1. Гражданин А.П.Саая, в удовлетворении жалобы которого на постановление следователя о возбуждении уголовного дела в отношении неустановленных лиц отказано судом, просит признать не соответствующими Конституции Российской Федерации, ее статьям 2, 15 (части 1 и 2), 18, 19 (часть 1), 46 (часть 1), 48 (часть 1), 50 (часть 2) и 122, положения части первой и пунктов 1–3 части второй статьи 38, части пятой статьи 146 и части первой статьи 448 УПК Российской Федерации в той 2 мере, в какой, как считает заявитель, по смыслу, придаваемому этим нормам правоприменительной практикой, ими не исключается возбуждение органом предварительного расследования уголовного дела по факту совершения преступления или в отношении неустановленных лиц, несмотря на имеющиеся достоверные данные о том, что лицо, в действиях которого усматриваются признаки преступления, является судьей конституционного суда субъекта Российской Федерации, т.е. относится к категории лиц, в отношении которых применяется особый порядок производства по уголовным делам.
2. Конституционный Суд Российской Федерации, изучив представленные материалы, не находит оснований для принятия данной жалобы к рассмотрению.
2.1. Конституция Российской Федерации провозглашает в статье 122 неприкосновенность судьи в качестве принципа, подлежащего учету при решении конкретных вопросов ответственности судей, которые не могут быть привлечены к уголовной ответственности иначе как в порядке, определяемом федеральным законом. Судейская неприкосновенность, являясь некоторым исключением из принципа равноправия (статья 19 Конституции Российской Федерации), не означает освобождения от уголовной или иной ответственности и служит не личной привилегией гражданина, занимающего должность судьи, а средством защиты публичных интересов, прежде всего интересов правосудия, призванного, согласно статье 18 Конституции Российской Федерации, обеспечивать права и свободы человека и гражданина (постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 7 марта 1996 года
2.2. Статья 38 УПК Российской Федерации устанавливает, что следователь реализует свои полномочия в пределах компетенции, предусмотренной этим Кодексом, и, в частности, уполномочен возбуждать уголовное дело в надлежащем порядке, принимать уголовное дело к своему производству или передавать его руководителю следственного органа для направления по подследственности, самостоятельно направлять ход расследования, принимать решение о производстве следственных и иных процессуальных действий, за исключением случаев, когда в соответствии с этим Кодексом требуется получение судебного решения или согласия руководителя следственного органа (часть первая и пункты 1–3 части второй). Возбуждается же уголовное дело при наличии к тому повода, а также основания – достаточных данных, указывающих на признаки преступления, о чем выносится постановление, в котором указываются дата, время и место его вынесения, кем оно вынесено, повод и основание для возбуждения уголовного дела, пункт, часть, статья уголовного закона, на основании которых возбуждается уголовное дело (статья 140, части первая и вторая статьи 146 этого Кодекса). 4 По смыслу статей 46, 140 и 146 УПК Российской Федерации, допускается возбуждение уголовного дела публичного обвинения как по факту совершения преступления, так и в отношении конкретных лиц, если они к моменту принятия такого решения известны органам предварительного расследования и имеются достаточные данные, указывающие на их причастность к преступлению. Лицо, в отношении которого возбуждено уголовное дело по основаниям и в порядке, установленным главой 20 этого Кодекса, является подозреваемым (пункт 1 части первой статьи 46), к которому могут применяться предусмотренные этим Кодексом меры процессуального принуждения (главы 12–14). Когда же уголовное дело возбуждено по факту совершения деяния, содержащего признаки преступления, какое-либо лицо до выдвижения подозрения не может быть ни признано, ни названо подозреваемым в преступлении. По отношению к лицам, не являющимся подозреваемыми, ограничено применение мер процессуального принуждения. При этом по результатам следственных и иных процессуальных действий возможно не только подтвердить, но и поставить под сомнение или опровергнуть сам факт преступления, что имеет существенное значение для разрешения вопроса об уголовном преследовании или отказе от него, а также от применения связанных с ним мер принуждения или ограничений прав личности (а потому и для защиты лица от необоснованного подозрения в совершении преступления, для охраны его чести и достоинства) и особенно важно, когда это касается судей – лиц, в отношении которых предусмотрен особый порядок производства по уголовным делам. Если в ходе расследования выясняется, что речь идет не о преступлении, а об ином правонарушении или об отсутствии преступного деяния как такового, уголовное дело в силу статьи 24 УПК Российской Федерации подлежит прекращению. Если же в процедурах, осуществленных в надлежащем процессуальном порядке после возбуждения уголовного дела по факту обнаружения признаков 5 преступления, установлены обстоятельства, позволяющие дать содеянному правильную правовую оценку, и наличествуют доказательства, достаточные для обвинения в преступлении лица, относящегося к тем, для кого предусмотрен особый порядок производства по уголовным делам, то решение о его привлечении в качестве обвиняемого принимается с соблюдением требований статьи 448 этого Кодекса. Следовательно, возбуждение уголовного дела по факту обнаружения признаков преступления, а не в отношении определенного лица обеспечивает как защиту публичных интересов, так и охрану прав и свобод, чести и достоинства лиц, чье участие в преступлении еще не подтверждено совокупностью доказательств, достаточной для обоснования подозрения. Этим минимизируется возможность ограничения прав и свобод таких лиц, в том числе тех, для которых предусмотрен особый порядок производства по уголовным делам, обеспечивающий дополнительный контроль со стороны суда, указанного в части первой статьи 448 УПК Российской Федерации, за проведением следственных и иных процессуальных действий, осуществляемых в соответствии с этим Кодексом не иначе как на основании судебного решения, при сохранении специального порядка принятия решения о привлечении в качестве обвиняемого. Таким образом, оспариваемые заявителем положения части первой и пунктов 1–3 части второй статьи 38, части пятой статьи 146 и части первой статьи 448 УПК Российской Федерации, регламентирующие полномочия следователя и порядок возбуждения уголовного дела публичного обвинения, не содержат – действуя во взаимосвязи с иными нормами этого Кодекса (статьи 46, 140, 145, 147, 318, 447 и др.) – правил, допускающих произвольное принятие следователем решения о возбуждении уголовного дела (которое может быть возбуждено с учетом всех обстоятельств как по факту совершения преступления, так и в отношении конкретных лиц, если они к моменту принятия такого 6 решения известны органам расследования и имеются достаточные данные, указывающие на их причастность к преступлению, по признакам которого возбуждается уголовное дело), и не ограничивают права лиц, указанных в пункте 2 части первой статьи 447 этого Кодекса, к которым применяется особый порядок производства по уголовным делам. Названные законоположения не могут, следовательно, расцениваться как нарушающие конституционные права заявителя в указанном им аспекте. Приведенные в жалобе заявителя доводы, а также прилагаемые им материалы свидетельствуют о том, что нарушение своих прав он фактически связывает не с содержанием оспариваемых норм, а с их неправильным, по его мнению, применением в его уголовном деле. Тем самым он, по существу, ставит перед Конституционным Судом Российской Федерации вопросы об оценке состоявшихся в его деле судебных решений и о выборе норм, подлежащих применению. Однако разрешение этих вопросов требует установления и исследования фактических обстоятельств и не входит в компетенцию Конституционного Суда Российской Федерации, как она определена статьей 125 Конституции Российской Федерации и статьей 3 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации». Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации»,
1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Сааи Аяса Плоткаевича, поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», в соответствии с которыми жалоба в
2. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит.