1. Постановлением судьи от 7 сентября 2018 года, вынесенным по результатам предварительного слушания, удовлетворено ходатайство стороны защиты о прекращении уголовного преследования гражданина Я.Е.Александрова в связи с непричастностью к совершению инкриминированного ему преступления (т.е. по реабилитирующему основанию, предусмотренному пунктом 1 части первой статьи 27 УПК Российской Федерации), поскольку уголовное дело в его отношении было возбуждено за пределами установленного законом срока давности 2 уголовного преследования, ввиду чего постановление о возбуждении уголовного дела признано судом незаконным, все последующие следственные и иные процессуальные действия – не имеющими юридической силы, а собранные по делу доказательства – полученными с нарушением закона. При этом отказано в удовлетворении ходатайства государственного обвинителя о возвращении дела прокурору в порядке статьи 237 УПК Российской Федерации. По результатам рассмотрения поданного в этой связи апелляционного представления, в котором наряду с прочим утверждалось о соблюдении сроков давности уголовного преследования при возбуждении указанного уголовного дела, поскольку сперва оно было возбуждено по признакам конкретного преступления и лишь затем – в отношении Я.Е.Александрова, притом что в ходе расследования могло быть установлено и иное лицо, причастное к совершению преступления, апелляционным постановлением от 25 октября 2018 года оспоренное судебное решение оставлено без изменения. Постановлением судьи верховного суда республики от 7 февраля 2019 года кассационное представление на решения судов первой и второй инстанций передано для рассмотрения в судебном заседании суда кассационной инстанции. Президиум верховного суда республики постановлением от 1 марта 2019 года данные судебные акты отменил с возвращением уголовного дела прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом и с разъяснением, что возможность прекращения судом уголовного преследования по основанию непричастности к совершению инкриминированного преступления на стадии предварительного слушания законом не предусмотрена и что органом предварительного расследования не выполнено требование разъяснить лицу, в отношении которого ведется производство, о праве согласиться с прекращением уголовного преследования ввиду истечения срока давности либо возражать против этого. По мнению Я.Е.Александрова, пункт 4 части первой статьи 236 «Виды решений, принимаемых судьей на предварительном слушании» УПК Российской Федерации, согласно которому по результатам предварительного 3 слушания судья вправе прекратить уголовное дело, и часть первая статьи 239 «Прекращение уголовного дела или уголовного преследования» данного Кодекса, в силу которой судья выносит постановление о прекращении уголовного дела в случаях, предусмотренных пунктами 3–6 части первой, частью второй статьи 24 и пунктами 3–6 части первой статьи 27 УПК Российской Федерации, а также в случае отказа прокурора от обвинения в порядке, установленном частью седьмой статьи 246 данного Кодекса, не соответствуют статьям 19, 21, 45, 46, 49 и 55 Конституции Российской Федерации в той мере, в какой не предусматривают возможности прекращения судом по своей инициативе уголовного преследования (уголовного дела) в связи с непричастностью лица к совершению инкриминированного ему преступления на стадии предварительного слушания без учета мнения прокурора.
2. Конституционный Суд Российской Федерации, изучив представленные материалы, не находит оснований для принятия данной жалобы к рассмотрению. В своих решениях
1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Александрова Ярослава Евгеньевича, поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде 5 Российской Федерации», в соответствии с которыми жалоба в
2. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит.