1. Гражданка С.В.Цилюрик, действующая в интересах своего несовершеннолетнего сына, оспаривает конституционность статьи 10 «Пределы осуществления гражданских прав», пунктов 1 и 2 статьи 167 «Общие положения о последствиях недействительности сделки», пунктов 1 и 2 статьи 200 «Начало течения срока исковой давности», статьи 307 «Понятие обязательства», пункта 1 статьи 1102 «Обязанность возвратить неосновательное обогащение» ГК Российской Федерации, а также части второй статьи 61 «Основания для освобождения от доказывания» и пункта 2 2 части первой статьи 134 «Отказ в принятии искового заявления» ГПК Российской Федерации. Как следует из представленных материалов, решением суда общей юрисдикции, оставленным без изменения судами вышестоящих инстанций, отказано в удовлетворении требования о признании отказов в выплате компенсации недействительными, взыскании компенсации с граждан К. и Ж. в пользу несовершеннолетнего сына С.В.Цилюрик. Суды указали на отсутствие каких-либо обязательств между Ж. и несовершеннолетним ребенком заявительницы, а также на истечение срока исковой давности. Определением суда общей юрисдикции, оставленным без изменения судами вышестоящих инстанций, несовершеннолетнему сыну С.В.Цилюрик было отказано в принятии искового заявления к К. о взыскании денежных средств. При этом суд исходил из того, что требования истца уже были разрешены вступившим в законную силу решением суда. Определениями судей Верховного Суда Российской Федерации было отказано в передаче кассационных жалоб для рассмотрения в судебных заседаниях Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации. По мнению заявительницы, оспариваемые нормы противоречат статьям 17 (часть 3), 19, 34 (часть 1), 35 (части 1 и 2) и 46 Конституции Российской Федерации, поскольку: позволяют суду не признавать условия исполнения денежного обязательства, ранее установленные вступившим в законную силу решением суда, а также отказывать в принятии к производству искового заявления со ссылкой на его тождественность иску, разрешенному вступившим в законную силу судебным постановлением, не принимая во внимание, что в этом решении суда отсутствуют сведения о рассмотрении заявленных истцом оснований иска и что исковые требования не были удовлетворены; допускают исчисление срока исковой давности без учета срока исполнения обязательства по долговой расписке; 3 не позволяют рассматривать в качестве злоупотребления правом действия по отказу в возврате неосновательного обогащения, полученного от третьего лица, а также расценивать эти действия как основание для взыскания убытков с обогатившегося лица; лишают возможности признать сделку недействительной в случае, когда ранее судом было отказано в удовлетворении иска о взыскании неосновательного обогащения; ставят в зависимость принятие к производству иска о взыскании денежных средств от наличия ранее рассмотренного иска о признании сделки недействительной и применении последствий ее недействительности, а также позволяют суду отождествлять данные иски.
2. Конституционный Суд Российской Федерации, изучив представленные материалы, не находит оснований для принятия данной жалобы к рассмотрению.
2.1. Положения статьи 10 ГК Российской Федерации, устанавливающие запрет на злоупотребление правом и правовые последствия злоупотребления правом, способствуют реализации принципа, закрепленного в статье 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации, и не предполагают их произвольного применения, – применение данных законоположений должно осуществляться в системе действующего правового регулирования, в частности во взаимосвязи с пунктом 1 статьи 9 и пунктом 5 статьи 10 ГК Российской Федерации, согласно которым участники гражданских правоотношений по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права, при этом их добросовестность, а также разумность действий предполагаются. Закрепленное в пунктах 1 и 2 статьи 167 ГК Российской Федерации правовое регулирование, предполагая восстановление имущественного положения сторон, имевшего место до совершения предоставления по недействительной сделке, обеспечивает защиту имущественных интересов участников гражданского оборота. Установление в законе общего срока исковой давности, т.е. срока для защиты интересов лица, право которого нарушено (статья 196 ГК Российской 4 Федерации), начала его течения (статья 200 ГК Российской Федерации) и последствий его пропуска (статья 199 ГК Российской Федерации) обусловлено необходимостью обеспечить стабильность гражданского оборота. При этом пункт 1 статьи 200 ГК Российской Федерации сформулирован таким образом, что наделяет суд необходимыми полномочиями по определению момента начала течения срока исковой давности исходя из фактических обстоятельств дела. Что касается пункта 2 статьи 200 ГК Российской Федерации, то, вопреки требованиям статей 96 и 97 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», его применение в конкретном деле представленными материалами не подтверждается, а потому жалоба в этой части не отвечает критерию допустимости обращений в
2.2. Часть вторая статьи 61 ГПК Российской Федерации, предусматривающая освобождение от доказывания вновь в рассматриваемом судом деле обстоятельств, ранее установленных вступившим в законную силу судебным постановлением, принятым в другом деле, в котором участвовали те же лица, конкретизирует общие положения процессуального законодательства об обязательности вступивших в законную силу судебных постановлений. Данная норма, призванная обеспечить в условиях действия принципа 5 состязательности законность выносимых судом постановлений, во взаимосвязи с другими предписаниями того же Кодекса, в том числе закрепленными в части второй статьи 12, части второй статьи 56, статье 67 и части второй статьи 195, не предполагает ее произвольного применения и не содержит какой-либо неопределенности. Пункт 2 части первой статьи 134 ГПК Российской Федерации предусматривает отказ в принятии искового заявления в случаях, когда право на судебную защиту было реализовано в состоявшемся ранее судебном процессе. Это положение имеет своей целью пресечение рассмотрения судами тождественных исков (между теми же сторонами, о том же предмете и по тем же основаниям). Следовательно, часть вторая статьи 61 и пункт 2 части первой статьи 134 ГПК Российской Федерации конституционных прав несовершеннолетнего сына заявительницы также не нарушают. Установление же и исследование фактических обстоятельств конкретных дел, а также оценка правильности применения судами норм права с учетом этих обстоятельств не относятся к компетенции Конституционного Суда Российской Федерации, как она определена в статье 125 Конституции Российской Федерации и статье 3 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации». Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 части первой статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации»,
1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы гражданки Цилюрик Светланы Владимировны, поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», в соответствии с которыми жалоба в
2. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит.