1. Приговором районного суда (с учетом изменений, внесенных апелляционным судом) гражданин В.Н.Мотин признан виновным в совершении преступлений, в том числе в мошенничестве в особо крупном размере и в злоупотреблении полномочиями; от назначенного наказания освобожден в связи с истечением срока давности уголовного преследования. В передаче кассационных жалоб для рассмотрения в судебном заседании суда кассационной инстанции отказано постановлением судьи кассационного суда общей юрисдикции и постановлением судьи Верховного Суда 2 Российской Федерации, с чем согласился заместитель Председателя Верховного Суда Российской Федерации. В связи с этим заявитель утверждает, что часть четвертая статьи 159 «Мошенничество» и часть первая статьи 201 «Злоупотребление полномочиями» УК Российской Федерации не соответствуют Конституции Российской Федерации, в том числе ее статьям 2, 18, 19 (часть 1), 33, 34, 45, 46, 47 (часть 1), 50 (часть 1), 54, 55 и 123, поскольку они позволяют привлекать к уголовной ответственности без опровержения презумпции добросовестности действий лица и без установления признаков обмана или злоупотребления доверием, а также без обоснования этого фактом и размером причинения вреда (реального ущерба).
2. Конституционный Суд Российской Федерации, изучив представленные материалы, не находит оснований для принятия данной жалобы к рассмотрению.
2.1. Статья 159 УК Российской Федерации определяет мошенничество как хищение чужого имущества или приобретение права на чужое имущество путем обмана или злоупотребления доверием. При этом под хищением, согласно пункту 1 примечаний к статье 158 данного Кодекса, понимаются совершенные с корыстной целью противоправные безвозмездное изъятие и (или) обращение чужого имущества в пользу виновного или других лиц, причинившие ущерб собственнику или иному владельцу этого имущества. Нет оснований полагать, что приведенные нормы содержат неопределенность в части признаков преступления (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 16 апреля 2009 года
2.2. Статья 201 УК Российской Федерации устанавливает уголовную ответственность за использование лицом, выполняющим управленческие функции в коммерческой или иной организации, своих полномочий вопреки 4 законным интересам этой организации и в целях извлечения выгод и преимуществ для себя или других лиц либо нанесения вреда другим лицам, если это деяние повлекло причинение существенного вреда правам и законным интересам граждан или организаций либо охраняемым законом интересам общества или государства (часть первая), и за то же деяние, повлекшее тяжкие последствия (часть вторая). Эта норма, как ранее отмечал Конституционный Суд Российской Федерации, не содержит неопределенности, позволяющей произвольно устанавливать круг субъектов, подлежащих ответственности за указанные в ней действия, и предполагает установление и оценку полномочий лица в связи с совершенным деянием, причиненных им последствий и их социальной значимости (общественной опасности) (Определение от 18 июля 2017 года
1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Мотина Вячеслава Николаевича, поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», в соответствии с которыми жалоба в
2. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит.