1. Гражданин Д.Ю.Бусовиков оспаривает конституционность статьи 22 «Решение финансового уполномоченного» (фактически – части 3 данной статьи) Федерального закона от 4 июня 2018 года № 123-ФЗ «Об уполномоченном по правам потребителей финансовых услуг», а также статьи 25 «Защита прав потребителя финансовых услуг в судебном порядке» названного Федерального закона (в редакции, действовавшей до вступления в силу Федерального закона от 13 июня 2023 года № 226-ФЗ) в части, устанавливающей, что в случае несогласия с вступившим в силу решением финансового уполномоченного потребитель финансовых услуг вправе в 2 течение тридцати дней после дня вступления в силу указанного решения обратиться в суд и заявить требования к финансовой организации по предмету, содержащемуся в обращении, в порядке, установленном гражданским процессуальным законодательством Российской Федерации (часть 3). Как следует из представленных материалов, определением суда общей юрисдикции возвращено исковое заявление Д.Ю.Бусовикова о взыскании с финансовой организации убытков, процентов, компенсации морального вреда и штрафа в связи с существенным пропуском истцом процессуального срока, установленного частью 3 статьи 25 Федерального закона «Об уполномоченном по правам потребителей финансовых услуг», и отсутствием ходатайства о его восстановлении. По мнению Д.Ю.Бусовикова, перечисленные в жалобе положения Федерального закона «Об уполномоченном по правам потребителей финансовых услуг» противоречат Конституции Российской Федерации, в частности ее статьям 19, 46 и 119, в той мере, в какой: его статья 22 – устанавливая, что решение финансового уполномоченного направляется потребителю финансовых услуг в форме электронного документа, а при отсутствии такой возможности, а также по ходатайству потребителя финансовых услуг вручается ему на бумажном носителе или направляется на почтовый адрес, указанный в обращении, – не гарантирует равный доступ потребителей финансовых услуг к предусмотренной этим законом процедуре защиты прав, ставя таковой в зависимость от наличия персонального компьютера и доступа в сеть «Интернет»; статья 25 данного Федерального закона устанавливает обязанность граждан и организаций обращаться в суд до истечения тридцатидневного срока после вступления в силу решения финансового уполномоченного, что значительно меньше общего срока исковой давности. 3
2. Конституционный Суд Российской Федерации, изучив представленные материалы, не находит оснований для принятия данной жалобы к рассмотрению. Определяя исковую давность как срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено (статья 195 ГК Российской Федерации), гражданское законодательство закрепляет общий срок исковой давности, составляющий три года, исчисляемых – если законом не установлено иное – со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права (пункт 1 статьи 196 и пункт 1 статьи 200 того же Кодекса). Федеральным законом «Об уполномоченном по правам потребителей финансовых услуг» установлен аналогичный срок для защиты права по обращениям потребителей финансовых услуг, которые подлежат рассмотрению финансовым уполномоченным, если со дня, когда потребитель финансовых услуг узнал или должен был узнать о нарушении своего права, прошло не более трех лет; также предусмотрена возможность восстановления этого срока в случае его пропуска по уважительным причинам (части 1 и 4 статьи 15 данного Федерального закона). В то же время
1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Бусовикова Дмитрия Юрьевича, поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», в соответствии с которыми жалоба в
2. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит.