1. Общероссийская общественная организация писателей «Общероссийское Литературное сообщество» оспаривает конституционность абзаца первого пункта 1 Постановления Верховного Совета Российской 2 Федерации от 27 декабря 1991 года № 3020-I «О разграничении государственной собственности в Российской Федерации на федеральную собственность, государственную собственность республик в составе Российской Федерации, краев, областей, автономной области, автономных округов, городов Москвы и Санкт-Петербурга и муниципальную собственность», в соответствии с которым объекты государственной собственности, указанные в Приложении 1 к данному Постановлению, независимо от того, на чьем балансе они находятся, и от ведомственной подчиненности предприятий относятся исключительно к федеральной собственности, а также положений Приложения 1 к названному Постановлению, относящих исключительно к федеральной собственности, в частности, объекты историко-культурного и природного наследия и художественные ценности, учреждения культуры общероссийского значения, расположенные на территории Российской Федерации (пункт 3 раздела I), имущество вооруженных сил, железнодорожных, пограничных и внутренних войск, органов безопасности, органов внутренних дел Российской Федерации и других учреждений, финансирование которых осуществляется из республиканского бюджета Российской Федерации, и расположенных на территории Российской Федерации учреждений, финансировавшихся из государственного бюджета СССР (пункт 2 раздела II). Как следует из представленных материалов, решением Арбитражного суда города Москвы от 8 июня 2016 года, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 8 сентября 2016 года, из владения общероссийской общественной организации писателей «Общероссийское Литературное сообщество» и ООО «Элеос», приобретшего у заявителя по заключенному в апреле 2012 года договору купли-продажи объекты недвижимого имущества, истребованы здания (жилые дома, творческие мастерские (дачи) и другие объекты), расположенные по адресу: город Москва, поселение Внуковское, поселок ДСК «Мичуринец» (городок писателей «Переделкино»), право собственности на которые было зарегистрировано за заявителем в ноябре 2005 года на основании 3 постановления администрации Мичуринского поселкового совета Ленинского района Московской области от 7 июня 1993 года № 30 «О принятии в эксплуатацию ранее возведенных строений Литфонда»; в части требования Федерального агентства по управлению государственным имуществом к общероссийской общественной организации писателей «Общероссийское Литературное сообщество» и ООО «Элеос» о признании права собственности Российской Федерации на спорные объекты в иске отказано. При этом арбитражный суд первой инстанции, ссылаясь на Постановление Верховного Совета Российской Федерации от 27 декабря 1991 года № 3020-I, пришел к выводу, что право собственности Российской Федерации на данные объекты возникло в силу прямого указания закона. Вместе с тем суд апелляционной инстанции признал ошибочным вывод суда первой инстанции о возникновении права собственности Российской Федерации на спорные объекты в силу пункта 3 раздела I Приложения 1 к Постановлению от 27 декабря 1991 года № 3020-I, в то время как применение в данном деле пункта 2 раздела II данного Приложения признано обоснованным. Указанные акты арбитражных судов оставлены без изменения постановлением Арбитражного суда Московского округа от 9 декабря 2016 года. В передаче кассационной жалобы заявителя для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации отказано определением судьи Верховного Суда Российской Федерации от 17 февраля 2017 года, оснований не согласиться с которым по доводам, изложенным в жалобе одного из третьих лиц, участвующих в данном деле, не усмотрел и заместитель Председателя Верховного Суда Российской Федерации (письмо от 13 декабря 2017 года). По мнению заявителя, оспариваемые нормы противоречат статьям 15 (части 1 и 2), 35 (части 1–3), 45, 46 (часть 1) и пункту 2 раздела второго Конституции Российской Федерации, поскольку нарушают принципы верховенства Конституции Российской Федерации, равной защиты всех форм собственности, приоритета прав и свобод человека и гражданина в Российской Федерации, признания общепризнанных принципов и норм международного 4 права составной частью российской правовой системы. Кроме того, заявитель указывает на наличие правовой неопределенности в силу противоречий между нормами ряда нормативных правовых актов и оспариваемого Постановления, которая повлекла невозможность отнесения того или иного имущества, находящегося на балансе юридических лиц, к частной или государственной собственности.
2. Согласно Конституции Российской Федерации Россия является демократическим федеративным правовым государством, территориальное (федеративное) устройство которого основано на разграничении предметов ведения и полномочий между органами государственной власти Российской Федерации и органами государственной власти субъектов Российской Федерации (статья 1, часть 1; статья 5, часть 3); в Российской Федерации признаются и защищаются равным образом частная, государственная, муниципальная и иные формы собственности (статья 8, часть 2), при этом федеральная государственная собственность и управление ею находятся в ведении Российской Федерации (статья 71, пункт «д»), а разграничение государственной собственности – в совместном ведении Российской Федерации и субъектов Российской Федерации (статья 72, пункт «г» части 1); по предметам совместного ведения Российской Федерации и субъектов Российской Федерации издаются федеральные законы и принимаемые в соответствии с ними законы и иные нормативные правовые акты субъектов Российской Федерации (статья 76, часть 2). По смыслу приведенных конституционных положений, необходимость разграничения государственной собственности между Российской Федерацией и субъектами Российской Федерации предопределяется федеративным характером государства и разграничением полномочий между федеральными органами государственной власти и органами государственной власти субъектов Российской Федерации. Вместе с тем Конституция Российской Федерации, относя разграничение государственной собственности к предметам совместного ведения Российской Федерации и ее субъектов, непосредственно не 5 определяет, какие объекты государственной собственности находятся в собственности Российской Федерации, какие – в собственности субъектов Российской Федерации, а какие из государственной собственности передаются в собственность конкретных муниципальных образований. Сказанное, как следует из правовых позиций, неоднократно выраженных Конституционным Судом Российской Федерации, предполагает, прежде всего, законодательное и иное нормативно-правовое регулирование отношений, связанных с разграничением государственной собственности и отнесением объектов государственной собственности к тем или иным уровням (видам) этой собственности – федеральной собственности или собственности субъектов Российской Федерации, а также с передачей объектов из государственной собственности в муниципальную собственность. При осуществлении соответствующего правового регулирования федеральный законодатель – исходя не только из разграничения полномочий между органами государственной власти Российской Федерации и органами государственной власти субъектов Российской Федерации, но и из того, что объем, пределы и особенности конкретных полномочий указанных органов по вопросам разграничения государственной собственности обусловлены особенностями самой государственной собственности, ее предназначением как экономической основы для осуществления функций государства и реализации полномочий органов государственной власти, – правомочен определить, какие именно объекты государственной собственности закрепляются за публично- правовым образованием того или иного уровня, а также установить порядок передачи имущества от одного субъекта публичной власти к другому. Само же разграничение государственной собственности и передача имущества, находящегося в государственной собственности, осуществляемая в связи с разграничением полномочий между органами государственной власти Российской Федерации и органами государственной власти субъектов Российской Федерации, не должны быть произвольными, а имущество, передаваемое в процессе разграничения собственности между Российской 6 Федерацией и ее субъектами, остается государственной собственностью и должно использоваться органами государственной власти не иначе как для осуществления ими своих полномочий в конституционно установленных целях (постановления от 10 сентября 1993 года
2.1. К правовым актам, регулирующим отношения, связанные с разграничением государственной собственности между Российской Федерацией и субъектами Российской Федерации, а также с передачей объектов из государственной собственности в муниципальную собственность, относится, в частности, вступившее в силу до принятия Конституции Российской Федерации и – в силу пункта 2 ее раздела второго «Заключительные и переходные положения» – применяющееся в части, ей не противоречащей, Постановление Верховного Совета Российской Федерации от 27 декабря 1991 года № 3020-I, которое определяет основные положения по разграничению государственной собственности и устанавливает перечни объектов, относящихся исключительно к федеральной собственности (Приложение 1), и объектов, которые могут передаваться в собственность субъектов Российской Федерации и в муниципальную собственность (приложения 2 и 3 соответственно). Издание названного нормативного акта было направлено на формирование правового механизма разграничения единой государственной собственности на собственность Российской Федерации и собственность субъектов Российской Федерации (а затем и собственность муниципальных образований), предпринятого в процессе становления России как федеративного государства и развития экономических основ конституционного строя (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 30 июня 2006 года
2.2. Указание в Постановлении Верховного Совета Российской Федерации от 27 декабря 1991 года № 3020-I на то, что объекты государственной собственности, перечисленные в Приложении 1 к нему, независимо от того, на чьем балансе они находятся, и независимо от ведомственной подчиненности предприятий являются исключительно федеральной собственностью (абзац первый пункта 1), а равно и отнесение к ним объектов, составляющих основу национального богатства страны, в частности объектов историко-культурного и природного наследия и художественных ценностей, учреждений культуры общероссийского значения, расположенных на территории Российской Федерации, а также объектов, необходимых для обеспечения функционирования федеральных органов власти и управления и решения общероссийских задач, в том числе имущества вооруженных сил, железнодорожных, пограничных и внутренних войск, органов безопасности, органов внутренних дел Российской Федерации и других учреждений, финансирование которых осуществляется из республиканского бюджета Российской Федерации, и расположенных на территории Российской Федерации учреждений, финансировавшихся из государственного бюджета СССР (пункт 3 раздела I и пункт 2 раздела II Приложения 1), – будучи основанными на разграничении полномочий между органами государственной власти Российской Федерации и органами государственной власти субъектов Российской Федерации, а также специфике и предназначении федеральной собственности – не могут рассматриваться как не согласующиеся с конституционными предписаниями. Упомянутые же нормативные положения, вопреки доводам заявителя, сами по себе не содержат неопределенности с точки зрения их соответствия Конституции Российской Федерации и не предполагают их произвольного толкования и применения. Настаивая на признании не соответствующими Конституции Российской Федерации абзаца первого пункта 1 Постановления Верховного 9 Совета Российской Федерации от 27 декабря 1991 года № 3020-I, а также пункта 3 раздела I и пункта 2 раздела II Приложения 1 к данному Постановлению, заявитель, как следует из жалобы, фактически выражает несогласие с вынесенными по его делу актами арбитражных судов, в том числе в части правильности толкования и применения оспариваемых нормативных положений, и, по существу, ставит вопрос о принадлежности объектов недвижимого имущества городка писателей «Переделкино» конкретным собственникам. Между тем
1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы общероссийской общественной организации писателей «Общероссийское Литературное сообщество», поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», в соответствии с которыми жалоба в
2. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит.