1. Гражданин А.В.Мосиенко оспаривает конституционность: пункта 2 части 1 (в жалобе названного подпунктом 2 пункта 1) статьи 30 «Сохранение права на досрочное назначение страховой пенсии» Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях»; пункта 3 статьи 13 «Правила подсчета и порядок подтверждения страхового стажа» Федерального закона от 17 декабря 2001 года № 173-ФЗ «О трудовых пенсиях в Российской Федерации»; пункта 109 Положения о порядке назначения и выплаты государственных пенсий (утверждено Постановлением Совета Министров 2 СССР от 3 августа 1972 года № 590, которое Постановлением Правительства Российской Федерации от 3 февраля 2020 года № 80 признано не действующим на территории Российской Федерации); постановления Госкомтруда СССР от 13 декабря 1990 года № 447 «О порядке исчисления стажа работы механикам рефрижераторных поездов (секций) при назначении пенсии за выслугу лет»; пункта 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 11 декабря 2012 года № 30 «О практике рассмотрения судами дел, связанных с реализацией прав граждан на трудовые пенсии». По мнению заявителя, оспариваемые положения не соответствуют статье 39 Конституции Российской Федерации, поскольку исключают возможность подтверждения стажа работы, дающего право на досрочное пенсионное обеспечение, показаниями свидетелей, а также устанавливают дополнительные условия зачета в такой стаж отдельных периодов, несоблюдение которых, в том числе вследствие ненадлежащего исполнения работодателем своих обязанностей, приводит к отказу в досрочном назначении работнику страховой пенсии по старости.
2. Конституционный Суд Российской Федерации, изучив представленные материалы, не находит оснований для принятия данной жалобы к рассмотрению. Конституция Российской Федерации, гарантируя каждому в соответствии с целями социального государства, закрепленными в ее статье 7 (часть 1), социальное обеспечение по возрасту, в случае болезни, инвалидности, потери кормильца, для воспитания детей и в иных случаях, установленных законом (статья 39, часть 1), относит определение механизма его реализации, включая закрепление в законе правовых оснований назначения пенсий, их размеров, правил исчисления и подтверждения стажа, а также особенностей приобретения права на пенсию отдельными категориями граждан, к компетенции законодателя (статья 39, часть 2). Устанавливая правовые основания и условия назначения пенсий и предусматривая для отдельных категорий граждан, занятых определенной 3 профессиональной деятельностью, возможность досрочного назначения страховой пенсии по старости, федеральный законодатель связывает право на назначение пенсии ранее достижения общеустановленного пенсионного возраста не с любой работой в конкретной сфере профессиональной деятельности, а лишь с такой, выполнение которой сопряжено с неблагоприятным воздействием различного рода факторов, повышенными психофизиологическими нагрузками, обусловленными спецификой и характером труда, в частности с тяжелыми условиями труда, и при этом наделяет Правительство Российской Федерации полномочием по утверждению списков работ, производств, профессий, должностей, специальностей и учреждений (организаций), с учетом которых страховая пенсия по старости назначается досрочно (пункт 2 части 1 и часть 2 статьи 30 Федерального закона «О страховых пенсиях»). Действуя в пределах предоставленного ему полномочия, Правительство Российской Федерации в Постановлении от 16 июля 2014 года № 665 «О списках работ, производств, профессий, должностей, специальностей и учреждений (организаций), с учетом которых досрочно назначается страховая пенсия по старости, и правилах исчисления периодов работы (деятельности), дающей право на досрочное пенсионное обеспечение» закрепило правовые основания определения стажа на соответствующих видах работ, а также исчисления периодов такой работы и в подпункте «а» пункта 3 предусмотрело, что по выбору застрахованных лиц при исчислении периодов работы, указанных в абзаце третьем подпункта «а», абзаце третьем подпункта «б» и абзаце третьем подпункта «в» пункта 1 данного Постановления, применяются соответствующие положения пунктов 97, 108, 109, 110, 112 и 113 Положения о порядке назначения и выплаты государственных пенсий, утвержденного Постановлением Совета Министров СССР от 3 августа 1972 года № 590. Оспариваемые А.В.Мосиенко нормы пункта 109 Положения о порядке назначения и выплаты государственных пенсий направлены на реализацию пенсионных прав застрахованных лиц в соответствии с нормативными 4 правовыми актами, на основании которых они были приобретены, позволяют увеличивать за счет периодов иной деятельности (в частности, обучения в отдельных видах учебных заведений и военной службы) продолжительность общего, а при соблюдении установленных условий (например, посредством приравнивания к работе, которая им предшествовала и (или) за ними следовала) также специального стажа. Следовательно, пункт 2 части 1 статьи 30 Федерального закона «О страховых пенсиях», а также подпункты «з», «и», «к», абзацы тринадцатый и четырнадцатый пункта 109 Положения о порядке назначения и выплаты государственных пенсий выступают элементами правового механизма пенсионного обеспечения граждан, работавших в тяжелых условиях труда, с учетом объективно существующих вредных факторов производственной среды и трудового процесса, а потому не могут рассматриваться в качестве нарушающих конституционные права заявителя, которому, как следует из представленных материалов, было отказано в досрочном назначении страховой пенсии по старости в связи с отсутствием необходимой продолжительности стажа работы в тяжелых условиях труда. Иные же нормы пункта 109 названного Положения в деле А.В.Мосиенко судом не применялись. Что касается пункта 3 статьи 13 Федерального закона «О трудовых пенсиях в Российской Федерации» (аналогичная норма закреплена в части 3 статьи 14 Федерального закона «О страховых пенсиях»), устанавливающего ограничение допустимости такого средства доказывания, как свидетельские показания при определении характера работы, то данное положение обусловлено особенностями возникновения права на досрочное назначение страховой пенсии по старости, в частности в случаях выполнения работ в тяжелых условиях труда, которые требуют точного определения как характера осуществляемой деятельности, так и условий, в которых она производилась, а также постоянной занятости в течение полного рабочего дня на определенных работах. Таким образом, к допустимым доказательствам, подтверждающим особенности работы (работы в 5 определенных условиях), не могут быть отнесены свидетельские показания. Такое правовое регулирование согласуется со статьей 60 ГПК Российской Федерации, закрепляющей, что обстоятельства дела, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами, обеспечивает реализацию пенсионных прав граждан и не может расцениваться как нарушающее их конституционные права. Проверка же конституционности ведомственных нормативных актов, к числу которых относится оспариваемое А.В.Мосиенко постановление Госкомтруда СССР от 13 декабря 1990 года № 447, не входит в компетенцию Конституционного Суда Российской Федерации, установленную статьей 125 Конституции Российской Федерации и статьей 3 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации». В силу названных норм не могут быть самостоятельным предметом проверки Конституционного Суда Российской Федерации и постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации как акты толкования закона. Кроме того, вопреки требованию пункта 3 статьи 97 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», к жалобе А.В.Мосиенко приложены судебные акты судов первой, апелляционной и кассационной инстанций, однако в Конституционный Суд Российской Федерации не представлены доказательства рассмотрения кассационной жалобы заявителя на указанные судебные акты Верховным Судом Российской Федерации. Следовательно, им не исчерпаны внутригосударственные средства судебной защиты. Исходя из изложенного и руководствуясь пунктами 1 и 2 части первой статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации»,
1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Мосиенко Андрея Викторовича, поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», в соответствии с которыми жалоба в
2. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит.