ПЛЕНУМ ВЕРХОВНОГО СУДА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
12 декабря 2023 г. Пленум Верховного Суда Российской Федерации принял следующие постановления: “О некоторых вопросах судебной практики по уголовным делам о длящихся и продолжаемых преступлениях”; “О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при применении норм о самовольной постройке”; “О внесении изменений в постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 14 июня 2018 года № 17 “О некоторых вопросах, связанных с применением конфискации имущества в уголовном судопроизводстве”.
Проект постановления “О некоторых вопросах судебной практики по уголовным делам о длящихся и продолжаемых преступлениях” обсуждался на заседании Пленума, состоявшемся посредством веб-конференции 31 октября 2023 г. под председательством В.М. Лебедева — Председателя Верховного Суда Российской Федерации.
С докладом по этому вопросу выступил судья Верховного Суда Российской Федерации Е.В. Рудаков, который отметил, что действующее в настоящее время постановление 23 Пленума Верховного Суда СССР от 4 марта 1929 г. “Об условиях применения давности и амнистии к длящимся и продолжаемым преступлениям” в редакции от 14 марта 1963 г. хотя и содержит отдельные актуальные положения, однако, будучи основанным на нормах Уголовного кодекса РСФСР 1960 года, не в полной мере отвечает потребностям современного правоприменения. Изучение вопросов, поступающих из судов, показало, что на практике возникают трудности при отграничении длящихся и продолжаемых преступлений от совокупности преступлений с установлением момента фактического окончания этих преступлений и исчислением сроков давности уголовного преследования за такие преступления.
Принятие представленного на обсуждение проекта постановления Пленума “О некоторых вопросах судебной практики по уголовным делам о длящихся и продолжаемых преступлениях” имеет безусловную актуальность и значимость для правоприменительной практики.
Проект постановления подготовлен с учетом результатов обобщения судебной практики по уголовным делам данной категории и прошел все необходимые этапы разработки и обсуждения.
При подготовке проекта приняты во внимание положения постановления 23 Пленума Верховного Суда СССР от 4 марта 1929 г., содержащие устоявшиеся в судебной практике позиции по вопросам, возникающим при рассмотрении уголовных дел о длящихся и продолжаемых преступлениях. Также учтены позиции
Пленума Верховного Суда Российской Федерации, содержащиеся в действующих профильных постановлениях, касающихся отдельных видов преступлений, которые могут иметь длящийся или продолжаемый характер.
Подготовка проекта осуществлялась с активным участием Генеральной прокуратуры Российской Федерации, Министерства юстиции Российской Федерации, Следственного комитета Российской Федерации, Министерства внутренних дел Российской Федерации и других заинтересованных ведомств, кассационных, апелляционных судов общей юрисдикции и региональных судов, ведущих ученых страны в области уголовного и уголовно-процессуального права.
Проект обсуждался на заседаниях рабочей группы, совещаниях и семинаре Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации, в Научно-консультативном совете при Верховном Суде Российской Федерации.
В прениях по докладу выступили: И.В. Ткачев — заместитель Генерального прокурора Российской Федерации, А.П. Карлин — заместитель председателя Пятого апелляционного суда общей юрисдикции, С.Л. Нудель — заведующий центром уголовного и уголовно-процессуального законодательства и судебной практики Института законодательства и сравнительного правоведения при Правительстве Российской Федерации, доктор юридических наук, доцент.
В работе Пленума приняли участие статс-секретарь — заместитель Министра юстиции Российской Федерации А.В. Логинов, полномочный представитель Совета Федерации Федерального Собрания Российской Федерации в Верховном Суде Российской Федерации А.А. Клишас, полномочный представитель Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации в Верховном Суде Российской Федерации Д.В. Бессарабов, полномочный представитель Президента Российской Федерации в Государствен- ной Думе Федерального Собрания Российской Федерации Г.В. Минх, председатель Правления Ассоциации юристов России В.С. Груздев.
Проект постановления “О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при применении норм о самовольной постройке” обсуждался на заседании Пленума, состоявшемся посредством веб-конференции 14 ноября 2023 г. под председательством В.М. Лебедева — Председателя Верховного Суда Российской Федерации.
С докладами по этому вопросу выступили: судья Верховного Суда Российской Федерации А.Н. Марьин, судья Верховного Суда Российской Федерации Е.Е. Борисова и судья Верховного Суда Российской Федерации Л.А. Калинина.
А.Н. Марьин отметил, что Пленуму Верховного Суда Российской Федерации впервые предлагается дать разъяснения по вопросам применения указанного вида законодательства в форме отдельного самостоятельного постановления, что обусловлено особой актуальностью и важностью проблем, связанных с самовольным строительством.
В действующем совместном постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29 апреля 2010 г. № 10/22 “О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав” (далее — совместное постановление № 10/22) разъяснениям норм о самовольной постройке посвящен раздел из 10 пунктов. Данному постановлению более 13 лет, и оно не учитывает те изменения и дополнения, которые были внесены в Гражданский кодекс Российской Федерации и Градостроительный кодекс Российской Федерации Федеральными законами от 13 июля 2015 г. № 258-ФЗ “О внесении изменений в статью 222 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации и Федеральный закон “О введении в действие части первой Гражданского кодекса Российской Федерации” и от 3 августа 2018 г. № 339-ФЗ “О внесении изменений в часть первую Гражданского кодекса Российской Федерации и статью 22 Федерального закона “О введении в действие части первой Гражданского кодекса Российской Федерации”. Эти Законы существенно уточнили понятие “самовольная постройка”, предоставили органам местного самоуправления право в пределах их компетенции самим принимать решения о сносе самовольных построек, закрепили специальный порядок сноса самовольной постройки и приведения ее в соответствие с установленными требованиями, а также предусмотрели обязательные условия для признания права собственности на самовольную постройку.
В результате масштабного изменения законодательства о самовольной постройке целый ряд правовых позиций совместного постановления № 10/22 утратил свою актуальность, при этом в судебной практике появились новые правовые вопросы, требующие разъяснений.
Представленный к обсуждению проект постановления Пленума “О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при применении норм о самовольной постройке” направлен на приведение правовых позиций, данных Пленумом Верховного Суда Российской Федерации, в соответствие с действующим законодательством.
В проекте постановления раскрываются признаки самовольной постройки, последствия ее возведения, порядок сноса либо приведения в соответствие с установленными требованиями, условия, при которых возможно признание права на самовольную постройку, а также процессуальные вопросы.
Проект подготовлен в соответствии с планом работы Верховного Суда Российской Федерации и прошел все необходимые этапы разработки, неоднократно обсуждался в судебных коллегиях Верховного Суда Российской Федерации, направлялся членам Научноконсультативного совета при Верховном Суде Российской Федерации.
Е.Е. Борисова в своем докладе по проекту постановления подробнее остановилась на разъяснениях, посвященных раскрытию признаков самовольной постройки.
Докладчик обратила внимание на то, что в проекте закреплен системный, комплексный подход, включающий наряду с нормами гражданского законодательства положения земельного и градостроительного законодательства, необходимые для исследования наличия или отсутствия признаков самовольной постройки, предусмотренных в новой редакции статьи 222 Гражданского кодекса Российской Федерации, и каждому признаку в целях его полного и всестороннего раскрытия посвящены отдельные пункты проекта.
Л.А. Калинина в своем докладе отметила, что представленный на обсуждение проект
постановления
весьма актуален для судей, рассматривающих административные дела по правилам Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, и остановилась на положениях отдельных пунктов проекта, имеющих значение для правоприменительной практики.
Обратила внимание, что в проекте постановления содержится важное указание, направленное на укрепление законности и предупреждение нарушений в публичной сфере, заключающееся в том, что органы государственной власти субъектов Российской Федерации и местного самоуправления не вправе устанавливать дополнительные признаки самовольной постройки.
В пункте 2 проекта постановления подчеркивается, что перечень признаков самовольной постройки является исчерпывающим.
Проект также содержит разъяснения, направленные на исключение произвольных действий органов местного самоуправления при решении вопросов о сносе объекта недвижимости.
Докладчик резюмировала, что проект постановления Пленума является результатом совместной работы судебных коллегий Верховного Суда Российской Федерации с привлечением заинтересованных федеральных органов государственной власти, ведущих научных и образовательных учреждений.
Проект по юридико-технической конструкции является лаконичным и при этом информативным, в проекте последовательно находит развитие концептуальный подход к сносу самовольной постройки как мере ответственности, применяемой в крайних случаях с одновременной направленностью на сохранение объектов, которые можно сохранить либо реконструировать и привести в соответствие с правилами и требованиями, за исключением случаев, когда их использование действительно опасно для жизни и здоровья людей, окружающей среды, памятников истории и культуры.
В прениях по докладу выступили заместитель Министра юстиции Российской Федерации Е.А. Ардабьева, судья Четвертого кассационного суда общей юрисдикции В.А. Горковенко, заместитель председателя Арбитражного суда Уральского округа С.Э. Рябова, ведущий научный сотрудник отдела экологического и аграрного законодательства Института законодательства и сравнительного правоведения при Правительстве Российской Федерации, кандидат юридических наук, член Научно-консультативного совета при Верховном Суда Российской Федерации Е.А. Галиновская.
В работе Пленума приняли участие заместитель Генерального прокурора Российской Федерации — Главный военный прокурор В.Г. Петров, полномочный представитель Совета Федерации Федерального Собрания Российской Федерации в Верховном Суде Российской Федерации А.А. Клишас, полномочный представитель Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации в Верховном Суде Российской Федерации Д.В. Бессарабов, полномочный представитель Президента Российской Федерации в Государственной Думе Федерального Собрания Российской Федерации Г.В. Минх, председатель Правления Ассоциации юристов России В.С. Груздев. 12 декабря 2023 г. Пленумом Верховного Суда Российской Федерации принято постановление № 45 “О внесении изменений в постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 14 июня 2018 года № 17 “О некоторых вопросах, связанных с применением конфискации имущества в уголовном судопроизводстве”.
ПОСТАНОВЛЕНИЕ № 43
ПЛЕНУМА ВЕРХОВНОГО СУДА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
от 12 декабря 2023 г.
О некоторых вопросах судебной практики по уголовным делам о длящихся и продолжаемых преступлениях В связи с вопросами, возникающими у судов, и в целях обеспечения единообразного применения ими законодательства об уголовной ответственности за длящиеся и продолжаемые преступления Пленум Верховного Суда Российской Федерации, руководствуясь статьей 126 Конституции Российской Федерации, статьями 2 и 5 Федерального конституционного закона от 5 февраля 2014 года № 3-ФКЗ “О Верховном Суде Российской Федерации”, п о с т а - н о в л я е т дать судам следующие разъяснения. 1. Обратить внимание судов на то, что точное установление признаков длящегося или продолжаемого преступления имеет важное значение для правильной квалификации содеянного, исчисления срока давности уголовного преследования, решения вопросов об освобождении от уголовной ответственности или о назначении справедливого наказания, а также для надлежащего применения других уголовно-правовых норм в отношении лица, совершившего такое преступление.
С учетом этого следует иметь в виду, что длящиеся и продолжаемые преступления представляют собой разновидности единого сложного преступления, которые совершаются, как правило, в течение длительного времени и квалифицируются по одной статье или одной части статьи Особенной части Уголовного кодекса Российской Федерации (далее также — УК РФ).
Данные единые преступления необходимо отличать от совокупности преступлений (статья 17 УК РФ), заключающейся в совершении лицом двух или более самостоятельных преступлений, за каждое из которых оно несет уголовную ответственность по соответствующей статье или части статьи Особенной части Уголовного кодекса Российской Федерации. 2. Под длящимся понимается преступление, которое начинается с определенного преступного действия (например, с размещения в определенном месте незаконно приобретенного или незаконно изготовленного огнестрельного оружия с целью его незаконного хранения, с самовольного оставления поднадзорным лицом места жительства с целью уклонения от административного надзора) или определенного преступного бездействия (например, с невыплаты заработной платы, пенсий, стипендий, пособий, иных выплат), образующего состав конкретного преступления, и характеризуется последующим непрерывным осуществлением состава данного преступного деяния. 3. Длящееся преступление квалифицируется как оконченное, если совершенное преступное действие или преступное бездействие содержит все признаки состава конкретного преступления, предусмотренного соответствующей статьей или частью статьи Особенной части Уголовного кодекса Российской Федерации.
Моментом фактического окончания длящегося преступления, учитываемым при применении амнистии и (или) исчислении срока давности уголовного преследования, следует считать прекращение осуществления преступного деяния по воле самого лица, совершившего это деяние (путем добровольной выдачи незаконно хранившегося огнестрельного оружия, явки с повинной, добровольного исполнения своей обязанности по выплате заработной платы и др.), или вопреки его воле, например, в результате действий других лиц, направленных на пресечение преступления (по обнаружению и задержанию лица, уклоняющегося от административного надзора, и т.п.), либо вследствие наступления событий, влекущих согласно закону прекращение обязанности, от выполнения которой лицо уклонялось (достижение лицом, уклоняющимся от призыва на военную службу, предельного возраста призыва на такую службу и др.). 4. Продолжаемым является преступление, состоящее из двух или более тождественных противоправных деяний, охватываемых единым умыслом. При этом продолжаемое преступление может быть образовано как деяниями, каждое из которых в отдельности содержит все признаки состава преступления (в частности, при получении или даче взятки в несколько приемов; легализации имущества, добытого преступным путем, посредством нескольких финансовых операций или сделок с таким иму- ществом), так и деяниями, каждое или часть из которых не содержат всех признаков состава преступления, но в своей совокупности составляют одно преступление (например, при хищениях путем кражи, мошенничества, присвоения или растраты с противоправным изъятием чужого имущества по частям, когда отдельные деяния с учетом стоимости похищенного имущества не являются уголовно наказуемыми).
О единстве умысла виновного в указанных случаях могут свидетельствовать, в частности, такие обстоятельства, как совершение тождественных деяний с незначительным разрывом во времени, аналогичным способом, в отношении одного и того же объекта преступного посягательства и (или) предмета преступления, направленность деяний на достижение общей цели. 5. Если хотя бы одно из тождественных деяний, составляющих продолжаемое преступление, совершено при наличии квалифицирующего признака, предусмотренного соответствующей уголовно-правовой нормой, содеянное в целом квалифицируется с учетом этого признака (например, по пункту “д” части 2 статьи 117 УК РФ, если одно из насильственных действий, образующих истязание, совершено с особой жестокостью, издевательством или мучениями для потерпевшего; по пункту “в” части 2 статьи 163 УК РФ, когда один из эпизодов продолжаемого вымогательства совершен с применением насилия). 6. Началом продолжаемого преступления является совершение первого из числа нескольких тождественных деяний, охватываемых единым умыслом, а моментом его фактического окончания, который учитывается при применении амнистии и (или) исчислении срока давности уголовного преследования, — совершение последнего из данных тождественных деяний. 7. Судам следует иметь в виду, что с учетом положений статьи 9 УК РФ о действии уголовного закона во времени в тех случаях, когда длящееся или продолжаемое преступление было начато до вступления в силу нового уголовного закона, ухудшающего положение лица, совершившего данное преступление, но окончено после вступления этого закона в силу, в отношении такого лица подлежит применению новый уголовный закон. 8. Акт об амнистии применяется в отношении лица, совершившего длящееся или продолжаемое преступление до издания такого акта.
Вместе с тем, если лицо продолжило совершение длящегося преступления после издания акта об амнистии либо хотя бы одно из тождественных деяний, составляющих продолжаемое преступление, совершено после издания такого акта, амнистия не применяется. 9. При разрешении вопросов, связанных с квалификацией отдельных длящихся и продолжаемых преступлений, применением амнистии и (или) исчислением сроков давности уголовного преследования в отношении лиц, их совершивших, необходимо учитывать особенности таких преступлений, указанные в постановлениях Пленума Верховного Суда Российской Федерации о судебной практике по соответствующим уголовным делам, в частности, от 27 декабря 2002 года № 29 “О судебной практике по делам о краже, грабеже и разбое”, от 9 июля 2013 года № 24 “О судебной практике по делам о взяточничестве и об иных коррупционных преступлениях”, от 4 декабря 2014 года № 16 “О судебной практике по делам о преступлениях против половой неприкосновенности и половой свободы личности”, от 7 июля 2015 года № 32 “О судебной практике по делам о легализации (отмывании) денежных средств или иного имущества, приобретенных преступным путем, и о приобретении или сбыте имущества, заведомо добытого преступным путем”, от 25 декабря 2018 года № 46 “О некоторых вопросах судебной практики по делам о преступлениях против конституционных прав и свобод человека и гражданина (статьи 137, 138, 1381, 139, 1441, 145, 1451 Уголовного кодекса Российской Федерации)”, от 17 декабря 2020 года № 43 “О некоторых вопросах судебной практики по делам о преступлениях, предусмотренных статьями 324—3271 Уголовного кодекса Российской Федерации”. 10. Обратить внимание судов на то, что обстоятельства, связанные с прекращением осуществления длящегося или продолжаемого преступления по воле самого лица, могут являться основанием для освобождения лица от уголовной ответственности (в частности, в соответствии с пунктом 2 примечаний к статье 1451 УК РФ, пунктом 1 примечаний к статье 222 УК РФ, пунктом 1 примечаний к статье 228 УК РФ) либо учитываться судом в качестве обстоятельств, смягчающих наказание (например, явка с повинной). 11. В случаях, когда подсудимый обвиняется в совершении продолжаемого преступления и обвинение в некоторых из тождественных деяний, составляющих это преступление, не подтвердилось, суду достаточно в описательно-мотивировочной части приговора с приведением надлежащих мотивов указать, что обвинение в этой части признано необоснованным, а не нашедшие подтверждения деяния исключены из обвинения. 12. В связи с принятием настоящего постановления признать не действующим на территории Российской Федерации постановление 23
Пленума Верховного Суда СССР от 4 марта
1929 года “Об условиях применения давности и амнистии к длящимся и продолжаемым преступлениям”.
Председатель Верховного Суда
Российской Федерации
В.М. ЛЕБЕДЕВ
Секретарь Пленума,
судья Верховного Суда Российской Федерации
В.В. МОМОТОВ
ПОСТАНОВЛЕНИЕ № 44
ПЛЕНУМА ВЕРХОВНОГО СУДА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
от 12 декабря 2023 г.
О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при применении норм о самовольной постройке В целях обеспечения правильного и единообразного применения судами норм о самовольной постройке Пленум Верховного Суда Российской Федерации, руководствуясь статьей 126 Конституции Российской Федерации, статьями 2 и 5 Федерального конституционного закона от 5 февраля 2014 года № 3-ФКЗ “О Верховном Суде Российской Федерации”, п о с т а - н о в л я е т дать следующие разъяснения. 1. Правовое регулирование отношений, связанных с возведением (созданием) на земельном участке объектов недвижимого имущества, осуществляется нормами гражданского, земельного, градостроительного, водного, лесного и иного законодательства.
Собственник земельного участка может возводить на нем здания и сооружения, осуществлять их реконструкцию или снос, разрешать строительство на своем участке другим лицам.
Эти права осуществляются собственниками и иными правообладателями земельных участков при условии соблюдения правового режима земельного участка, а также законодательства о градостроительной деятельности, требований технических регламентов, экологических требований, санитарно-гигиенических правил и нормативов, требований пожарной безопасности и иных требований, предусмотренных законодательством (пункт 2 статьи 260, пункт 1 статьи 263 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее — ГК РФ), пункт 2 статьи 7, подпункт 2 пункта 1 статьи 40, пункт 1 статьи 41 Земельного кодекса Российской Федерации (далее — ЗК РФ), пункт 14 статьи 1, статья 2 Градостроительного кодекса Российской Федерации (далее — ГрК РФ), часть 2 статьи 5 Федерального закона от 30 декабря 2009 года № 384-ФЗ “Технический регламент о безопасности зданий и сооружений”, статья 36 Федерального закона от 10 января 2002 года № 7-ФЗ “Об охране окружающей среды”, пункт 2 статьи 12 Федерального закона от 30 марта 1999 года № 52-ФЗ “О санитарноэпидемиологическом благополучии населения”, абзац четвертый статьи 20 Федерального закона от 21 декабря 1994 года № 69-ФЗ “О пожарной безопасности” и другие).
Возведение (создание) здания, сооружения (далее также — объект, постройка) с нарушением установленных законодательством требований может свидетельствовать о самовольности такой постройки (пункт 1 статьи 222 ГК РФ). 2. В силу пункта 1 статьи 222 ГК РФ самовольной признается постройка при наличии хотя бы одного из следующих признаков: — возведение (создание) на земельном участке, не предоставленном в установленном порядке; — возведение (создание) на земельном участке, разрешенное использование которого не допускает строительства на нем данного объекта на дату начала его возведения и на дату выявления постройки; — возведение (создание) без получения на это необходимых в силу закона согласований, разрешений, если требование о получении соответствующих согласований, разрешений установлено на дату начала возведения и является действующим на дату выявления постройки; — возведение (создание) с нарушением градостроительных и строительных норм и правил, если такие нормы и правила установлены на дату начала возведения постройки и являются действующими на дату ее выявления.
Данный перечень признаков самовольной постройки является исчерпывающим. Органы государственной власти субъектов Российской Федерации и местного самоуправления не вправе устанавливать дополнительные признаки самовольной постройки (пункт “о” статьи 71 Конституции Российской Федерации, пункт 1 статьи 3 ГК РФ).
Изменение требований к строительству после начала правомерного строительства или реконструкции объекта (например, установление границ территорий общего пользования (красных линий) после начала строительства объекта с соблюдением правового режима земельного участка) не является основанием для признания такой постройки самовольной (абзац первый пункта 1 статьи 222 ГК РФ).
Если на день вынесения решения суда ранее выявленные признаки самовольной постройки устранены или более не являются таковыми вследствие изменения правового регулирования и отсутствуют иные основания для признания постройки самовольной, суд отказывает в удовлетворении требования о сносе самовольной постройки, о ее сносе или приведении в соответствие с установленными требованиями. 3. Возведение объекта индивидуального жилищного строительства или садового дома без разрешения на строительство либо до направления уведомления о планируемом строительстве не является основанием для признания его самовольной постройкой (часть 13 статьи 511 ГрК РФ, часть 12 статьи 70 Федерального закона от 13 июля 2015 года № 218-ФЗ “О государственной регистрации недвижимости” (далее — Закон о государственной регистрации недвижимости), часть 5 статьи 16 Федерального закона от 3 августа 2018 года № 340-ФЗ “О внесении изменений в Градостроительный кодекс Российской Федерации и отдельные законодательные акты Российской Федерации”). 2-БВС № 1 Судам следует учитывать, что до 1 марта 2031 года возведение (создание) таких объектов на земельных участках, предназначенных для ведения гражданами садоводства, для индивидуального жилищного строительства или для ведения личного подсобного хозяйства в границах населенного пункта, для осуществления крестьянским (фермерским) хозяйством своей деятельности, без соблюдения порядка, предусмотренного статьей 511 ГрК РФ, и регистрация на них права собственности на основании только технического плана, подготовленного на основании декларации, составленной и заверенной правообладателем земельного участка, и правоустанавливающего документа на земельный участок являются законными действиями застройщика (часть 11 статьи 24, часть 12 статьи 70 Закона о государственной регистрации недвижимости). 4. Лицо, осуществившее возведение (создание) самовольной постройки, не приобретает на нее право собственности и не вправе распоряжаться ею и совершать какие-либо сделки до признания такого права судом (пункты 2, 3 статьи 222 ГК РФ).
Такая постройка не может быть включена в наследственную массу, однако наследник, к которому перешло соответствующее вещное право на земельный участок, вправе обращаться в суд с требованием о признании за ним права собственности на самовольную постройку, возведенную (созданную) на данном земельном участке. 5. Положения статьи 222 ГК РФ регулируют отношения, связанные с самовольным возведением (созданием) зданий, сооружений, отвечающих критериям недвижимого имущества вследствие прочной связи с землей, исключающей их перемещение без несоразмерного ущерба назначению этих объектов (абзацы первый, третий пункта 1 статьи 130, пункт 1 статьи 1413 ГК РФ).
Постройка может быть признана самовольной на любом этапе ее строительства, начиная с возведения фундамента.
Постройка, возведенная (созданная) в результате реконструкции объекта недвижимого имущества, которая привела к изменению параметров объекта, его частей (высоты, количества этажей, площади, объема), может быть признана самовольной и подлежащей сносу или приведению в соответствие с установленными требованиями при наличии оснований, установленных пунктом 1 статьи 222 ГК РФ. При наличии технической возможности такая постройка может быть приведена в соответствие с установленными требованиями путем демонтажа только той части объекта, которая была создана в результате реконструкции (например, самовольно возведенной пристройки). 6. Статья 222 ГК РФ не распространяется на объекты, которые в силу прямого указания закона подчинены режиму недвижимых вещей, но не являются таковыми в силу своих природных свойств (например, подлежащие государственной регистрации воздушные и морские суда, суда внутреннего плавания), объекты движимого имущества (например, нестационарные торговые объекты), неотделимые улучшения земельного участка (в том числе замощения, ограждения).
Вопрос об освобождении земельного участка, на котором располагается такой объект, может быть разрешен с учетом характеристик этого объекта и на основании положений законодательства, регулирующего соответствующие отношения.
Лица, право собственности или законное владение которых нарушается сохранением таких объектов, вправе обратиться в суд с иском об устранении нарушения права, не соединенного с лишением владения (статья 304 ГК РФ), а в случаях, когда такой объект создает угрозу жизни и здоровью граждан, заинтересованные лица вправе обратиться с иском о запрещении его эксплуатации (пункт 1 статьи 1065 ГК РФ). 7. Законом могут быть определены категории объектов недвижимости, в отношении которых не допускается принятие судом или органом местного самоуправления в соответствии со статьей 222 ГК РФ решений об их сносе либо о сносе или приведении в соответствие с установленными требованиями.
К таким объектам недвижимости относятся, например, объекты индивидуального жилищного строительства, построенные на земельных участках, предназначенных для индивидуального жилищного строительства или расположенных в границах населенных пунктов и предназначенных для ведения личного подсобного хозяйства, а также жилые и садовые дома, созданные на садовых земельных участках, при наличии одновременно следующих условий: права на эти объекты зарегистрированы до 1 сентября 2018 года; их параметры соответствуют предельным параметрам разрешенного строительства, реконструкции объектов капитального строительства, установленным правилами землепользования и застройки, и (или) предельным параметрам таких объектов, установленным федеральным законом; эти объекты расположены на земельных участках, принадлежащих на праве собственности или на ином законном основании собственникам этих объектов (пункт 3 статьи 22 Федерального закона от 30 ноября 1994 года № 52-ФЗ “О введении в действие части первой Гражданского кодекса Российской Федерации”, часть 7 статьи 54 Федерального закона от 29 июля 2017 года № 217-ФЗ “О ведении гражданами садоводства и огородничества для собственных нужд и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации”).
В силу пункта 10 статьи 161, пункта 13 статьи 18 Федерального закона от 25 июня 2002 года № 73-ФЗ “Об объектах культурного наследия (памятниках истории и культуры) народов Российской Федерации” не допускается принятие решений о сносе объектов культурного наследия, а также объектов, обладающих признаками объекта культурного наследия в соответствии со статьей 3 указанного федерального закона. 8. В случае, когда недвижимое имущество, право на которое зарегистрировано в Едином государственном реестре недвижимости (далее — ЕГРН), имеет признаки самовольной постройки, наличие такой регистрации не исключает возможности предъявления требования о его сносе. В мотивировочной части решения суда об удовлетворении такого иска должны быть указаны основания, по которым суд признал имущество самовольной постройкой. 9. Орган местного самоуправления (в городах федерального значения также уполномоченный орган государственной власти субъекта Российской Федерации, если законом соответствующего субъекта Российской Федерации — города федерального значения Москвы, Санкт- Петербурга или Севастополя полномочия в области градостроительной деятельности не отнесены к перечню вопросов местного значения) не вправе в порядке, предусмотренном пунктом 4 статьи 222 ГК РФ, принимать решение о сносе объекта, в том числе подвергшегося реконструкции (например, в случае самовольного возведения пристройки к жилому дому), если право на объект или его часть зарегистрировано в ЕГРН (пункт 6 статьи 81 ГК РФ, пункт 12 части 3 статьи 8, часть 2 статьи 63 ГрК РФ).
Только в судебном порядке может быть рассмотрено требование о сносе объекта недвижимости, право на который признается юридически действительным при отсутствии его государственной регистрации в ЕГРН (пункт 2 статьи 81 ГК РФ, часть 1 статьи 69 Закона о государственной регистрации недвижимости), а также если законом установлен иной момент возникновения права (в частности, абзацы второй, третий пункта 2, пункт 4 статьи 218, пункт 4 статьи 1152 ГК РФ). 10. Последствиями возведения (создания) самовольной постройки являются ее снос или приведение в соответствие с установленными требованиями на основании решения суда (пункт 2 статьи 222 ГК РФ) или на основании решения органа местного самоуправления, принимаемого в соответствии с его компетенцией, установленной законом (пункт 31 статьи 222 ГК РФ), если судом не будут установлены обстоятельства, свидетельствующие о возможности ее сохранения. 11. Иски о сносе самовольной постройки, о сносе самовольной постройки или ее приведении в соответствие с установленными требованиями, о признании права собственности на самовольную постройку рассматриваются судом общей юрисдикции, арбитражным судом с соблюдением правил об исключительной подсудности — по месту нахождения спорного объекта (статья 30 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее — ГПК РФ), статья 38 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее — АПК РФ).
Если в спорной постройке проживают граждане, имеющие право пользования жилым помещением, требование о сносе может быть удовлетворено только с одновременным разрешением вопроса о выселении таких лиц. В указанном случае спор подлежит рассмотрению и разрешению в суде общей юрисдикции (часть 4 статьи 22 ГПК РФ, часть 7 статьи 27 АПК РФ). При этом суд привлекает к участию в деле прокурора для дачи заключения по требованию о выселении (часть 3 статьи 45 ГПК РФ). 12. С иском о сносе самовольной постройки, о ее сносе или приведении в соответствие с установленными требованиями вправе обратиться собственник земельного участка, обладатель иного вещного права на земельный участок, его законный владелец, иное лицо, чьи права и законные интересы нарушает сохранение самовольной постройки.
С иском о сносе самовольной постройки, о сносе или приведении ее в соответствие с установленными требованиями в публичных интересах вправе обратиться прокурор, уполномоченные органы публичной власти в пределах своей компетенции (часть 1 статьи 45, часть 1 статьи 46 ГПК РФ, часть 1 статьи 53 АПК РФ). 13. Ответчиком по иску о сносе самовольной постройки, о ее сносе или приведении в соответствие с установленными требованиями является лицо, осуществившее самовольное строительство. При возведении (создании) самовольной постройки с привлечением подрядчика ответчиком является заказчик как лицо, по заданию которого была осуществлена самовольная постройка.
В случае нахождения самовольной постройки во владении лица, не осуществлявшего самовольного строительства, ответчиком по иску о сносе самовольной постройки, о ее сносе или приведении в соответствие с установленными требованиями является лицо, которое стало бы собственником, если бы постройка не являлась самовольной (например, в случае отчуждения самовольной постройки — ее приобретатель; наследник, принявший наследство в виде земельного участка, на котором расположена такая постройка).
При отсутствии сведений о таких лицах ответчиком по иску о сносе самовольной постройки, о ее сносе или приведении в соответствие с установленными требованиями является лицо, в собственности, пожизненном наследуемом владении, постоянном (бессрочном) пользовании которого находится земельный участок, на котором возведена (создана) такая постройка. При этом, если земельный участок передан во временное владение и (или) пользование (например, по договору аренды или безвозмездного пользования), ответчиком по иску о сносе, о сносе или приведении в соответствие с установленными требованиями самовольной постройки будет являться лицо, во владении и (или) пользовании которого находится такой земельный участок, если не будет установлено, что самовольная постройка возведена (создана) до возникновения прав владения и (или) пользования земельным участком у этого лица. 14. По иску о сносе самовольной постройки, по административному иску (заявлению) об оспаривании решения органа публичной власти о сносе самовольной постройки по ходатайству заинтересованного лица суд может принять меры по обеспечению иска, обеспечительные меры, меры предварительной защиты (далее — обеспечительные меры) (глава 13 ГПК РФ, глава 8 АПК РФ, глава 7 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации (далее — КАС РФ).
Данные меры могут заключаться, например, в приостановлении действия оспариваемого решения органа публичной власти, в запрете на производство строительных работ и (или) эксплуатацию спорного объекта (в отношении как ответчика, так и иных лиц, фактически осуществляющих строительные работы или использование объекта), запрете регистрирующему органу совершать регистрационные действия в отношении постройки (часть 1 статьи 140 ГПК РФ, часть 1 статьи 91 АПК РФ, часть 2 статьи 85 КАС РФ).
Копия определения о принятии обеспечительных мер не позднее следующего дня после дня его вынесения направляется лицам, участвующим в деле, а также другим лицам, органам государственной власти или местного самоуправления, если на них возложена обязанность по исполнению обеспечительных мер (часть 4 статьи 1, часть 4 статьи 140 ГПК РФ, часть 6 статьи 93 АПК РФ, часть 5 статьи 87, статья 201 КАС РФ). 15. К требованию о сносе самовольной постройки, сохранение которой не создает угрозу жизни и здоровью граждан, применяется общий срок исковой давности, исчисляемый со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком (пункт 1 статьи 196, пункт 1 статьи 200 ГК РФ).
Срок исковой давности по требованию о сносе самовольной постройки, заявленному собственником — арендодателем или ссудодателем земельного участка, начинает течь с момента, когда арендатор или ссудополучатель должен был возвратить переданный ему земельный участок (абзац второй пункта 2 статьи 200, пункт 2 статьи 610, статья 622, пункт 1 статьи 689, статья 699 ГК РФ). В случае возвращения земельного участка арендатором или ссудополучателем собственнику с возведенной (созданной) на нем самовольной постройкой срок исковой давности по требованию собственника земельного участка о сносе такой постройки начинает течь не позднее момента возврата земельного участка.
Если истек срок исковой давности по иску об истребовании из чужого незаконного владения земельного участка, то считается истекшим и срок исковой давности по требованию о сносе возведенной на нем самовольной постройки (статьи 195, 301 ГК РФ).
На требования о сносе, о сносе или приведении в соответствие с установленными требованиями самовольной постройки, создающей угрозу жизни и здоровью граждан, исковая давность не распространяется.
Также исковая давность не распространяется на требования собственника или иного владельца объекта недвижимости (например, земельного участка, владения которым истец не лишен, либо земельного участка, смежного с земельным участком, на котором возведена самовольная постройка) о сносе самовольной постройки, о ее сносе или приведении в соответствие с установленными требованиями, направленные на устранение нарушений права, не связанных с лишением владения (абзац пятый статьи 208 ГК РФ). 16. Постройка считается возведенной (созданной) на земельном участке, не предоставленном в установленном порядке, в частности, если этот объект полностью или частично располагается на земельном участке, не принадлежащем лицу, осуществившему ее возведение (создание), на праве, допускающем строительство на нем данного объекта.
Если при рассмотрении спора относительно самовольной постройки будет установлено наличие спора о границах земельных участков, суду необходимо разъяснить сторонам право на предъявление иска, встречного иска, направленного на определение (установление) границ земельных участков, для совместного рассмотрения с первоначальным иском (статьи 137, 151 ГПК РФ, статьи 130, 132 АПК РФ). 17. Если при рассмотрении спора о сносе самовольной постройки, возведенной на земельном участке, не предоставленном ответчику в установленном порядке, судом будут установлены обстоятельства, свидетельствующие о возможности оформления им права на данный земельный участок в порядке, предусмотренном, например, статьями 37, 38 Федерального закона от 25 октября 2001 года № 137-ФЗ “О введении в действие Земельного кодекса Российской Федерации”, суд отказывает в иске в связи с отсутствием оснований для признания такой постройки самовольной. 18. Правообладатели земельных участков, обладатели публичного сервитута при осуществлении строительства обязаны соблюдать правовой режим земельного участка, а также ограничения, установленные законом или договором, на основании которого используется земельный участок (пункт 2 статьи 264 ГК РФ, статья 41 ЗК РФ).
При разрешении споров, связанных с самовольными постройками, судам следует учитывать, что правовой режим земельного участка определяется исходя из принадлежности этого участка к определенной категории земель и его разрешенного использования, а также специальных требований законодательства, которыми могут быть установлены ограничения в использовании участка (подпункт 8 пункта 1 статьи 1, пункт 2 статьи 7 ЗК РФ). 19. При наличии утвержденных в установленном порядке правил землепользования и застройки использование земельного участка в целях строительства осуществляется исходя из предусмотренных градостроительным регламентом применительно к территориальной зоне, в которой расположен участок, видов разрешенного использования (пункт 3 статьи 85 ЗК РФ, статья 30, часть 1 статьи 36, статья 37 ГрК РФ, пункт 12 части 1 статьи 10 Закона о государственной регистрации недвижимости), за исключением случаев, если на земельный участок действие градостроительного регламента не распространяется (часть 4 статьи 36 ГрК РФ).
Возведение (создание) постройки с нарушением вида разрешенного использования земельного участка (например, в случае возведения здания, отвечающего признакам многоквартирного жилого дома, на земельном участке, имеющем вид разрешенного использования “для индивидуального жилищного строительства”) является основанием для удовлетворения иска о сносе самовольной постройки, если не будет доказана возможность приведения ее в соответствие с установленными требованиями.
Использование не по целевому назначению объекта, возведенного в соответствии с разрешенным использованием земельного участка, не является основанием для признания его самовольной постройкой. 20. При возведении объекта недвижимости арендатор земельного участка ограничен как правовым режимом земельного участка, так и условиями договора аренды, определяющими обязанность (возможность) арендатора создать, возвести на участке конкретный объект.
При этом в силу пункта 2 статьи 391, подпункта 4 пункта 21 статьи 3911 ЗК РФ договор аренды земельного участка, находящегося в государственной или муниципальной собственности, предоставленного в целях строительства в аренду по итогам торгов, может содержать ограничения только в части публичных требований к застройке (правового режима земельного участка и предельно допустимых параметров разрешенного строительства).
Постройка, возведенная арендатором на земельном участке, условиями договора аренды которого не предусматривалась возможность создания соответствующего объекта, является самовольной.
Обладатель публичного сервитута вправе осуществлять только строительство объектов, установленных законом (например, статья 3937 ЗК РФ). 21. Одним из ограничений в использовании земельного участка является его расположение в границах зоны с особыми условиями использования территории (статья 105 ЗК РФ).
По общему правилу, сведения о зоне с особыми условиями использования территорий должны содержаться в ЕГРН (пункт 24 статьи 106 ЗК РФ).
До внесения в соответствии с указанной нормой сведений в ЕГРН вопрос о наличии и границах зон с особыми условиями должен разрешаться с учетом положений статьи 26 Федерального закона от августа 2018 года № 342-ФЗ “О внесении изменений в Градостроительный кодекс Российской Федерации и отдельные законодательные акты Российской Федерации” (далее — Федеральный закон № 342-ФЗ).
Если при разрешении спора о сносе самовольной постройки по основанию невозможности ее возведения в границах зоны с особыми условиями использования территорий суд установит, что объект, в связи с наличием которого установлена указанная зона, был ликвидирован и отпали основания для сохранения ограничений (пункт 1 статьи 104 ЗК РФ), в том числе когда сведения о такой зоне не исключены из ЕГРН, суд с учетом представленных доказательств отказывает в удовлетворении требования о сносе постройки. 22. При рассмотрении требований, связанных со сносом самовольной постройки ввиду ее возведения (создания) с нарушением установленных в соответствии с законом ограничений использования земельного участка, в числе юридически значимых для правильного разрешения спора обстоятельств суду надлежит установить, знало ли лицо, осуществившее постройку, и могло ли знать о наличии ограничений.
Если лицо не знало и не могло знать о наличии ограничений использования земельного участка, в том числе вследствие отсутствия необходимых сведений в ЕГРН, а также получения от уполномоченного органа разрешения (согласования), допускающего возведение соответствующего объекта, постройка не может быть признана самовольной.
Истец вправе представлять доказательства того, что лицо, осуществившее самовольное строительство, действовало недобросовестно, поскольку знало или могло знать о наличии ограничений использования земельного участка, несмотря на отсутствие в ЕГРН соответствующей информации. 23. Отказ в иске о сносе постройки, использование которой оказалось невозможным в связи с установлением или изменением зоны с особыми условиями использования территории, не препятствует заключению соглашения о возмещении убытков или выкупу земельного участка и расположенного на нем объекта недвижимости, в том числе по требованию гражданина или юридического лица — собственника такого объекта (статьи 57, 571, пункты 6, 7 статьи 107 ЗК РФ, статья 5533 ГрК РФ). 24. Судам необходимо учитывать, что реконструкция объекта недвижимости, вид разрешенного использования, предельные (минимальные и (или) максимальные) размеры или предельные параметры которого не соответствуют градостроительному регламенту, допускается только путем приведения его в соответст- 3-БВС № 1 вие с градостроительным регламентом или путем уменьшения несоответствия предельным параметрам разрешенного строительства, реконструкции (абзац шестой пункта 4 статьи 85 ЗК РФ, часть 9 статьи 36 ГрК РФ). В связи с этим требования о сносе по основанию несоответствия разрешенному использованию земельного участка самовольной постройки, возведенной (созданной) в результате реконструкции объекта недвижимости, использование которого в силу абзаца четвертого пункта 4 статьи 85 ЗК РФ, части 8 статьи 36 ГрК РФ допускалось без приведения в соответствие с градостроительным регламентом, подлежат удовлетворению, если не будет установлена возможность приведения постройки в соответствие с градостроительным регламентом, действующим на день обращения в суд (абзац шестой пункта 4 статьи 85 ЗК РФ, часть 9 статьи 36 ГрК РФ). 25. В силу положений пункта 1 статьи 222 ГК РФ возведение постройки в отсутствие необходимого в силу закона разрешения на строительство является признаком самовольной постройки.
Вместе с тем исходя из принципа пропорциональности снос объекта самовольного строительства является крайней мерой государственного вмешательства в отношения, связанные с возведением (созданием) объектов недвижимого имущества, а устранение последствий допущенного нарушения должно быть соразмерно самому нарушению, не должно создавать дисбаланса между публичным и частным интересом, приводящего к нарушению устойчивости хозяйственного оборота и причинению несоразмерных убытков.
В связи с этим следует иметь в виду, что необходимость сноса самовольной постройки обусловливается не только несоблюдением требований о получении разрешения на строительство, но и обстоятельствами, которые могли бы препятствовать использованию такой постройки вследствие ее несоответствия требованиям безопасности и возможности нарушения прав третьих лиц. 26. Отмена разрешения на строительство или на ввод в эксплуатацию объекта, уведомления о соответствии указанных в уведомлении о планируемом строительстве параметров объекта индивидуального жилищного строительства или садового дома установленным параметрам и допустимости размещения объекта индивидуального жилищного строительства или садового дома на земельном участке или уведомления о соответствии построенного или реконструированного объекта индивидуального жилищного строительства или садового дома требованиям законодательства о градостроительной деятельности в порядке самоконтроля органом, уполномоченным на их выдачу, либо судом не свидетельствует о том, что такой объект является самовольной постройкой. 27. Для реконструкции многоквартирного дома требуется решение общего собрания собственников помещений и машино-мест в таком доме, принятое в соответствии с пунктом 1 части 2 статьи 44 Жилищного кодекса Российской Федерации (далее — ЖК РФ).
Проведение реконструкции многоквартирного дома, в результате которой произойдет уменьшение размера общего имущества (например, частичного использования внешней стены дома (ограждающей несущей конструкции) и части придомовой территории для оборудования отдельного входа в помещение), требует согласия всех собственников помещений и машино-мест в многоквартирном доме (части 1—3 статьи 36, часть 2 статьи 40, пункт 1 части 2 статьи 44 ЖК РФ).
Такое решение или согласие является необходимым основанием для выдачи соответствующего разрешения на строительство (пункт 62 части 7 статьи 51 ГрК РФ).
Осуществление реконструкции многоквартирного дома в отсутствие соответствующего решения или согласия, а равно в отсутствие разрешения на строительство является основанием для признания ее самовольной и возложения на ответчика обязанности осуществить приведение объекта в состояние, существовавшее до начала такой реконструкции. 28. Возведение (создание) объекта на земельном участке, находящемся в долевой собственности, реконструкция объекта недвижимости, принадлежащего лицам на праве долевой собственности, могут осуществляться по соглашению участников общей собственности (пункт 1 статьи 247 ГК РФ).
Постройка, возведенная (созданная) в том числе в результате реконструкции в отсутствие согласия других участников долевой собственности, является самовольной.
В случае самовольной реконструкции объекта недвижимого имущества, находящегося в долевой собственности (например, посредством пристройки к жилому дому дополнительных помещений), к участию в деле о признании права собственности на такую постройку подлежат привлечению все сособственники объекта. При этом суду следует вынести на обсуждение вопрос о необходимости перераспределения долей сособственников в случае признания права собственности на самовольно реконструированную постройку (пункт 3 статьи 245 ГК РФ). 29. По общему правилу, наличие допущенного при возведении (создании) постройки нарушения градостроительных и строительных норм и правил является основанием для признания постройки самовольной.
Определяя последствия такого нарушения, суду следует оценить его существенность. В частности, возведение объекта с нарушением нормативно установленного предельного количества этажей или предельной высоты (например, возведение объекта индивидуального жилищного строительства, превышающего по числу этажей допустимые параметры, установленные пунктом 39 статьи 1 ГрК РФ), с наруше- нием строительных норм и правил, повлиявшим или способным повлиять на безопасность объекта и его конструкций, является существенным.
С учетом конкретных обстоятельств дела допущенное при возведении (создании) постройки незначительное нарушение градостроительных и строительных норм и правил (например, в части минимальных отступов от границ земельных участков или максимального процента застройки в границах земельного участка), не создающее угрозу жизни и здоровью граждан и не нарушающее права и интересы третьих лиц, может быть признано судом несущественным и не препятствующим возможности сохранения постройки. 30. Независимо от того, заявлено ли истцом требование о сносе самовольной постройки либо о сносе или приведении ее в соответствие с установленными требованиями, суд с учетом положений пункта 31 статьи 222 ГК РФ выносит на обсуждение вопрос об устранимости допущенных при ее возведении нарушений градостроительных и строительных норм и правил, а в отношении самовольной постройки, возведенной с нарушением разрешенного использования земельного участка, в том числе ограничений, установленных в соответствии с земельным и иным законодательством, — о возможности приведения ее в соответствие с таким разрешенным использованием (часть 2 статьи 56 ГПК РФ, часть 2 статьи 65 АПК РФ).
Суд может предложить ответчику представить дополнительные доказательства, разъяснить право на заявление ходатайства о назначении строительно-технической экспертизы. 31. При установлении возможности устранения нарушений, допущенных при возведении (создании) самовольной постройки, суд принимает решение, предусматривающее оба возможных способа его исполнения, о сносе самовольной постройки или о ее приведении в соответствие с установленными требованиями, на что указывается в резолютивной части решения (абзац третий пункта 2, пункт 31 статьи 222 ГК РФ, статья 5532 ГрК РФ, часть 5 статьи 198 ГПК РФ, часть 5 статьи 170 АПК РФ).
В таком решении должны содержаться выводы суда о допущенных при возведении (создании) постройки нарушениях, вместе с тем указание в резолютивной части конкретного перечня строительных работ, которые должен произвести ответчик для приведения постройки в соответствие с установленными требованиями, не является обязательным, поскольку исполнение решения суда в части приведения постройки в соответствие с установленными требованиями производится по правилам, предусмотренным главой 6 ГрК РФ. 32. Принимая решение о сносе самовольной постройки либо о ее сносе или приведении в соответствие с установленными требованиями, суд указывает срок для его исполнения.
Срок, в течение которого ответчик обязан произвести снос самовольной постройки, а также срок, в течение которого он вправе привести ее в соответствие с установленными требованиями, определяется судом с учетом характеристик самовольной постройки, а также положений пунктов 2, 3 части 11 статьи 5532 ГрК РФ (часть 2 статьи 206 ГПК РФ, часть 1 статьи 174 АПК РФ). 33. В случае принятия судом решения о сносе самовольной постройки или приведении ее в соответствие с установленными требованиями выбор способа исполнения решения суда определяется должником. Должник обязан в срок, установленный для сноса самовольной постройки, осуществить ее снос либо представить в орган местного самоуправления утвержденную проектную документацию, предусматривающую реконструкцию самовольной постройки (пункт 2 части 11 статьи 5532 ГрК РФ), а в отношении объектов индивидуального жилищного строительства или садовых домов — уведомление о планируемой реконструкции (часть 1 статьи 511 ГрК РФ).
В течение срока, установленного решением суда для приведения самовольной постройки в соответствие с установленными требованиями, должник вправе произвести необходимые работы по реконструкции и обратиться в уполномоченный орган публичной власти за выдачей разрешения на ввод объекта капитального строительства в эксплуатацию (части 1, 2 статьи 55 ГрК РФ), а в отношении объекта индивидуального жилищного строительства или садового дома — с уведомлением об окончании реконструкции (часть 16 статьи 55 ГрК РФ).
Решение суда о приведении самовольной постройки в соответствие с установленными требованиями, по общему правилу, считается исполненным с момента получения должником разрешения на ввод объекта в эксплуатацию или уведомления о соответствии построенного или реконструированного объекта индивидуального жилищного строительства или садового дома требованиям законодательства о градостроительной деятельности.
До 1 марта 2031 года должник, осуществивший исполнение решение суда путем приведения объекта индивидуального жилищного строительства или садового дома в соответствие с установленными требованиями, вправе обратиться за государственной регистрацией права собственности с приложением технического плана и правоустанавливающих документов на соответствующий земельный участок. При этом направления уведомления о планируемых строительстве или реконструкции объекта индивидуального жилищного строительства или садового дома и получения уведомления об окончании строительства или реконструкции объекта индивидуального жилищного строительства или садового дома не требуется (часть 6 статьи 58, часть 12 статьи 70 Закона о государственной регистрации недвижимости). 34. Вступившее в законную силу решение суда об удовлетворении иска о сносе самовольной постройки является основанием для внесе- ния записи в ЕГРН о прекращении права собственности на самовольную постройку, о прекращении обременения правами третьих лиц (например, залогодержателя, арендатора) независимо от фактического исполнения такого решения (часть 2 статьи 13 ГПК РФ, часть 1 статьи 16 АПК РФ, часть 5 статьи 6 Федерального конституционного закона от 31 декабря 1996 года № 1-ФКЗ “О судебной системе Российской Федерации”, абзац первый пункта 2 статьи 222 ГК РФ). 35. Если решение суда о сносе самовольной постройки, о ее сносе или приведении в соответствие с установленными требованиями принято против ответчика, который не осуществлял ее строительство (например, приобретателя объекта недвижимости, право собственности на который было зарегистрировано в ЕГРН), он вправе обратиться в суд с иском к лицу, действиями (бездействием) которого были нарушены его права, с требованием о возмещении убытков (например, к лицу, осуществившему возведение самовольной постройки). 36. Если лицо в установленный срок не исполнит возложенную на него решением суда обязанность осуществить снос самовольной постройки либо снос или приведение ее в соответствие с установленными требованиями, принудительное исполнение такого решения осуществляет судебный пристав-исполнитель в порядке, предусмотренном Федеральным законом от 2 октября 2007 года № 229-ФЗ “Об исполнительном производстве” (далее — Закон об исполнительном производстве) (части 1, 2 статьи 3, части 1, 2 статьи 5, статья 107 Закона об исполнительном производстве).
С учетом этого в тех случаях, когда взыскателем по исполнительному листу, содержащему требование о сносе самовольной постройки либо о сносе или приведении ее в соответствие с установленными требованиями, является орган местного самоуправления, не исключается возможность предъявления данного исполнительного документа к исполнению судебному приставу-исполнителю и осуществления его исполнения с учетом особенностей принудительного исполнения, предусмотренных частями 4, 5, 8 статьи 107 Закона об исполнительном производстве.
В целях обеспечения принудительного сноса здания или сооружения либо их отдельных конструкций судебный пристав-исполнитель может предложить взыскателю произвести расходы на применение мер принудительного исполнения с последующим их возмещением за счет должника (часть 9 статьи 107 Закона об исполнительном производстве). 37. Неисполнение решения о сносе самовольной постройки либо о ее сносе или приведении в соответствие с установленными требованиями является основанием для одностороннего отказа от договора аренды земельного участка, принудительного прекращения прав на земельный участок по решению уполномоченного органа или его изъятия на основании решения суда в случаях и в порядке, предусмотренных абзацем седьмым подпункта 1 пункта 2 статьи 45, пунктами 4—7 статьи 46, пунктами 6—63 статьи 54, статьей 541 ЗК РФ, пунктами 2, 3 части 12 статьи 5532 ГрК РФ.
Данные последствия применяются также в случаях, если решение суда о сносе самовольной постройки принято до дня вступления в силу Федерального закона от 3 августа 2018 года № 340-ФЗ “О внесении изменений в Градостроительный кодекс Российской Федерации и отдельные законодательные акты Российской Федерации” и самовольная постройка не была снесена в срок, установленный таким решением (часть 9 статьи 16 указанного федерального закона). 38. В случае отчуждения или перехода в порядке универсального правопреемства права на земельный участок, на котором расположена самовольная постройка, в отношении которой имеется неисполненное решение суда о ее сносе или приведении в соответствие с установленными требованиями, принятое против прежнего правообладателя участка, обязанность по исполнению решения суда возлагается на нового правообладателя земельного участка в порядке процессуального правопреемства (статья ГПК РФ, статья 48 АПК РФ, часть 1 статьи 52 Закона об исполнительном производстве).
В случае прекращения прав на земельный участок ответчика в связи с неисполнением решения суда о сносе самовольной постройки либо о ее сносе или приведении в соответствие с установленными требованиями в порядке, предусмотренном пунктом 71 статьи 398, пунктом 31 статьи 3910, подпунктами 12—14 пункта 21 статьи 3911, пунктом 8 статьи 541 ЗК РФ, и предоставления этого земельного участка иному лицу такой новый правообладатель участка принимает на себя обязательство по сносу или приведению постройки в соответствие с установленными требованиями с учетом условий договора аренды, безвозмездного пользования и требований земельного законодательства.
В данном случае земельный участок не может быть предоставлен лицу, в отношении которого принято решение о сносе самовольной постройки (пункт 2 статьи 168, пункт 5 статьи 4491 ГК РФ). 39. Право собственности на самовольную постройку может быть признано за лицом, в собственности, пожизненном наследуемом владении, постоянном (бессрочном) пользовании которого находится земельный участок, на котором возведен (создан) объект, при одновременном соблюдении следующих условий: — если в отношении земельного участка лицо, осуществившее постройку, имеет права, допускающие строительство на нем данного объекта; — если на день обращения в суд постройка соответствует установленным требованиям; — если сохранение постройки не нарушает права и охраняемые законом интересы других лиц и не создает угрозу жизни и здоровью граждан (пункт 3 статьи 222 ГК РФ).
При этом необходимо учитывать, что для целей признания права собственности самовольная постройка должна отвечать требованиям, установленным правилами землепользования и застройки, документации по планировке территории, обязательным требованиям к параметрам постройки, установленным на день обращения в суд (абзац четвертый пункта 2, абзац третий пункта 3 статьи 222 ГК РФ, пункты 4, 7 статьи 2 ГрК РФ). 40. Признание права собственности на самовольную постройку является основанием возникновения права собственности по решению суда. В связи с этим при рассмотрении иска о признании права собственности на самовольную постройку применению подлежат положения пункта 3 статьи 222 ГК РФ в той редакции, которая действовала на момент принятия решения суда (пункт 2 статьи 4 ГК РФ). 41. С иском о признании права собственности на самовольную постройку вправе обратиться лицо, в собственности, пожизненном наследуемом владении, постоянном (бессрочном) пользовании которого находится земельный участок, на котором возведена (создана) такая постройка (пункт 3 статьи 222 ГК РФ), в том числе в случае, если постройка возведена иным лицом (например, наследник, принявший наследство в виде земельного участка, на котором возведена (создана) самовольная постройка; собственник земельного участка, приобретший земельный участок, на котором расположена самовольная постройка; учредитель (участник), получивший оставшийся после удовлетворения требований кредиторов земельный участок ликвидированного юридического лица).
Каждый из супругов вправе предъявить иск о признании права общей собственности на самовольную постройку, возведенную (созданную) в период брака, а также созданную в результате реконструкции принадлежащего одному из супругов недвижимого имущества. При рассмотрении такого спора судом учитываются положения семейного законодательства о законном и договорном режиме имущества супругов (в частности, статьи 33, 34, 37, 40, 42 Семейного кодекса Российской Федерации).
Арендатор земельного участка, в том числе находящегося в публичной собственности, вправе обращаться с иском о признании права собственности на самовольную постройку, если земельный участок предоставлялся для строительства соответствующего объекта. 42. Ответчиком по иску о признании права собственности на самовольную постройку является орган местного самоуправления по месту нахождения такой постройки, иной уполномоченный федеральный орган исполнительной власти, орган государственной власти субъекта Российской Федерации (части 4—6 статьи 51 ГрК РФ), а в случае предъявления правообладателем земельного участка иска о признании права собственности на самовольную постройку, возведенную на этом участке иным лицом, — также лицо, осуществившее ее возведение (создание). 43. Признание права собственности на самовольную постройку в судебном порядке является исключительным способом защиты права, который может применяться в отсутствие со стороны истца очевидных признаков явного и намеренного недобросовестного поведения.
Если иное не установлено законом, иск о признании права собственности на самовольную постройку подлежит удовлетворению, если единственным признаком самовольной постройки является отсутствие необходимых в силу закона согласований, разрешений, к получению которых лицо, создавшее самовольную постройку, принимало надлежащие меры. При установлении факта недобросовестного поведения застройщика, создавшего самовольную постройку (например, в случае, если такое лицо обращалось за выдачей разрешения на строительство лишь для вида, действуя в обход закона), суд вправе отказать в признании права собственности на самовольную постройку (статья 10 ГК РФ). 44. Принятие судом признания ответчиком иска о признании права собственности на самовольную постройку, утверждение мирового соглашения без установления обстоятельств, при которых в силу пункта 3 статьи 222 ГК РФ может быть удовлетворено такое требование, не допускаются (часть 2 статьи 39, части 6, 7 статьи 15310 ГПК РФ, часть 5 статьи 49, части 6, 7 статьи 141 АПК РФ).
Суду во всяком случае необходимо установить предусмотренную пунктом 3 статьи 222 ГК РФ совокупность условий, при которых допускается признание права собственности на самовольную постройку и введение ее в гражданский оборот. 45. Вступившее в законную силу решение суда о признании права собственности на самовольную постройку является основанием возникновения права собственности на объект недвижимости (подпункт 3 пункта 1 статьи 8 ГК РФ) и для осуществления государственного кадастрового учета и (или) государственной регистрации прав на объект недвижимости (статья 219 ГК РФ, пункт 5 части 2 статьи 14 Закона о государственной регистрации недвижимости).
После вступления в законную силу решения суда о признании права собственности на самовольную постройку собственник данного объекта недвижимости вправе использовать его в гражданском обороте. При этом получения разрешения на ввод объекта в эксплуатацию не требуется.
Вместе с тем наличие такого судебного акта не освобождает лицо от представления иных документов, не являющихся правоустанавливающими и разрешительными, которые необходимы для внесения записи в ЕГРН согласно Закону о государственной регистрации недвижимости (например, технический план). 4-БВС № 1 Использование (эксплуатация) данного объекта недвижимости не составляет административного правонарушения, ответственность за которое предусмотрена частью 5 статьи 9.5 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, если после вступления решения суда в законную силу не совершено иных нарушений, предусмотренных пунктом 1 статьи 222 ГК РФ. 46. Отказ в признании права собственности на самовольную постройку при отсутствии вступившего в законную силу решения суда или решения органа местного самоуправления о сносе такой постройки не препятствует обращению в суд с новым иском о признании права на самовольную постройку в случае устранения нарушений, послуживших основанием для отказа в удовлетворении иска.
Основания для применения пункта 2 части 1 статьи 134, абзаца третьего статьи 220 ГПК РФ, пункта 2 части 1 статьи 1271, пункта 2 части 1 статьи 150 АПК РФ в названном случае отсутствуют. 47. Судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле о сносе самовольной постройки, о сносе самовольной постройки или ее приведении в соответствие с установленными требованиями, подлежат распределению по общим правилам, предусмотренным статьей 98 ГПК РФ, статьей 110 АПК РФ.
При этом судебный акт считается принятым в пользу истца независимо от того, принято судом решение о сносе самовольной постройки или о сносе или приведении ее в соответствие с установленными требованиями.
Судебные расходы, понесенные истцом в связи с рассмотрением требования о признании права собственности на самовольную постройку, не подлежат распределению между лицами, участвующими в деле, если не установлены факты нарушения или оспаривания прав истца ответчиком или третьим лицом, в том числе путем совершения процессуальных действий (например, подачи встречного искового заявления, апелляционной (кассационной) жалобы). 48. В связи с принятием настоящего постановления признать не подлежащими применению пункты 22—31 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29 апреля 2010 года № 10/22 “О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав”.
Председатель Верховного Суда
Российской Федерации
В.М. ЛЕБЕДЕВ
Секретарь Пленума,
судья Верховного Суда Российской Федерации
В.В. МОМОТОВ
ПОСТАНОВЛЕНИЕ № 45
ПЛЕНУМА ВЕРХОВНОГО СУДА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
от 12 декабря 2023 г.
О внесении изменений в постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 14 июня 2018 года № 17 “О некоторых вопросах, связанных с применением конфискации имущества в уголовном судопроизводстве” В связи с изменением законодательства, а также возникающими в судебной практике вопросами Пленум Верховного Суда Российской Федерации, руководствуясь статьей 126 Конституции Российской Федерации, статьями 2 и 5 Федерального конституционного закона от 5 февраля 2014 года № 3-ФКЗ “О Верховном Суде Российской Федерации”,
п о с т а н о в л я е т:
внести в постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 14 июня 2018 года № 17 “О некоторых вопросах, связанных с применением конфискации имущества в уголовном судопроизводстве” следующие изменения:
1) пункт 2 изложить в следующей редакции:
“2. Деньги, ценности и иное имущество, а также доходы от него подлежат конфискации на основании пунктов “а” и “б” части 1 статьи 1041 УК РФ, если они получены в результате совершения только тех преступлений, которые указаны в данных нормах, или явились предметом незаконного перемещения через таможенную границу либо через Государственную границу Российской Федерации, ответственность за которое установлена статьями 2001, 2002, 2261 и 2291 УК РФ. Кроме того, согласно пункту “в” части 1 статьи 1041 УК РФ подлежат конфискации деньги, ценности и иное имущество, используемые для финансирования терроризма, экстремистской деятельности, организованной группы, незаконного вооруженного формирования, преступного сообщества (преступной организации) либо предназначенные для этих целей.
Принадлежащие обвиняемому орудия, оборудование или иные средства совершения преступления (пункт “г” части 1 статьи 1041 УК РФ) подлежат конфискации судом (при отсутствии оснований для их передачи в соответствующие учреждения или уничтожения) по делам о преступлениях, перечень которых законом не ограничен.
По смыслу пункта “б” части 1 статьи 1041 УК РФ к имуществу, в которое было частично или полностью превращено или преобразовано имущество, полученное в результате совершения преступления, могут быть отнесены, например, новые объекты собственности, возникшие в результате реконструкции недвижимого имущества, приобретенного преступным путем.
Доходами от денег, ценностей и иного имущества, указанных в пунктах “а” и “б” части 1 статьи 1041 УК РФ, могут быть признаны, в частности, суммы, полученные в кредитных организациях в виде процентов по счетам за использование таких денежных средств, арендная или иная плата, полученная за передачу имущества в возмездное пользование другим лицам, плата за оказание услуг с использованием такого имущества.”;
2) пункт 3 изложить в следующей редакции:
“3. Исходя из положений пункта 8 части 1 статьи 73, части 3 статьи 115 и пункта 101 части 1 статьи 299 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации (далее — УПК РФ) к орудиям, оборудованию или иным средствам совершения преступления следует относить предметы, которые использовались либо были предназначены для использования при совершении преступного деяния или для достижения преступного результата (например, автомобиль, оборудованный специальным хранилищем для сокрытия товаров при незаконном перемещении их через таможенную границу или Государственную границу Российской Федерации; эхолоты и навигаторы при незаконной добыче (вылове) водных биологических ресурсов; копировальные аппараты и иная оргтехника, использованные для изготовления поддельных документов).
Оборудованием или иными средствами совершения преступления могут быть признаны также различные электронные устройства: персональные компьютеры (включая ноутбуки и планшеты), мобильные телефоны, смартфоны и другие устройства, в том числе позволяющие подключиться к сети “Интернет”, с использованием которых обвиняемый подыскал соучастников преступления, вступил с ними в сговор и обсуждал детали преступления; приобретал или сбывал оружие, взрывчатые вещества, наркотические средства; распространял порнографические или иные запрещенные материалы; совершал развратные действия; осуществлял обман потерпевшего в целях хищения принадлежащего ему имущества и т.д.”;
3) дополнить пунктами 31—33 следующего содержания:
“31. В силу положений пунктов “г” и “д” части 1 статьи 1041 УК РФ орудия, оборудование или иные средства совершения преступления, транспортное средство, которое было использовано обвиняемым при совершении преступления, предусмотренного статьей 2641, 2642 или 2643 УК РФ, подлежат конфискации при условии, что они принадлежат обвиняемому.
Для целей главы 151 Уголовного кодекса Российской Федерации принадлежащим обвиняемому следует считать имущество, находящееся в его собственности, а также в общей собственности обвиняемого и других лиц, в том числе в совместной собственности супругов. 32. По смыслу пункта 8 части 1 статьи 73 УПК РФ факт принадлежности обвиняемому орудий, оборудования или иных средств совершения преступления, транспортного средства, использованного обвиняемым при совершении преступления, предусмотренного статьей 2641, 2642 или 2643 УК РФ, относится к предмету доказывания по уголовному делу и должен быть установлен судом на основе исследованных в судебном заседании доказательств (показаний свидетелей, документов, подтверждающих приобретение имущества, и др.). При этом следует учитывать, что исходя из положений пункта 1 статьи 223 Гражданского кодекса Российской Федерации право собственности на транспортное средство возникает у лица, являющегося приобретателем, с момента передачи ему такого средства, а не с момента государственной регистрации уполномоченным органом, если иное не предусмотрено законом или договором.
В тех случаях, когда, например, по делу о преступлении, предусмотренном статьей 2641, 2642 или 2643 УК РФ, представленные обвиняемым сведения об отчуждении транспортного средства, использованного при совершении такого преступления, опровергаются исследованными материалами дела (протоколами осмотра и выемки транспортного средства по месту его хранения обвиняемым, показаниями свидетелей или документами, указывающими на отсутствие факта передачи денежных средств обвиняемому и (или) передачи самого транспортного средства другому участнику договора, и т.п.) и судом будет установлено, что транспортное средство продолжает принадлежать обвиняемому, оно также подлежит конфискации. 33. Судам следует иметь в виду, что исходя из требований статей 1041 и 1042 УК РФ конфискация имущества, в том числе транспортного средства согласно пункту “д” части 1 статьи 1041 УК РФ, подлежит обязательному применению при наличии оснований и соблюдении условий, предусмотренных нормами главы 151 Уголовного кодекса Российской Федерации.”;
4) пункт 7 изложить в следующей редакции:
“7. Исходя из части 3 статьи 1041 УК РФ для решения вопроса о конфискации имущества, переданного обвиняемым другому лицу (организации), суду требуется на основе исследования доказательств установить, что лицо, у которого находится имущество, указанное в пунктах “а” и “б” части 1 статьи 1041 УК РФ, знало или должно было знать, что имущество получено в результате преступных действий.”;
5) пункт 8 изложить в следующей редакции:
“8. В случае, когда в ходе предварительного расследования не были приняты меры по обеспечению возможной конфискации имущества, судья при подготовке уголовного дела к судебному заседанию вправе в соответствии с пунктом 5 части 1 статьи 228 и частью 2 статьи 230 УПК РФ по ходатайству потерпевшего, гражданского истца, их представителей или прокурора вынести постановление о наложении ареста на имущество. Судья принимает решение на основании имеющихся в материалах уголовного дела или дополнительно представленных сведений о наличии имущества, подлежащего конфискации, на которое может быть наложен арест. Подобное ходатайство может быть заявлено и разрешено судом также в ходе судебного разбирательства.
С учетом установленной законом обязанности суда в итоговом решении по такому делу разрешить вопрос о конфискации имущества судья (суд) как при подготовке уголовного дела к судебному заседанию, так и в ходе него вправе в целях обеспечения надлежащих условий судебного разбирательства вынести постановление (определение) о наложении ареста на имущество и по собственной инициативе.”;
6) пункт 9 изложить в следующей редакции:
“9. Если осуществить конфискацию определенного предмета, входящего в имущество, указанное в статье 1041 УК РФ, в том числе транспортного средства, не представляется возможным в связи с его использованием, продажей или по каким-либо иным причинам (например, ввиду дарения, утраты, уничтожения), то суд в обвинительном приговоре при отсутствии либо недостаточности денежных средств, которые могут быть конфискованы в размере стоимости данного предмета (часть 1 статьи 1042 УК РФ), в соответствии с требованиями части 2 статьи 1042 УК РФ принимает решение о конфискации другого имущества, соразмерного его стоимости, которая подтверждается имеющимися доказательствами (например, показаниями допрошенных лиц, договором купли-продажи, актом оценки имущества). При отсутствии таких доказательств либо в случае возникновения у суда сомнений в обоснованности полученных сведений суд привлекает специалиста или назначает судебную экспертизу.
Принятые судом в иных видах судопроизводства в отношении предмета, подлежащего конфискации по уголовному делу, обеспечительные меры (например, наложение ареста на имущество должника по гражданскому делу), как и наличие обременения (например, в виде залога), не относятся к числу причин, исключающих конфискацию данного предмета.”;
7) в пункте 10 после слов “о возмещении вреда” дополнить словами “(имущественного вреда, компенсации морального вреда)”;
8) пункт 11 изложить в следующей редакции:
“11. В описательно-мотивировочной части обвинительного приговора (постановления, определения о прекращении уголовного дела по нереабилитирующим основаниям), постановленного в общем порядке и предусматривающего конфискацию имущества, следует приводить доказательства того, что имущество, подлежащее конфискации, получено в результате совершения преступления или является доходами от этого имущества либо использовалось или предназначалось для использования в качестве орудия, оборудования или иного средства совершения преступления либо для финансирования терроризма, экстремистской деятельности (экстремизма), организованной группы, незаконного вооруженного формирования, преступного сообщества (преступной организации), а также обоснование решения о конфискации имущества (пункты 41 и 5 статьи 307 УПК РФ).
По делу о преступлении, предусмотренном статьей 2641, 2642 или 2643 УК РФ, в приговоре должны быть приведены доказательства того, что транспортное средство, подлежащее конфискации, принадлежит обвиняемому и было использовано им при совершении преступления.”;
9) в пункте 12 после слов “в приговоре” дополнить словами “(постановлении, определении о прекращении уголовного дела по нереабилитирующим основаниям)”;
10) пункт 13 изложить в следующей редакции:
“13. Разъяснить судам, что при прекращении уголовного дела (уголовного преследования) по основаниям, не влекущим права на реабилитацию, конфискация имущества применяется в порядке разрешения вопросов о вещественных доказательствах (пункты 1, 41 части 3 статьи 81 УПК РФ). С учетом этого в постановлении, определении о прекращении уголовного дела (уголовного преследования) суд принимает решение о конфискации только тех предметов, которые признаны вещественными доказательствами и приобщены к делу (часть 2 статьи 81 УПК РФ).
Судам следует иметь в виду, что прекращение уголовного дела (уголовного преследования) по нереабилитирующим основаниям допускается лишь при условии разъяснения обвиняемому (подсудимому) правовых последствий принятого решения, включая возможную конфискацию имущества, и при отсутствии его возражений против такого прекращения. Если уголовное дело подлежит прекращению на основании пункта 4 части 1 статьи 24 и пункта 1 части 1 статьи 254 УПК РФ в связи со смертью обвиняемого (подсудимого), то суд разъясняет указанные последствия его близким родственникам.
В случаях, когда обвиняемый (подсудимый) или близкие родственники умершего обвиняемого (подсудимого) возражают против прекращения уголовного дела, производство по делу продолжается в обычном порядке.”;
11) дополнить пунктом 131 следующего содержания:
“131. Наложение в ходе досудебного производства по делу ареста на имущество для обеспечения гражданского иска или исполнения наказания в виде штрафа, а не в целях обеспечения возможной его конфискации не препятствует суду при наличии оснований, предусмотренных статьями 1041 и 1042 УК РФ, вынести решение о конфискации такого имущества, в том числе транспортного средства.”;
12) пункт 15 дополнить абзацем вторым следующего содержания:
“В случае отмены судебного решения в части вопросов о вещественных доказательствах и об ином имуществе, подлежащем конфискации (пункты 101—12 части 1 статьи 299 УПК РФ), с передачей уголовного дела в этой части на новое судебное разбирательство данные вопросы подлежат разрешению в порядке, предусмотренном статьей 399 УПК РФ.”;
13) дополнить пунктом 151 следующего содержания:
“151. С учетом того, что невыполнение органом, осуществляющим предварительное расследование, требований уголовно-процессуального закона о принятии мер по обеспечению возможной конфискации имущества, в том числе по обнаружению, изъятию или аресту и приобщению к делу в качестве вещественных доказательств имущества, подлежащего конфискации, либо мер по установлению принадлежности орудия, оборудования или иного средства совершения преступления, а также транспортного средства, использованного обвиняемым при совершении преступления, предусмотренного статьей 2641, 2642 или 2643 УК РФ, может повлечь сокрытие и (или) утрату такого имущества, нарушение разумных сроков судопроизводства, суды вправе реагировать на подобные факты частным постановлением (определением).”.
Председатель Верховного Суда
Российской Федерации
В.М. ЛЕБЕДЕВ
Секретарь Пленума,
судья Верховного Суда Российской Федерации
В.В. МОМОТОВ
ПОСТАНОВЛЕНИЯ ПРЕЗИДИУМА,
РЕШЕНИЯ И ОПРЕДЕЛЕНИЯ СУДЕБНЫХ КОЛЛЕГИЙ
ВЕРХОВНОГО СУДА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ ПО ГРАЖДАНСКИМ ДЕЛАМ 1. При разрешении споров, связанных с самовольной постройкой, судам необходимо выяснять, допускают ли вид разрешенного использования и параметры земельного участка возведение на нем подобного объекта Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 30 августа 2022 г. № 18-КГ22-52-К4 ( И з в л е ч е н и е ) Администрация города обратилась в суд с иском к Х. и М. о признании самовольной постройкой четырехэтажного капитального объекта, расположенного на земельном участке с кадастровым номером 23:49:0402032:3173, сносе указанного строения, признании отсутствующим права на жилой дом с кадастровым номером 23:49:0402032:3214 путем аннулирования записи о государственной регистрации права в Едином государственном реестре недвижимости (далее — ЕГРН) и исключения сведений о государственном кадастровом учете данного объекта недвижимости, взыскании судебной неустойки за неисполнение судебного акта.
При рассмотрении дела судом установлено, что истцам на праве общей долевой собственности по 1/2 доле каждому принадлежит жилой дом с кадастровым номером 23:49:0402032:3214, расположенный на земельном участке с кадастровым номером 23:49:0402032:3173 площадью 696 кв.м, категория земель — земли населенных пунктов, вид разрешенного использования — малоэтажная жилая застройка (индивидуальное жилищное строительство; размещение дачных и садовых домов), который также принадлежит на праве общей долевой собственности ответчикам в равных долях.
Указанный земельный участок образован в результате раздела земельного участка с кадастровым номером 23:49:0402032:3097, собственником которого являлась Х. 22 марта 2019 г. Х. обратилась в департамент архитектуры, градостроительства и благоустройства администрации города с уведомлением о планируемом строительстве объекта индивидуального жилищного строительства на данном земельном участке. 16 апреля 2019 г. администрация города выдала Х. уведомление о соответствии указанных ею в уведомлении параметров объекта индивидуального жилищного строительства или садового дома установленным параметрам и допустимости размещения объекта индивидуального жилищного строительства или садового дома на земельном участке с кадастровым номером 23:49:0402032:3097. 27 января 2020 г. в ходе осуществления муниципальной проверки соблюдения земельного законодательства администрацией города на земельном участке с кадастровым номером 23:49:0402032:3173 был выявлен факт возведения объекта капитального строительства без получения необходимых согласований и разрешений.
Из акта проверки следует, что на указанном земельном участке расположен четырехэтажный капитальный объект незавершенного строительства.
Ориентировочная площадь застройки первого этажа составляет не менее 621 кв.м, общая площадь строения — не менее 2484 кв.м. Объект капитального строительства имеет признаки многоквартирного дома: объемно-планировочное решение строения организовано таким образом, что все многочисленные помещения, которые возможно использовать в качестве жилых, являются структурно-обособленными, с выходами только в общее помещение (коридор), при этом между собой эти помещения не связаны; имеются многочисленные поквартирные балконы (лоджии); на всех этажах у лестничных площадок размещены счетчики учета электроэнергии с номерным изображением пред- 5-БВС № 1 положительных квартир или обособленных помещений.
Разрешая спор и отказывая в удовлетворении исковых требований администрации города, суд первой инстанции, с которым согласился суд апелляционной инстанции, сослался на акт судебной строительно-технической экспертизы и указал, что спорный объект недвижимости отвечает требованиям градостроительных и строительных норм и правил, его сохранение не нарушает права и охраняемые законом интересы других лиц, не создает угрозу жизни и здоровью граждан.
Кассационный суд общей юрисдикции согласился с выводами судов первой и апелляционной инстанций.
Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ 30 августа 2022 г. отменила судебные постановления и направила дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции, указав, что они приняты с существенным нарушением норм материального и процессуального права.
Согласно п. 1 ст. 263 ГК РФ собственник земельного участка может возводить на нем здания и сооружения, осуществлять их перестройку или снос, разрешать строительство на своем участке другим лицам. Эти права осуществляются при условии соблюдения градостроительных и строительных норм и правил, а также требований о целевом назначении земельного участка (п. 2 ст. 260 ГК РФ).
В силу подп. 2 п. 1 ст. 40 ЗК РФ собственник земельного участка имеет право возводить жилые, производственные, культурно-бытовые и иные здания, сооружения в соответствии с целевым назначением земельного участка и его разрешенным использованием с соблюдением требований градостроительных регламентов, строительных, экологических, санитарно-гигиенических, противопожарных и иных правил, нормативов.
В соответствии с п. 3 ст. 85 ЗК РФ градостроительные регламенты обязательны для исполнения всеми собственниками земельных участков, землепользователями, землевладельцами и арендаторами земельных участков независимо от форм собственности и иных прав на земельные участки.
Согласно абз. 1 п. 1 ст. 222 ГК РФ самовольной постройкой является здание, сооружение или другое строение, возведенные или созданные на земельном участке, не предоставленном в установленном порядке, или на земельном участке, разрешенное использование которого не допускает строительства на нем данного объекта, либо возведенные или созданные без получения на это необходимых в силу закона согласований, разрешений или с нарушением градостроительных и строительных норм и правил, если разрешенное использование земельного участка, требование о получении соответствующих согласований, разрешений и (или) указанные градостроительные и строительные нормы и правила установлены на дату начала возведения или создания самовольной постройки и являются действующими на дату выявления самовольной постройки.
Абзацем 4 п. 2 ст. 222 ГК РФ установлено, что самовольная постройка подлежит сносу или приведению в соответствие с параметрами, установленными правилами землепользования и застройки, документацией по планировке территории, или обязательными требованиями к параметрам постройки, предусмотренными законом (далее — установленные требования), осуществившим ее лицом либо за его счет, а при отсутствии сведений о нем лицом, в собственности, пожизненном наследуемом владении, постоянном (бессрочном) пользовании которого находится земельный участок, на котором возведена или создана самовольная постройка, или лицом, которому такой земельный участок, находящийся в государственной или муниципальной собственности, предоставлен во временное владение и пользование, либо за счет соответствующего лица, за исключением случаев, предусмотренных п. 3 настоящей статьи, и случаев, если снос самовольной постройки или ее приведение в соответствие с установленными требованиями осуществляется в соответствии с законом органом местного самоуправления.
Как следует из разъяснений, изложенных в п. 26 постановления Пленума Верховного Суда РФ и Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 29 апреля 2010 г. № 10/22 “О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав”, при рассмотрении споров, связанных с самовольной постройкой, суд должен установить, допущены ли при ее возведении существенные нарушения градостроительных и строительных норм и правил, создает ли такая постройка угрозу жизни и здоровью граждан. С этой целью суд при отсутствии необходимых заключений компетентных органов или при наличии сомнения в их достоверности вправе назначить экспертизу по правилам процессуального законодательства. Отсутствие разрешения на строительство само по себе не может служить основанием для отказа в иске о признании права собственности на самовольную постройку. В то же время суду необходимо установить, предпринимало ли лицо, создавшее самовольную постройку, надлежащие меры к ее легализации.
Из приведенных выше положений норм закона и разъяснений Пленумов Верховного Суда РФ и Высшего Арбитражного Суда РФ по их применению следует, что необходимость сноса самовольной постройки связывается законом как с соблюдением требований о получении необходимых в силу закона согласований, разрешений на ее строительство, так и с установлением обстоятельств, которые могли бы препятствовать использованию такой постройки ввиду ее несоответствия требованиям безопасности, несоблюдения градостроительных и строительных норм и правил при ее возведении и возможности нарушения прав и охраняемых законом интересов других лиц, в частности прав смежных землепользователей, правил землепользования и застройки и т.д.
Данные обстоятельства являются юридически значимыми по спорам, связанным с самовольной постройкой, и подлежащими установлению и определению в качестве таковых судом в силу ч. 2 ст. 56 ГПК РФ.
Однако указанные требования закона и разъяснения Пленумов Верховного Суда РФ и Высшего Арбитражного Суда РФ судами учтены не были.
В силу положений ст. 8 ГрК РФ к полномочиям органов местного самоуправления поселений в области градостроительной деятельности относится утверждение правил землепользования и застройки территорий.
Вопрос о соответствии площади спорного объекта недвижимости предельным параметрам, установленным правилами землепользования и застройки в регионе, судом не исследовался и на обсуждение поставлен не был.
Соглашаясь с выводами суда первой инстанции, судебная коллегия по гражданским делам краевого суда отклонила довод истца об отсутствии у ответчиков согласований и разрешения на возведение спорного объекта капитального строительства с указанием на наличие уведомления департамента архитектуры, градостроительства и благоустройства администрации города от 16 апреля 2019 г. о соответствии параметров возводимого жилого дома установленным параметрам и допустимости размещения объекта индивидуального жилищного строительства на земельном участке.
Однако данное уведомление, выданное Х., предусматривало строительство трехэтажного индивидуального жилого дома на земельном участке с кадастровым номером 23:49:0402032:3097 площадью 3462 кв.м, который прекратил свое существование в связи с принятым 29 июля 2019 г. собственником решением о разделе и образовании новых земельных участков, в том числе участка с кадастровым номером 23:49:0402032:3173 площадью 696 кв.м под спорным объектом капитального строительства.
При этом предельные параметры разрешенного строительства на земельном участке площадью 3462 кв.м не могут соответствовать предельным параметрам разрешенного строительства на земельном участке площадью 696 кв.м.
Между тем сведения о выдаче уведомления, разрешения на строительство, ввод в эксплуатацию объекта капитального строительства на земельном участке площадью 696 кв.м отсутствуют.
Кроме того, одним из оснований для обращения истца в суд с заявленными требованиями являлось выявление в результате проведенной муниципальной проверки соблюдения земельного законодательства факта строительства объекта недвижимого имущества, обладающего признаками многоквартирного жилого дома, чем нарушено требование о целевом использовании земельного участка, разрешенное использование которого не допускает строительства на нем такого объекта.
Данные обстоятельства судом при разрешении спора фактически исследованы не были, соответствующие доводы истца правовой оценки со стороны суда не получили. 2. Гражданину, изменившему постоянное место жительства, при подтверждении данного обстоятельства не может быть отказано в согласовании запрашиваемого им места сдачи квалификационного экзамена на присвоение статуса адвоката со ссылкой на наличие у него регистрации по прежнему месту жительства в органах регистрационного учета Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 6 февраля 2023 г. № 5-КГ22-130-К2 ( И з в л е ч е н и е ) А. обратился в суд с иском к общероссийской негосударственной некоммерческой организации “Федеральная палата адвокатов Российской Федерации” (далее — Федеральная палата адвокатов), в котором просил признать незаконным отказ Федеральной палаты адвокатов в согласовании ему места сдачи квалификационного экзамена на присвоение статуса адвоката и обязать Федеральную палату адвокатов устранить нарушение его прав.
В обоснование заявленных требований А. указал, что он обратился в Совет Федеральной палаты адвокатов с вопросом о согласовании места допуска к сдаче квалификационного экзамена на присвоение статуса адвоката в квалификационной комиссии Адвокатской палаты Московской области или города Москвы, так как длительное время постоянно проживает в г. Москве, но данный вопрос ответчиком положительно разрешен не был.
Письменным ответом Федеральной палаты адвокатов от 5 октября 2020 г. А. отказано в согласовании места допуска к сдаче квалификационного экзамена на присвоение статуса адвоката со ссылкой на то, что в соответствии с Положением о порядке сдачи квалификационного экзамена на присвоение статуса адвоката, утвержденным Советом Федеральной палаты адвокатов 25 апреля 2003 г. (далее — Положение), претендент может обратиться в адвокатскую палату по месту пребывания лишь в случае отсутствия в паспорте отметки о регистрации по месту жительства в каком-либо субъекте Российской Федерации.
По мнению А., отказ по такому основанию является незаконным. Истец более 15 лет проживает в г. Москве и имеет право на согласование места допуска к сдаче квалификационного экзамена по месту жительства в соответствии с п. 1.2 Положения, в силу которого при наличии обстоятельств, свидетельствующих о действительном изменении постоянного места жительства, гражданин вправе обратиться в Совет Федеральной палаты адвокатов с заявлением о согласовании места допуска к сдаче квалификационного экзамена.
А. при обращении в Федеральную палату адвокатов были представлены документы, подтвер- ждающие место жительства его и членов его семьи в г. Москве, в том числе документы об их проживании с 2009 года в Пресненском районе г. Москвы, о прикреплении его и его несовершеннолетних детей к учреждениям здравоохранения г. Москвы, о получении удостоверения многодетной семьи г. Москвы, о прикреплении А. как налогоплательщика к налоговому органу г. Москвы, о получении социальной карты москвича и т.д.
Разрешая спор, суд первой инстанции отказал в удовлетворении исковых требований А. о признании незаконным отказа комиссии Совета Федеральной палаты адвокатов от 5 октября 2020 г. в согласовании ему места сдачи квалификационного экзамена на присвоение статуса адвоката в квалификационной комиссии Адвокатской палаты Московской области, указывая на то, что такое решение принято Федеральной палатой адвокатов в пределах своих полномочий в соответствии с п. 1.2 Положения о порядке сдачи квалификационного экзамена на присвоение статуса адвоката.
По мнению суда первой инстанции, так как на дату обращения в Федеральную палату адвокатов А. был зарегистрирован по месту постоянного жительства в Кемеровской области, т.е. в месте, отличном от места регистрации в качестве налогоплательщика, то, с учетом п. 1.2 Положения, оснований для согласования места сдачи квалификационного экзамена на присвоение статуса адвоката в квалификационной комиссии Адвокатской палаты Московской области у Федеральной палаты адвокатов не имелось.
Суд апелляционной инстанции согласился с выводами суда первой инстанции.
Судебная коллегия по гражданским делам кассационного суда общей юрисдикции оставила без изменения судебные постановления судов первой и апелляционной инстанций, не установив нарушения либо неправильного применения судами первой и апелляционной инстанций норм материального права или норм процессуального права.
Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ 6 февраля 2023 г. признала выводы судебных инстанций основанными на неправильном толковании и применении норм материального права к спорным отношениям и сделанными с существенным нарушением норм процессуального права в связи со следующим.
Из нормативных положений Федерального закона от 31 мая 2002 г. № 63-ФЗ “Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации” и п. 1.2 Положения следует, что гражданин для сдачи квалификационного экзамена и приобретения статуса адвоката вправе обратиться в квалификационную комиссию того субъекта Российской Федерации, в котором он зарегистрирован по месту постоянного жительства и в качестве налогоплательщика, вместе с тем этот гражданин также вправе обратиться в Совет Федеральной палаты адвокатов с заявлением о согласовании иного места допуска к сдаче квалификационного экзамена в случае действительного изменения им места жительства. По результатам рассмотрения такого заявления Совет Федеральной палаты адвокатов с учетом норм абз. 4 п. 1.2 Положения принимает решение о согласовании места сдачи квалификационного экзамена, являющееся основанием для допуска к сдаче квалификационного экзамена в соответствующей квалификационной комиссии субъекта Российской Федерации, в котором претендент постоянно проживает (по измененному месту жительства). Перечень обстоятельств, подтверждающих действительное изменение места жительства претендентом на приобретение статуса адвоката, содержащийся в абз. 4 п. 1.2 Положения, не является исчерпывающим.
Следовательно, при рассмотрении Советом Федеральной палаты адвокатов заявления гражданина о согласовании ему места сдачи квалификационного экзамена в каждом случае необходимо исходить из конкретных обстоятельств, на которые ссылается гражданин, свидетельствующих о действительном изменении его постоянного места жительства. Подтверждение таких обстоятельств является основанием для согласования гражданину запрашиваемого им места сдачи квалификационного экзамена.
В силу ст. 20 ГК РФ местом жительства признается место, где гражданин постоянно или преимущественно проживает.
В соответствии с ч. 2 ст. 3 Закона РФ от 25 июня 1993 г. № 5242-I “О праве граждан Российской Федерации на свободу передвижения, выбор места пребывания и жительства в пределах Российской Федерации” регистрация или отсутствие таковой не может служить основанием ограничения или условием реализации прав и свобод граждан, предусмотренных Конституцией Российской Федерации, федеральными законами, конституциями (уставами) и законами субъектов Российской Федерации.
Как неоднократно указывал Конституционный Суд РФ, сам по себе факт регистрации или отсутствия таковой не порождает для гражданина каких-либо прав и обязанностей и не может служить основанием ограничения или условием реализации прав и свобод граждан, предусмотренных Конституцией Российской Федерации, федеральными законами и законодательными актами субъектов Российской Федерации; регистрация граждан в том смысле, в каком это не противоречит Конституции Российской Федерации, является лишь предусмотренным федеральным законом способом их учета в пределах территории Российской Федерации, носящим уведомительный характер и отражающим факт нахождения гражданина по месту пребывания или жительства; при этом конкретное место жительства лица может быть установлено и судом общей юрисдикции на основе различных юридических фактов, не обязательно связанных с его регистрацией компетентными органами1. 1Постановления от 24 ноября 1995 г. № 14-П, от 4 апреля 1996 г. № 9-П, от 15 января 1998 г. № 2-П, от 2 февраля 1998 г. № 4-П, от 30 июня 2011 г. № 13-П; Определения от 13 июля 2000 г. № 185-О, от 6 октября 2008 г. № 619-О-П, от 13 октября 2009 г. № 1309-О-О и другие.
Из содержания ст. 20 ГК РФ, ст.ст. 2 и 3 Закона РФ “О праве граждан Российской Федерации на свободу передвижения, выбор места пребывания и жительства в пределах Российской Федерации” следует, что регистрация не совпадает с понятием “место жительства” и сама по себе не может служить условием реализации прав и свобод граждан, предусмотренных Конституцией Российской Федерации, законами Российской Федерации, конституциями и законами республик в составе Российской Федерации (п. 12 раздела IV Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 4 (2016), утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 20 декабря 2016 г.).
С учетом изложенного отсутствие у гражданина регистрации по месту жительства в пределах определенного субъекта Российской Федерации не может служить основанием ограничения или условием реализации его прав и свобод, предусмотренных Конституцией Российской Федерации, федеральными законами, конституциями (уставами) и законами субъектов Российской Федерации. Соответственно, при решении вопроса о согласовании гражданину по его заявлению места сдачи квалификационного экзамена на присвоение статуса адвоката в связи с действительным изменением им постоянного места жительства при подтверждении данных обстоятельств такому гражданину не может быть отказано в согласовании запрашиваемого им места сдачи квалификационного экзамена со ссылкой на наличие у него регистрации по прежнему месту жительства в органах регистрационного учета.
Иное решение фактически приводило бы к ограничению его конституционного права на труд, включая выбор рода деятельности и профессии, поскольку возможность согласования места сдачи квалификационного экзамена на присвоение статуса адвоката ввиду изменения претендентом постоянного места жительства направлено именно на реализацию этого права.
Между тем судами первой и апелляционной инстанций положения приведенных нормативных актов к спорным отношениям применены неправильно, правовые позиции Конституционного Суда РФ и Верховного Суда РФ не учтены, вследствие чего при решении вопроса о законности отказа Совета Федеральной палаты адвокатов в согласовании А. места сдачи квалификационного экзамена на присвоение статуса адвоката юридически значимые обстоятельства, касающиеся длительного постоянного проживания истца в г. Москве, на которые он ссылался в обоснование исковых требований, не определены и не установлены.
Судом не были приведены мотивы, по которым были отклонены доводы А. и представленные им доказательства, по его мнению, свидетельствующие о его длительном постоянном проживании на территории г. Москвы, что дает ему право в соответствии с п. 1.2 Положения получить от Федеральной палаты адвокатов положительное решение о согласовании места сдачи квалификационного экзамена на присвоение статуса адвоката в квалификационной комиссии Адвокатской палаты Московской области.
В связи с этим Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ признала выводы судов первой и апелляционной инстанций об обоснованности отказа комиссии Совета Федеральной палаты адвокатов А. в согласовании места сдачи квалификационного экзамена на присвоение статуса адвоката в квалификационной комиссии Адвокатской палаты Московской области по причине того, что А. был зарегистрирован по месту жительства в Кемеровской области, т.е. в месте, отличном от места регистрации в качестве налогоплательщика в г. Москве, и об отсутствии оснований для удовлетворения его исковых требований сделанными с существенным нарушением норм материального и процессуального права, без определения и установления всех имеющих значение для дела обстоятельств.
Также Судебная коллегия сочла несостоятельным суждение судов первой и апелляционной инстанций о том, что оспариваемый А. отказ комиссии Совета Федеральной палаты адвокатов в согласовании места сдачи квалификационного экзамена не препятствовал ему сдать квалификационный экзамен на присвоение статуса адвоката, так как касался только определения места сдачи, а не допуска к сдаче самого экзамена, поскольку такой отказ создал А. препятствия к сдаче названного экзамена в квалификационной комиссии Адвокатской палаты Московской области.
Ввиду изложенного Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ отменила обжалуемые судебные постановления и направила дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции. 3. Государственная регистрация права собственности на жилое помещение в многоквартирном доме является основанием возникновения у собственников помещений в многоквартирном доме права общей долевой собственности на земельный участок, раздел которого допускается с их согласия Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 22 ноября 2022 г. № 16-КГ22-28-К4 ( И з в л е ч е н и е ) П. и другие обратились в суд с иском к Управлению Росреестра по Волгоградской области, ЗАО “Трансстрой”, К., Е. и Г. о признании недействительными договора раздела земельного участка и договоров купли-продажи, о применении последствий недействительности сделок.
Как установлено судом, ЗАО “Трансстрой” являлось застройщиком комплекса жилой застройки. 4 июня 2014 г. между П. и ЗАО “Трансстрой” (далее также — общество) был заключен договор участия в долевом строительстве, согласно условиям которого общество приняло на себя обяза- 6-БВС № 1 тельства осуществить проектирование и строительство своими силами и с привлечением лиц комплекса жилой застройки и после получения разрешения на ввод комплекса в эксплуатацию передать участнику долевого строительства П. квартиру. Истец оплатил обусловленную договором цену, в Едином государственном реестре недвижимости зарегистрировано его право собственности на указанную квартиру. 1 марта 2017 г. единственным акционером ЗАО “Трансстрой” М. принято решение о разделе земельного участка, принадлежащего обществу, на 13 земельных участков, на одном из которых находятся возведенные застройщиком многоквартирные дома.
Впоследствии 12 вновь образованных земельных участков (за исключением земельного участка, на котором размещены многоквартирные дома) были проданы индивидуальным предпринимателям Г., Е. и К.
Истцы полагали, что в связи с государственной регистрацией права собственности на объект долевого строительства у них возникло право общей долевой собственности на общее имущество, в том числе на исходный земельный участок. Следовательно, ЗАО “Трансстрой” не вправе было принимать решение о разделе данного земельного участка без согласия собственников помещений многоквартирного дома.
Решением суда первой инстанции исковые требования удовлетворены.
Апелляционным определением суда апелляционной инстанции решение суда первой инстанции отменено, по делу принято новое решение, которым в удовлетворении исковых требований отказано.
Определением судебной коллегии по гражданским делам кассационного суда общей юрисдикции апелляционное определение оставлено без изменения.
Разрешая спор и удовлетворяя заявленные исковые требования, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что с момента регистрации П. права собственности на квартиру в Едином государственном реестре недвижимости у ЗАО “Трансстрой” прекратилось право собственности на исходный земельный участок, а также возникло право общей долевой собственности на земельный участок у всех сособственников помещений в многоквартирных домах. ЗАО “Трансстрой” незаконно произвело его раздел на другие земельные участки без согласия собственников помещений в многоквартирном доме жилого комплекса, что свидетельствует о недействительности такого раздела и последующих сделок купли-продажи.
Отменяя решение суда первой инстанции и принимая новое решение об отказе в удовлетворении исковых требований, суд апелляционной инстанции исходил из того, что собственники помещений в многоквартирных домах в органы государственной власти или органы местного самоуправления с заявлением об образовании земельных участков для эксплуатации жилых домов не обращались. Право общей долевой собственности на земельный участок у каждого из собственников помещений в многоквартирном жилом доме возникает только в отношении земельного участка, на котором непосредственно располагается соответствующий многоквартирный дом, тогда как сведений о формировании земельного участка под каждым из семи многоквартирных домов не представлено.
Кассационный суд общей юрисдикции согласился с выводами суда апелляционной инстанции.
Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ, рассмотрев дело 22 ноября 2022 г., не согласилась с выводами судов апелляционной и кассационной инстанций и указала на допущенные судами нарушения норм права, выразившиеся в следующем.
Положениями п. 4 ч. 1 ст. 36 ЖК РФ предусмотрено, что земельный участок, на котором расположен многоквартирный дом, принадлежит на праве общей долевой собственности собственникам помещений в этом доме и относится к общему имуществу многоквартирного дома.
В соответствии с ч. 5 ст. 16 Федерального закона от 30 декабря 2004 г. № 214-ФЗ “Об участии в долевом строительстве многоквартирных домов и иных объектов недвижимости и о внесении изменений в некоторые законодательные акты Российской Федерации” у участника долевой собственности при возникновении права собственности на объект долевого строительства одновременно возникает доля в праве собственности на общее имущество в многоквартирном доме, которая не может быть отчуждена или передана отдельно от права собственности на объект долевого строительства. Государственная регистрация возникновения права собственности на объект долевого строительства одновременно является государственной регистрацией неразрывно связанного с ним права общей долевой собственности на общее имущество.
Аналогичная норма была предусмотрена в п. 2 ст. 23 Федерального закона от 21 июля 1997 г. № 122-ФЗ “О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним” в редакции, действовавшей на момент регистрации права собственности П.
Согласно п. 136 Правил ведения Единого государственного реестра прав на недвижимое имущество и сделок с ним, состава номера регистрации, утвержденных приказом Минэкономразвития России от 23 декабря 2013 г. № 765 (в аналогичной редакции), при внесении в Единый государственный реестр прав первой записи о государственной регистрации права на жилое или нежилое помещение, входящее в состав введенного в эксплуатацию многоквартирного дома и (или) иного объекта недвижимости, строительство (создание) которого осуществлялось с привлечением денежных средств участников долевого строительства, запись о государственной регистрации права собственности застройщика на земельный участок погашается на основании разрешения на ввод в эксплуатацию многоквартирного дома.
Правила ч. 1 ст. 16 Федерального закона от 29 декабря 2004 г. № 189-ФЗ “О введении в дей- ствие Жилищного кодекса Российской Федерации” и ч. 1 ст. 36 ЖК РФ с учетом разъяснений, изложенных в п. 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 25 января 2013 г. № 13 “О внесении дополнений в постановление Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.11.2011 № 73 “Об отдельных вопросах практики применения правил Гражданского кодекса Российской Федерации о договоре аренды”, предусматривают, что с момента регистрации права собственности первого лица на любое из помещений в многоквартирном доме соответствующий земельный участок поступает в долевую собственность собственников помещений в многоквартирном доме, а договор аренды этого участка прекращается на основании ст. 413 ГК РФ независимо от того, в частной или в публичной собственности находился переданный в аренду земельный участок. Возможные споры между прежним собственником земельного участка (арендодателем) и застройщиком (арендатором) не могут затрагивать права собственников помещений в многоквартирном жилом доме на соответствующий земельный участок.
При этом согласно п. 136 вышеназванных Правил ведения Единого государственного реестра прав на недвижимое имущество и сделок с ним, состава номера регистрации (в редакции на дату регистрации права собственности П.) при внесении в Единый государственный реестр прав первой записи о государственной регистрации права на жилое или нежилое помещение, входящее в состав введенного в эксплуатацию многоквартирного дома и (или) иного объекта недвижимости, строительство (создание) которого осуществлялось с привлечением денежных средств участников долевого строительства (права участника долевого строительства на объект долевого строительства или права застройщика на указанное помещение), запись о государственной регистрации права собственности застройщика на земельный участок погашается на основании разрешения на ввод в эксплуатацию многоквартирного дома.
Таким образом, государственная регистрация права хотя бы одного собственника помещения в многоквартирном доме и одновременная государственная регистрация неразрывно связанного с ним права общей долевой собственности на общее имущество многоквартирного дома, в том числе на земельный участок, являются юридическим актом подтверждения и признания государством возникновения прав собственников помещений в многоквартирном доме на указанное имущество, в том числе на земельный участок.
В силу п. 4 ст. 112 ЗК РФ (в редакции на дату раздела исходного земельного участка) образование земельных участков допускается при наличии в письменной форме согласия землепользователей, землевладельцев, арендаторов, залогодержателей земельных участков, из которых при разделе, объединении, перераспределении или выделе образуются земельные участки.
Указанные нормы закона при разрешении настоящего спора судом апелляционной инстанции и кассационным судом общей юрисдикции не учтены.
Судами оставлено без внимания, что раздел исходного земельного участка осуществлен застройщиком и собственником земельного участка — ЗАО “Трансстрой” — без согласования с собственниками жилых помещений, расположенных на данном участке многоквартирных домов, при этом сделан ошибочный вывод об отсутствии нарушения прав истцов на земельный участок в связи с тем, что земельные участки для эксплуатации каждого многоквартирного дома не сформированы и не поставлены на кадастровый учет. Между тем отсутствие такого учета не может быть расценено в качестве возможности застройщика произвольно и по своему усмотрению осуществлять преобразование исходного участка без соблюдения прав и законных интересов лиц, чьими правами данный участок обременен.
Выводы суда апелляционной инстанции о необоснованности заявленных истцами требований сделаны без проверки соответствия отведенного под многоквартирными жилыми домами земельного участка нормативам градостроительного проектирования и межевания с учетом положений ст.ст. 38, 43 ГрК РФ.
Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ отменила апелляционное определение суда апелляционной инстанции и определение судебной коллегии по гражданским делам кассационного суда общей юрисдикции и направила дело на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции.
ПО ЭКОНОМИЧЕСКИМ СПОРАМ 1. Коммунальная услуга по отоплению оплачивается собственником нежилого помещения в многоквартирном доме по общему правилу вне зависимости от наличия или отсутствия теплопотребляющих установок (радиаторов отопления), если отопление помещения происходит за счет теплоотдачи транзитных стояков либо иных конструкций многоквартирного дома, через которые в это помещение поступает тепловая энергия Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 6 февраля 2023 г. № 305-ЭС22-17260 ( И з в л е ч е н и е ) Между энергоснабжающей организацией (предприятие) и предпринимателем заключен договор теплоснабжения от 1 марта 2019 г. в отношении принадлежащих предпринимателю помещений площадью 612,75 кв.м, расположенных в многоквартирном доме (далее — МКД). Кроме того, предпринимателю на праве собственности принадлежат помещения, расположенные в том же МКД, общей площадью 1491,8 кв.м.
Указанные в договоре теплоснабжения помещения общей площадью 612,75 кв.м расположены на первом этаже МКД и заняты магазином, остальная часть принадлежащих предпринимателю площадей относится к подвальным помещениям, через которые проходят транзитные трубопроводы системы теплоснабжения МКД.
В ходе проведения предприятием проверки состояния объектов сетевого хозяйства выявлен факт бездоговорного потребления тепловой энергии в принадлежащем предпринимателю нежилом помещении, о чем составлен акт.
Ссылаясь на уклонение предпринимателя от оплаты потребленной тепловой энергии, предприятие обратилось в арбитражный суд с иском.
Решением арбитражного суда первой инстанции, оставленным без изменения постановлениями судов апелляционной и кассационной инстанций, в удовлетворении исковых требований отказано.
Суды исходили из того, что транзитные трубопроводы, расположенные в спорном подвальном помещении, не относятся к отопительным приборам, в связи с чем пришли к выводу об отсутствии в действиях потребителя признаков, необходимых для квалификации потребления тепловой энергии как бездоговорного.
Признав правоотношения сторон, начиная с 1 марта 2019 г., подпадающими под действие договора теплоснабжения, согласно которому предприниматель обязан оплатить предприятию фактически принятое количество тепловой энергии, отраженное в актах приема-передачи тепловой энергии и выставленных счетах, суды пришли к выводу о необоснованном расчете потребления на основании составленного акта и отказали в иске.
Судебная коллегия по экономическим спорам Верховного Суда РФ 6 февраля 2023 г. отменила состоявшиеся по делу судебные акты и направила дело на новое рассмотрение в арбитражный суд первой инстанции, указав следующее.
В силу ст. 544 ГК РФ оплата энергии производится за фактически принятое абонентом количество энергии в соответствии с данными учета энергии, если иное не предусмотрено законом, иными правовыми актами или соглашением сторон.
При проведении предприятием обследования помещения выявлено наличие в нем радиаторов, регистров отопления, а также трубопровода отопления с нарушенной изоляцией. Предприниматель не оспаривал нарушение изоляции трубопроводов, указывая лишь на то, что они являются общедомовым имуществом и не относятся к отопительным элементам помещения.
В состав общего имущества, принадлежащего на праве общей долевой собственности собственникам помещений в многоквартирном доме, включается внутридомовая система отопления, состоящая из стояков, обогревающих элементов, регулирующей и запорной арматуры, коллективных (общедомовых) приборов учета тепловой энергии, а также другого оборудования, расположенного на этих сетях (п. 6 Правил содержания общего имущества в многоквартирном доме, утвержденных постановлением Правительства РФ от 13 августа 2006 г. № 491), с помощью которой в МКД поддерживаются на заданном уровне нормативные параметры воздухообмена, температура воздуха в помещениях и комфортные условия проживания, а само здание защищается от негативного влияния температуры окружающей среды и влажности.
Предполагается, что собственники и иные законные владельцы помещений МКД, обеспеченного внутридомовой системой отопления, подключенной к централизованным сетям теплоснабжения, потребляют тепловую энергию на обогрев принадлежащих им помещений через систему отопления, к элементам которой, применительно к отдельному помещению, расположенному внутри МКД, помимо отопительных приборов относятся полотенцесушители, разводящий трубопровод и стояки внутридомовой системы теплоснабжения, проходящие транзитом через такие помещения, а также ограждающие конструкции, в том числе плиты перекрытий и стены, граничащие с соседними помещениями и через которые в это помещение поступает теплота (“ГОСТ Р 56501-2015. Национальный стандарт Российской Федерации. Услуги жилищно-коммунального хозяйства и управления многоквартирными домами.
Услуги содержания внутридомовых систем теплоснабжения, отопления и горячего водоснабжения многоквартирных домов. Общие требования”, утвержден и введен в действие приказом Росстандарта от 30 июня 2015 г. № 823-ст).
Указанная презумпция может быть опровергнута отсутствием фактического потребления тепловой энергии, обусловленным, в частности, согласованным в установленном порядке демонтажем системы отопления помещения с переходом на иной вид теплоснабжения и надлежащей изоляцией проходящих через помещение элементов внутридомовой системы, а также изначальным отсутствием в помещении элементов системы отопления (неотапливаемое помещение).
Таким образом, коммунальная услуга по отоплению оплачивается собственником нежилого помещения в МКД по общему правилу вне зависимости от наличия или отсутствия теплопотребляющих установок (радиаторов отопления), если отопление помещения происходит за счет теплоотдачи транзитных стояков либо иных конструкций МКД, через которые в это помещение поступает тепловая энергия.
В этом случае освобождение собственника спорных помещений, входящих в тепловой контур многоквартирного дома, от оплаты услуги по отоплению увеличивает бремя расходов на отопление остальных собственников помещений, в том числе за счет тепловой энергии (потерь), поступившей на обогрев помещения с нарушенной изоляцией трубопровода отопления.
Суды поддержали довод о том, что транзитные трубопроводы, расположенные в подвальном помещении, являются составляющей системы теплоснабжения всего МКД и при отсутствии подключенных к сети радиаторов отопления их нельзя рассматривать в качестве отопительных приборов, через которые поставляется тепловая энергия для ответчика.
Такие выводы, как и квалификация заявленного искового требования о взыскании стоимости бездоговорного потребления при отсутствии в нем указаний на это и на применение повышающего коэффициента, являются ошибочными, поскольку противоречат действующему нормативному регулированию и не соответствуют содержанию искового заявления и приложенных к нему документов.
При таких обстоятельствах у судов отсутствовали основания для освобождения собственника спорного помещения, входящего в тепловой контур МКД, от оплаты оказанной истцом услуги по отоплению. 2. При таможенном декларировании товара (воздушного судна с подменными двигателями), ранее вывезенного для переработки вне таможенной территории Евразийского экономического союза, сумма подлежащих уплате таможенных платежей определяется исходя из стоимости работ по техническому обслуживанию, включая фактически понесенные расходы за пользование подменными двигателями Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 18 января 2023 г. № 305-ЭС22-17673 ( И з в л е ч е н и е ) Между государственной корпорацией и иностранным обществом заключен договор на техническое обслуживание воздушных судов. С целью проведения технического обслуживания самолета гражданской авиации государственная корпорация, осуществляющая эксплуатацию воздушного судна, поместила указанный товар под таможенную процедуру “переработка вне таможенной территории”.
Впоследствии для завершения данной таможенной процедуры воздушное судно помещено под таможенную процедуру “выпуск для внутреннего потребления”. Таможенная стоимость определена государственной корпорацией исходя из стоимости операций по переработке вне таможенной территории.
По результатам проверки таможенным органом выяснено, что до возвращения воздушного судна на территорию Российской Федерации, в ходе проведенного иностранной компанией технического обслуживания, ранее установленные на воздушное судно двигатели заменены на подменные двигатели.
На основании выводов о том, что указанные двигатели являются иностранным товаром и при их ввозе на таможенную территорию Евразийского экономического союза (далее — ЕАЭС) они должны помещаться под определенную таможенную процедуру либо самостоятельно, либо в составе иного товара (в данном случае воздушного судна) с применением установленных условий и уплатой таможенных платежей, однако данные действия не были выполнены государственной корпорацией, таможенный орган доначислил государственной корпорации таможенные платежи, определенные на основании информации о стоимости двигателей.
Не согласившись с решением таможенного органа, государственная корпорация обратилась в суд с заявлением о признании его незаконным.
Решением суда первой инстанции, оставленным без изменения постановлениями судов апелляционной и кассационной инстанций, в удовлетворении заявленных требований отказано.
Судебная коллегия Верховного Суда РФ 18 января 2023 г. отменила принятые судебные акты, исходя из следующего.
На основании п. 1 ст. 127 Таможенного кодекса ЕАЭС (далее — Таможенный кодекс, Кодекс) товары, перемещаемые через таможенную границу ЕАЭС, для нахождения и использования на таможенной территории ЕАЭС, вывоза с таможенной территории ЕАЭС и (или) нахождения и использования за пределами таможенной территории ЕАЭС подлежат помещению под таможенные процедуры.
Согласно п. 1 ст. 176 Кодекса в рамках таможенной процедуры переработки вне таможенной территории товары ЕАЭС вывозятся с таможенной территории ЕАЭС в целях получения в результате совершения операций по переработке вне таможенной территории ЕАЭС продуктов их переработки, предназначенных для последующего ввоза на таможенную территорию ЕАЭС, без уплаты в отношении таких товаров ЕАЭС вывозных таможенных пошлин.
В силу ст. 179 Кодекса операции по переработке вне таможенной территории ЕАЭС включают в себя: переработку или обработку товаров; изготовление товаров, включая монтаж, сборку, разборку и подгонку; ремонт товаров, включая их восстановление, замену составных частей, модернизацию.
В соответствии с подп. 1, 2 ст. 186 Таможенного кодекса при помещении продуктов переработки под таможенную процедуру выпуска для внутреннего потребления ввозные таможенные пошлины исчисляются исходя из стоимости операций по переработке вне таможенной территории ЕАЭС. Стоимость указанных операций определяется как совокупность фактически понесенных расходов на операции по переработке (ремонту) и на иностранные товары, использованные в процессе переработки (ремонта), если они не включены в расходы на операции по переработке (ремонту).
Из приведенных положений таможенного законодательства следует, что при ввозе и выпуске для внутреннего потребления товара, ранее вывезенного для переработки, в том числе для ремонта (замены составных частей), в качестве таможенной стоимости принимается не стоимость самого товара, а стоимость его переработки, отражающая экономическую ценность произведенных в товаре улучшений.
Государственная корпорация последовательно указывала, что двигатели являлись подменными, т.е. были установлены на воздушное суд- 7-БВС № 1 но в рамках проведения его технического обслуживания на временной основе до возвращения из ремонта первоначально установленных двигателей.
Использование подменных двигателей являлось одним из этапов комплекса технологических операций и организационных действий по восстановлению исправности авиадвигателей.
При помещении под таможенную процедуру выпуска для внутреннего потребления по декларации выполнена корректировка декларации на товары, принятая уполномоченным таможенным органом, и оплачен НДС (учтены расходы за использование подменных двигателей).
Вышеуказанные доводы государственной корпорации по существу не были опровергнуты таможенным органом и не получили надлежащей оценки в судебных актах.
Между тем они имеют значение для правильного рассмотрения дела, поскольку могут свидетельствовать о том, что в действительности государственной корпорацией не допущено нарушения таможенного законодательства при декларировании воздушного судна, а подход таможенного органа к доначислению таможенных платежей применительно к предполагаемому нарушению носил произвольный характер и привел к взысканию сумм, явно несоразмерных действительному экономическому смыслу операций.
С учетом изложенного судебные акты судов первой, апелляционной и кассационной инстанций отменены, а дело направлено на новое рассмотрение.
ПО АДМИНИСТРАТИВНЫМ ДЕЛАМ 1. Оспариваемые частично пп. 20, 25 Порядка ведения реестров адвокатов субъектов Российской Федерации, утвержденного приказом Минюста России от 23 апреля 2014 г. № 85, признаны не противоречащими федеральному законодательству Решение Верховного Суда РФ от 7 ноября 2022 г. № АКПИ22-853, оставленное без изменения определением Апелляционной коллегии Верховного Суда РФ от 9 февраля 2023 г. № АПЛ22-670 2. Оспариваемый частично п. 41 Федеральных авиационных правил “Аварийно-спасательное обеспечение полетов воздушных судов”, утвержденных приказом Минтранса России от 26 ноября 2020 г. № 517, признан не противоречащим федеральному законодательству Решение Верховного Суда РФ от 23 сентября 2022 г. № АКПИ22-652, оставленное без изменения определением Апелляционной коллегии Верховного Суда РФ от 12 января 2023 г. № АПЛ22-568 3. Оспариваемый частично п. 9 Правил оказания услуг и выполнения работ, необходимых для обеспечения надлежащего содержания общего имущества в многоквартирном доме, утвержденных постановлением Правительства РФ от 3 апреля 2013 г. № 290, приказ Минстроя России от 26 октября 2015 г. № 761/пр “Об утверждении формы акта приемки оказанных услуг и (или) выполненных работ по содержанию и текущему ремонту общего имущества в многоквартирном доме” признаны не противоречащими федеральному законодательству Решение Верховного Суда РФ от 18 октября 2022 г. № АКПИ22-661, вступившее в законную силу 4. Пункт 27 Положения об особенностях режима рабочего времени и времени отдыха членов экипажей воздушных судов гражданской авиации Российской Федерации, утвержденного приказом Минтранса России от 21 ноября 2005 г. № 139, признан не противоречащим федеральному законодательству Решение Верховного Суда РФ от 19 октября 2022 г. № АКПИ22-708, вступившее в законную силу 5. Оспариваемая частично номенклатура медицинских услуг, утвержденная приказом Минздрава России от 13 октября 2017 г. № 804н, признана не противоречащей федеральному законодательству Решение Верховного Суда РФ от 19 октября 2022 г. № АКПИ22-719, оставленное без изменения определением Апелляционной коллегии Верховного Суда РФ от 26 января 2023 г. № АПЛ22-611 6. Пункт 7 Порядка проведения медицинского освидетельствования на состояние опьянения (алкогольного, наркотического или иного токсического), утвержденного приказом Минздрава России от 18 декабря 2015 г. № 933н, признан не противоречащим федеральному законодательству Решение Верховного Суда РФ от 15 марта 2023 г. № АКПИ23-17, вступившее в законную силу 7. Оспариваемый частично п. 29 Основ ценообразования в сфере водоснабжения и водоотведения, утвержденных постановлением Правительства РФ от 13 мая 2013 г. № 406 “О государственном регулировании тарифов в сфере водоснабжения и водоотведения”, признан не противоречащим федеральному законодательству Решение Верховного Суда РФ от 14 марта 2023 г. № АКПИ23-30, вступившее в законную силу 8. Оспариваемые частично пп. 22, 165, 166, 239, 240 и 241 Административного регламента Министерства внутренних дел Российской Федерации по предоставлению государственной услуги по оформлению и выдаче паспортов гражданина Российской Федерации, удостоверяющих личность гражданина Российской Федерации за пределами территории Российской Федерации, утвержденного приказом МВД России от 31 марта 2021 г. № 186, признаны не противоречащими федеральному законодательству Решение Верховного Суда РФ от 8 февраля 2023 г. № АКПИ22-1022, оставленное без изменения определением Апелляционной коллегии Верховного Суда РФ от 25 мая 2023 г. № АПЛ23-154 9. Абзац 4 п. 60 требований к подготовке межевого плана и состава содержащихся в нем сведений, утвержденных приказом Росреестра от 14 декабря 2021 г. № П/0592, признан не противоречащим федеральному законодательству Решение Верховного Суда РФ от 15 февраля 2023 г. № АКПИ22-1293, оставленное без изменения определением Апелляционной коллегии Верховного Суда РФ от 25 мая 2023 г. № АПЛ23-143 10. Оспариваемый частично абз. 4 п. 6.1.3 Порядка проведения торгов в электронной форме по продаже имущества или предприятия должников в ходе процедур, применяемых в деле о банкротстве, утвержденного приказом Минэкономразвития России от 23 июля 2015 г. № 495, признан не противоречащим федеральному законодательству Решение Верховного Суда РФ от 2 февраля 2023 г. № АКПИ22-1035, оставленное без изменения определением Апелляционной коллегии Верховного Суда РФ от 18 апреля 2023 г. № АПЛ23-118 11. Распоряжение Правительства РФ от 18 января 2023 г. № 55-р признано не противоречащим федеральному законодательству Решение Верховного Суда РФ от 5 июня 2023 г. № АКПИ23-307, вступившее в законную силу 12. Оспариваемый частично п. 45 Порядка осуществления весового и габаритного контроля транспортных средств, утвержденного приказом Минтранса России от 31 августа 2020 г. № 348, признан не противоречащим федеральному законодательству Решение Верховного Суда РФ от 29 марта 2023 г. № АКПИ23-91, вступившее в законную силу 13. Оспариваемые частично абз. 3 и 4 п. 48 Правил подключения (технологического присоединения) газоиспользующего оборудования и объектов капитального строительства к сетям газораспределения, утвержденных постановлением Правительства РФ от 13 сентября 2021 г. № 1547, признаны не противоречащими федеральному законодательству Решение Верховного Суда РФ от 23 мая 2023 г. № АКПИ23-181, вступившее в законную силу 14. Подпункт 12 п. 3 изменений, которые вносятся в акты Правительства Российской Федерации по вопросам совершенствования организации учета электрической энергии, утвержденных постановлением Правительства РФ от 29 июня 2020 г. № 950, признан не противоречащим федеральному законодательству Решение Верховного Суда РФ от 28 марта 2023 г. № АКПИ23-100, оставленное без изменения определением Апелляционной коллегии Верховного Суда РФ от 11 июля 2023 г. № АПЛ23-195 15. Оспариваемые частично п. 820 Правил обращения с твердыми коммунальными отходами и п. 27 формы типового договора на оказание услуг по обращению с твердыми коммунальными отходами, утвержденных постановлением Правительства РФ от 12 ноября 2016 г. № 1156, признаны не противоречащими федеральному законодательству Решение Верховного Суда РФ от 4 апреля 2023 г. № АКПИ23-85, вступившее в законную силу 16. Пункты 110—129 Перечня охраняемых объектов подразделениями федерального государственного унитарного предприятия “Управление ведомственной охраны Министерства транспорта Российской Федерации”, утвержденного приказом Минтранса России от 3 августа 2016 г. № 222, признаны не противоречащими федеральному законодательству Решение Верховного Суда РФ от 19 апреля 2023 г. № АКПИ23-123, вступившее в законную силу 17. Оспариваемый частично п. 8.3 порядка заполнения налогового расчета о суммах выплаченных иностранным организациям доходов и удержанных налогов и приложение № 2 к данному порядку, утвержденного приказом ФНС России от 2 марта 2016 г. № ММВ-7-3/115@, признаны не противоречащими федеральному законодательству Решение Верховного Суда РФ от 30 марта 2023 г. № АКПИ23-19, вступившее в законную силу 18. Оспариваемые частично пп. 9, 10 Инструкции о порядке представления результатов оперативно-розыскной деятельности органу дознания, следователю или в суд, утвержденной приказом МВД России, Минобороны России, ФСБ России, ФСО России, ФТС России, СВР России, ФСИН России, ФСКН России, СК России от 27 сентября 2013 г. № 776/703/509/507/1820/42/535/398/68, признаны не противоречащими федеральному законодательству Решение Верховного Суда РФ от 18 мая 2023 г. № АКПИ23-241, вступившее в законную силу 19. Оспариваемый частично п. 7 приложения № 8 к Административному регламенту Министерства внутренних дел Российской Федерации по предоставлению государственной услуги по проведению экзаменов на право управления транспортными средствами и выдаче водительских удостоверений, утвержденному приказом МВД России от 20 февраля 2021 г. № 80, признан не противоречащим федеральному законодательству Решение Верховного Суда РФ от 6 апреля 2023 г. № АКПИ23-130, оставленное без изменения определением Апелляционной коллегии Верховного Суда РФ от 22 июня 2023 г. № АПЛ23-209 ПО УГОЛОВНЫМ ДЕЛАМ 1. Назначая наказание, суд кассационной инстанции, вопреки требованиям ч. 1 ст. 10 УК РФ, оставил без внимания подлежащие применению изменения, внесенные в ч. 1 ст. 62 УК РФ Федеральным законом от 29 июня 2009 г. № 141-ФЗ, улучшающие положение осужденного Постановление Президиума Верховного Суда РФ от 16 ноября 2022 г. № 120-П22ПР ( И з в л е ч е н и е ) По приговору Верховного суда Республики Башкортостан от 8 июня 2009 г. З. осужден: по п. “г” ч. 2 ст. 161 УК РФ к трем годам лишения свободы, по ч. 3 ст. 30, п. “в” ч. 2 ст. 131 УК РФ — к пяти годам шести месяцам лишения свободы, по п. “к” ч. 2 ст. 105 УК РФ — к четырнадцати годам лишения свободы, по ч. 1 ст. 158 УК РФ — к одному году шести месяцам лишения свободы, по пп. “а”, “б” ч. 2 ст. 158 УК РФ — к двум годам лишения свободы. На основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений ему назначено восемнадцать лет лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.
Кассационным определением Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 9 сентября 2009 г. приговор изменен: назначенное З. наказание по ч. 1 ст. 158 УК РФ смягчено до одного года лишения свободы; на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений, предусмотренных п. “г” ч. 2 ст. 161, ч. 3 ст. 30, п. “в” ч. 2 ст. 131, п. “к” ч. 2 ст. 105, ч. 1 ст. 158, пп. “а”, “б” ч. 2 ст. 158 УК РФ, ему назначено семнадцать лет шесть месяцев лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.
Постановлением Салаватского городского суда Республики Башкортостан от 1 сентября 2011 г. приговор в соответствии с п. 13 ст. 397, ст. 399 УПК РФ изменен, действия З. переквалифицированы с ч. 1 ст. 158 УК РФ на ч. 1 ст. 158 УК РФ (в ред. Федерального закона от 7 марта 2011 г. № 26-ФЗ), по которой назначено одиннадцать месяцев лишения свободы, с пп. “а”, “б” ч. 2 ст. 158 УК РФ на пп. “а”, “б” ч. 2 ст. 158 УК РФ (в ред.
Федерального закона от 7 марта 2011 г. № 26-ФЗ), по которой назначен один год одиннадцать месяцев лишения свободы, с п. “г” ч. 2 ст. 161 УК РФ на п. “г” ч. 2 ст. 161 УК РФ (в ред. Федерального закона от 7 марта 2011 г. № 26-ФЗ), по которой назначено два года одиннадцать месяцев лишения свободы. На основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений З. назначено семнадцать лет три месяца лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.
Постановлением Салаватского городского суда Республики Башкортостан от 29 мая 2013 г. (оставленным без изменения судом апелляционной инстанции) приговор в соответствии с п. 13 ст. 397, ст. 399 УПК РФ изменен, по ч. 1 ст. 158 УК РФ, с учетом ранее внесенных в приговор изменений, а также с применением ч. 2 ст. 15 УК РФ (в ред. Федерального закона от 7 декабря 2011 г. № 420-ФЗ) З. назначено одиннадцать месяцев исправительных работ с удержанием 15% из заработной платы в доход государства. На основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний З. назначено семнадцать лет лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.
Постановлением Салаватского городского суда Республики Башкортостан от 17 сентября 2019 г. приговор в соответствии с п. 13 ст. 397, ст. 399 УПК РФ изменен, назначенное З. наказание по пп. “а”, “б” ч. 2 ст. 158 УК РФ (в ред. Федерального закона от 7 декабря 2011 г. № 420-ФЗ) смягчено до одного года десяти месяцев лишения свободы, по п. “г” ч. 2 ст. 161 УК РФ (в ред. Федерального закона от 7 декабря 2011 г. № 420-ФЗ) — до двух лет десяти месяцев лишения свободы, на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений — до шестнадцати лет десяти месяцев лишения свободы.
Заместитель Генерального прокурора РФ в надзорном представлении поставил вопрос о пересмотре судебных решений в части наказания, назначенного З. по ч. 3 ст. 30, п. “в” ч. 2 ст. 131 УК РФ, а также на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений.
Президиум Верховного Суда РФ 16 ноября 2022 г. признал изложенные в надзорном представлении доводы обоснованными, указав следующее.
В силу ч. 1 ст. 60 УК РФ лицу, признанному виновным в совершении преступления, назначается справедливое наказание в пределах, преду- смотренных соответствующей статьей Особенной части, и с учетом положений Общей части Уголовного кодекса РФ.
Как усматривается из приговора, суд признал смягчающими наказание З. обстоятельствами явку с повинной и активное способствование раскрытию преступлений (п. “и” ч. 1 ст. 61 УК РФ), с учетом которых при отсутствии отягчающих наказание обстоятельств назначил ему наказание, в том числе по ч. 3 ст. 30, п. “в” ч. 2 ст. 131 УК РФ, с применением ст. 62 УК РФ (в ред. Федерального закона от 13 июня 1996 г. № 63-ФЗ).
Согласно ст. 62 УК РФ (в ред. Федерального закона от 13 июня 1996 г. № 63-ФЗ, действовавшего на момент совершения преступления) при наличии смягчающих обстоятельств, предусмотренных пп. “и” и “к” ч. 1 ст. 61 УК РФ, и отсутствии отягчающих обстоятельств срок или размер наказания не могут превышать трех четвертей максимального срока или размера наказания, предусмотренного соответствующей статьей Особенной части Уголовного кодекса РФ.
Эти требования закона при постановлении приговора были соблюдены.
Между тем на момент рассмотрения уголовного дела в кассационном порядке ст. 62 УК РФ действовала в редакции Федерального закона от 29 июня 2009 г. № 141-ФЗ.
В соответствии с ч. 1 ст. 62 УК РФ (в ред. Федерального закона от 29 июня 2009 г. № 141-ФЗ) при наличии смягчающих обстоятельств, предусмотренных пп. “и” и (или) “к” ч. 1 ст. 61 УК РФ, и отсутствии отягчающих обстоятельств срок или размер наказания не могут превышать двух третей максимального срока или размера наиболее строгого вида наказания, предусмотренного соответствующей статьей Особенной части Уголовного кодекса РФ.
При назначении наказания за неоконченное преступление указанные сроки или размеры наказания исчисляются от максимального срока или размера наиболее строгого вида наказания, которое может быть назначено с учетом правил чч. 2, 3 ст. 66 УК РФ.
Следовательно, с учетом требований ч. 1 ст. 62 УК РФ (в ред. Федерального закона от 29 июня 2009 г. № 141-ФЗ), которая в силу ч. 1 ст. 10 УК РФ подлежала применению судом кассационной инстанции, З. по ч. 3 ст. 30, п. “в” ч. 2 ст. 131 УК РФ не может быть назначено наказание, превышающее пять лет лишения свободы.
Однако за указанное неоконченное преступление З. назначено пять лет шесть месяцев лишения свободы.
Таким образом, ввиду неприменения судом кассационной инстанции уголовного закона, улучшающего положение осужденного, З. по ч. 3 ст. 30, п. “в” ч. 2 ст. 131 УК РФ назначено наказание, не отвечающее требованиям ч. 1 ст. 60 УК РФ, поэтому оно подлежит смягчению с учетом требований ч. 1 ст. 62 УК РФ (в ред. Федерального закона от 29 июня 2009 г. № 141-ФЗ), а также других обстоятельств, указанных в приговоре.
Кроме того, судом кассационной инстанции при пересмотре приговора в части наказания, назначенного З. по ч. 1 ст. 158 УК РФ, не учтены требования ст. 78 УК РФ.
В соответствии с п. “а” ч. 1 ст. 78 УК РФ лицо освобождается от уголовной ответственности, если со дня совершения преступления небольшой тяжести истекло два года.
Учитывая, что указанное преступление небольшой тяжести З. совершил 2 августа 2007 г. и к моменту рассмотрения уголовного дела в кассационном порядке, 9 сентября 2009 г., прошло более двух лет, З. подлежал освобождению от наказания по ч. 1 ст. 158 УК РФ на основании п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ в связи с истечением срока давности уголовного преследования.
Указанные существенные нарушения уголовного закона повлияли также на назначение З. справедливого наказания по правилам ч. 3 ст. 69 УК РФ.
С учетом изложенного Президиум Верховного Суда РФ приговор, кассационное определение и последующие судебные решения в отношении З. изменил: смягчил наказание по ч. 3 ст. 30, п. “в” ч. 2 ст. 131 УК РФ до четырех лет десяти месяцев лишения свободы; освободил З. от наказания по ч. 1 ст. 158 УК РФ на основании п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ в связи с истечением срока давности уголовного преследования; на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений, предусмотренных п. “г” ч. 2 ст. 161 УК РФ (в ред. Федерального закона от 7 декабря 2011 г. № 420-ФЗ), пп. “а”, “б” ч. 2 ст. 158 УК РФ (в ред. Федерального закона от 7 декабря 2011 г. № 420-ФЗ), ч. 3 ст. 30, п. “в” ч. 2 ст. 131, п. “к” ч. 2 ст. 105 УК РФ, назначил шестнадцать лет шесть месяцев лишения свободы в исправительной колонии строгого режима. 2. Суд кассационной инстанции ошибочно переквалифицировал действия осужденной на незаконные приобретение и хранение без цели сбыта наркотических средств без учета имеющихся в материалах дела и получивших надлежащую оценку со стороны судов первой и апелляционной инстанций доказательств, свидетельствующих об умысле на сбыт наркотических средств Определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 11 января 2022 г. № 5-УДП21-143-К2 ( И з в л е ч е н и е ) По приговору Тимирязевского районного суда г. Москвы от 28 ноября 2019 г. (с учетом внесенных судом апелляционной инстанции изменений) И. осуждена по ч. 3 ст. 30, п. “г” ч. 4 ст. 2281 УК РФ к десяти годам лишения свободы в исправительной колонии общего режима.
Кассационным определением судебной коллегии по уголовным делам Второго кассационного суда общей юрисдикции от 7 октября 2021 г. приговор и апелляционное определение в отношении И. изменены: действия переквалифицированы с ч. 3 ст. 30, п. “г” ч. 4 ст. 2281 УК РФ на ч. 2 ст. 228 УК РФ, по которой назначено шесть лет шесть месяцев лишения свободы в исправи- тельной колонии общего режима. Также определено указать в резолютивной части приговора на исчисление срока отбывания наказания со дня вступления приговора в законную силу, т.е. с 2 июня 2020 г., и в соответствии с ч. 32 ст. 72 УК РФ зачесть И. в срок лишения свободы время ее задержания в порядке ст.ст. 91, 92 УПК РФ с 12 по 15 марта 2018 г. и содержания под стражей в период с 15 марта 2018 г. до вступления приговора в законную силу из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии общего режима.
Заместитель Генерального прокурора РФ в кассационном представлении поставил вопрос об отмене кассационного определения в связи с необоснованностью вывода суда кассационной инстанции об отсутствии доказательств, свидетельствующих об умысле И. на сбыт наркотического средства, и квалификации ее действий, связанных с незаконным оборотом наркотических средств, как незаконные приобретение и хранение наркотических средств без цели сбыта, т.е. в связи с неправильным применением судом кассационной инстанции уголовного закона. В кассационном представлении отмечалось также, что установленные судом первой инстанции фактические обстоятельства дела свидетельствуют об умысле И. на сбыт приобретенного ею наркотического средства, при этом наличие данного умысла у И. подтверждается значительным количеством изъятого у нее наркотического средства, его расфасовкой, удобной для последующего сбыта, оперативной информацией о причастности И. к распространению наркотических средств, показаниями осужденной и свидетеля Ю. о том, что факт распространения И. наркотических средств уже имел место в декабре 2017 г.
Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ 11 января 2022 г. кассационное определение отменила и передала уголовное дело на новое кассационное рассмотрение в тот же суд в ином составе суда, отметив следующее.
Суд первой инстанции указал в приговоре, что И., имея умысел на незаконный сбыт наркотических средств в крупном размере, 12 марта 2018 г. приобрела в подъезде дома сверток, обмотанный скотчем, в котором находился 51 сверток с веществом внутри каждого, общей массой 198,97 г, содержащим наркотическое средство — героин (диацетилморфин), 6-моноацетилморфин и ацетилкодеин. Вместе с тем преступный умысел И., направленный на незаконный сбыт наркотических средств, не был доведен до конца по независящим от нее обстоятельствам, так как в этот же день она была задержана сотрудниками полиции и в ходе ее личного досмотра наркотическое средство было изъято.
Действия И. квалифицированы судом первой инстанции по ч. 3 ст. 30, п. “г” ч. 4 ст. 2281 УК РФ как покушение на незаконный сбыт наркотических средств в крупном размере.
С данной юридической оценкой действий И. согласился и суд апелляционной инстанции.
Второй кассационный суд общей юрисдикции пришел к выводу о недоказанности умысла И. на незаконный сбыт наркотических средств и переквалифицировал ее действия на ч. 2 ст. 228 УК РФ как незаконные приобретение и хранение наркотических средств без цели сбыта, отметив в определении, что вывод суда о наличии у осужденной умысла на сбыт приобретенных ею наркотических средств основан лишь на показаниях сотрудников полиции и на рапорте начальника подразделения полиции о наличии у них оперативной информации об участии И. в сбыте наркотических средств, без указания на источник их осведомленности.
При этом суд кассационной инстанции также сослался на отсутствие в материалах оперативно-розыскной деятельности конкретных сведений, подтверждающих, что И. ранее участвовала в незаконном сбыте наркотических средств либо готовилась к сбыту.
Таким образом, суд кассационной инстанции, по существу, не согласился с оценкой доказательств, данной судом первой инстанции с точки зрения их достоверности, а также полноты их установления и достаточности для обоснования изложенных в приговоре выводов относительно фактических обстоятельств дела.
Между тем, как следует из содержания приговора, соответствующего требованиям ст.ст. 307, 308 УПК РФ, и протокола судебного заседания, судом первой инстанции были оценены в соответствии с требованиями ст. 88 УПК РФ все положенные в основу приговора доказательства в их совокупности, приведены мотивы, по которым одни доказательства признаны достоверными, другие отвергнуты, в том числе были оценены исследованные в судебном заседании показания осужденной, данные ею как в судебном заседании, так и в ходе предварительного расследования.
Так, в судебном заседании осужденная И. не отрицала, что согласилась на предложение мужчины по имени А. за денежное вознаграждение переложить наркотическое средство из одного места в другое.
Из показаний осужденной И. в ходе предварительного расследования следует, что осенью 2017 г. мужчина по имени А. предложил ей за денежное вознаграждение в размере 8000 руб. забирать из одного места “закладку” с наркотиком и перевозить в другое указанное им место, на что она согласилась. В декабре 2017 г. по указанию А. она забрала закладку с 20 пакетиками героина и разложила пакетики по названному им адресу.
О том, что И. и ранее по указанию А. перемещала наркотические средства из одного места в другое, свидетельствуют и показания Ю., которые он подтвердил в ходе очной ставки с осужденной.
Также в материалах дела, протоколе судебного заседания имеются пояснения свидетелей — сотрудников полиции о наличии оперативной информации о том, что И. 12 марта 2018 г. проследует в подъезд дома для незаконного приобретения наркотического средства в целях его дальнейшего сбыта, а не только с целью его приобретения. Тот факт, что вместе с И. не были задержаны иные лица, сведения о которых также посту- пили в оперативный отдел, не является основанием для вывода об отсутствии таких данных в отношении И.
Изложенные обстоятельства, имеющие существенное значение для принятия правильного решения по делу, в нарушение требований уголовно-процессуального закона не были приняты во внимание судом кассационной инстанции и не получили надлежащей правовой оценки в кассационном определении1. 3. По смыслу закона в случае назначения наказания по совокупности приговоров на основании ст. 70 УК РФ, если по первому приговору лицо осуждено условно за преступление, указанное в ч. 32 ст. 72 УК РФ, а по второму приговору — к реальному лишению свободы за преступление, не указанное в этой статье, и по совокупности приговоров к лишению свободы в исправительной колонии общего режима, время содержания под стражей по последнему приговору необходимо засчитывать в срок окончательного наказания по правилам п. “б” ч. 31 ст. 72 УК РФ Определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 27 января 2022 г. № 8-УДП21-12-К2 ( И з в л е ч е н и е ) По приговору Фрунзенского районного суда г. Ярославля от 15 марта 2021 г. З. (ранее судимый 22 мая 2019 г. по ч. 2 ст. 228 УК РФ к трем годам шести месяцам лишения свободы условно с испытательным сроком четыре года, постановлением от 20 января 2020 г. испытательный срок продлен на два месяца, а всего — до четырех лет двух месяцев) осужден по ч. 1 ст. 228 УК РФ к одному году двум месяцам лишения свободы; в соответствии с ч. 5 ст. 74 УК РФ условное осуждение отменено, на основании ст. 70 УК РФ по совокупности приговоров к назначенному наказанию частично присоединено неотбытое наказание по приговору от 22 мая 2019 г. и окончательно назначено четыре года лишения свободы.
Срок отбывания наказания З. постановлено исчислять со дня вступления приговора в законную силу с зачетом в срок наказания времени содержания З. под стражей с 12 февраля 2021 г. (дата задержания) по день вступления приговора в законную силу включительно из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии общего режима.
Апелляционным постановлением Ярославского областного суда от 11 мая 2021 г. приговор в отношении З. изменен: постановлено указать в резолютивной части приговора на отбывание осужденным лишения свободы в исправительной колонии общего режима. 1При новом рассмотрении судебная коллегия по уголовным делам Второго кассационного суда общей юрисдикции 16 марта 2022 г. приговор и апелляционное определение оставила без изменения, кассационную жалобу И. — без удовлетворения.
Кассационным определением судебной коллегии по уголовным делам Второго кассационного суда общей юрисдикции от 30 сентября 2021 г. приговор и апелляционное постановление в отношении З. оставлены без изменения.
В кассационном представлении заместителя Генерального прокурора РФ ставился вопрос о пересмотре состоявшихся в отношении З. судебных решений в части зачета в срок лишения свободы времени нахождения осужденного под стражей до вступления приговора в законную силу из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии общего режима, поскольку при рассмотрении данного вопроса суд применил закон, ухудшающий положение осужденного.
Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ 27 января 2022 г. удовлетворила кассационное представление, отметив следующее.
Как видно из материалов дела, по приговору З. осужден по ч. 1 ст. 228 УК РФ с применением ч. 5 ст. 74, ст. 70 УК РФ к четырем годам лишения свободы в исправительной колонии общего режима.
Суд, назначив окончательное наказание З. по правилам ст. 70 УК РФ по совокупности с приговором от 22 мая 2019 г., зачел время содержания осужденного под стражей по обжалуемому приговору с 12 февраля 2021 г. до его вступления в законную силу в срок лишения свободы из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии общего режима.
Между тем по смыслу закона в случае назначения наказания по совокупности приговоров, если по первому приговору лицо осуждено условно за преступление, указанное в ч. 32 ст. 72 УК РФ, а по второму приговору — к реальному лишению свободы за преступление, не указанное в этой статье, время содержания под стражей по последнему приговору засчитывается в окончательное наказание по правилам п. “б” ч. 31 ст. 72 УК РФ.
Поскольку З. осужден по ч. 1 ст. 228 УК РФ, не содержащейся в перечне ч. 32 ст. 72 УК РФ, к реальному лишению свободы с отменой условного осуждения и назначением окончательного наказания по совокупности с приговором от 22 мая 2019 г. по правилам ст. 70 УК РФ с отбыванием лишения свободы в исправительной колонии общего режима, время содержания под стражей З. по последнему приговору с 12 февраля 2021 г. по день вступления его в законную силу подлежит исчислению по правилам п. “б” ч. 31 ст. 72 УК РФ из расчета один день содержания под стражей за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима.
Данные обстоятельства не были приняты во внимание при рассмотрении дела в отношении З. судами апелляционной и кассационной инстанций.
Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ изменила приговор и последующие судебные решения в отношении З.: определила зачесть в срок отбывания наказания З. время его содержания под стражей с 12 февраля 2021 г. по день вступления приговора в законную силу включительно из расчета один день содержания под стражей за полтора дня отбывания наказания.
ПО ДЕЛАМ ВОЕННОСЛУЖАЩИХ 1. Оставление судом без внимания обстоятельств вселения военнослужащего в жилое помещение, принадлежащее на праве собственности его матери, повлекло отмену судебного акта Определение Судебной коллегии по делам военнослужащих Верховного Суда РФ от 13 апреля 2023 г. № 224-КАД23-2-К10 ( И з в л е ч е н и е ) Решением Краснодарского гарнизонного военного суда, оставленным без изменения апелляционным определением Южного окружного военного суда, А. отказано в удовлетворении административного искового заявления, в котором он просил признать незаконным решение заместителя начальника филиала “Южный” ФГАУ “Росжилкомплекс” от 20 декабря 2021 г. об уменьшении норматива общей площади жилого помещения для обеспечения субсидией для приобретения и строительства жилого помещения (далее — жилищная субсидия) на 47,8 кв.м — доля жилого помещения, приходившаяся на административного истца и членов его семьи (супруга и трое детей) в доме, половина которого принадлежит на праве собственности его матери — Е.
Определением кассационного военного суда судебные акты оставлены без изменения.
Определением Судебной коллегии по делам военнослужащих Верховного Суда РФ от 13 апреля 2023 г. судебные акты отменены, дело направлено на новое рассмотрение в гарнизонный военный суд по следующим основаниям.
Согласно материалам дела А., проходящий военную службу по контракту с августа 2001 г., после окончания в июне 2003 г. военно-учебного заведения проходил военную службу на офицерских должностях в различных регионах Российской Федерации, а с июня 2010 г. проходит военную службу в воинской части, дислоцированной в г. Ейске Краснодарского края. Жилым помещением А. за счет государства не обеспечивался.
После прибытия к новому месту военной службы административный истец вместе с членами семьи был зарегистрирован по адресу воинской части и решением жилищного органа от 9 октября 2018 г. поставлен на учет в качестве нуждающегося в служебном жилом помещении.
При этом с момента прибытия к новому месту военной службы А. и членам его семьи на основании приказов командира воинской части выплачивалась денежная компенсация за наем жилого помещения (дома), половина которого принадлежит на праве собственности матери А. — Е., на основании заключенных с ней договоров найма.
С 19 марта 2021 г. административный истец и члены его семьи проживают в г. Ейске Краснодарского края по другому адресу на основании заключенного административным истцом с собственником договора найма жилого помещения.
В период военной службы А. в составе семьи из 5 человек (он, супруга и трое детей) на основании решений жилищного органа от 15 октября 2020 г. и от 20 декабря 2021 г. принят с 24 августа 2020 г. на учет в качестве нуждающегося в жилом помещении по избранному месту жительства в г. Краснодаре в форме предоставления жилищной субсидии и ему предоставлена жилищная субсидия с уменьшением норматива общей площади жилого помещения на 47,8 кв.м — доли жилого помещения, приходившейся на административного истца и членов его семьи в указанном доме, в котором они проживали до 19 марта 2021 г.
Разрешая спор и отказывая в удовлетворении административного искового заявления, суды исходили из того, что административный истец, вселившись в принадлежащее матери на праве собственности жилое помещение, стал членом семьи собственника жилого помещения, приобрел право пользования им.
При этом судами оставлены без внимания имеющие существенное значение обстоятельства.
В соответствии с чч. 1 и 2 ст. 31 ЖК РФ члены семьи собственника жилого помещения, к которым относятся проживающие совместно с данным собственником в принадлежащем ему жилом помещении его супруг, а также дети и родители, имеют право пользования данным жилым помещением наравне с его собственником, если иное не установлено соглашением между собственником и членами его семьи.
В суде установлено, что А., не обеспеченный в период военной службы жильем за счет государства и признанный нуждающимся в жилом помещении по избранному месту жительства в г. Краснодаре в форме предоставления жилищной субсидии с составом семьи из 5 человек, по месту военной службы с членами семьи зарегистрирован с 8 сентября 2010 г. по адресу воинской части (по месту жительства), что следует из копии его паспорта и свидетельства о регистрации, выданного отделом по вопросам миграции отдела МВД России по Ейскому району Краснодарского края.
Согласно исследованным в судебном заседании копиям договоров найма жилого помещения, а также выписке из домовой книги административный истец с супругой и детьми вселены в дом, половина которого принадлежит на праве собственности его матери, каждый раз на определенные в договорах сроки и без регистрации в нем.
Проживание административного истца с семьей на условиях найма в указанном доме и необеспечение его служебным жилым помещением по месту военной службы, как следует из приказов командира воинской части и выданных им справок, а также решения жилищного органа о постановке А. на учет в качестве нуждающегося в служебном жилом помещении, было расценено как основание для выплаты А. и членам его семьи денежной компенсации за наем жилого помещения.
Изложенное может указывать на то, что проживание административного истца с членами семьи в жилом помещении, часть из которого принадлежит на праве собственности его матери, было обусловлено необеспечением А. при прибытии к новому месту военной службы служебным жильем. При этом условия, на которых А. и члены его семьи проживали в указанном жилом помещении, могли ограничивать их право пользования этим жильем.
При таких данных приведенные административным истцом обстоятельства, указывающие наряду с вышеизложенным на наличие между ним и собственником жилого помещения соглашений, которыми ограничивалось право пользования жилым помещением А. и членов его семьи, также имели существенное значение для дела и подлежали проверке в судебном заседании суда первой инстанции с последующей оценкой наряду с иными доказательствами.
Принимая во внимание изложенное, выводы судебных инстанций об отсутствии правовых оснований для признания права административного истца на жилищную субсидию без учета доли жилого помещения, приходившейся на него и членов его семьи в доме, в котором они проживали до 19 марта 2021 г., являются преждевременными, не основанными на законе и существенных для данного дела обстоятельствах. 2. Оставление судами без внимания положений уголовного закона, согласно которым преступность деяния определяется уголовным законом, действовавшим во время совершения этого деяния, повлекло изменение судебных решений Определение Судебной коллегии по делам военнослужащих Верховного Суда РФ от 28 марта 2023 г. № 222-УД23-1-К10 ( И з в л е ч е н и е ) По приговору Одинцовского гарнизонного военного суда от 9 декабря 2020 г., с учетом изменений, внесенных апелляционным определением 2-го Западного окружного военного суда от 16 марта 2021 г., К. осужден к лишению свободы за получение через посредников 5 взяток в крупном размере, 4 взяток через посредников в значительном размере и в приготовлении к получению через посредников взятки в крупном размере за совершение в пользу взяткодателя действий, связанных с содействием в назначении на воинские должности, в распределении после окончания обучения для дальнейшего прохождения военной службы или переводе к новому месту службы.
По каждому преступлению и по их совокупности К. назначено дополнительное наказание в виде лишения права занимать должности, связанные с осуществлением организационно-распорядительных функций в органах государственной власти, местного самоуправления, муниципальных учреждениях, а также в Вооруженных Силах РФ.
Определением кассационного военного суда от 10 ноября 2021 г. приговор и апелляционное определение оставлены без изменения, а кассационные жалобы осужденного и его защитника — без удовлетворения.
Рассмотрев дело по кассационной жалобе осужденного, Судебная коллегия по делам военнослужащих Верховного Суда РФ 28 марта 2023 г. судебные решения изменила по следующим основаниям.
Согласно приговору К. совершил 9 инкриминируемых ему преступлений в период с апреля 2016 г. по 10 июля 2018 г. и 1 преступление — 1 сентября 2018 г.
Приняв решение о зачете К. в срок лишения свободы времени нахождения его под домашним арестом в период с 27 сентября 2018 г. по 19 августа 2019 г. из расчета два дня нахождения под домашним арестом за один день лишения свободы, руководствуясь при этом положениями ч. 34 ст. 72 УК РФ, суд первой инстанции не учел, что указанные правила зачета домашнего ареста ухудшают положение осужденного по сравнению с порядком, применявшимся до вступления в силу Федерального закона от 3 июля 2018 г. № 186-ФЗ, в соответствии с которым время содержания под домашним арестом засчитывалось в срок отбывания наказания исходя из расчета один день нахождения под домашним арестом за один день лишения свободы.
В связи с изложенным Судебной коллегией зачтено в срок лишения свободы время нахождения К. под домашним арестом в период с 27 сентября 2018 г. по 19 августа 2019 г. включительно из расчета один день нахождения под домашним арестом за один день лишения свободы.
Кроме того, Судебной коллегией исключено назначение К. дополнительного наказания в виде запрета занимать должности в муниципальных учреждениях, а также в Вооруженных Силах РФ.
В соответствии с ч. 1 ст. 47 УК РФ наказание в виде лишения права занимать определенные должности состоит в запрещении занимать должности только на государственной службе или в органах местного самоуправления.
Как следует из приговора, К. за каждое из совершенных преступлений по их совокупности наряду с основным наказанием в виде лишения свободы суд назначил дополнительное наказание в виде лишения права занимать должности, связанные с осуществлением организационно-распорядительных функций, в том числе в муници- пальных учреждениях, а также в Вооруженных Силах РФ.
Между тем такого дополнительного наказания, как запрет занимать должности в муниципальных учреждениях, ст. 47 УК РФ, с учетом положений Федерального закона от 27 мая 2003 г. № 58-ФЗ “О системе государственной службы Российской Федерации”, не предусмотрено. Не требует закон указывать и на запрет занимать соответствующие должности в тех или иных военных организациях (например, в Вооруженных Силах РФ, других войсках, воинских (специальных) формированиях). 3. В случае назначения наказания по правилам ч. 5 ст. 69 УК РФ преступление, совершенное до постановления предыдущего приговора, не образует рецидива преступлений Определение Судебной коллегии по делам военнослужащих Верховного Суда РФ от 27 марта 2023 г. № 224-УД23-20СС-А6 ( И з в л е ч е н и е ) По приговору 2-го Западного окружного военного суда от 7 июня 2022 г. с учетом изменений, внесенных апелляционным определением апелляционного военного суда от 18 октября 2022 г., К. осужден по совокупности преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 30, ч. 3 ст. 159 и ч. 3 ст. 30, ч. 4 ст. 159 УК РФ, к лишению свободы на срок семь лет. На основании ст. 70 УК РФ по совокупности приговоров путем частичного присоединения неотбытой части наказания, назначенного К. по приговору Электростальского городского суда Московской области от 12 октября 2015 г., к наказанию, назначенному по данному приговору, окончательно назначено семь лет четыре месяца лишения свободы в исправительной колонии особого режима.
В действиях К. судом признано наличие особо опасного рецидива преступлений.
Рассмотрев 27 марта 2023 г. дело по кассационным жалобам осужденного и его защитника, Судебная коллегия по делам военнослужащих Верховного Суда РФ приговор и апелляционное определение изменила по следующим основаниям.
Как усматривается из приговора, в действиях К. признано наличие особо опасного рецидива преступлений на основании положений п. “а” ч. 3 ст. 18 УК РФ, в соответствии с которыми рецидив преступлений признается особо опасным при совершении лицом тяжкого преступления, за которое оно осуждается к реальному лишению свободы, если ранее это лицо 2 раза было осуждено за тяжкое преступление к реальному лишению свободы.
При этом в приговоре указано, что К. ранее дважды был судим за тяжкие преступления (12 декабря 2014 г. и 12 октября 2015 г. по ч. 4 ст. 159 УК РФ); данные судимости не были погашены или сняты в установленном законом порядке.
Между тем такой вывод не основан на материалах дела и на нормах материального права.
Из материалов дела следует, что К. 12 декабря 2014 г. Нагатинским районным судом г. Москвы осужден к реальному лишению свободы за совершение в феврале и марте 2014 г. двух преступлений, предусмотренных ч. 4 ст. 159 УК РФ.
Кроме того, в отношении К. 12 октября 2015 г.
Электростальским городским судом Московской области постановлен обвинительный приговор за совершение им в феврале 2014 г. преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ. При этом судом К. назначено окончательное наказание по совокупности преступлений по правилам ч. 5 ст. 69 УК РФ путем частичного сложения наказаний, назначенных по данному приговору и приговору Нагатинского районного суда г. Москвы от 12 декабря 2014 г., в виде реального лишения свободы.
Согласно п. 44 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22 декабря 2015 г. № 58 “О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания” в случае назначения наказания по правилам ч. 5 ст. 69 УК РФ преступление, совершенное до постановления предыдущего приговора, не образует рецидива преступлений. Отсутствует рецидив преступлений и в тех случаях, когда новое преступление совершено после постановления предыдущего приговора, но до вступления его в законную силу.
На момент совершения в 2021 году 2 тяжких преступлений, за которые К. осужден по приговору 2-го Западного окружного военного суда от 7 июня 2022 г. к реальному лишению свободы, у него имелись непогашенные судимости по приговорам от 12 декабря 2014 г. и 12 октября 2015 г. за совершение тяжких преступлений с назначением по совокупности этих преступлений реального лишения свободы по правилам ч. 5 ст. 69 УК РФ, что не образует рецидива преступлений и не означает осуждения 2 раза за тяжкие преступления.
Таким образом, законных оснований для признания в действиях К. особо опасного рецидива преступлений и назначения ему отбывания лишения свободы в исправительной колонии особого режима не имелось.
В соответствии с п. “б” ч. 2 ст. 18 УК РФ действия К. образуют опасный рецидив преступлений, поэтому в силу п. “в” ч. 1 ст. 58 УК РФ наличие данного вида рецидива преступлений обусловливает назначение осужденному отбывания лишения свободы в исправительной колонии строгого режима, а не особого режима.
На основании изложенного Судебная коллегия по делам военнослужащих Верховного Суда РФ вместо особо опасного рецидива преступлений признала в действиях К. опасный рецидив преступлений, смягчила назначенное ему наказание за каждое преступление и назначила наказание по совокупности преступлений и приговоров в виде лишения свободы на срок семь лет три месяца с отбыванием в исправительной колонии строгого режима.
СУДЕБНАЯ ПРАКТИКА КАССАЦИОННЫХ И АПЕЛЛЯЦИОННЫХ СУДОВ ПО УГОЛОВНЫМ ДЕЛАМ 1. Если часть объективной стороны длящегося или продолжаемого преступления совершена в период действия нового закона, применяться должен новый уголовный закон Кассационное определение кассационного военного суда от 17 августа 2022 г. ( И з в л е ч е н и е ) По приговору 35-го гарнизонного военного суда от 26 января 2022 г., оставленному без изменения апелляционным определением Тихоокеанского флотского военного суда от 1 апреля 2022 г., Б. осужден по ч. 3 ст. 327 УК РФ (в ред. Федерального закона от 7 декабря 2011 г. № 420-ФЗ) к штрафу за использование в период с 27 февраля 2014 г. по 23 августа 2021 г. заведомо подложного документа — диплома о наличии у него высшего профессионального образования — при поступлении на военную службу и в период ее прохождения на воинских должностях, для которых штатом предусмотрено присвоение воинского звания мичмана, старшего мичмана.
Рассмотрев 17 августа 2022 г. дело по кассационной жалобе осужденного, кассационный военный суд судебные решения изменил, действия Б. переквалифицировал с ч. 3 ст. 327 УК РФ (в ред. Федерального закона от 7 декабря 2011 г. № 420-ФЗ) на ч. 5 ст. 327 УК РФ (в ред. Федерального закона от 26 июля 2019 г. № 209-ФЗ).
В соответствии с положениями ч. 1 ст. 9 УК РФ преступность и наказуемость деяния определяются законом, действовавшим во время совершения этого деяния.
Преступление, совершенное Б., является длящимся.
Если часть объективной стороны длящегося или продолжаемого преступления совершена в период действия нового закона (независимо от того, является он более мягким или более строгим), применяться должен новый уголовный закон (Ответы на вопросы, поступившие из судов, по применению Федеральных законов от 7 марта 2011 года № 26-ФЗ “О внесении изменений в Уголовный кодекс Российской Федерации” и от 7 декабря 2011 года № 420-ФЗ “О внесении изменений в Уголовный кодекс Российской Федерации и отдельные законодательные акты Российской Федерации”, утвержденные Президиумом Верховного Суда РФ 27 июня 2012 г.).
Таким образом, ответственность за использование Б. заведомо подложного документа, окончившееся 23 августа 2021 г., предусмотрена уголовным законом, действовавшим на указанную дату.
Между тем суд квалифицировал действия осужденного по ч. 3 ст. 327 УК РФ в редакции Федерального закона от 7 декабря 2011 г. № 420-ФЗ. При этом суд не учел, что ч. 3 ст. 327 УК РФ, предусматривавшая ответственность за использование заведомо подложного документа, действовала до внесения в эту статью изменений Федеральным законом от 26 июля 2019 г. № 209-ФЗ и не могла применяться для квалификации действий Б., оконченных 23 августа 2021 г.
На момент окончания преступления, совершенного Б., действовала редакция ст. 327 УК РФ, введенная Федеральным законом от 26 июля 2019 г. № 209-ФЗ, в которой уголовная ответственность за использование заведомо подложного документа предусмотрена ч. 5 данной нормы. 2. Приговор изменен, поскольку суд не учел, что на момент совершения преступления виновный не имел судимости, вследствие чего рецидив преступлений в его действиях отсутствовал Апелляционное определение апелляционного военного суда от 7 июня 2022 г. ( И з в л е ч е н и е ) По приговору 2-го Западного окружного военного суда от 31 марта 2022 г. М. осужден в том числе по ч. 1 ст. 2052 УК РФ.
При назначении М. наказания за совершение указанного преступления судом в качестве отягчающего наказание обстоятельства признан рецидив преступлений.
Апелляционный военный суд, рассмотрев 7 июня 2022 г. дело по апелляционным жалобам осужденного и его защитника, приговор в названной части изменил, исключил из приговора указание о наличии в действиях М., связанных с совершением им данного преступления, отягчающего наказание обстоятельства — рецидива преступлений и смягчил наказание.
В соответствии с ч. 1 ст. 18 УК РФ рецидивом преступлений признается совершение умышленного преступления лицом, имеющим судимость за ранее совершенное умышленное преступление.
Согласно ч. 1 ст. 86 УК РФ лицо, осужденное за совершение преступления, считается судимым со дня вступления обвинительного приговора суда в законную силу до момента погашения или снятия судимости.
Как установлено судом, преступление, предусмотренное ч. 1 ст. 2052 УК РФ, совершено М. в марте 2019 г., а приговор Чертановского районного суда г. Москвы от 13 ноября 2018 г. вступил в законную силу 1 июля 2019 г.
Таким образом, на момент совершения указанного преступления М. не имел судимости, вследствие чего рецидив преступлений в этих его действиях отсутствовал.
ОБЗОР СУДЕБНОЙ ПРАКТИКИ ПО ДЕЛАМ О ЗАЩИТЕ ПРАВ ПОТРЕБИТЕЛЕЙ В целях формирования единообразного применения судами норм права при разрешении споров по делам, связанным с защитой прав потребителей, Верховным Судом РФ подготовлен обзор актуальных вопросов судебной практики, возникших при рассмотрении дел данной категории в 2022—2023 годах.
Разрешение споров о защите прав потребителей, связанных с реализацией товаров, выполнением работ (оказанием услуг) 1. Продавец обязан обеспечить безопасные условия для здоровья потребителей и сохранности их имущества.
Возникновение деликтного обязательства само по себе не исключает возможности применения к правоотношениям сторон Закона РФ “О защите прав потребителей”.
Б. обратилась в суд с иском к обществу о компенсации морального вреда и взыскании штрафа, предусмотренного п. 6 ст. 13 Закона РФ от 7 февраля 1992 г. № 2300-I “О защите прав потребителей” (далее — Закон о защите прав потребителей), указав в обоснование иска, что она получила травму при падении на обледеневшей лестнице магазина, расположенного в арендуемом ответчиком помещении.
Протокольным определением суда к участию в деле в качестве соответчика привлечен индивидуальный предприниматель (далее — ИП), являющийся собственником помещения.
Установив факт причинения вреда здоровью Б. в результате ненадлежащего содержания лестницы при входе в магазин и уклонение ответчиков от удовлетворения в добровольном порядке требований потребителя, суд первой инстанции взыскал в пользу истца с общества и ИП по 35 000 руб. в счет компенсации морального вреда и по 17 500 руб. в качестве потребительского штрафа.
Отменяя решение суда в части взыскания штрафа и принимая в этой части новое решение об отказе в удовлетворении данного требования, суд апелляционной инстанции указал, что между сторонами спора возникли деликтные правоотношения, к которым не подлежит применению Закон о защите прав потребителей.
В остальной части решение суда первой инстанции оставлено без изменения.
Кассационный суд общей юрисдикции оставил апелляционное определение без изменения.
Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ, отменяя постановления судов апелляционной и кассационной инстанций и направляя дело на новое апелляционное рассмотрение, указала следующее.
Из преамбулы Закона о защите прав потребителей и разъяснений, содержащихся в п. 1 постановления
Пленума Верховного Суда РФ от 28 июня 2012 г. № 17
“О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей”, следует, что к потребителю относится в том числе и гражданин, еще не совершивший действие по приобретению товара, но имевший намерение заказать или приобрести либо заказывающий или приобретающий товары (работы, услуги).
При этом, как указано в абз. 10 преамбулы названного Закона, под безопасностью товара (работы, услуги) понимается безопасность товара (работы, услуги) для жизни, здоровья, имущества потребителя и окружающей среды при обычных условиях его использования, хранения, транспортировки и утилизации, а также безопасность процесса выполнения работы (оказания услуги).
Согласно п. 1 ст. 7 Закона о защите прав потребителей потребитель имеет право на то, чтобы товар (работа, услуга) при обычных условиях его использования, хранения, транспортировки и утилизации был безопасен для жизни, здоровья потребителя, окружающей среды, а также не причинял вред имуществу потребителя.
В силу абз. 3 п. 2 ст. 7 названного Закона вред, причиненный жизни, здоровью или имуществу потребителя вследствие необеспечения безопасности товара (работы), подлежит возмещению в соответствии со ст. 14 данного Закона.
Пунктом 1 ст. 14 этого же Закона предусмотрено, что вред, причиненный жизни, здоровью или имуществу потребителя вследствие конструктивных, производственных, рецептурных или иных недостатков товара (работы, услуги), подлежит возмещению в полном объеме.
Согласно п. 138 “ГОСТ Р 51303-2013. Национальный стандарт Российской Федерации. Торговля. Термины и определения”, утвержденного приказом Росстандарта от 28 августа 2013 г. № 582-ст, под безопасностью услуги торговли понимается комплекс свойств услуги, проявление которых при обычных условиях ее оказания не подвергает недопустимому риску жизнь, здоровье и имущество покупателя (потребителя).
Из изложенного следует, что продавец обязан обеспечить безопасные условия для здоровья потребителей и сохранности их имущества. При этом само по себе возникновение обязательства, вытекающего из деликта, не исключает возможности квалификации правоотношений сторон как правоотношений потребителя и продавца, а следовательно, не исключает применение Закона о защите прав потребителей в части мер ответственности за нарушение прав потребителя.
Судом по делу установлено, что Б. получила вред здоровью при падении на обледеневшей лестнице магазина, куда пришла с целью приобретения товара.
При таких обстоятельствах неприменение судами апелляционной и кассационной инстанций положений Закона о защите прав потребителей признано существенным нарушением норм материального права. (Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 14 февраля 2023 г. № 66-КГПР22-15-К8) 2. Право на возмещение вреда, причиненного вследствие недостатков услуги (товара), признается за любым потерпевшим независимо от того, состоял он в договорных отношениях с исполнителем (продавцом) или нет.
Ч. обратился в суд с иском к управляющей компании о возмещении ущерба, компенсации морального вреда и взыскании штрафа за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя, ссылаясь на то, что его автомобиль был поврежден камнем, упавшим с крыши обслуживаемого ответчиком многоквартирного жилого дома.
Разрешая спор по существу, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что автомобиль истца поврежден в результате ненадлежащего выполнения ответчиком своих обязательств по содержанию общего имущества многоквартирного дома — крыши, в связи с чем возложил на управляющую компанию обязанность по возмещению данного ущерба.
Отказывая в компенсации морального вреда и взыскании потребительского штрафа, суд исходил из того, что Ч. не является собственником либо нанимателем жилого помещения в многоквартирном доме, обслуживание и содержание которого осуществляется ответчиком, и, соответственно, не выступает потребителем предоставляемых управляющей компанией услуг.
С выводами суда первой инстанции согласились суды апелляционной и кассационной инстанций.
Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ, отменяя постановления судов апелля- ционной и кассационной инстанций и направляя дело на новое апелляционное рассмотрение, указала следующее.
В соответствии с преамбулой Закона о защите прав потребителей данный Закон регулирует отношения, возникающие между потребителями и изготовителями, исполнителями, импортерами, продавцами при продаже товаров (выполнении работ, оказании услуг), устанавливает права потребителей на приобретение товаров (работ, услуг) надлежащего качества и безопасных для жизни, здоровья, имущества потребителей и окружающей среды, получение информации о товарах (работах, услугах) и об их изготовителях (исполнителях, продавцах), просвещение, государственную и общественную защиту их интересов, а также определяет механизм реализации этих прав.
Потребителем является гражданин, имеющий намерение заказать или приобрести либо заказывающий, приобретающий или использующий товары (работы, услуги) исключительно для личных, семейных, домашних и иных нужд, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности.
Исполнителем является организация независимо от ее организационно-правовой формы, а также индивидуальный предприниматель, выполняющие работы или оказывающие услуги потребителям по возмездному договору.
При этом, как следует из положения п. 2 ст. 14 Закона о защите прав потребителей, право требовать возмещения вреда, причиненного вследствие недостатков товара (работы, услуги), признается не только за самим потребителем, но и за любым потерпевшим независимо от того, состоял он в договорных отношениях с продавцом (исполнителем) или нет.
Таким образом, Законом о защите прав потребителей признается право на возмещение вреда вследствие недостатков товара (работы, услуги) и за потерпевшим, не состоявшим в договорных отношениях с продавцом (исполнителем).
Суды установили факт причинения истцу вреда вследствие ненадлежащего оказания ответчиком услуг потребителям.
При таких обстоятельствах Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ признала ошибочными выводы нижестоящих судов о неприменении к правоотношениям сторон Закона о защите прав потребителей. (Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 г. № 16-КГ22-27-К4.
Аналогичная правовая позиция изложена в определении Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 8 августа 2023 г. № 4-КГ23-37-К1) 3. Размещенное на сайте продавца предложение о продаже товара, обращенное к неопределенному кругу лиц и содержащее подробную информацию о товаре и его цене, является публичной офертой. После получения продавцом сообщения потребителя о намерении заключить договор на условиях публичной оферты продавец не вправе в одностороннем порядке изменить объявленную цену товара.
А. обратился в суд с иском к обществу (продавцу) о возложении обязанности по передаче приобретенного дистанционным способом товара, указав, что между сторонами спора через мобильное приложение заключен договор розничной купли-продажи товара и со счета истца списаны денежные средства в размере полной стоимости товара; впоследствии ответчик сообщил о невозможности доставки заказанного товара и возвратил истцу уплаченные денежные средства.
Общество обратилось со встречным иском к А. о признании договора купли-продажи недействительным, ссылаясь на то, что на сайте ответчика произошел технический сбой, в результате которого цены на товар стали отражаться некорректно и явно несоразмерно обычной стоимости соответствующих товаров.
После выявления технической ошибки А. направлено сообщение о невозможности выполнения заказа по указанным в нем ценам и предложено приобрести товар из заказа при условии доплаты до его полной фактической стоимости.
Разрешая спор и признавая договор купли-продажи товара недействительным, суд первой инстанции исходил из того, что при его заключении имело место злоупотребление правом со стороны покупателя и заблуждение, вызванное технической ошибкой, со стороны продавца.
Суды апелляционной и кассационной инстанций согласились с такими выводами.
Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ признала состоявшиеся по делу судебные постановления вынесенными с существенными нарушениями норм права.
Согласно п. 1 ст. 494 ГК РФ предложение товара в его рекламе, каталогах и описаниях товаров, обращенных к неопределенному кругу лиц, признается публичной офертой (п. 2 ст. 437 ГК РФ), если оно содержит все существенные условия договора розничной купли-продажи.
В силу п. 2 ст. 497 ГК РФ договор розничной купли-продажи может быть заключен на основании ознакомления покупателя с предложенным продавцом описанием товара посредством каталогов, проспектов, буклетов, фотоснимков, средств связи (телевизионной, почтовой, радиосвязи и других) или иными способами, исключающими возможность непосредственного ознакомления потребителя с товаром либо образцом товара при заключении такого договора (дистанционный способ продажи товара).
Аналогичное определение продажи товаров дистанционным способом дано в п. 1 ст. 261 Закона о защите прав потребителей.
В соответствии с пп. 12, 13 Правил продажи товаров по договору розничной купли-продажи, утвержденных постановлением Правительства РФ от 31 декабря 2020 г. № 2463, при дистанционном способе продажи товара продавец обязан заключить договор розничной купли-продажи с любым лицом, выразившим намерение приобрести товар на условиях оферты.
Договор розничной купли-продажи считается заключенным с момента выдачи продавцом потребителю кассового или товарного чека либо иного документа, подтверждающего оплату товара, или с момента получения продавцом сообщения потребителя о намерении заключить договор розничной купли-продажи.
При дистанционном способе продажи товаров продавец обязан разместить на сайте публичную оферту и обеспечить возможность ознакомления с ней потребителей.
Фиксация цены происходит в момент заключения договора между покупателем и интернет-магазином, который определяется моментом оформления заказа с присвоением ему номера, который позволяет потребителю получить информацию о заключенном договоре розничной купли-продажи и его условиях. Изменить цену, объявленную в момент оформления заказа, продавец в одностороннем порядке не вправе.
Из решения суда следует, что размещенное на сайте ответчика предложение о продаже товара, обращенное к неопределенному кругу лиц, содержало все существенные условия договора — подробную информацию о товаре, цену, в связи с чем являлось публичной офертой.
А. оформил заказ товаров и, оплатив их стоимость, осуществил акцепт оферты на предложенных продавцом условиях, т.е. между сторонами заключен договор купли-продажи, в связи с чем у продавца возникла обязанность по передаче товара покупателю. Однако ответчик, получив оплату по договору, товар в адрес покупателя не отправил, ссылаясь на иную фактическую стоимость товара.
Установив данные обстоятельства, суд наличие со стороны покупателя злоупотребления правом не обосновал и не указал, каким образом А. с учетом периодически проводимых продавцом акций, принятия им заказа и полной оплаты по договору, должен был распознать наличие технической ошибки в публичной оферте. (Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 6 июня 2023 г. № 16-КГ23-6-К4) 4. Продавец не вправе включать в публичную оферту условие о возможности отмены им в одностороннем порядке оформленного заказа.
В. обратился в суд с иском к обществу (продавцу) о возложении обязанности по передаче товара.
Судами установлено, что В. дистанционным способом заключил с ответчиком договор на покупку телевизора и оплатил товар. В определенную при оформлении заказа дату доставки товар В. не был передан, уплаченные за него денежные средства возвращены.
Продавец, отказавшись передать товар, ссылался на то, что указанного в заказе телевизора не оказалось в наличии.
Решением суда иск удовлетворен, на общество возложена обязанность передать телевизор истцу.
Отменяя решение суда первой инстанции и принимая новое решение об отказе в иске, суд апелляционной инстанции, сославшись на условие публичной оферты общества о праве продавца отменить оформленный заказ в случае отсутствия товара на складе, указал, что покупатель был ознакомлен с данными условиями, размещенными на сайте интернет-магазина, в связи с чем у продавца не возникло обязанности по передаче товара.
Кассационный суд общей юрисдикции согласился с выводами суда апелляционной инстанции.
Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ отменила постановления судов апелляционной и кассационной инстанций и направила дело на новое апелляционное рассмотрение, указав следующее.
Гражданские права и обязанности возникают из договоров и иных сделок, предусмотренных законом (подп. 1 п. 1 ст. 8 ГК РФ).
Согласно п. 1 ст. 420 ГК РФ договором признается соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей.
В силу пп. 1 и 2 ст. 432 данного Кодекса договор считается заключенным, если между сторонами в требуемой в подлежащих случаях форме достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.
Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.
Договор заключается посредством направления оферты (предложения заключить договор) одной из сторон и ее акцеп