1. Гражданин О. – истец по требованиям об оспаривании отцовства в отношении несовершеннолетнего ребенка и об исключении из актовой записи сведений об отце оспаривает конституционность пунктов 2 и 3 статьи 48 «Установление происхождения ребенка», пунктов 1 и 2 статьи 51 «Запись родителей ребенка в книге записей рождений» и пункта 1 статьи 52 «Оспаривание отцовства (материнства)» Семейного кодекса Российской Федерации. По мнению заявителя, оспариваемые положения противоречат статьям 2, 6 (часть 2), 15 (части 1, 2 и 4), 17–19, 21, 45 и 55 Конституции Российской 2 Федерации, поскольку по смыслу, придаваемому им правоприменительной практикой, они позволяют в бесспорном порядке, без заявления мужчины записать бывшего супруга матери ребенка, рожденного в течение трехсот дней после расторжения брака, в качестве отца ребенка в отсутствие доказательств его происхождения. О. указывает, что это ставит такого гражданина в неравное положение с женщинами, а также с мужчинами, не состоявшими в браке с матерью ребенка. Кроме того, заявитель ссылается на то, что законом не определен порядок внесения записи об отце ребенка, если мужчина вступает в брак с беременной женщиной, и что действующее регулирование позволило сделать запись об отцовстве в отношении ребенка, отцом которого он не является.
2. Конституционный Суд Российской Федерации, изучив представленные материалы, не находит оснований для принятия данной жалобы к рассмотрению. Пункт 2 статьи 48 Семейного кодекса Российской Федерации, посвященный установлению происхождения детей, родившихся от лиц, состоящих в браке между собой, а также, в частности, в течение трехсот дней с момента расторжения брака, прямо предусматривает возможность оспаривания отцовства. Данная норма, а равно пункт 1 статьи 51 и пункт 1 статьи 52 того же Кодекса не могут расцениваться как нарушающие в обозначенном в жалобе аспекте конституционные права заявителя, в деле с участием которого суд первой инстанции, отказывая в удовлетворении его иска, сослался на заключение медико-биологической экспертизы. Применение пункта 3 статьи 48 и пункта 2 статьи 51 Семейного кодекса Российской Федерации в деле с участием заявителя, вопреки требованиям статей 96 и 97 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», представленными материалами не подтверждается. Установление же и исследование фактических обстоятельств конкретного дела, оценка доказательств, послуживших основанием для применения в нем каких-либо норм права, не относятся к компетенции 3 Конституционного Суда Российской Федерации, как она определена в статье 125 Конституции Российской Федерации и статье 3 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации». Исходя из изложенного и руководствуясь частью второй статьи 40, пунктом 2 части первой статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации»,
1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы гражданина О., поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», в соответствии с которыми жалоба в Конституционный Суд Российской Федерации признается допустимой.
2. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит.