1. Гражданин А.В.Евстафьев оспаривает конституционность положений части третьей статьи 413 УПК Российской Федерации, согласно которым вновь открывшимися обстоятельствами являются: установленные вступившим в законную силу приговором суда заведомая ложность показаний потерпевшего или свидетеля, заключения эксперта, а равно подложность вещественных доказательств, протоколов следственных и судебных действий и иных документов или заведомая неправильность перевода, повлекшие за собой постановление незаконного, необоснованного или несправедливого приговора, вынесение незаконного или необоснованного определения или постановления; установленные вступившим в законную силу приговором суда преступные действия дознавателя, следователя или прокурора, повлекшие за собой постановление незаконного, необоснованного или несправедливого приговора, вынесение незаконного или необоснованного определения либо постановления; установленные вступившим в законную силу приговором суда преступные действия судьи, совершенные им при рассмотрении данного уголовного дела. По мнению заявителя, указанные положения уголовно-процессуального закона, как ограничивающие круг оснований, при которых возобновляется производство по уголовному делу ввиду вновь открывшихся обстоятельств, делают невозможным исправление повлиявшей на исход дела судебной ошибки и восстановление нарушенных вследствие этого прав и законных интересов граждан. Он указывает, что к числу таких оснований следовало бы отнести не только установленную вступившим в законную силу приговором суда заведомую ложность заключения эксперта, но и его ошибочность. Как следует из представленных материалов, определением Гагаринского межмуниципального (районного) суда города Москвы от 8 июня 2001 года гражданин А.В.Евстафьев признан виновным в совершении общественно опасных деяний, предусмотренных пунктами "а" и "б" части третьей статьи 159, частью первой статьи 322 и частью второй статьи 327 УК Российской Федерации (в редакции от 7 июля 2003 года). С учетом заключения стационарной судебно-психиатрической экспертизы о невменяемости А.В.Евстафьева во время совершения некоторых из указанных деяний уголовное дело в отношении него по ряду инкриминируемых ему преступлений выделено в отдельное производство, и по данному делу он освобожден от уголовной ответственности с применением мер медицинского характера в виде принудительного лечения в психиатрическом стационаре общего типа. В ходе расследования основного уголовного дела, касающегося совершения А.В.Евстафьевым других преступлений той же категории, в отношении него также была проведена судебно- психиатрическая экспертиза, по заключению которой от 9 августа 2001 года он признан вменяемым. 2 Расценив определение суда о применении к нему принудительных мер медицинского характера как незаконное, А.В.Евстафьев потребовал его отмены и обратился с надзорными жалобами в Московский городской суд. Судьей, а затем председателем Московского городского суда в возбуждении надзорного производства отказано. Межрайонным прокурором и прокуратурой города Москвы также отказано в удовлетворении жалоб А.В.Евстафьева по поводу принесения надзорного протеста на определение суда либо возобновления производства по делу ввиду вновь открывшихся обстоятельств. Постановлениями судей Замоскворецкого районного суда города Москвы жалобы А.В.Евстафьева на бездействие должностных лиц прокуратуры города Москвы оставлены без удовлетворения. Секретариат Конституционного Суда Российской Федерации в порядке части второй статьи 40 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации" ранее уведомлял заявителя о том, что его жалоба не соответствует требованиям названного закона.
1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Евстафьева Алексея Владимировича, поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", в соответствии с которыми жалоба может быть признана допустимой. 3
2. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит.