1. Вступившим в законную силу решением Чертановского районного суда города Москвы от 18 марта 2011 года были удовлетворены исковые требования Департамента жилищной политики и жилищного фонда города Москвы к гражданину А.А.Миничу и отделению района «Чертаново Северное» Управления Федеральной миграционной службы в Южном административном округе города Москвы о признании права 2 собственности на квартиру, истребовании имущества из чужого незаконного владения и выселении. В обоснование своего решения суд указал, что спорная квартира, приобретенная по договору купли-продажи А.А.Миничем, до этого была приватизирована по подложным документам на подставное лицо, т.е. выбыла из владения города Москвы помимо воли владельца. Впоследствии А.А.Минич обратился в тот же суд с заявлением о пересмотре решения от 18 марта 2011 года по новым обстоятельствам, указывая в качестве такового постановление Европейского Суда по правам человека от 6 декабря 2011 года по делу «Гладышева против России», фактические обстоятельства которого, по мнению заявителя, были аналогичны обстоятельствам его дела. Чертановский районный суд города Москвы определением от 22 июня 2012 года, оставленным без изменения определением судебной коллегии по гражданским делам Московского городского суда от 24 сентября 2012 года, сославшись на пункт 4 части четвертой статьи 392 ГПК Российской Федерации, согласно которому новым обстоятельством, влекущим пересмотр вступившего в законную силу судебного постановления, является установление Европейским Судом по правам человека нарушения положений Конвенции о защите прав человека и основных свобод при рассмотрении судом конкретного дела, в связи с принятием решения по которому заявитель обращался в Европейский Суд по правам человека, в удовлетворении заявления А.А.Минича отказал, поскольку он в Европейский Суд по правам человека не обращался и в отношении него не рассматривался вопрос о нарушении положений Конвенции о защите прав человека и основных свобод. В своей жалобе в
2. Согласно статье 46 (часть 3) Конституции Российской Федерации каждый вправе в соответствии с международными договорами Российской Федерации обращаться в межгосударственные органы по защите прав и свобод человека, если исчерпаны все имеющиеся внутригосударственные средства правовой защиты. Данное право признается и гарантируется в Российской Федерации в соответствии с Конституцией Российской Федерации и согласно общепризнанным принципам и нормам международного права, которые наряду с международными договорами Российской Федерации являются составной частью ее правовой системы (статья 15, часть 4; статья 17, часть 1, Конституции Российской Федерации). Ратифицировав Конвенцию о защите прав человека и основных свобод, Российская Федерация признала ipso facto и без специального соглашения юрисдикцию Европейского Суда по правам человека обязательной по вопросам толкования и применения Конвенции и Протоколов к ней в случаях их предполагаемого нарушения Российской Федерацией (статья 1 Федерального закона от 30 марта 1998 года № 54-ФЗ «О ратификации Конвенции о защите прав человека и основных свобод и Протоколов к ней»). Следовательно, не только Конвенция о защите прав человека и основных свобод, но и решения Европейского Суда по правам человека – в той мере, в какой ими исходя из общепризнанных принципов и норм международного права дается толкование содержания закрепленных в 4 Конвенции прав и свобод, включая право на доступ к суду и справедливое правосудие, – являются составной частью российской правовой системы, а потому должны учитываться федеральным законодателем при регулировании общественных отношений и правоприменительными органами при применении соответствующих норм права (постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 5 февраля 2007 года
2.1. Как неоднократно указывал
2.2. Оспаривая конституционность пункта 4 части четвертой статьи 392 ГПК Российской Федерации, заявитель указывает, что данное законоположение не позволило ему защитить нарушенные, по его мнению, конституционные права в процедуре пересмотра по новым обстоятельствам судебных постановлений, вступивших в законную силу. Само же нарушение конституционных прав, как следует из жалобы, заявитель фактически связывает с таким истолкованием судами в его деле статей 167 и 302 ГК Российской Федерации, которое предопределило возможность удовлетворения предъявленного к нему иска исходя лишь из того, что приобретенная им квартира была ранее приватизирована по подложным документам, что противоречит мнению Европейского Суда по правам человека, изложенному в постановлении от 6 декабря 2011 года, принятом по делу «Гладышева против Российской Федерации». Между тем
1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Минича Артема Андреевича, поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», в соответствии с которыми жалоба в
2. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит.