1. Приговором районного суда от 25 октября 2019 года, оставленным без изменения апелляционным постановлением от 21 января 2020 года, гражданин А.О.Гуськов признан виновным в совершении преступления, ответственность за которое установлена в части второй статьи 109 «Причинение смерти по неосторожности» УК Российской Федерации. Как установил суд, заявитель, будучи действующим врачом – детским хирургом, исполняющим обязанности заведующего хирургическим отделением и лечащим врачом малолетнего пациента У., ненадлежащим образом исполнил свои профессиональные обязанности, в частности не обеспечил 2 своевременный и адекватный объем заместительной гормональной терапии на всех этапах оказания медицинской помощи указанному пациенту, страдавшему наряду с прочим от врожденного заболевания, в период его нахождения в больнице, что повлекло по неосторожности его смерть. Определением судебной коллегии по уголовным делам Шестого кассационного суда общей юрисдикции от 18 августа 2020 года жалобы стороны защиты оставлены без удовлетворения. Также отказано в передаче жалоб осужденного и его защитника для рассмотрения в судебном заседании суда кассационной инстанции постановлением судьи Верховного Суда Российской Федерации от 11 января 2021 года, с чем, в свою очередь, согласился заместитель Председателя того же суда (письмо от 2 марта 2021 года). В этой связи А.О.Гуськов просит признать не соответствующими статьям 2, 15, 17 (части 1 и 3), 18, 19 (части 1 и 2), 45 (часть 1), 46 (части 1 и 2), 48, 49, 50 (часть 2), 51 (часть 1) и 55 (части 2 и 3) Конституции Российской Федерации часть вторую статьи 109 УК Российской Федерации, а также часть первую статьи 237 «Возвращение уголовного дела прокурору» и статью 252 «Пределы судебного разбирательства» УПК Российской Федерации. По утверждению заявителя, данные нормы нарушают его права, поскольку в силу своей неопределенности позволяют: возбуждать уголовное дело не в отношении конкретных лиц, круг которых, между тем, довольно очевиден; допрашивать на стадии предварительного расследования потенциальных подозреваемых в качестве свидетелей и неопределенно долго (свыше двух лет) не изменять их процессуальный статус на надлежащий; привлекать к уголовной ответственности за причинение пациенту по неосторожности смерти, наступившей ввиду совокупности недостатков оказания медицинской помощи, не всех имеющих к этому отношение сотрудников медицинского учреждения, а лишь одного лечащего врача, непосредственно не проводившего медицинских манипуляций; не возвращать уголовное дело прокурору для установления всех причастных лиц либо не прекращать дело в отношении одного лечащего врача из-за 3 наличия неустранимых сомнений исключительно в его виновности, не принимая во внимание ясные и однозначные выводы экспертов и специалистов по делу.
2. Конституционный Суд Российской Федерации, изучив представленные материалы, не находит оснований для принятия данной жалобы к рассмотрению. Часть вторая статьи 109 УК Российской Федерации устанавливает уголовную ответственность за причинение смерти по неосторожности вследствие ненадлежащего исполнения лицом своих профессиональных обязанностей. Это законоположение подлежит применению во взаимосвязи с другими нормами данного Кодекса: предусматривающими, что лицо подлежит уголовной ответственности только за те общественно опасные действия (бездействие) и наступившие общественно опасные последствия, в отношении которых установлена его вина (часть первая статьи 5), и что преступность деяния, его наказуемость, иные уголовно-правовые последствия его совершения определяются данным Кодексом (часть первая статьи 3); признающими преступлением запрещенное данным Кодексом виновно совершенное общественно опасное деяние – действие или бездействие (часть первая статьи 14); закрепляющими основание уголовной ответственности – совершение деяния, содержащего все признаки состава преступления, предусмотренного данным Кодексом (статья 8); определяющими виды (легкомыслие и небрежность) и юридическое содержание неосторожной вины (статья 26), понятие невиновного причинения вреда (статья 28). При оценке деяний, совершенных в связи с оказанием или неоказанием медицинской помощи, также принимаются во внимание положения Федерального закона от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», согласно которым доступность и качество медицинской помощи обеспечиваются в том числе применением порядков ее оказания и ее стандартов (пункт 4 статьи 10), учитываемых и при формировании критериев оценки (экспертизы) качества медицинской 4 помощи, проводимой в целях выявления нарушений при ее оказании, включая оценку ее своевременности, правильности выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации, степени достижения запланированного результата (части 1 и 2 статьи 64). Соответственно, часть вторая статьи 109 УК Российской Федерации, действуя в системе правового регулирования, не содержит неопределенности, в результате которой лицо лишено возможности осознать противоправность своих действий и предвидеть наступление ответственности за их совершение (Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 28 ноября 2019 года
1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Гуськова Андрея Олеговича, поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», в соответствии с которыми жалоба в
2. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит.