1. Гражданка Т.В.Акентьева оспаривает конституционность абзаца второго пункта 1 статьи 1161 ГК Российской Федерации, согласно которому в случае, когда наследодатель завещал все имущество назначенным им наследникам, часть наследства, причитавшаяся наследнику, отказавшемуся от наследства или отпавшему по иным указанным в том же пункте основаниям, переходит к остальным наследникам по завещанию пропорционально их наследственным долям, если только завещанием не предусмотрено иное распределение этой части наследства. Как следует из представленных материалов, определением суда апелляционной инстанции, с которым согласились вышестоящие суды, иск 2 Т.В.Акентьевой о признании за ней права собственности на 2/3 доли квартиры в порядке наследования по завещанию удовлетворен частично, за Т.В.Акентьевой и гражданкой И. (за каждой) признано право на 1/2 долю в праве общей долевой собственности на указанное жилое помещение. Суд пришел к выводу, что часть наследства в виде 1/3 доли в праве собственности на спорную квартиру, причитавшаяся одному из трех наследников по завещанию, не принявшему наследство, перешла к остальным наследникам по завещанию пропорционально их наследственным долям: Т.В.Акентьевой и гражданину И., а после смерти последнего – к его правопреемнику, гражданке И. По мнению Т.В.Акентьевой, оспариваемая норма не соответствует Конституции Российской Федерации, включая ее статью 35, поскольку: в силу неопределенности своего содержания порождает неоднозначность ее толкования и применения в судебной практике; не содержит указания на возможность признания права на завещанное имущество лишь за теми наследниками по завещанию, которые остаются в живых к моменту рассмотрения спора о наследстве, чем позволяет вопреки воле наследодателя признавать право на наследственное имущество за лицами, не поименованными в завещании; допускает приращение наследственной доли наследника по завещанию в отсутствие его отдельного волеизъявления.
2. Конституционный Суд Российской Федерации, изучив представленные материалы, не находит оснований для принятия данной жалобы к рассмотрению. Оспариваемая норма направлена на защиту прав граждан при наследовании, обеспечение стабильности гражданского оборота и устранение неопределенности правового режима наследственного имущества и в качестве таковой служит реализации предписаний статей 17 (часть 3), 35 и 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации. Абзац второй пункта 1 статьи 1161 ГК Российской Федерации находится в системной связи с иными положениями раздела V 3 «Наследственное право» данного Кодекса, в частности с пунктом 1 его статьи 1110, закрепляющим переход наследственного имущества к другим лицам в порядке универсального правопреемства, т.е. в неизменном виде как единого целого и в один и тот же момент (если из правил данного Кодекса не следует иное), а также с пунктом 4 его статьи 1152, согласно которому принятое наследство признается принадлежащим наследнику со дня открытия наследства независимо от времени его фактического принятия. С учетом этого оспариваемая норма не содержит неопределенности и, вопреки доводам жалобы, не позволяет приращать доли в наследственном имуществе лиц, не указанных в завещании, не требует отдельного волеизъявления на приращение такой доли и не нарушает конституционных прав заявительницы. При этом данная норма не исключает возможности последующего перехода в порядке наследования доли в наследственном имуществе наследника по завещанию, который умер после принятия им наследства и которому в момент открытия наследства в порядке приращения его наследственной доли перешла часть наследства, причитавшаяся наследнику, отказавшемуся от наследства или отпавшему по иным основаниям. Разрешение же фактически поставленных заявительницей вопросов об ограничении круга лиц, за которыми может быть признано право на имущество, принятое в наследство по завещанию, а также о порядке осуществления права на приращение наследственной доли не входит в компетенцию Конституционного Суда Российской Федерации, установленную статьей 125 Конституции Российской Федерации и статьей 3 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», но относится к дискреционным полномочиям законодателя. Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 части первой статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации»,
1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы гражданки Акентьевой Тамары Васильевны, поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», в соответствии с которыми жалоба в
2. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит.