2. Конституционный Суд Российской Федерации, изучив представленные Г.М.Михайловой материалы, не находит оснований для принятия ее жалобы к рассмотрению. В связи с изменением порядка исчисления трудовых пенсий, в том числе по старости, с даты вступления в силу Федерального закона «О трудовых пенсиях в Российской Федерации», т.е. с 1 января 2002 года, законодатель в статье 30 данного Федерального закона установил для застрахованных лиц преобразование их пенсионных прав путем конвертации в расчетный пенсионный капитал, в том числе с учетом ожидаемого периода выплаты трудовой пенсии по старости. Оспариваемое положение пункта 1 статьи 30 Федерального закона «О трудовых пенсиях в Российской Федерации» во взаимосвязи с пунктом 1 статьи 14 и пунктом 1 статьи 32 данного Федерального закона является элементом правового механизма реализации конституционного права граждан на пенсионное обеспечение и само по себе не может расцениваться как нарушающее их конституционные права. Кроме того, статья 30 (включая оспариваемое положение) Федерального закона «О трудовых пенсиях в Российской Федерации» действовала в системной связи с другими положениями этого Федерального закона, в том числе с его статьей 17, предусматривающей гарантию индексации размера пенсии, а также со статьей 121 Федерального закона от 17 июля 1999 года № 178-ФЗ «О государственной социальной помощи», устанавливающей порядок и условия выплаты социальной доплаты в случае, если общий размер материального обеспечения пенсионера меньше величины прожиточного минимума пенсионера в субъекте Российской Федерации. 4 Следовательно, нет оснований полагать, что оспариваемым положением Федерального закона «О трудовых пенсиях в Российской Федерации» были нарушены конституционные права заявительницы. Как следует из содержания жалобы, оспаривая конституционность положения пункта 1 статьи 30 Федерального закона «О трудовых пенсиях в Российской Федерации», Г.М.Михайлова полагает, что при расчете страховой части пенсии ожидаемый период выплаты трудовой пенсии по старости должен определяться исходя из величины 156 месяцев (установлен законодателем по состоянию на год назначения ей пенсии), а при исчислении расчетного пенсионного капитала он должен составлять 228 месяцев. Однако разрешение этого вопроса, равно как и осуществление контроля за решениями правоприменительных органов, в том числе судов общей юрисдикции, включая оценку того, какая именно правовая норма подлежала применению в конкретном деле, а также разъяснение порядка применения оспариваемого положения статьи 30 Федерального закона «О трудовых пенсиях в Российской Федерации», на чем настаивает заявительница в своей жалобе, не входит в полномочия Конституционного Суда Российской Федерации, как они установлены в статье 125 Конституции Российской Федерации и статье 3 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации». Исходя из изложенного и руководствуясь частью второй статьи 40, пунктом 2 статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации»,
1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы гражданки Михайловой Галины Михайловны, поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде 5 Российской Федерации», в соответствии с которыми жалоба в
2. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит.