1. Гражданка Л.А.Хмельницкая оспаривает конституционность пункта 3 статьи 363 ГК Российской Федерации, в соответствии с которым лица, совместно давшие поручительство (сопоручители), отвечают перед кредитором солидарно, если иное не предусмотрено договором поручительства; если из соглашения между сопоручителями и кредитором не следует иное, сопоручители, ограничившие свою ответственность перед кредитором, считаются обеспечившими основное обязательство каждый в своей части; сопоручитель, исполнивший обязательство, имеет право потребовать от других лиц, предоставивших обеспечение основного 2 обязательства совместно с ним, возмещения уплаченного пропорционально их участию в обеспечении основного обязательства. Как следует из представленных материалов, требования Л.А.Хмельницкой, удовлетворившей в полном объеме в качестве поручителя требования кредитора по основному обязательству, включены в реестр требований кредиторов другого поручителя в размере доли, падающей на него как на одного из семи поручителей. Суд кассационной инстанции отменил судебные акты нижестоящих судов в части включения требований заявительницы в реестр в объеме, превышающем эту долю. При этом суд кассационной инстанции, сославшись на разъяснения, содержащиеся в пунктах 14–15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 декабря 2020 года № 45 «О некоторых вопросах разрешения споров о поручительстве», указал, что при совместном поручительстве сопоручитель, исполнивший обязательство, имеет право регрессного требования к остальным сопоручителям в равных долях за вычетом доли, падающей на него самого. В передаче кассационной жалобы Л.А.Хмельницкой на постановление суда кассационной инстанции для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации было отказано. В кассационной жалобе заявительница ссылалась в том числе на раздельный характер поручительства, данного несколькими лицами. По мнению Л.А.Хмельницкой, оспариваемые положения противоречат статьям 19 (часть 1) и 46 (часть 1) Конституции Российской Федерации, поскольку их произвольное применение необоснованно препятствует включению требования поручителя в реестр требований кредиторов другого поручителя в объеме, в котором поручитель удовлетворил требование кредитора по основному обязательству. Л.А.Хмельницкая указывает, что в спорах о взыскании с нее как с поручителя денежных средств и о включении ее требования в реестр кредиторов другого поручителя пункт 3 статьи 363 (в жалобе ошибочно названа 365) ГК Российской Федерации применен в 3 различных редакциях, притом что нормы в редакции Федерального закона от 8 марта 2015 года № 42-ФЗ применяются к правоотношениям, возникшим после дня вступления его в силу.
2. Конституционный Суд Российской Федерации, изучив представленные материалы, не находит оснований для принятия данной жалобы к рассмотрению. Оспариваемые положения обеспечивают баланс интересов лиц, совместно давших поручительство, с учетом конституционного принципа свободы договора. Разъяснения, относящиеся к рассмотрению споров с участием лиц, совместно давших поручительство, содержались ранее в пункте 27 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12 июля 2012 года № 42 «О некоторых вопросах разрешения споров, связанных с поручительством» (признан не подлежащим применению пунктом 55 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации «О некоторых вопросах разрешения споров о поручительстве»). В соответствии с этими разъяснениями, в частности, сопоручитель, исполнивший обязательство по договору поручительства, мог предъявить к должнику требование об исполнении обязательства, права по которому перешли к сопоручителю; до исполнения должником обязательства такой сопоручитель вправе предъявить регрессные требования к каждому из других сопоручителей в сумме, соответствующей их доле в обеспечении обязательства. Таким образом, пункт 3 статьи 363 ГК Российской Федерации – в том числе с учетом приведенных разъяснений, данных до дополнения его, среди прочего, правилом о последствиях исполнения обязательства сопоручителем (Федеральный закон от 8 марта 2015 года № 42-ФЗ), – не может расцениваться как нарушающий конституционные права заявительницы в обозначенном в жалобе аспекте. Установление же и исследование фактических обстоятельств конкретного дела, оценка доказательств, послуживших основанием для 4 применения в нем тех или иных норм права, разрешение вопроса о совместном или раздельном характере поручительства не входят в компетенцию Конституционного Суда Российской Федерации, определенную в статье 125 Конституции Российской Федерации и статье 3 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации». Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 части первой статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации»,
1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы гражданки Хмельницкой Людмилы Алексеевны, поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», в соответствии с которыми жалоба в
2. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит.