1. Назначение субъектом Российской
Федерации референдума по проекту закона,
затрагивающего вопросы судоустройства и
прокуратуры, противоречит ст. 71 Конституции
Российской Федерации
и ч. 4 ст. 13 Федерального закона
"Об основных гарантиях избирательных прав
и права на участие в референдуме граждан
Российской Федерации"
(Решение Верховного Суда
Российской Федерации
в извлечении)
Заместитель Генерального прокурора РФ обратился в Верховный
Суд РФ с заявлением о признании противоречащим закону Указа
Президента Республики Ингушетия N 298 от 29 декабря 1997 г. "О
назначении на 1 марта 1998 г. референдума Республики Ингушетия" с
вопросом: "Поддерживаете ли Вы принятие закона Республики Ингушетия
"О правоохранительной и судебной системе Республики Ингушетия"?"
При этом он ссылался на то, что принятый Президентом Республики
Ингушетия названный Указ противоречит требованиям ч. 4 ст. 13
Федерального закона от 19 сентября 1997 г. "Об основных гарантиях
избирательных прав и права на участие в референдуме граждан
Российской Федерации".
Представитель Центральной избирательной комиссии Российской
Федерации также просил признать Указ Президента Республики
Ингушетия незаконным.
Представители Президента Республики Ингушетия с предъявленным
требованием не согласились и просили оставить заявление без
удовлетворения, указав на то, что в соответствии с ч. 3 ст. 11
Конституции Российской Федерации разграничение предметов ведения и
полномочий между органами государственной власти Российской
Федерации и органами государственной власти субъектов Российской
Федерации осуществляется Конституцией Российской Федерации,
Федеративным и иными договорами о разграничении предметов ведения и
полномочий. В нарушение этой нормы Конституции Российской
Федерации, по их мнению, Федеральным законом "Об основных гарантиях
избирательных прав и права на участие в референдуме граждан
Российской Федерации" фактически произведено разграничение
полномочий между органами государственной власти Российской
Федерации и ее субъектов в вопросах назначения и проведения
референдума в субъекте Российской Федерации, в том числе
установлено, какие вопросы не могут выноситься на референдум
субъекта. Однако в силу ст. 15 Конституции Российской Федерации
законы и иные правовые акты, принимаемые в Российской Федерации, не
должны противоречить Конституции Российской Федерации.
Верховный Суд Российской Федерации 17 февраля 1998 г.
заявление заместителя Генерального прокурора РФ удовлетворил по
следующим основаниям.
В соответствии с ч. 4 ст. 13 Федерального закона "Об основных
гарантиях избирательных прав и права на участие в референдуме
граждан Российской Федерации" на референдум субъекта Российской
Федерации не могут быть вынесены вопросы, находящиеся в ведении
Российской Федерации либо в совместном ведении Российской Федерации
и субъекта Российской Федерации.
Как установлено судом, Президент Республики Ингушетия назначил
референдум Республики Ингушетия по проекту закона, который в
соответствии с Конституцией Республики Ингушетия устанавливает
организационные и правовые основы функционирования
правоохранительной и судебной системы Республики Ингушетия с учетом
национальных, социально-политических и иных факторов, характерных
для Ингушетии, а также определяет иной порядок их формирования и
деятельности в отличие от предусмотренного, в частности,
Федеральным конституционным законом от 31 декабря 1996 г. "О
судебной системе Российской Федерации".
Затрагиваемые в указанном проекте закона Республики Ингушетия
вопросы касаются судоустройства и прокуратуры, которые согласно п.
"о" ст. 71 Конституции Российской Федерации отнесены к ведению
Российской Федерации, а кадры судебных и правоохранительных органов
в силу п. "л" ст. 72 Конституции отнесены к совместному ведению
Российской Федерации и субъектов Российской Федерации.
Эти обстоятельства подтверждены материалами дела и по существу
не оспаривались представителями Президента Республики Ингушетия.
При таком положении принятый Президентом Республики Ингушетия
Указ о назначении референдума по проекту закона Республики
Ингушетия, затрагивающего вопросы судоустройства и прокуратуры,
противоречит ч. 4 ст. 13 Федерального закона "Об основных гарантиях
избирательных прав и права на участие в референдуме граждан
Российской Федерации".
Утверждение представителей Президента Республики Ингушетия о
том, что ч. 4 ст. 13 названного Федерального закона неправомерно
ограничивает права субъектов Российской Федерации на проведение
референдума по указанным в ней вопросам ввиду отсутствия
разграничения предметов ведения и полномочий между органами
государственной власти Российской Федерации и органами
государственной власти субъектов Российской Федерации по этим
вопросам в предусмотренном ч. 3 ст. 11 Конституции Российской
Федерации порядке, не может быть признано правильным.
Вопросы судоустройства и прокуратуры, которые фактически
вынесены на референдум Республики Ингушетия, отнесены к ведению
Российской Федерации в силу ст. 71 Конституции Российской
Федерации, а не согласно Федеральному закону "Об основных гарантиях
избирательных прав и права на участие в референдуме граждан
Российской Федерации".
Данным Федеральным законом (ст. 13) фактически закреплены
права Российской Федерации и субъектов Российской Федерации на
проведение референдумов по вопросам, отнесенным Конституцией
Российской Федерации к их ведению, а также определены вопросы, по
которым не допускается проведение референдума субъекта Российской
Федерации, что не может быть расценено судом как разграничение
упомянутым Законом предметов ведения между Российской Федерацией и
субъектами Российской Федерации, поскольку этим Законом фактически
определены лишь вопросы, которые могут быть вынесены на референдумы
как Российской Федерации, так и субъектов Российской Федерации,
исходя из разграничения предметов ведения между ними,
установленного Конституцией Российской Федерации.
С учетом этого судом не могут быть приняты во внимание и
доводы представителей Президента Республики Ингушетия о
несоответствии Федерального закона "Об основных гарантиях
избирательных прав и права на участие в референдуме граждан
Российской Федерации" требованиям ч. 1 ст. 15 Конституции
Российской Федерации.
Учитывая, что Указ Президента Республики Ингушетия принят с
нарушением требований ч. 7 ст. 1 этого Федерального закона,
согласно которой федеральные законы, законы субъектов Российской
Федерации, нормативные правовые акты о выборах и референдумах,
принимаемые в Российской Федерации, не должны противоречить данному
Федеральному закону, Верховный Суд Российской Федерации заявление
заместителя Генерального прокурора РФ удовлетворил, Указ Президента
Республики Ингушетия N 298 от 29 декабря 1997 г. "О назначении на 1
марта 1998 г. референдума Республики Ингушетия" по вопросу:
"Поддерживаете ли Вы принятие закона Республики Ингушетия "О
правоохранительной и судебной системе Республики Ингушетия"?"
признал недействительным.
_____________