1. Гражданин Р.В.Ким оспаривает конституционность следующих норм: частей 1 и 3 статьи 3 Федерального закона от 21 декабря 2013 года № 367-ФЗ «О внесении изменений в часть первую Гражданского кодекса Российской Федерации и признании утратившими силу отдельных законодательных актов (положений законодательных актов) Российской Федерации» о вступлении данного Федерального закона в силу с 1 июля 2014 года и о применении положений Гражданского кодекса Российской 2 Федерации (в редакции данного Федерального закона) к правоотношениям, возникшим после дня вступления в силу данного Федерального закона; абзаца второго пункта 10 статьи 16 Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», предусматривающего, что разногласия по требованиям кредиторов или уполномоченных органов, подтвержденным вступившим в законную силу решением суда в части их состава и размера, не подлежат рассмотрению арбитражным судом, а заявления о таких разногласиях подлежат возвращению без рассмотрения, за исключением разногласий, связанных с исполнением судебных актов или их пересмотром. Как следует из представленных материалов, постановлением арбитражного суда апелляционной инстанции (вынесено по результатам рассмотрения апелляционных жалоб Р.В.Кима и исполняющего обязанности конкурсного управляющего должника), оставленным без изменения постановлением суда кассационной инстанции, отменено определение арбитражного суда, которое принято после направления обособленного спора на новое рассмотрение и которым требования публичного акционерного общества как обеспеченные залогом имущества должника – залогодателя, не являющегося должником по основному обязательству, включены в третью очередь реестра требований кредиторов. Определением Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации постановления судов апелляционной и кассационной инстанций отменены, определение суда первой инстанции оставлено в силе. Судебная коллегия отметила, что вывод суда апелляционной инстанции о прекращении договора об ипотеке, сделанный с указанием на отсутствие государственной регистрации дополнительного соглашения к договору об ипотеке, противоречит резолютивной части судебного акта об обращении взыскания на предмет залога по требованию публичного акционерного общества. Кроме того, Судебная коллегия по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации с учетом даты заключения договора об ипотеке сослалась на то, что суд апелляционной инстанции руководствовался законом в редакции, не подлежавшей применению. 3 По мнению заявителя, оспариваемые нормы по смыслу, придаваемому им правоприменительной практикой, противоречат Конституции Российской Федерации, в частности ее статьям 8 (часть 2), 17 (часть 3), 18, 19 (части 1 и 2), 35 (часть 1), 45 (часть 1), 46 (часть 1) и 55 (часть 2): положения Федерального закона «О внесении изменений в часть первую Гражданского кодекса Российской Федерации и признании утратившими силу отдельных законодательных актов (положений законодательных актов) Российской Федерации» – как не допускающие применения абзаца второго пункта 1 статьи 335 ГК Российской Федерации к правоотношениям, возникшим на основании дополнительных соглашений к договору о залоге, заключенных после 1 июля 2014 года, и в случае обращения взыскания на предмет залога после этой даты; абзац второй пункта 10 статьи 16 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» – поскольку он допускает оценку судом доводов, не исследованных судом в ином деле, но не позволяет выносить на основании таких доводов судебный акт, противоречащий вступившему в законную силу решению суда. Также Р.В.Ким отмечает, что данная норма не позволяет лицам, не участвовавшим в ином процессе, заявлять возражения, которые не были предметом судебного рассмотрения и не касаются состава и размера требования. Заявитель указывает, что довод об истечении срока для предъявления требования об обращении взыскания на предмет залога не относится к составу и размеру требования. Р.В.Ким полагает, что требование публичного акционерного общества было незаконно включено в реестр требований кредиторов как обеспеченное залогом имущества должника.
2. Конституционный Суд Российской Федерации, изучив представленные материалы, не находит оснований для принятия данной жалобы к рассмотрению. Основным принципом существования закона во времени является распространение его действия на настоящее и будущее время. Придание обратной силы закону – исключительный тип его действия во времени, использование которого относится к прерогативе законодателя. 4 Законодатель, реализуя свое исключительное право на придание закону обратной силы, учитывает специфику регулируемых правом общественных отношений (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 20 декабря 2018 года
1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Кима Романа Владимировича, поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», в соответствии с которыми жалоба в
2. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит.