 пункта 1 статьи 51), т.е. при угрозе возникновения и распространения инфекционных болезней, в том числе в период действия установленных органами государственной власти субъектов Российской Федерации и органами местного самоуправления в области защиты населения и территорий от чрезвычайных ситуаций – согласно подпункту «у» пункта 1 статьи 11 Федерального закона «О защите населения и территорий от чрезвычайных ситуаций природного и техногенного характера» – правил поведения при введении режима повышенной готовности или чрезвычайной ситуации, обязательных для исполнения гражданами и организациями. При этом Постановлением Правительства Российской Федерации от 31 января 2020 года № 66 к числу инфекционных заболеваний, представляющих опасность для окружающих, отнесена, в частности, коронавирусная инфекция (2019-nCoV). Предусмотренные абзацами первым и четвертым пункта 2 статьи 5 Федерального закона «Об иммунопрофилактике инфекционных болезней» правовые последствия отсутствия профилактических прививок в виде отстранения от работы граждан, занятых на работах, выполнение которых связано с высоким риском заболевания инфекционными болезнями, установлены исходя из необходимости сохранения здоровья таких категорий работников в процессе трудовой деятельности, а также обеспечения здоровья и безопасности других лиц. Следовательно, положения части первой статьи 76 Трудового кодекса Российской Федерации, абзаца четвертого пункта 2 статьи 5 Федерального закона «Об иммунопрофилактике инфекционных болезней» во взаимосвязи друг с другом, а также с подпунктом «у» пункта 1 статьи 11 Федерального 5 закона «О защите населения и территорий от чрезвычайных ситуаций природного и техногенного характера» выступают элементами правового механизма, направленного на предотвращение и устранение возникающих в связи с эпидемическими заболеваниями рисков для жизни и здоровья граждан, и не могут расцениваться как нарушающие их конституционные права. Что касается иных оспариваемых заявителем законоположений (включая статью 65 Трудового кодекса Российской Федерации; пункты 1 и 2 статьи 33, абзац четвертый подпункта 6 пункта 1 статьи 51 Федерального закона «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения»; пункт 4 статьи 11 Федерального закона «Об иммунопрофилактике инфекционных болезней», а также подпункты «м» и «ф» пункта 1 статьи 11 Федерального закона «О защите населения и территорий от чрезвычайных ситуаций природного и техногенного характера»), то их применение в его деле представленными документами не подтверждается. Упоминаемая в решении суда первой инстанции статья 88 Трудового кодекса Российской Федерации также не может считаться примененной в деле заявителя, поскольку, как неоднократно отмечал
1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Санникова Виктора Александровича, поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», в соответствии с которыми жалоба в
2. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит.