1. Гражданка Н.П.Григорьева оспаривает конституционность пунктов 3 и 4 статьи 1 «Основные начала гражданского законодательства», статьи 10 «Пределы осуществления гражданских прав», пункта 1 статьи 196 «Общий срок исковой давности», пунктов 1 и 2 статьи 200 «Начало течения срока исковой давности» ГК Российской Федерации, а также пункта 4 статьи 113 «Определение задолженности по алиментам» Семейного кодекса Российской Федерации. 2 Решением суда общей юрисдикции, оставленным без изменения судами вышестоящих инстанций, отказано в удовлетворении иска Н.П.Григорьевой и ее сына об определении размера задолженности по алиментам. Суды указали, что задолженность ответчика по алиментам была обоснованно определена судебным приставом-исполнителем исходя из размера среднемесячной заработной платы в Российской Федерации в спорный период, что истцами не доказано получение ответчиком дохода в ином размере в этот период и что ими пропущен срок исковой давности. Суды также отклонили доводы о необходимости признания поведения ответчика недобросовестным. Определением судьи Верховного Суда Российской Федерации, с которым согласился заместитель Председателя того же суда, отказано в передаче кассационной жалобы Н.П.Григорьевой и ее сына для рассмотрения в судебном заседании суда кассационной инстанции. По мнению заявительницы, оспариваемые нормы не соответствуют Конституции Российской Федерации, в частности ее статьям 17 (части 2 и 3), 18, 19 (части 1 и 2), 38 (часть 1), 45, 46 (часть 1), 55 (часть 3), 56 (часть 3), 118 (части 1 и 2), 120 и 123 (часть 3), поскольку по смыслу, придаваемому им правоприменительной практикой: пункты 3 и 4 статьи 1, статья 10 ГК Российской Федерации не позволяют расценивать неисполнение ответчиком обязанности по уплате алиментов в качестве злоупотребления им своими правами; пункт 1 статьи 196, пункты 1 и 2 статьи 200 того же Кодекса позволяют применять общий трехлетний срок исковой давности к требованиям взыскателя по определению размера задолженности по алиментам, которая к моменту рассмотрения этих требований не погашена, а также исчислять указанный срок с момента обнаружения истцом обезличенного судебного постановления на официальном сайте суда в сети Интернет; пункт 4 статьи 113 Семейного кодекса Российской Федерации допускает определение размера задолженности по алиментам исходя из размера средней заработной платы в Российской Федерации на момент, когда должник должен был произвести их уплату, и позволяет не учитывать 3 открывшиеся впоследствии факты получения должником дохода от осуществления предпринимательской деятельности в спорный период; возлагает обязанность доказывать получение должником в спорный период заработка и (или) иного дохода на получателя алиментов. Кроме того, Н.П.Григорьева просит внести ряд изменений в действующее законодательство.
2. Конституционный Суд Российской Федерации, изучив представленные материалы, не находит оснований для принятия данной жалобы к рассмотрению.
2.1. Пункты 3 и 4 статьи 1 ГК Российской Федерации, закрепляющие в качестве основных начал гражданского законодательства принцип добросовестности при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей, а также противоправность извлечения преимущества из своего незаконного или недобросовестного поведения, согласуются с положением статьи 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации, в соответствии с которым осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2017 года
2.2. Установление в законе общего срока исковой давности, т.е. срока для защиты интересов лица, право которого нарушено (статья 196 ГК Российской Федерации), начала его течения (статья 200 ГК Российской Федерации) и последствий его пропуска (статья 199 ГК Российской Федерации) обусловлено необходимостью обеспечить стабильность гражданского оборота и не может рассматриваться как нарушающее какие- либо конституционные права. При этом, как отмечал
2.3. Пункт 4 статьи 113 Семейного кодекса Российской Федерации, предусматривающий, в частности, что в случаях, если лицо, обязанное уплачивать алименты в период, в течение которого взыскание алиментов не производилось, не работало или если не будут представлены документы, подтверждающие его заработок и (или) иной доход, задолженность по алиментам определяется исходя из размера средней заработной платы в Российской Федерации на момент взыскания задолженности, конкретизирует положения статьи 38 (часть 2) Конституции Российской Федерации, имеет целью достижение баланса интересов несовершеннолетних детей и их родителей в рамках алиментных отношений, не регулирует распределения бремени доказывания тех или иных обстоятельств, не исключает необходимости учета доказанных доходов должника при определении размера его задолженности по алиментам и также не может быть признан нарушающим конституционные права Н.П.Григорьевой. 5 Установление же и исследование фактических обстоятельств конкретного дела, оценка доказательств, послуживших основаниями для применения в нем тех или иных норм права, а также разрешение вопроса о внесении изменений в действующее законодательство не входят в полномочия Конституционного Суда Российской Федерации, как они определены статьей 125 Конституции Российской Федерации и статьей 3 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации». Исходя из изложенного и руководствуясь пунктами 1 и 2 части первой статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации»,
1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы гражданки Григорьевой Наталии Павловны, поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», в соответствии с которыми жалоба в
2. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит.