1. Гражданка С.В.Цилюрик, действующая в интересах своего несовершеннолетнего сына, оспаривает конституционность следующих положений: статьи 431 ГК Российской Федерации, в силу которой при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений; буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом; если правила, содержащиеся в части первой данной статьи, не позволяют определить содержание договора, должна быть выяснена действительная общая воля 2 сторон с учетом цели договора; при этом принимаются во внимание все соответствующие обстоятельства, включая предшествующие договору переговоры и переписку, практику, установившуюся во взаимных отношениях сторон, обычаи, последующее поведение сторон; части второй статьи 61 ГПК Российской Федерации, в соответствии с которой обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда; указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица, а также в случаях, предусмотренных данным Кодексом (в деле с участием несовершеннолетнего сына заявительницы применена в редакции, действовавшей до внесения изменений Федеральным законом от 18 июля 2019 года № 191-ФЗ, содержание которой в основном воспроизведено в ее действующей редакции). Как следует из представленных материалов, решением суда общей юрисдикции, оставленным без изменения определением суда апелляционной инстанции, отказано во взыскании денежных средств в пользу несовершеннолетнего сына С.В.Цилюрик, которому она передала требования, вытекающие из заключенного ею с одним из ответчиков договора поручения. Суды указали, что вступившими в законную силу судебными постановлениями установлено, что по требованию С.В.Цилюрик о взыскании неосновательного обогащения с ответчиков пропущен срок исковой давности и что иное требование, связанное с составленной поверенным распиской, несовершеннолетнему сыну С.В.Цилюрик не передавалось. Суды также упомянули, что передача требований несовершеннолетнему сыну С.В.Цилюрик не влияет на течение срока исковой давности по ним. По мнению заявительницы, оспариваемые положения по смыслу, придаваемому им правоприменительной практикой, противоречат статьям 18, 19 (часть 1) и 46 Конституции Российской Федерации: статья 431 ГК Российской Федерации – поскольку в случае неясности условий договора позволяет толковать его в пользу предложившей или сформулировавшей его условия 3 стороны, а часть вторая статьи 61 ГПК Российской Федерации – поскольку позволяет считать правовую оценку обстоятельств судом обстоятельствами, установленными вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу. Кроме того, С.В.Цилюрик указывает, что оспариваемые нормы противоречат статьям 2, 18, 19 и 46 Конституции Российской Федерации, поскольку недостатки их правовой конструкции приводят к противоречивому толкованию их в судебной практике.
2. Конституционный Суд Российской Федерации, изучив представленные материалы, не находит оснований для принятия данной жалобы к рассмотрению. Статья 431 ГК Российской Федерации направлена на выявление общей воли сторон договора в целях правильного разрешения конкретного дела судом общей юрисдикции и тем самым – на реализацию возлагаемой Конституцией Российской Федерации на суд функции отправления правосудия (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 25 февраля 2016 года
1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы гражданки Цилюрик Светланы Владимировны, поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», в соответствии с которыми жалоба в
2. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит.