УТВЕРЖДЕН
Президиумом Верховного Суда
Российской Федерации
15 ноября 2017 г.
Обзор
практики рассмотрения судами дел по спорам, связанным с
прохождением службы федеральными государственными служащими
(сотрудниками органов внутренних дел, сотрудниками органов
уголовно-исполнительной системы, сотрудниками Следственного
комитета Российской Федерации, сотрудниками иных органов, в
которых предусмотрена федеральная государственная служба)
Верховным Судом Российской Федерации проведено изучение
практики рассмотрения судами в 2014–2017 годах споров, связанных с
прохождением службы федеральными государственными служащими –
сотрудниками органов внутренних дел, сотрудниками органов уголовно-
исполнительной системы, сотрудниками федеральной противопожарной
службы, сотрудниками Следственного комитета Российской Федерации,
сотрудниками таможенных органов.
Статьей 4 Федерального закона от 27 мая 2003 года № 58-ФЗ
«О
системе
государственной
службы
Российской
Федерации»
предусмотрено, что федеральная государственная служба представляет собой
профессиональную служебную деятельность граждан Российской Федерации
по обеспечению исполнения полномочий Российской Федерации, а также
полномочий федеральных государственных органов и лиц, замещающих
государственные должности Российской Федерации.
Федеральным
государственным
служащим
является
гражданин,
осуществляющий профессиональную служебную деятельность на должности
федеральной государственной службы и получающий денежное содержание
(вознаграждение, довольствие) за счет средств федерального бюджета
(пункт 1 статьи 10 Федерального закона от 27 мая 2003 года № 58-ФЗ
«О системе государственной службы Российской Федерации»).
На основании пункта 3 статьи 10 указанного федерального закона
нанимателем
федерального
государственного
служащего
является
Российская Федерация.
В силу пункта 4 статьи 10 этого же федерального закона правовое
положение (статус) федерального государственного служащего, в том числе
ограничения,
обязательства,
правила
служебного
поведения,
ответственность, а также порядок разрешения конфликта интересов и
служебных споров устанавливается соответствующим федеральным законом
о виде государственной службы.
Согласно пункту 1 статьи 2 Федерального закона от 27 мая
2003 года № 58-ФЗ «О системе государственной службы Российской
2
Федерации»
система
государственной
службы
включает
в
себя
государственную
гражданскую
службу,
военную
службу,
а
также
государственную службу иных видов. В соответствии с пунктом 3 данной
статьи военная служба и государственная служба иных видов, которые
устанавливаются федеральными законами, являются видами федеральной
государственной службы.
К видам федеральной государственной службы относятся, в частности:
служба в органах внутренних дел, установленная Федеральным
законом от 30 ноября 2011 года № 342-ФЗ «О службе в органах внутренних
дел
Российской
Федерации
и
внесении
изменений
в
отдельные
законодательные акты Российской Федерации»,
служба в учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы,
которые названы в Законе Российской Федерации от 21 июля 1993 года
№ 5473-I «Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в
виде лишения свободы»,
служба в федеральной противопожарной службе, установленная
Федеральным законом от 23 мая 2016 года № 141-ФЗ «О службе в
федеральной противопожарной службе Государственной противопожарной
службы и внесении изменений в отдельные законодательные акты
Российской Федерации»,
служба
в
Следственном
комитете
Российской
Федерации,
установленная Федеральным законом от 28 декабря 2010 года № 403-ФЗ
«О Следственном комитете Российской Федерации»,
служба в таможенных органах, установленная Федеральным законом
от 21 июля 1997 года № 114-ФЗ «О службе в таможенных органах
Российской Федерации».
Служба в органах внутренних дел в соответствии с пунктом 1 статьи 1
Федерального закона от 30 ноября 2011 года № 342-ФЗ «О службе в органах
внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные
законодательные акты Российской Федерации» является федеральной
государственной
службой,
представляющей
собой
профессиональную
служебную деятельность граждан Российской Федерации на должностях в
органах внутренних дел Российской Федерации (далее – органы внутренних
дел), а также на должностях, не являющихся должностями в органах
внутренних дел, в случаях и на условиях, которые предусмотрены данным
федеральным
законом,
другими
федеральными
законами
и
(или)
нормативными правовыми актами Президента Российской Федерации.
Согласно части 1 статьи 10 названного федерального закона
сотрудником органов внутренних дел является гражданин, который взял на
себя обязательства по прохождению федеральной государственной службы в
органах внутренних дел в должности рядового или начальствующего состава
и которому в установленном данным федеральным законом порядке
присвоено специальное звание рядового или начальствующего состава.
3
Федеральный закон о службе в уголовно-исполнительной системе до
настоящего времени не принят. В соответствии со статьей 5 Закона
Российской Федерации от 21 июля 1993 года № 5473-I «Об учреждениях и
органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы»
уголовно-исполнительная
система
включает
в
себя
учреждения,
исполняющие наказания, территориальные органы уголовно-исполнительной
системы, федеральный орган исполнительной власти, осуществляющий
правоприменительные функции, функции по контролю и надзору в сфере
исполнения уголовных наказаний в отношении осужденных. В уголовно-
исполнительную систему по решению Правительства Российской Федерации
могут входить следственные изоляторы, предприятия, специально созданные
для обеспечения деятельности уголовно-исполнительной системы, научно-
исследовательские, проектные, медицинские, образовательные и иные
организации.
Сотрудниками уголовно-исполнительной системы в силу части первой
статьи 24 указанного закона являются лица из числа работников уголовно-
исполнительной системы, имеющие специальные звания сотрудников
уголовно-исполнительной системы.
Порядок и условия прохождения службы, а также организация
деятельности работников уголовно-исполнительной системы Министерства
внутренних дел Российской Федерации, перешедших либо вновь принятых
на работу (службу) в уголовно-исполнительную систему Министерства
юстиции Российской Федерации, в силу пункта 4 Указа Президента
Российской Федерации от 8 октября 1997 года № 1100 «О реформировании
уголовно-исполнительной
системы
Министерства
внутренних
дел
Российской Федерации» регламентируются Положением о службе в органах
внутренних дел Российской Федерации, утвержденным постановлением
Верховного Совета Российской Федерации от 23 декабря 1992 года № 4202-I
«Об утверждении Положения о службе в органах внутренних дел Российской
Федерации и текста Присяги сотрудника органов внутренних дел Российской
Федерации», Законом Российской Федерации от 21 июля 1993 года № 5473-I
«Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде
лишения
свободы»,
Уголовно-исполнительным
кодексом
Российской
Федерации, соответствующими федеральными законами и правилами
внутреннего распорядка учреждений и органов, исполняющих уголовные
наказания.
Указанное положение применяется в учреждениях и органах уголовно-
исполнительной системы в соответствии с Инструкцией о порядке
применения Положения о службе в органах внутренних дел Российской
Федерации в учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы
(утверждена приказом Министерства юстиции Российской Федерации
от 6 июня 2005 года № 76 «Об утверждении Инструкции о порядке
применения Положения о службе в органах внутренних дел Российской
Федерации в учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы»).
4
Служба в федеральной противопожарной службе согласно пункту 1
статьи
3
Федерального
закона
от
23
мая
2016
года
№ 141-ФЗ
«О службе в федеральной противопожарной службе Государственной
противопожарной
службы
и
внесении
изменений
в
отдельные
законодательные акты Российской Федерации» является федеральной
государственной
службой,
представляющей
собой
профессиональную
служебную деятельность граждан Российской Федерации на должностях в
федеральном органе исполнительной власти, уполномоченном на решение
задач в области пожарной безопасности, его территориальных органах –
региональных центрах по делам гражданской обороны, чрезвычайным
ситуациям и ликвидации последствий стихийных бедствий, органах,
уполномоченных решать задачи гражданской обороны и задачи по
предупреждению и ликвидации чрезвычайных ситуаций по субъектам
Российской Федерации, подразделениях, организациях и учреждениях
названного
федерального
органа
исполнительной
власти
(далее – подразделение), а также на должностях, не являющихся
должностями в этом федеральном органе, подразделениях, в случаях и на
условиях, которые предусмотрены данным федеральным законом, другими
федеральными законами и (или) нормативными правовыми актами
Президента Российской Федерации.
Сотрудником федеральной противопожарной службы в соответствии с
частью 1 статьи 10 указанного федерального закона является гражданин,
который взял на себя обязательства по прохождению службы в федеральной
противопожарной службе в должности рядового или начальствующего
состава и которому в установленном этим федеральным законом порядке
присвоено специальное звание рядового или начальствующего состава.
Служба в Следственном комитете Российской Федерации (далее
также – Следственный комитет) согласно части 1 статьи 15 Федерального
закона от 28 декабря 2010 года № 403-ФЗ «О Следственном комитете
Российской Федерации» является федеральной государственной службой,
которую проходят сотрудники Следственного комитета в соответствии с
данным федеральным законом и иными нормативными правовыми актами
Российской Федерации.
К сотрудникам Следственного комитета в силу пункта 5 статьи 4
указанного федерального закона относятся руководители следственных
органов Следственного комитета, следователи, а также другие должностные
лица Следственного комитета, имеющие специальные или воинские звания
либо замещающие должности, по которым предусмотрено присвоение
специальных или воинских званий.
Служба в таможенных органах в силу статьи 1 Федерального закона
от 21 июля 1997 года № 114-ФЗ «О службе в таможенных органах
Российской Федерации» является особым видом государственной службы
граждан Российской Федерации, осуществляющих профессиональную
деятельность по реализации функций, прав и обязанностей таможенных
5
органов и организаций Федеральной таможенной службы (далее –
таможенные органы), входящих в систему правоохранительных органов
Российской Федерации.
Как следует из статьи 3 названного федерального закона, сотрудниками
таможенных органов являются должностные лица этих органов – граждане,
замещающие должности сотрудников в указанных органах, которым
присвоены специальные звания.
В силу части седьмой статьи 11 Трудового кодекса Российской
Федерации на федеральных государственных служащих действие трудового
законодательства и иных актов, содержащих нормы трудового права,
распространяется с особенностями, предусмотренными федеральными
законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.
Так, на основании части 2 статьи 3 Федерального закона от 30 ноября
2011 года № 342-ФЗ «О службе в органах внутренних дел Российской
Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты
Российской Федерации» в случаях, не урегулированных нормативными
правовыми актами Российской Федерации, в соответствии с которыми
осуществляется регулирование правоотношений, связанных со службой в
органах внутренних дел, к этим правоотношениям применяются нормы
трудового законодательства.
Аналогичным образом в силу части 2 статьи 2 Федерального закона
от 23 мая 2016 года № 141-ФЗ «О службе в федеральной противопожарной
службе Государственной противопожарной службы и внесении изменений в
отдельные законодательные акты Российской Федерации» в случаях, не
урегулированных нормативными правовыми актами, в соответствии с
которыми осуществляется регулирование правоотношений, связанных со
службой в федеральной противопожарной службе, к этим правоотношениям
применяются нормы трудового законодательства Российской Федерации.
Таким образом, указанными федеральными законами предусмотрено
субсидиарное применение норм трудового законодательства к отношениям,
связанным со службой в органах внутренних дел, и к отношениям,
связанным со службой в федеральной противопожарной службе.
Согласно части 3 статьи 15 Федерального закона от 28 декабря
2010 года № 403-ФЗ «О Следственном комитете Российской Федерации» на
сотрудников
Следственного
комитета
(кроме
военнослужащих)
распространяется
трудовое
законодательство
с
особенностями,
предусмотренными данным федеральным законом.
Что же касается сотрудников уголовно-исполнительной системы, а
также сотрудников таможенных органов, то, поскольку федеральными
законами и иными нормативными правовыми актами, регламентирующими
прохождение федеральной государственной службы соответствующего вида,
общие правила применения трудового законодательства и иных актов,
содержащих нормы трудового права, не определены, на названных
сотрудников
действие
трудового
законодательства
и
иных
актов,
6
содержащих нормы трудового права, распространяется в соответствии с
частью седьмой статьи 11 Трудового кодекса Российской Федерации.
Как следует из представленных на изучение материалов судебной
практики, судами рассматривались дела по искам сотрудников органов
внутренних дел, сотрудников органов уголовно-исполнительной системы,
сотрудников
федеральной
противопожарной
службы,
сотрудников
Следственного комитета, сотрудников таможенных органов (далее также –
сотрудники) к федеральным государственным органам, их территориальным
органам, подразделениям, организациям и учреждениям о признании
незаконным отказа в принятии на службу; о признании незаконным решения
о прекращении допуска к сведениям, составляющим государственную тайну;
об отмене приказов о привлечении к дисциплинарной ответственности;
о
признании
незаконными
заключений
служебных
проверок;
о предоставлении дополнительных дней отдыха; о признании незаконными
приказов о зачислении в распоряжение; о признании незаконными
прекращения контракта и увольнения со службы по различным основаниям;
о восстановлении на службе; иные служебные споры.
Кроме того, судами рассматривались дела по искам федеральных
государственных органов, их территориальных органов, подразделений,
организаций и учреждений к сотрудникам о привлечении к материальной
ответственности.
Дела указанной категории разрешаются судами в порядке искового
производства.
При рассмотрении дел по спорам, связанным с прохождением службы
указанными
федеральными
государственными
служащими,
суды
руководствовались, в частности:
– Конституцией Российской Федерации;
– Трудовым кодексом Российской Федерации (далее также – ТК РФ);
– Гражданским процессуальным кодексом Российской Федерации
(далее – ГПК РФ);
– Федеральным законом от 27 мая 2003 года № 58-ФЗ «О системе
государственной службы Российской Федерации»;
– Федеральным законом от 30 ноября 2011 года № 342-ФЗ «О службе в
органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в
отдельные законодательные акты Российской Федерации» (далее –
Федеральный закон от 30 ноября 2011 года № 342-ФЗ);
– Федеральным законом от 7 февраля 2011 года № 3-ФЗ «О полиции»
(далее – Федеральный закон «О полиции»);
– Федеральным законом от 19 июля 2011 года № 247-ФЗ
«О социальных гарантиях сотрудникам органов внутренних дел Российской
Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты
Российской Федерации» (далее – Федеральный закон «О социальных
гарантиях сотрудникам органов внутренних дел Российской Федерации и
7
внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской
Федерации»);
– Федеральным законом от 21 июля 1998 года № 117-ФЗ «О внесении
изменений и дополнений в законодательные акты Российской Федерации в
связи с реформированием уголовно-исполнительной системы» (далее –
Федеральный закон «О внесении изменений и дополнений в законодательные
акты Российской Федерации в связи с реформированием уголовно-
исполнительной системы»);
– Федеральным законом от 28 декабря 2010 года № 403-ФЗ
«О Следственном комитете Российской Федерации»;
– Федеральным законом от 21 июля 1997 года № 114-ФЗ «О службе в
таможенных органах Российской Федерации»;
–
Федеральным
законом
от
23
мая
2016
года
№ 141-ФЗ
«О службе в федеральной противопожарной службе Государственной
противопожарной
службы
и
внесении
изменений
в
отдельные
законодательные акты Российской Федерации»;
– Федеральным законом от 30 декабря 2012 года № 283-ФЗ
«О социальных гарантиях сотрудникам некоторых федеральных органов
исполнительной власти и внесении изменений в отдельные законодательные
акты Российской Федерации»;
– Законом Российской Федерации от 21 июля 1993 года № 5473-I
«Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде
лишения свободы» (далее – Закон Российской Федерации «Об учреждениях и
органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы»);
– Законом Российской Федерации от 21 июля 1993 года № 5485-I
«О государственной тайне» (далее – Закон Российской Федерации
«О государственной тайне»);
–
постановлением
Верховного
Совета
Российской
Федерации
от 23 декабря 1992 года № 4202-I «Об утверждении Положения о службе в
органах внутренних дел Российской Федерации и текста Присяги сотрудника
органов внутренних дел Российской Федерации»;
– Указом Президента Российской Федерации от 30 ноября 1995 года
№ 1203 «Об утверждении Перечня сведений, отнесенных к государственной
тайне»;
– Указом Президента Российской Федерации от 14 октября 2012 года
№ 1377 «О Дисциплинарном уставе органов внутренних дел Российской
Федерации»;
– Указом Президента Российской Федерации от 16 ноября 1998 года
№ 1396 «Об утверждении Дисциплинарного устава таможенной службы
Российской Федерации»;
– Указом Президента Российской Федерации от 8 октября 1997 года
№ 1100
«О
реформировании
уголовно-исполнительной
системы
Министерства внутренних дел Российской Федерации»;
8
– Указом Президента Российской Федерации от 13 октября 2004 года
№ 1314 «Вопросы Федеральной службы исполнения наказаний»;
– другими федеральными законами, указами Президента Российской
Федерации,
постановлениями
Правительства
Российской
Федерации,
нормативными правовыми актами федеральных органов исполнительной
власти.
В целях обеспечения единообразного подхода к разрешению споров,
связанных с прохождением службы сотрудниками органов внутренних дел,
сотрудниками органов уголовно-исполнительной системы, сотрудниками
федеральной противопожарной службы,
сотрудниками Следственного
комитета Российской Федерации, сотрудниками таможенных органов, и
принимая во внимание, что судами по отдельным категориям споров
допускаются ошибки, для их устранения необходимо обратить внимание на
следующие правовые позиции.
1. При рассмотрении судом служебного спора и разрешении
вопроса об уважительности причин пропуска сотрудником срока
обращения в суд в качестве обстоятельства, имеющего значение для
дела, следует принимать во внимание его обращение для разрешения
этого служебного спора к уполномоченному руководителю.
А. обратился в суд с иском к органу внутренних дел о признании
незаконным заключения по результатам служебного расследования и
решения о прекращении его допуска к государственной тайне, об отмене
приказа об увольнении со службы в органах внутренних дел, о
восстановлении на службе в ранее занимаемой должности.
В обоснование заявленного иска А. указал, что проходил службу в
органах внутренних дел, имел оформленный в установленном порядке
допуск к сведениям, составляющим государственную тайну. Руководителем
органа внутренних дел 28 марта 2016 года утверждено заключение по
результатам служебного расследования о несанкционированном выезде А. за
границу и тем самым невыполнении им взятого на себя обязательства,
связанного с соблюдением установленных требований режима секретности.
На основании этого заключения 28 марта 2016 года принято решение о
прекращении А. допуска к государственной тайне, а 2 апреля 2016 года – о
его временном отстранении от выполнения служебных обязанностей.
Заключением по результатам служебной проверки подразделения по
собственной безопасности МВД России о возможных несанкционированных
выездах А. за пределы Российской Федерации от 4 июня 2016 года
установлено, что документы, разрешающие А. выезд за пределы Российской
Федерации, оформлены надлежащим образом.
24 июня 2016 года А. обратился к руководителю органа внутренних дел
с рапортом о разрешении служебного спора, в котором указал, что
заключение по результатам служебного расследования и принятое на его
9
основе распоряжение о прекращении ему допуска к государственной тайне
являются необоснованными.
Руководителем
органа
внутренних
дел
решение
по
данному
обращению принято не было. В связи с прекращением А. допуска к
государственной тайне ему были предложены должности, не связанные с
таким допуском, от которых А. отказался. Контракт с А. был расторгнут, и
8 декабря 2016 года он был уволен со службы в органах внутренних дел по
пункту 21 части 2 статьи 82 Федерального закона от 30 ноября 2011 года
№ 342-ФЗ (в связи с прекращением допуска к сведениям, составляющим
государственную и иную охраняемую законом тайну, если выполнение
служебных обязанностей требует допуска к таким сведениям).
Истец полагал увольнение необоснованным, поскольку нарушений
обязательств, связанных с соблюдением требований режима секретности, он
не допускал.
Решением суда первой инстанции в удовлетворении исковых
требований А. отказано со ссылкой на часть 6 статьи 152 ГПК РФ в связи с
пропуском срока обращения в суд для защиты права без исследования иных
фактических обстоятельств по делу.
Принимая решение об отказе в удовлетворении исковых требований А.,
суд первой инстанции исходил из того, что А., зная о выводах заключения
проведенного служебного расследования и прекращении ему 28 марта
2016 года допуска к государственной тайне, в предусмотренный законом
срок в судебном порядке указанные заключение и распоряжение не оспорил,
обратившись в суд с исковым заявлением только 20 декабря 2016 года, то
есть с пропуском установленного законом трехмесячного срока со дня, когда
он узнал или должен был узнать о нарушении своих прав.
Суд счел необоснованным довод А. о том, что он указанный выше срок
не пропустил в связи с обращением 24 июня 2016 года к руководителю
органа внутренних дел с рапортом о разрешении служебного спора.
Судебная
коллегия
по
гражданским
делам
Верховного
Суда
Российской Федерации при рассмотрении дела в апелляционном порядке с
таким выводом суда первой инстанции не согласилась в связи со следующим.
Согласно части 1 статьи 72 Федерального закона от 30 ноября
2011 года № 342-ФЗ служебный спор в органах внутренних дел (далее –
служебный
спор)
–
неурегулированные
разногласия
по
вопросам,
касающимся применения федеральных законов, иных нормативных правовых
актов Российской Федерации в сфере внутренних дел и контракта, между
руководителем федерального органа исполнительной власти в сфере
внутренних дел или уполномоченным руководителем и сотрудником органов
внутренних дел или гражданином, поступающим на службу в органы
внутренних дел либо ранее состоявшим на службе в органах внутренних дел,
а также между прямым руководителем (начальником) или непосредственным
руководителем (начальником) и сотрудником.
10
Сотрудник органов внутренних дел для разрешения служебного спора
вправе обратиться в письменной форме к непосредственному руководителю
(начальнику), а при несогласии с его решением или при невозможности
рассмотрения непосредственным руководителем (начальником) служебного
спора по существу к прямому руководителю (начальнику) или в суд (часть 3
статьи 72 Федерального закона от 30 ноября 2011 года № 342-ФЗ).
Частью 4 статьи 72 Федерального закона от 30 ноября 2011 года
№ 342-ФЗ предусмотрено, что сотрудник органов внутренних дел или
гражданин, поступающий на службу в органы внутренних дел либо ранее
состоявший на службе в органах внутренних дел, для разрешения
служебного спора может обратиться к руководителю федерального органа
исполнительной власти в сфере внутренних дел или уполномоченному
руководителю либо в суд в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или
должен был узнать о нарушении своего права, а для разрешения служебного
спора, связанного с увольнением со службы в органах внутренних дел, в
течение одного месяца со дня ознакомления с приказом об увольнении.
Служебный спор рассматривается руководителем федерального органа
исполнительной власти в сфере внутренних дел или уполномоченным
руководителем в течение одного месяца со дня подачи рапорта сотрудником
органов внутренних дел или со дня подачи письменного заявления
гражданином, поступающим на службу в органы внутренних дел либо ранее
состоявшим на службе в органах внутренних дел, в порядке, определяемом
федеральным органом исполнительной власти в сфере внутренних дел
(часть 7 статьи 72 Федерального закона от 30 ноября 2011 года № 342-ФЗ).
В силу части 8 статьи 72 Федерального закона от 30 ноября 2011 года
№ 342-ФЗ решение руководителя федерального органа исполнительной
власти в сфере внутренних дел или уполномоченного руководителя по
служебному спору может быть обжаловано в суд в течение десяти дней со
дня вручения копии соответствующего решения сотруднику органов
внутренних дел или гражданину, поступающему на службу в органы
внутренних дел либо ранее состоявшему на службе в органах внутренних
дел, обратившимся для разрешения служебного спора.
Согласно пункту 8 Порядка рассмотрения служебного спора в органах
внутренних дел Российской Федерации, утвержденного приказом Министра
внутренних дел Российской Федерации от 13 августа 2012 года № 782 (далее
в примере – Порядок), служебный спор рассматривается в течение одного
месяца со дня подачи рапорта сотрудника или письменного заявления
гражданина.
Решение соответствующего руководителя (начальника) по служебному
спору оформляется в письменном виде. Копия решения по служебному спору
в течение трех дней со дня его принятия вручается соответствующим
руководителем (начальником) или кадровым подразделением сотруднику
или гражданину, а в случае невозможности вручения направляется по почте.
11
Решение соответствующего руководителя (начальника) по служебному
спору может быть обжаловано в суд в течение десяти дней со дня получения
копии
соответствующего
решения
сотрудником
или
гражданином,
обратившимся для разрешения служебного спора (пункты 12, 13, 14
Порядка).
Из приведенных нормативных положений следует, что сотрудник
органов внутренних дел для разрешения служебного спора вправе обратиться
в письменной форме к непосредственному руководителю (начальнику) в
течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о
нарушении своего права; рапорт сотрудника органов внутренних дел
подлежит рассмотрению непосредственным руководителем (начальником) в
течение одного месяца со дня его подачи; решение по служебному спору
оформляется в письменном виде; его копия в течение трех дней со дня
принятия вручается сотруднику органов внутренних дел и в течение десяти
дней со дня вручения копии соответствующего решения сотруднику может
быть им обжаловано в суд.
В связи с этим обстоятельствами, имеющими значение для разрешения
вопроса о пропуске срока обращения в суд, если от ответчика поступило
заявление о пропуске такого срока истцом, являются: обращение сотрудника
с рапортом к руководителю для разрешения служебного спора; принятие
(непринятие) соответствующим начальником решения в письменном виде по
рапорту сотрудника органов внутренних дел о разрешении служебного
спора; получение (неполучение) этим сотрудником копии данного решения и
обращение в суд с соответствующим иском в случае несогласия с решением
начальника по служебному спору.
Как установлено судом апелляционной инстанции, А. 24 июня
2016 года обратился за разрешением служебного спора к руководителю
органа внутренних дел с рапортом, в котором считал необоснованными и
незаконными заключение служебного расследования от 28 марта 2016 года,
принятое на его основе распоряжение от 28 марта 2016 года о прекращении
ему допуска к государственной тайне, то есть в установленный частью 4
статьи 72 Федерального закона от 30 ноября 2011 года № 342-ФЗ
трехмесячный срок со дня, когда он узнал или должен был узнать о
нарушении своего права.
Сведений о том, что руководителем органа внутренних дел по
указанному рапорту А. было принято в письменном виде какое-либо решение
в течение одного месяца либо позднее вплоть до увольнения А. со службы
8 декабря 2016 года и о том, что копия данного решения ему была вручена
либо направлена по почте, не имеется.
Судебная
коллегия
по
гражданским
делам
Верховного
Суда
Российской Федерации указала, что А., реализуя предоставленное ему
частью 3 статьи 72 Федерального закона от 30 ноября 2011 года № 342-ФЗ
право для разрешения служебного спора обратиться в письменной форме к
12
непосредственному руководителю (начальнику) или в суд, избрал обращение
к непосредственному руководителю (начальнику).
Поскольку судом первой инстанции при рассмотрении дела по иску А.
не были приняты во внимание указанные выше фактические обстоятельства
(обращение А. к уполномоченному руководителю с рапортом о разрешении
служебного спора, неполучение им решения по данному рапорту),
свидетельствующие об уважительности причин пропуска А. установленного
законом трехмесячного срока для обращения в суд с заявлением о
разрешении служебного спора, Судебной коллегией по гражданским делам
Верховного Суда Российской Федерации вывод суда о пропуске А. этого
срока и, как следствие, отказ в удовлетворении исковых требований А. со
ссылкой на часть 6 статьи 152 ГПК РФ без исследования фактических
обстоятельств по делу признаны неправомерными.
(По материалам апелляционной практики Судебной коллегии по
гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации)
2. Право отбора кандидатов, способных по своим личным и
деловым
качествам
выполнять обязанности службы в органах
внутренних
дел,
отнесено
действующим
законодательством
к
компетенции уполномоченного руководителя.
Перечень уполномоченных руководителей, наделенных правом
рассмотрения документов, представленных гражданином Российской
Федерации для поступления на службу в органы внутренних дел
Российской Федерации, и принятия по ним решений, утверждается
федеральным органом исполнительной власти в сфере внутренних дел.
Б. обратился в суд с иском к территориальному органу внутренних дел
по субъекту Российской Федерации о признании незаконным решения об
отказе в приеме на службу в органы внутренних дел и об обязании заключить
с ним контракт о прохождении службы в органах внутренних дел.
В обоснование предъявленных требований Б. указал, что решением
ответчика ему отказано в приеме на службу в органы внутренних дел, что, по
его мнению, является незаконным, поскольку он ранее проходил службу в
органах внутренних дел, успешно прошел необходимые для приема на
службу испытания и соответствует всем предъявляемым к кандидатам на
службу в органы внутренних дел требованиям.
Решением городского суда в удовлетворении исковых требований Б.
отказано. Суд признал законным решение руководителя территориального
органа внутренних дел по субъекту Российской Федерации об отказе в
приеме Б. на службу в органы внутренних дел.
При разрешении спора судом установлено, что Б. проходил службу в
линейном управлении органов внутренних дел на транспорте и был уволен со
службы по соглашению сторон (пункт 1 части 2 статьи 82 Федерального
закона от 30 ноября 2011 года № 342-ФЗ) в июле 2013 года. В октябре
2014 года Б. обратился в территориальный орган внутренних дел по субъекту
13
Российской Федерации с заявлением о рассмотрении его документов с целью
возможного приема на службу в органы внутренних дел. Ответчиком в связи
с подачей Б. указанного заявления проведена проверка по линии собственной
безопасности на предмет наличия в отношении Б., как бывшего сотрудника
органов внутренних дел, компрометирующих материалов в период
прохождения им службы. Подразделением собственной безопасности МВД
России Б. не рекомендован к приему на службу в органы внутренних дел.
Изложенные обстоятельства явились основанием для отказа Б. в приеме на
службу в территориальный орган внутренних дел России по субъекту
Российской Федерации.
Апелляционным определением Судебной коллегии по гражданским
делам Верховного Суда Российской Федерации решение суда первой
инстанции оставлено без изменения в связи со следующим.
Согласно части 1 статьи 17 Федерального закона от 30 ноября
2011 года № 342-ФЗ на службу в органы внутренних дел вправе поступать
граждане не моложе 18 лет независимо от пола, расы, национальности,
происхождения,
имущественного
и
должностного
положения,
места
жительства,
отношения
к
религии,
убеждений,
принадлежности
к
общественным
объединениям,
владеющие
государственным
языком
Российской Федерации, соответствующие квалификационным требованиям,
установленным данным федеральным законом, способные по своим личным
и деловым качествам, физической подготовке и состоянию здоровья
выполнять служебные обязанности сотрудника органов внутренних дел.
В статье 18 Федерального закона от 30 ноября 2011 года № 342-ФЗ
определен перечень документов, которые гражданин представляет в
федеральный орган исполнительной власти в сфере внутренних дел, его
территориальный орган, подразделение для поступления на службу в органы
внутренних дел, в том числе согласие, выраженное в письменной форме, на
обработку персональных данных гражданина в целях изучения возможности
приема его на службу в органы внутренних дел (пункт 11 части 1 статьи 18
Федерального закона от 30 ноября 2011 года № 342-ФЗ).
Порядок приема граждан на службу в органы внутренних дел,
требования,
предъявляемые
к
кандидатам,
предусмотрены
также
Инструкцией о порядке отбора граждан Российской Федерации и приема
документов для поступления на службу в органы внутренних дел Российской
Федерации, утвержденной приказом МВД России от 18 июля 2014 года
№ 595 (далее в примере – Инструкция).
Основной целью отбора граждан Российской Федерации на службу в
органы внутренних дел Российской Федерации является прием на службу в
органы внутренних дел граждан, способных выполнять служебные
обязанности сотрудника органов внутренних дел добросовестно, на высоком
профессиональном уровне. Граждане, поступающие на службу в органы
внутренних дел, должны владеть государственным языком Российской
Федерации,
соответствовать
квалификационным
требованиям,
14
установленным Федеральным законом от 30 ноября 2011 года № 342-ФЗ,
быть способными по своим личным и деловым качествам, физической
подготовке и состоянию здоровья выполнять служебные обязанности
сотрудника органов внутренних дел (пункты 1, 2 Инструкции).
Пункт 31.3 указанной инструкции предусматривает проведение
проверки достоверности сообщенных кандидатом сведений по учетам
Главного
управления
собственной
безопасности
МВД
России
и
подразделений собственной безопасности территориальных органов МВД
России.
Частью 2 статьи 19 Федерального закона от 30 ноября 2011 года
№ 342-ФЗ установлено, что уполномоченный руководитель в течение трех
месяцев со дня принятия заявления обеспечивает проведение в отношении
гражданина мероприятий, связанных с допуском к сведениям, составляющим
государственную
и
иную
охраняемую
законом
тайну,
проверкой
достоверности сообщенных им сведений, проверкой уровня физической
подготовки, и направляет гражданина для прохождения медицинского
освидетельствования
(обследования)
и
проведения
мероприятий
по
профессиональному психологическому отбору.
Срок проведения проверки достоверности сообщенных гражданином
сведений может быть продлен уполномоченным руководителем до четырех
месяцев с письменным уведомлением об этом гражданина (часть 3 статьи 19
Федерального закона от 30 ноября 2011 года № 342-ФЗ).
Согласно части 4 статьи 19 Федерального закона от 30 ноября
2011
года
№
342-ФЗ
по
результатам
рассмотрения
документов,
представленных гражданином для поступления на службу в органы
внутренних дел, с учетом заключения военно-врачебной комиссии,
результатов
психофизиологических
исследований
(обследований),
тестирования, направленных на выявление потребления без назначения врача
наркотических средств или психотропных веществ и злоупотребления
алкоголем или токсическими веществами, уровня физической подготовки и
личного поручительства уполномоченным руководителем принимается одно
из следующих решений:
1) о заключении с гражданином трудового договора с условием об
испытании, предусмотренном статьей 24 указанного федерального закона;
2) о допуске к участию в конкурсе на замещение должности в органах
внутренних дел;
3) о заключении с гражданином контракта;
4) о направлении гражданина для поступления в образовательную
организацию высшего образования федерального органа исполнительной
власти в сфере внутренних дел для обучения по очной форме;
5) об отказе гражданину в приеме на службу в органы внутренних дел
или в направлении для поступления в образовательную организацию
высшего образования федерального органа исполнительной власти в сфере
внутренних дел для обучения по очной форме.
15
Служба
в
органах
внутренних
дел
является
особым
видом
государственной службы, направлена на реализацию публичных интересов,
что предопределяет наличие у сотрудников, проходящих службу в этих
органах, специального правового статуса, обусловленного выполнением
конституционно значимых функций по обеспечению правопорядка и
общественной безопасности. Законодатель, определяя правовой статус
сотрудников, проходящих службу в органах внутренних дел, вправе
устанавливать для этой категории граждан особые требования, в том числе к
их личным и деловым качествам, и особые обязанности, обусловленные
задачами,
принципами
организации
и
функционирования
органов
внутренних дел, а также специфическим характером деятельности указанных
лиц (постановление Конституционного Суда Российской Федерации
от 6 июня 1995 года № 7-П).
Судебная
коллегия
по
гражданским
делам
Верховного
Суда
Российской Федерации с учетом приведенных нормативных положений и
установленных по делу обстоятельств, принимая во внимание особый
характер и предназначение службы в органах внутренних дел, пришла к
выводу о том, что суд первой инстанции правильно признал законным
решение ответчика об отказе Б. в приеме на службу в органы внутренних дел,
поскольку данное решение было принято руководителем, наделенным
полномочиями по рассмотрению документов, представленных гражданином,
поступающим на службу в органы внутренних дел, и по принятию по этим
документам решения, и основано на данных, полученных по результатам
проверки достоверности сообщенных гражданином сведений, исходя в том
числе
из
информации,
полученной
от
подразделения
собственной
безопасности МВД России, на оценке его личных и деловых качеств. При
этом нарушений права Б. на доступ к службе в органах внутренних дел
ответчиком не допущено.
(По материалам апелляционной практики Судебной коллегии по
гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации)
3.
Прекращение
в
отношении
сотрудника
уголовного
преследования по основанию отсутствия в его действиях состава
преступления не освобождает такого сотрудника от дисциплинарной
ответственности,
если
нарушение
им
служебной
дисциплины
установлено по результатам служебной проверки.
Г. обратился в суд с иском к территориальному органу внутренних дел
по субъекту Российской Федерации о признании незаконными заключения
по материалам служебной проверки, приказов о наложении дисциплинарного
взыскания в виде увольнения со службы в органах внутренних дел по
пункту 7 части 2 статьи 82 Федерального закона от 30 ноября 2011 года
№ 342-ФЗ и об увольнении по данному основанию, а также о восстановлении
на службе.
16
В обоснование исковых требований Г. указал, что заключение
служебной проверки является незаконным в части установления его вины в
нарушении служебной дисциплины.
Решением
суда
первой
инстанции
исковые
требования
Г.
удовлетворены и он восстановлен на службе в органах внутренних дел.
Апелляционным
определением
суда
апелляционной
инстанции
от 25 июля 2014 года решение суда первой инстанции отменено. По делу
принято новое решение об отказе в удовлетворении исковых требований Г.
Постановлением
президиума
краевого
суда
апелляционное
определение суда апелляционной инстанции от 25 июля 2014 года отменено,
дело направлено на новое апелляционное рассмотрение в тот же суд в ином
составе судей.
Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским
делам краевого суда от 7 апреля 2015 года решение районного суда
оставлено без изменения.
Судебная
коллегия
по
гражданским
делам
Верховного
Суда
Российской Федерации отменила постановление президиума краевого суда и
определение суда апелляционной инстанции от 7 апреля 2015 года и оставила
в силе определение суда апелляционной инстанции от 25 июля 2014 года в
связи со следующим.
Как установлено судом, Г. проходил службу в органах внутренних дел,
занимал должность начальника отдела территориального органа внутренних
дел, на него было наложено дисциплинарное взыскание в виде увольнения и
Г. был уволен со службы по пункту 7 части 2 статьи 82 Федерального закона
от 30 ноября 2011 года № 342-ФЗ (в связи с неоднократным нарушением
служебной дисциплины при наличии у сотрудника дисциплинарного
взыскания, наложенного в письменной форме приказом руководителя
федерального органа исполнительной власти в сфере внутренних дел или
уполномоченного руководителя).
Основанием
для
наложения
дисциплинарного
взыскания
и
последующего увольнения Г. со службы явилось заключение служебной
проверки территориального органа внутренних дел по субъекту Российской
Федерации, назначенной по факту возбуждения в отношении Г. уголовного
дела по признакам преступления, предусмотренного частью 1 статьи 286
Уголовного кодекса Российской Федерации (совершение должностным
лицом действий, явно выходящих за пределы его полномочий и повлекших
существенное нарушение прав и законных интересов граждан или
организаций
либо
охраняемых
законом
интересов
общества
или
государства).
Данной проверкой было установлено, что в нарушение требований
Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях
(далее – КоАП РФ) сотрудники отдела, находящегося под непосредственным
руководством Г., самостоятельно и за счет собственных средств исполняли
постановления по делам об административных правонарушениях с целью
17
улучшения показателя взыскания штрафов по составленным протоколам об
административных правонарушениях. Кроме того, согласно материалам
проверки Г. был отдан приказ об изъятии у подчиненных сотрудников по
окончании несения ими службы служебных удостоверений и жетонов под
предлогом предупреждения происшествий, связанных с личным составом,
что было расценено как превышение должностных полномочий.
Разрешая спор и удовлетворяя заявленные Г. требования, суд первой
инстанции исходил из того, что заключение служебной проверки является
необоснованным, поскольку не устанавливает вину Г. во вменяемом ему
дисциплинарном проступке. При этом суд сослался на то обстоятельство, что
в отношении Г. возбуждено уголовное дело, производство по которому не
окончено, поэтому выводы служебной проверки не могут быть положены в
основу решения о привлечении истца к дисциплинарной ответственности.
С учетом того, что вина Г. во вменяемом ему дисциплинарном проступке не
установлена, отсутствуют основания для его увольнения.
Отменяя решение суда первой инстанции и принимая по делу новое
решение об отказе в удовлетворении иска, суд апелляционной инстанции в
определении от 25 июля 2014 года признал, что факт совершения Г.
дисциплинарного
проступка
подтверждается
материалами
служебной
проверки. При этом результат разрешения уголовного дела не имеет
правового значения при разрешении вопроса о применении к Г. мер
дисциплинарного взыскания за допущенные им нарушения служебной
дисциплины.
Президиум краевого суда, отменяя апелляционное определение суда
апелляционной инстанции и направляя дело на новое апелляционное
рассмотрение, сослался на то, что судебными инстанциями не в полной мере
установлены обстоятельства, свидетельствующие о соблюдении ответчиками
процедуры прекращения служебных отношений с Г.
При новом рассмотрении дела в апелляционном порядке 7 апреля
2015
года
суд апелляционной инстанции согласился
с
выводами,
изложенными в решении суда первой инстанции, мотивировав тем, что
уголовное преследование в отношении Г. прекращено в связи с отсутствием в
его действиях состава преступления, предусмотренного частью 1 статьи 286
Уголовного кодекса Российской Федерации, вина в указанных в служебной
проверке
действиях
истца
материалами
служебной
проверки
не
подтверждена.
Судебная
коллегия
по
гражданским
делам
Верховного
Суда
Российской Федерации нашла выводы суда первой инстанции, президиума
краевого
суда
и
суда
апелляционной
инстанции,
изложенные
в
апелляционном определении от 7 апреля 2015 года, о наличии оснований для
удовлетворения исковых требований Г. нарушающими нормы права,
подлежащие применению к спорным отношениям.
В силу пункта 2 части 1 статьи 13 Федерального закона от 30 ноября
2011 года № 342-ФЗ при осуществлении служебной деятельности, а также во
18
внеслужебное время сотрудник органов внутренних дел должен заботиться о
сохранении своих чести и достоинства, не допускать принятия решений из
соображений личной заинтересованности, не совершать при выполнении
служебных обязанностей поступки, вызывающие сомнение в объективности,
справедливости и беспристрастности сотрудника, наносящие ущерб его
репутации, авторитету федерального органа исполнительной власти в сфере
внутренних дел, а также государственной власти.
Служебная
дисциплина
–
соблюдение
сотрудником
органов
внутренних дел установленных законодательством Российской Федерации,
Присягой сотрудника органов внутренних дел Российской Федерации,
дисциплинарным уставом органов внутренних дел Российской Федерации,
контрактом, приказами и распоряжениями руководителя федерального
органа исполнительной власти в сфере внутренних дел, приказами и
распоряжениями прямых и непосредственных руководителей (начальников)
порядка и правил выполнения служебных обязанностей и реализации
предоставленных прав (часть 1 статьи 47 Федерального закона от 30 ноября
2011 года № 342-ФЗ).
В
целях
обеспечения
и
укрепления
служебной
дисциплины
руководителем федерального органа исполнительной власти в сфере
внутренних дел и уполномоченным руководителем к сотруднику органов
внутренних дел могут применяться меры поощрения и на него могут
налагаться дисциплинарные взыскания, предусмотренные статьями 48 и 50
названного федерального закона (часть 2 статьи 47 Федерального закона
от 30 ноября 2011 года № 342-ФЗ).
В соответствии с частью 1 статьи 52 Федерального закона от 30 ноября
2011 года № 342-ФЗ (в редакции, действовавшей на момент возникновения
спорных правоотношений) служебная проверка проводится по решению
руководителя федерального органа исполнительной власти в сфере
внутренних дел или уполномоченного руководителя при необходимости
выявления причин, характера и обстоятельств совершенного сотрудником
органов внутренних дел дисциплинарного проступка, подтверждения
наличия или отсутствия обстоятельств, предусмотренных статьей 29
Федерального закона «О полиции», а также по заявлению сотрудника.
Пунктом 7 части 2 статьи 82 Федерального закона от 30 ноября
2011 года № 342-ФЗ предусмотрено, что контракт может быть расторгнут, а
сотрудник органов внутренних дел может быть уволен со службы в органах
внутренних дел в связи с неоднократным нарушением служебной
дисциплины при наличии у сотрудника дисциплинарного взыскания,
наложенного в письменной форме приказом руководителя федерального
органа исполнительной власти в сфере внутренних дел или уполномоченного
руководителя.
Исходя из приведенных положений нормативных правовых актов
служба в органах внутренних дел является особым видом государственной
службы
и
направлена
на
реализацию
публичных
интересов,
что
19
предопределяет наличие у сотрудников, проходящих службу в этих органах,
специального правового статуса, в том числе предполагающего для этой
категории граждан особые требования к их личным и деловым качествам и
особые
обязанности,
обусловленные
выполняемыми
задачами
и
специфическим характером деятельности указанных лиц. При установлении
факта совершения сотрудником органов внутренних дел дисциплинарного
проступка на него может быть наложено дисциплинарное взыскание.
Судом первой инстанции при разрешении данного спора не учтено, что
именно нарушения служебной дисциплины, выразившиеся в совершении Г.
действий, явно выходящих за пределы его полномочий и повлекших
существенные
нарушения
прав
и
законных
интересов
граждан,
установленные служебной проверкой, и послужили основанием для
привлечения истца к дисциплинарной ответственности и издания приказов
об увольнении Г. со службы.
Суд первой инстанции, президиум краевого суда и суд апелляционной
инстанции (определение от 7 апреля 2015 года) не приняли во внимание, что
руководителем органов внутренних дел в силу части 2 статьи 47
Федерального закона от 30 ноября 2011 года № 342-ФЗ по результатам
служебной проверки было принято решение о наличии в действиях Г. факта
нарушения им служебной дисциплины и наличии по этой причине оснований
для расторжения с ним служебного контракта.
Судебная
коллегия
по
гражданским
делам
Верховного
Суда
Российской Федерации с учетом нормативных положений, регулирующих
спорные отношения, и того обстоятельства, что факт совершения Г.
дисциплинарного проступка подтвержден материалами служебной проверки,
признала
правомерным
вывод
суда
апелляционной
инстанции
в
апелляционном определении от 25 июля 2014 года о том, что результат
разрешения уголовного дела не имеет правового значения при разрешении
вопроса о применении к Г. мер дисциплинарного взыскания за допущенные
им нарушения служебной дисциплины, в связи с чем отменила решение суда
первой инстанции, президиума краевого суда и суда апелляционной
инстанции (определение от 7 апреля 2015 года) и оставила в силе
апелляционное определение от 25 июля 2014 года.
(Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного
Суда Российской Федерации от 23 ноября 2015 года № 19-КГ15-29;
аналогичная правовая позиция содержится в определениях Судебной
коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации
от 15 августа 2016 года № 21-КГ16-5, от 7 ноября 2016 года № 29-КГ16-7).
4. Сотруднику органов внутренних дел, являющемуся отцом
(усыновителем, попечителем) ребенка, отпуск по уходу за ребенком до
достижения им возраста трех лет предоставляется в порядке,
установленном трудовым законодательством, в случаях отсутствия
материнского попечения над ребенком по объективным причинам.
20
М. обратился в суд с иском к территориальному органу внутренних дел
по субъекту Российской Федерации о признании незаконными и об отмене
заключения служебной проверки, приказов о привлечении к дисциплинарной
ответственности и об увольнении со службы в органах внутренних дел, о
восстановлении на службе, об обязании ответчика предоставить ему отпуск
по уходу за ребенком до достижения им возраста трех лет, другими
требованиями.
В обоснование заявленных требований М. ссылался на то, что уволен
со службы в органах внутренних дел по пункту 6 части 2 статьи 82
Федерального закона от 30 ноября 2011 года № 342-ФЗ в связи с грубым
нарушением служебной дисциплины (отсутствием по месту службы без
уважительных причин более четырех часов подряд в течение установленного
служебного времени). М. указал, что его отсутствие по месту службы было
связано с подачей им рапорта о предоставлении отпуска по уходу за
ребенком до достижения им возраста трех лет, на который он имел право,
поскольку мать ребенка по состоянию здоровья не могла за ним ухаживать,
однако ему в этом было неправомерно отказано.
Решением районного суда, оставленным без изменения апелляционным
определением суда апелляционной инстанции, исковые требования М.
удовлетворены частично. Суд восстановил М. на службе в органах
внутренних дел, а также обязал ответчика предоставить М. отпуск по уходу
за ребенком до достижения им возраста трех лет. В удовлетворении
остальной части исковых требований М. отказано.
Как установлено судом, М. проходил службу в органах внутренних дел
в должности начальника правового отдела территориального органа
внутренних дел по субъекту Российской Федерации. С 10 августа
по 8 сентября 2015 года М. был предоставлен очередной отпуск за 2015 год с
выездом в г. Париж (Франция) к месту пребывания супруги, где у них
20 августа 2015 года родился сын.
М. 27 августа 2015 года из Франции по электронной почте подан
рапорт о предоставлении ему с 6 сентября 2015 года отпуска по уходу за
ребенком до достижения им возраста трех лет в связи с нахождением матери
ребенка на излечении и невозможностью ею самой осуществлять уход за
новорожденным с приложением медицинских документов о состоянии
здоровья супруги.
Впоследствии М. из Франции по электронной почте обращался в
территориальный орган внутренних дел по субъекту Российской Федерации с
рапортами о предоставлении ему различных отпусков за период службы в
органах внутренних дел (неиспользованных отпусков за предыдущие годы,
дополнительных отпусков за стаж службы в органах внутренних дел и др.),
которые были ему предоставлены.
Ответчиком 13 ноября 2015 года во Францию по электронной почте
сообщено М. о том, что ему отказано в предоставлении отпуска по уходу за
ребенком до достижения им возраста трех лет по причине того, что
21
представленные им медицинские документы не отражают объективных
причин невозможности ухода за ребенком его матерью. Одновременно истцу
предоставлена
возможность
приступить
к
исполнению
служебных
обязанностей 16 ноября 2015 года. При этом территориальным органом
внутренних дел по субъекту Российской Федерации проводилась проверка
обстоятельств, указанных М. в качестве причины для предоставления ему
отпуска по уходу за ребенком до достижения им возраста трех лет. Ответчик
пришел к выводу о том, что представленные М. документы не
свидетельствуют об отсутствии у ребенка материнского попечения по
объективным причинам.
В связи с невыходом М. на службу в период с 16 ноября по 3 декабря
2015 года руководителем территориального органа внутренних дел по
субъекту Российской Федерации назначено проведение служебной проверки.
Заключением по результатам проверки установлен факт отсутствия М. по
месту службы в указанный период без уважительных причин, в связи с чем в
заключении сделан вывод о грубом нарушении им служебной дисциплины.
М. привлечен к дисциплинарной ответственности в виде увольнения из
органов внутренних дел по пункту 6 части 2 статьи 82 Федерального закона
от 30 ноября 2011 года № 342-ФЗ в связи с грубым нарушением служебной
дисциплины,
выразившимся
в
отсутствии
по
месту
службы
без
уважительных причин более четырех часов подряд в течение установленного
служебного времени, и приказом начальника территориального органа
внутренних дел по субъекту Российской Федерации уволен 4 декабря
2015 года со службы в органах внутренних дел по данному основанию.
Разрешая спор по существу и удовлетворяя исковые требования М. в
части обязания ответчика предоставить ему отпуск по уходу за ребенком до
достижения им возраста трех лет, суд первой инстанции ссылался на
положения части 8 статьи 56 Федерального закона от 30 ноября 2011 года
№ 342-ФЗ и исходил из того, что к направленному М. в адрес ответчика
заявлению о предоставлении отпуска по уходу за ребенком прилагались
медицинские документы, подтверждающие, что его супруга по состоянию
здоровья не может осуществлять уход за их новорожденным ребенком. Суд
первой инстанции также указал, что ответчик не представил какие-либо
доказательства
(медицинские
документы,
заключения
специалистов),
подтверждающие, что на момент увольнения М. со службы в органах
внутренних дел его супруга по состоянию здоровья могла осуществлять уход
за новорожденным ребенком. Суд сделал вывод о том, что М. имел право на
предоставление ему отпуска по уходу за ребенком до достижения возраста
трех лет.
Кроме того, суд первой инстанции полагал, что на истца в период его
нахождения
в
отпуске
по
уходу
за
ребенком
распространяются
установленные статьей 256 ТК РФ гарантии, предусматривающие сохранение
за работником места работы (должности), вследствие чего признал не
соответствующими закону заключение по результатам служебной проверки в
22
отношении М. и последовавшие за ним привлечение его к дисциплинарной
ответственности и увольнение со службы в органах внутренних дел.
Суд апелляционной инстанции согласился с выводами суда первой
инстанции.
Судебная
коллегия
по
гражданским
делам
Верховного
Суда
Российской Федерации признала приведенные выводы судебных инстанций
основанными на неправильном применении норм материального права,
регулирующих спорные отношения, в связи со следующим.
Права сотрудника органов внутренних дел установлены статьей 11
Федерального закона от 30 ноября 2011 года № 342-ФЗ, в пункте 3 части 1
которой указано право на отдых в соответствии с законодательством
Российской Федерации.
Ко времени отдыха, как следует из положений части 2 статьи 55
Федерального закона от 30 ноября 2011 года № 342-ФЗ, относятся, в
частности, отпуска.
Виды
отпусков
с
сохранением
денежного
довольствия,
предоставляемых сотруднику органов внутренних дел, перечислены в части 1
статьи 56 Федерального закона от 30 ноября 2011 года № 342-ФЗ. К ним
относятся основной отпуск, дополнительные отпуска, каникулярный отпуск,
отпуск по личным обстоятельствам, отпуск по окончании образовательной
организации высшего образования федерального органа исполнительной
власти в сфере внутренних дел, другие виды отпусков в случае, если их
оплата предусмотрена законодательством Российской Федерации.
Основной и дополнительный отпуска сотруднику органов внутренних
дел предоставляются ежегодно начиная с года поступления на службу в
органы внутренних дел (часть 2 статьи 56 Федерального закона от 30 ноября
2011 года № 342-ФЗ).
Статьей 63 Федерального закона от 30 ноября 2011 года № 342-ФЗ
установлены другие виды отпусков, предоставляемых сотрудникам органов
внутренних дел, в число которых входит отпуск по уходу за ребенком.
В соответствии с частью 8 статьи 56 Федерального закона от 30 ноября
2011 года № 342-ФЗ сотруднику органов внутренних дел женского пола, а
также сотруднику, являющемуся отцом (усыновителем, попечителем) и
воспитывающему ребенка без матери (в случае ее смерти, лишения ее
родительских прав, длительного пребывания в лечебном учреждении и в
других случаях отсутствия материнского попечения по объективным
причинам), предоставляется отпуск по уходу за ребенком до достижения им
возраста трех лет в порядке, установленном трудовым законодательством.
На такого сотрудника в части, не противоречащей указанному федеральному
закону, распространяются социальные гарантии, установленные трудовым
законодательством.
Из приведенных норм Федерального закона от 30 ноября 2011 года
№ 342-ФЗ в их взаимосвязи следует, что, по общему правилу, исходя из
особого правового статуса сотрудников органов внутренних дел право на
23
отпуск по уходу за ребенком до достижения им возраста трех лет имеют
сотрудники органов внутренних дел женского пола, мужчины – сотрудники
органов внутренних дел, воспитывающие ребенка совместно с матерью,
безусловного права на такой отпуск не имеют.
Недопущение совмещения отцами – сотрудниками органов внутренних
дел исполнения их служебных обязанностей с воспитанием малолетних детей
при наличии материнского попечения посредством отпуска по уходу за
ребенком, с одной стороны, обусловлено спецификой правового статуса
сотрудников органов внутренних дел, а с другой – согласуется с
конституционно значимыми целями ограничения прав и свобод человека и
гражданина (часть 3 статьи 55 Конституции Российской Федерации),
оправдано
необходимостью
создания
условий
для
эффективной
профессиональной деятельности сотрудников органов внутренних дел,
обеспечивающих правопорядок и общественную безопасность. Служба в
органах внутренних дел является особым видом государственной службы,
направлена на реализацию публичных интересов, что предопределяет
наличие у сотрудников, проходящих службу в этих органах, специального
правового статуса, обусловленного выполнением конституционно значимых
функций по обеспечению правопорядка и общественной безопасности.
Законодатель, определяя правовой статус сотрудников, проходящих службу в
органах внутренних дел, вправе устанавливать для этой категории граждан
как определенные ограничения в части реализации ими гражданских прав и
свобод, так и особые обязанности, обусловленные задачами, принципами
организации и функционирования органов внутренних дел, а также
специфическим характером деятельности указанных лиц (определение
Конституционного Суда Российской Федерации от 16 апреля 2009 года
№ 566-О-О).
Поскольку служба в органах внутренних дел в силу предъявляемых к
ней специфических требований исключает возможность неисполнения
сотрудниками указанных органов своих служебных обязанностей без ущерба
для охраняемых законом публичных интересов, ограничение права отцов,
проходящих службу в указанных органах и воспитывающих ребенка (детей)
совместно с матерью, на использование отпуска по уходу за ребенком
направлено на соблюдение баланса публичных и частных интересов
(определение Конституционного Суда Российской Федерации от 5 марта
2009 года № 377-О-О).
Вместе с тем частью 8 статьи 56 Федерального закона от 30 ноября
2011 года № 342-ФЗ предусмотрено предоставление отпуска по уходу за
ребенком до достижения им возраста трех лет отцам – сотрудникам органов
внутренних дел, но только в случаях воспитания ими ребенка без матери,
вызванного отсутствием объективной возможности ухода за ребенком
матерью. Примерный перечень таких случаев приведен в названной норме, а
именно: в случае смерти матери, лишения ее родительских прав, длительного
24
пребывания в лечебном учреждении и других случаях отсутствия
материнского попечения по объективным причинам.
Таким образом, при разрешении исковых требований о предоставлении
отпуска по уходу за ребенком до достижения им возраста трех лет отцу –
сотруднику органов внутренних дел обстоятельством, имеющим значение
для дела, является определение факта наличия или отсутствия у ребенка
материнского попечения как основания предоставления отцу – сотруднику
органов внутренних дел отпуска по уходу за ребенком.
Суды первой и апелляционной инстанций данное юридически
значимое обстоятельство не установили, вывода о наличии или отсутствии у
сына
истца
материнского
попечения
и,
как
следствие,
основания
предоставления М. отпуска по уходу за ребенком до достижения им возраста
трех лет не сделали.
Ввиду изложенного Судебная коллегия по гражданским делам
Верховного Суда Российской Федерации признала неправомерным вывод
судебных инстанций о том, что М. имел право на предоставление ему
отпуска по уходу за ребенком до достижения им возраста трех лет.
Кроме того, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного
Суда Российской Федерации указала, что судебными инстанциями не
применены к спорным отношениям положения части 12 статьи 56
Федерального закона от 30 ноября 2011 года № 342-ФЗ, которые
устанавливают, что предоставление сотруднику органов внутренних дел
отпуска, соединение или разделение отпусков, продление или перенос
отпуска, замена части отпуска денежной компенсацией и отзыв сотрудника
из отпуска оформляются приказом руководителя федерального органа
исполнительной власти в сфере внутренних дел или уполномоченного
руководителя.
Из приведенной нормы права следует, что предоставление сотруднику
органов внутренних дел отпуска осуществляется на основании приказа
уполномоченного руководителя, поэтому наличие только рапорта от
сотрудника органов внутренних дел о предоставлении ему отпуска не может
служить основанием для невыхода на службу и для отсутствия такого
сотрудника органов внутренних дел на службе без соответствующего
согласования отпуска с уполномоченным руководителем и оформления
предоставляемого отпуска соответствующим приказом.
Делая вывод о распространении на М. как на лицо, находящееся в
отпуске по уходу за ребенком до достижения им возраста трех лет, гарантий,
предусмотренных статьей 256 ТК РФ (в силу части четвертой названной
правовой нормы за работником сохраняется место работы (должность) на
период отпуска по уходу за ребенком), судебные инстанции не дали правовой
оценки тому обстоятельству, что приказ о предоставлении М. отпуска по
уходу за ребенком до достижения им возраста трех лет на основании
поданного им рапорта не оформлялся, напротив, истец был поставлен в
известность об отказе ему в предоставлении этого отпуска, однако он в
25
отсутствие положительного решения уполномоченного руководителя по
поданному им рапорту самовольно не выходил на службу в течение
установленного служебного времени. При этом судебные инстанции
оставили без внимания разъяснения, содержащиеся в подпункте «д»
пункта 39 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации
от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации
Трудового
кодекса
Российской
Федерации»,
согласно
которым
за
самовольный уход работника в отпуск может быть произведено его
увольнение за прогул.
В соответствии с пунктом 2 части 2 статьи 49 Федерального закона
от 30 ноября 2011 года № 342-ФЗ отсутствие сотрудника по месту службы
без уважительных причин более четырех часов подряд в течение
установленного
служебного
времени
является
грубым
нарушением
служебной дисциплины сотрудником органов внутренних дел.
Пунктом 6 части 2 статьи 82 Федерального закона от 30 ноября
2011 года № 342-ФЗ установлено, что контракт может быть расторгнут, а
сотрудник органов внутренних дел может быть уволен со службы в органах
внутренних дел в связи с грубым нарушением служебной дисциплины.
Поскольку
реализация
сотрудником
органов
внутренних
дел,
являющимся отцом ребенка, права на отпуск по уходу за ребенком до
достижения
им
возраста
трех
лет,
возникающего
при
наличии
установленного законом обязательного условия (отсутствия материнского
попечения),
осуществляется
на
основании
приказа
руководителя
федерального органа исполнительной власти в сфере внутренних дел или
уполномоченного руководителя, то несоблюдение такого порядка реализации
права и невыход сотрудника органов внутренних дел на службу в отсутствие
уважительных причин относится к грубому нарушению служебной
дисциплины, которое может служить основанием для расторжения контракта
и увольнения сотрудника со службы в органах внутренних дел.
С
учетом
того,
что
руководителем
территориального
органа
внутренних дел по субъекту Российской Федерации приказ о предоставлении
М. отпуска по уходу за ребенком до достижения им возраста трех лет не
оформлялся, выводы судебных инстанций о том, что М. в период с 16 ноября
по 3 декабря 2015 года фактически находился в отпуске по уходу за ребенком
до достижения им возраста трех лет, а также о незаконности заключения по
результатам служебной проверки в отношении М., устанавливающего
неуважительность причин его отсутствия на службе в данный период, и
последовавших за ним привлечения М. к дисциплинарной ответственности и
увольнения его со службы, Судебной коллегией по гражданским делам
Верховного Суда Российской Федерации признаны противоречащими
положениям части 12 статьи 56, пункта 2 части 2 статьи 49 и пункта 6 части 2
статьи 82 Федерального закона от 30 ноября 2011 года № 342-ФЗ.
Судебная
коллегия
по
гражданским
делам
Верховного
Суда
Российской Федерации отменила состоявшиеся по делу судебные акты в
26
части удовлетворения исковых требований М. и направила дело в этой части
на новое рассмотрение в суд первой инстанции.
(Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного
Суда Российской Федерации от 19 июня 2017 года № 46-КГ17-17)
5. Реализация сотрудником органов внутренних дел права на
освобождение от выполнения служебных обязанностей в связи с
временной нетрудоспособностью регламентируется законодательством о
прохождении службы в органах внутренних дел.
К. обратился в суд с иском к территориальному органу внутренних дел
по субъекту Российской Федерации о признании незаконным и об отмене
приказа о его увольнении со службы в органах внутренних дел по пункту 5
части 3 статьи 82 Федерального закона от 30 ноября 2011 года № 342-ФЗ в
связи с представлением им в период прохождения службы в органах
внутренних дел копии подложного диплома о высшем образовании.
В обоснование заявленных требований К. указал, что проходил службу
в органах внутренних дел, незаконно был уволен со службы в период его
временной нетрудоспособности, когда он проходил лечение в медицинском
учреждении, относящемся к частной системе здравоохранения (с 4 ноября
2014 года по 7 января 2015 года), о чем ответчику было известно.
Решением районного суда в удовлетворении исковых требований К.
отказано.
Судом установлено, что согласно заключению по результатам
служебной проверки в отношении К. он в 2007 и в 2011 годах представлял в
кадровое подразделение территориального органа внутренних дел по
субъекту Российской Федерации копию подложного диплома о высшем
образовании. С указанным заключением служебной проверки К. был
ознакомлен 10 июня 2014 года.
В период с 23 июня по 4 июля 2014 года и с 10 июля по 7 августа
2014 года К. был временно нетрудоспособен, с 11 августа по 4 ноября
2014 года он находился на амбулаторном лечении в медицинском
учреждении системы МВД России, согласно справке которого К. надлежало
приступить к служебным обязанностям 5 ноября 2014 года. Впоследствии К.
в названное медицинское учреждение системы МВД России за медицинской
помощью не обращался.
Кроме этого, судом было установлено, что К. по месту службы
представил
медицинское
заключение
медицинского
учреждения,
относящегося к частной системе здравоохранения, согласно которому он с
4 ноября 2014 года проходил амбулаторное лечение в данном учреждении.
В процессе беседы, которая была проведена с К. 10 декабря 2014 года
сотрудниками территориального органа внутренних дел по субъекту
Российской Федерации, выезжавшими по месту его регистрации, в связи с
предстоящим увольнением его из органов внутренних дел, истец сообщил,
что находится на излечении, однако пояснить, с какого времени и в каком
27
лечебном учреждении он находится на лечении, К. отказался. Надлежаще
зарегистрированный листок освобождения от выполнения служебных
обязанностей на период временной нетрудоспособности К. не представил как
лицу, проводившему с ним беседу, так и в кадровое подразделение по месту
службы.
Руководителем территориального органа внутренних дел по субъекту
Российской Федерации 12 декабря 2014 года на основании указанного выше
заключения служебной проверки был издан приказ, в соответствии с
которым контракт о прохождении службы в органах внутренних дел с К.
расторгнут и К. уволен со службы по основанию, предусмотренному пунктом
5 части 3 статьи 82 Федерального закона от 30 ноября 2011 года № 342-ФЗ
(в связи с представлением сотрудником подложных документов или
заведомо ложных сведений при поступлении на службу в органы внутренних
дел, а также в связи с представлением сотрудником в период прохождения
службы в органах внутренних дел подложных документов или заведомо
ложных
сведений,
подтверждающих
его
соответствие
требованиям
законодательства Российской Федерации в части, касающейся условий
замещения соответствующей должности в органах внутренних дел, если это
не влечет за собой уголовную ответственность).
Разрешая спор и принимая решение об отказе в удовлетворении
заявленных К. требований, суд первой инстанции исходил из того, что
увольнение
по
указанному
основанию
является
безусловным
при
установлении факта представления сотрудником в период прохождения
службы в органах внутренних дел подложных документов. Такой факт, а
именно представление К. в 2007 году и в 2011 году копии подложного
диплома о высшем образовании в подразделение по работе с личным
составом территориального органа внутренних дел по субъекту Российской
Федерации, был установлен при проведении служебной проверки.
Проверяя доводы К. о незаконности увольнения, суд сделал вывод о
наличии злоупотребления правом со стороны истца, который скрыл от
работодателя сведения о своей нетрудоспособности, ее причине (заболевание
либо травма), об обстоятельствах получения травмы, режиме лечения
(амбулаторный или стационарный), месте нахождения во время лечения,
о наименовании лечебного учреждении, фамилии лечащего врача.
Учитывая приведенные обстоятельства, а также непредставление К. в
кадровое подразделение по месту службы в установленном законом порядке
надлежаще зарегистрированного листка освобождения от выполнения
служебных обязанностей в период временной нетрудоспособности, суд
первой инстанции, сославшись на положения частей 1 и 2 статьи 11
Федерального закона «О социальных гарантиях сотрудникам органов
внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные
законодательные акты Российской Федерации», части 1 статьи 65
Федерального закона от 30 ноября 2011 года № 342-ФЗ и пункта 18
Положения об организации медицинского обслуживания и санаторно-
28
курортного лечения в медицинских учреждениях системы МВД России,
утвержденного приказом МВД России от 8 ноября 2006 года № 895 (далее –
Положение об организации медицинского обслуживания и санаторно-
курортного лечения в медицинских учреждениях системы МВД России),
пришел к выводу о законности увольнения К. со службы в органах
внутренних дел.
Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским
делам краевого суда решение суда первой инстанции отменено и принято
новое решение о признании незаконным увольнения К. со службы в органах
внутренних дел.
Суд апелляционной инстанции исходил из того, что увольнение истца
было произведено в нарушение требований части 12 статьи 89 Федерального
закона от 30 ноября 2011 года № 342-ФЗ в период его временной
нетрудоспособности, о которой ответчику заведомо было известно.
Суд апелляционной инстанции полагал, что нормы специального
законодательства, устанавливающие порядок освобождения сотрудников
органов внутренних дел от выполнения служебных обязанностей в связи с
временной нетрудоспособностью, которыми руководствовался суд первой
инстанции, в данном случае не применимы, поскольку обращение К. за
медицинской помощью в медицинское учреждение частной системы
здравоохранения
явилось
реализацией
им
права
на
медицинское
обслуживание,
предусмотренного
статьей
11
Федерального
закона
от 30 ноября 2011 года № 342-ФЗ, и права на выбор медицинской
организации, закрепленного Федеральным законом от 21 ноября 2011 года
№ 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации».
По мнению суда апелляционной инстанции, является ошибочным
указание суда первой инстанции на нарушение К. пункта 18 Положения об
организации медицинского обслуживания и санаторно-курортного лечения в
медицинских учреждениях системы МВД России, обязывающего сотрудника
зарегистрировать удостоверяющие его временную нетрудоспособность
документы, выданные иными медицинскими учреждениями, в медицинском
учреждении системы МВД России по месту прикрепления на медицинское
обслуживание,
поскольку
юридически
значимым
обстоятельством
в
рассматриваемом споре является такое состояние здоровья К., вследствие
которого он на момент увольнения был нетрудоспособным.
Судебная
коллегия
по
гражданским
делам
Верховного
Суда
Российской Федерации признала приведенные выводы суда апелляционной
инстанции основанными на неправильном применении норм материального
права, регулирующих спорные отношения, в связи со следующим.
Сотрудники органов внутренних дел имеют право на медицинское
обеспечение в соответствии с законодательством Российской Федерации
(пункт 18 статьи 11 Федерального закона от 30 ноября 2011 года № 342-ФЗ).
Частью 1 статьи 11 Федерального закона «О социальных гарантиях
сотрудникам органов внутренних дел Российской Федерации и внесении
29
изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» также
предусмотрено, что сотрудники органов внутренних дел имеют право на
бесплатное получение медицинской помощи, в том числе на изготовление и
ремонт зубных протезов (за исключением зубных протезов из драгоценных
металлов и других дорогостоящих материалов), бесплатное обеспечение
лекарственными препаратами для медицинского применения по рецептам на
лекарственные препараты, бесплатное обеспечение медицинскими изделиями
по назначению врача в медицинских организациях федерального органа
исполнительной власти в сфере внутренних дел.
При отсутствии по месту службы, месту жительства или иному месту
нахождения сотрудника медицинских организаций федерального органа
исполнительной власти в сфере внутренних дел либо при отсутствии в них
отделений соответствующего профиля, специалистов либо специального
медицинского
оборудования
сотрудник
имеет
право
на
получение
медицинской помощи в медицинских организациях государственной
системы здравоохранения и муниципальной системы здравоохранения в
порядке, установленном Правительством Российской Федерации (часть 2
статьи 11 Федерального закона «О социальных гарантиях сотрудникам
органов внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в
отдельные законодательные акты Российской Федерации»).
Освобождение сотрудника органов внутренних дел от выполнения
служебных обязанностей в связи с временной нетрудоспособностью
осуществляется согласно части 1 статьи 65 Федерального закона от 30 ноября
2011 года № 342-ФЗ на основании заключения (листка освобождения
от выполнения служебных обязанностей по временной нетрудоспособности)
медицинской организации федерального органа исполнительной власти в
сфере внутренних дел, а при отсутствии такой медицинской организации по
месту службы, месту жительства или иному месту нахождения сотрудника –
иной медицинской организации государственной или муниципальной
системы здравоохранения.
Приказом МВД России от 8 ноября 2006 года № 895 утверждено
Положение об организации медицинского обслуживания и санаторно-
курортного лечения в медицинских учреждениях системы МВД России,
пункт 18 которого предусматривает, что документы, удостоверяющие
временную нетрудоспособность лиц, прикрепленных на медицинское
обслуживание к медицинским учреждениям системы МВД России, выданные
иными медицинскими учреждениями, подлежат регистрации в медицинском
учреждении системы МВД России по месту прикрепления указанных лиц на
медицинское обслуживание.
Согласно пунктам 1, 3 Правил оказания медицинской помощи
сотрудникам органов внутренних дел Российской Федерации в организациях
государственной
или
муниципальной
системы
здравоохранения,
за
исключением медицинских организаций Министерства внутренних дел
Российской Федерации, и возмещения расходов указанным организациям,
30
утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации
от 30 декабря 2011 года № 1232, в случаях отсутствия по месту службы,
месту жительства или иному месту нахождения сотрудников медицинских
организаций Министерства внутренних дел Российской Федерации либо при
отсутствии
в
них
соответствующих
отделений
или
специального
медицинского оборудования, в том числе при наличии медицинских
показаний для оказания экстренной медицинской помощи, предусмотрено
направление
сотрудников
на
плановое
лечение
или
обследование
(освидетельствование) в медицинские организации государственной или
муниципальной
системы
здравоохранения
медицинской организацией
Министерства внутренних дел Российской Федерации, осуществляющей
медицинское обслуживание прикрепленных к ней сотрудников.
Из приведенных нормативных положений следует, что отношения по
медицинскому обслуживанию, по освобождению сотрудников органов
внутренних дел от выполнения служебных обязанностей в связи с временной
нетрудоспособностью
регулируются
специальным
законодательством.
Особенностями правоохранительной службы и специальным правовым
статусом сотрудников органов внутренних дел обусловлено установление им
как социальных гарантий, обеспечивающих повышенную социальную
защиту, так и дополнительных ограничений, обязанностей и запретов.
В частности, в соответствии с частью 24 статьи 2 Федерального закона
«О социальных гарантиях сотрудникам органов внутренних дел Российской
Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты
Российской Федерации» в случае освобождения сотрудника от выполнения
должностных обязанностей в связи с временной нетрудоспособностью ему
выплачивается
денежное
довольствие
за
весь
период
временной
нетрудоспособности в полном размере.
Вместе с тем на сотрудника органов внутренних дел возложена
обязанность в возможно короткие сроки сообщать непосредственному
руководителю (начальнику) о происшествиях, наступлении временной
нетрудоспособности и об иных обстоятельствах, исключающих возможность
выполнения сотрудником своих служебных обязанностей (пункт 5 части 1
статьи 12 Федерального закона от 30 ноября 2011 года № 342-ФЗ). При этом
механизм реализации сотрудником органов внутренних дел права на
освобождение от выполнения служебных обязанностей в связи с временной
нетрудоспособностью установлен специальными правовыми нормами –
частью 1 статьи 65 Федерального закона от 30 ноября 2011 года № 342-ФЗ,
пунктом 18 Положения об организации медицинского обслуживания и
санаторно-курортного лечения в медицинских учреждениях системы МВД
России, требования которых в силу пункта 1 части 1 статьи 12 этого же
закона сотрудник обязан соблюдать.
Таким образом, временная нетрудоспособность сотрудника органов
внутренних дел подтверждается документами, выданными медицинскими
учреждениями системы МВД России, к которым прикреплен сотрудник, либо
31
документами,
выданными
иными
медицинскими
учреждениями,
но
зарегистрированными в медицинском учреждении системы МВД России по
месту прикрепления на медицинское обслуживание.
Суд первой инстанции правильно применил нормативные положения,
регулирующие отношения по медицинскому обслуживанию сотрудников
органов внутренних дел, освобождению их от исполнения служебных
обязанностей
на
период
временной
нетрудоспособности,
и
сделал
основанный на этих правовых нормах вывод о том, что К. не представлено
допустимых
доказательств,
подтверждающих
его
временную
нетрудоспособность на момент издания приказа об увольнении, в связи с чем
оспариваемые истцом действия ответчика являются правомерными.
Суд же апелляционной инстанции, не соглашаясь с этим выводом суда
первой инстанции, ошибочно полагал, что положения специального
законодательства не подлежат применению в данном случае ввиду
неотложности медицинской помощи и наличия у истца права на выбор
медицинской организации
в соответствии
с
Федеральным
законом
от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в
Российской Федерации».
Суд апелляционной инстанции не принял во внимание, что отношения
по медицинскому обслуживанию, освобождению сотрудников органов
внутренних дел от выполнения служебных обязанностей в связи с временной
нетрудоспособностью
регулируются
специальным
законодательством,
которым регламентирован в том числе и порядок оказания сотрудникам при
необходимости
экстренной
медицинской
помощи
в
медицинских
организациях, не относящихся к Министерству внутренних дел Российской
Федерации, а также порядок оформления документов, подтверждающих
временную нетрудоспособность и выданных не по месту прикрепления
сотрудников на медицинское обслуживание.
Поскольку
К.,
являясь
сотрудником
территориального
органа
внутренних дел по субъекту Российской Федерации, прикрепленным на
медицинское обслуживание к медицинскому учреждению системы МВД
России, и проживая в городе, где оно расположено, обратился за
медицинской помощью в медицинское учреждение, относящееся к частной
системе здравоохранения, и при этом не принял мер по соблюдению
установленной законом и ведомственными нормативными актами процедуры
оформления выданных этим учреждением документов для подтверждения
права на освобождение от выполнения служебных обязанностей в связи с
временной нетрудоспособностью, Судебная коллегия по гражданским делам
Верховного Суда Российской Федерации с учетом подлежащих применению
к спорным отношениям норм специального законодательства пришла к
выводу о том, что у суда апелляционной инстанции не имелось оснований
для отмены решения суда первой инстанции, правильно разрешившего спор,
и для принятия нового решения о признании незаконным приказа об
увольнении К. со службы в органах внутренних дел.
32
Ввиду изложенного Судебная коллегия по гражданским делам
Верховного Суда Российской Федерации апелляционное определение
судебной коллегии по гражданским делам краевого суда отменила и оставила
в силе решение суда первой инстанции.
(Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного
Суда Российской Федерации от 30 мая 2016 года № 18-КГ16-13;
аналогичная правовая позиция в отношении сотрудников органов
ФСИН России изложена в определении Судебной коллегии по гражданским
делам Верховного Суда Российской Федерации от 14 ноября 2016 года
№ 47-КГ16-13)
6.
Сотрудник
может
быть
привлечен
к
дисциплинарной
ответственности только в случае установления его вины в нарушении
служебной дисциплины.
П. обратился в суд с иском к федеральному казенному учреждению
МВД России (далее – ФКУ МВД России) об отмене и о признании
незаконными решения о прекращении допуска к государственной тайне,
приказов
о
привлечении
к
дисциплинарной
ответственности,
об
освобождении от замещаемой должности и иными требованиями.
В обоснование исковых требований П. указывал на то, что проходил
службу в органах внутренних дел, с января 2015 года занимал должность
начальника филиала ФКУ МВД России, имел допуск к сведениям,
составляющим
государственную
тайну.
По
результатам
служебного
расследования
за
необеспечение
защиты
сведений,
составляющих
государственную тайну, П. прекращен допуск к государственной тайне, он
отстранен
от
выполнения
служебных
обязанностей
и
зачислен
в
распоряжение органа внутренних дел, а также привлечен к дисциплинарной
ответственности в виде строгого выговора.
П.
считает
привлечение
к
дисциплинарной
ответственности
незаконным, поскольку секретное делопроизводство филиала велось ФКУ
МВД России, при назначении на должность руководителя филиала он не
принимал документы, содержащие секретные сведения, в связи с их
отсутствием в филиале, передача секретных дел в ФКУ МВД России
осуществлялась ранее бывшим руководителем филиала, на П. обязанности по
ведению секретного делопроизводства контрактом не возложены.
Решением городского суда в удовлетворении исковых требований П.
отказано.
Судом установлено, что согласно заключению по результатам
служебного расследования от 30 сентября 2016 года, проведенного по
фактам, выявленным органами ФСБ России в ходе проверки состояния
обеспечения защиты государственной тайны, в ФКУ МВД России имеет
место ряд нарушений требований режима секретности: обнаружены
незарегистрированные
секретные
материалы,
ненадлежащее
хранение
документов и иных носителей сведений, составляющих государственную
33
тайну, и др. Указанные секретные документы являлись документами филиала
ФКУ МВД России, которые ранее были переданы ответчику для хранения в
режимно-секретном подразделении.
В заключении по результатам служебного расследования предложено
привлечь П. за нарушения, касающиеся ненадлежащего контроля за
хранением
и
учетом
указанных
документов,
к
дисциплинарной
ответственности в виде строгого выговора и рассмотреть вопрос о
прекращении ему допуска к сведениям, составляющим государственную
тайну.
Ответчиком П. прекращен допуск к сведениям, составляющим
государственную тайну, П. на основании статьи 73 Федерального закона
от 30 ноября 2011 года № 342-ФЗ временно отстранен от выполнения
служебных обязанностей. Для дальнейшего решения вопроса о прохождении
П. службы в органах внутренних дел он был освобожден от замещаемой
должности, зачислен в распоряжение органов внутренних дел. П. привлечен
к дисциплинарной ответственности в виде строгого выговора.
Судом также установлено, что при вступлении в должность П. в
филиале ФКУ МВД России была проведена проверка секретного
делопроизводства за 4-й квартал 2014 года, по результатам которой
документов, содержащих сведения, составляющих государственную тайну, в
филиале ФКУ МВД России не обнаружено.
По состоянию на 2014 год за филиалом числились секретные дела,
находящиеся на хранении в режимно-секретном подразделении ФКУ МВД
России.
Разрешая спор и отказывая в удовлетворении исковых требований П.,
суд первой инстанции исходил из того, что П. как руководителем филиала
ФКУ МВД России не должным образом выполнялись возложенные на него
служебные обязанности по исполнению требований законодательства
Российской Федерации о государственной тайне, что создало предпосылки к
разглашению сведений, составляющих государственную тайну, и утрате их
носителей.
Судебная
коллегия
по
гражданским
делам
Верховного
Суда
Российской Федерации не согласилась с выводами суда первой инстанции,
как основанными на неправильном применении норм материального права,
регулирующих спорные отношения сторон, указав следующее.
В соответствии со статьей 23 Закона Российской Федерации
«О государственной тайне» допуск должностного лица или гражданина к
государственной тайне может быть прекращен по решению руководителя
органа государственной власти, предприятия, учреждения или организации в
названных в данной норме случаях, в частности при однократном нарушении
им взятых на себя предусмотренных трудовым договором (контрактом)
обязательств, связанных с защитой государственной тайны.
Аналогичные положения содержатся в подпункте «б» пункта 15
Инструкции о порядке допуска должностных лиц и граждан Российской
34
Федерации к
государственной тайне, утвержденной постановлением
Правительства Российской Федерации от 6 февраля 2010 года № 63, и
пункте 13 Инструкции о порядке допуска сотрудников, федеральных
государственных гражданских служащих и работников органов внутренних
дел, военнослужащих и гражданского персонала внутренних войск МВД
России к государственной тайне, утвержденной приказом Министра
внутренних дел Российской Федерации от 20 августа 2010 года № 600.
Неисполнение сотрудником органа внутренних дел законодательства
Российской Федерации и нормативных правовых актов федерального органа
исполнительной власти в сфере внутренних дел в силу части 1 статьи 49
Федерального закона от 30 ноября 2011 года № 342-ФЗ является нарушением
служебной дисциплины, то есть дисциплинарным проступком, в случае
совершения которого на сотрудника согласно части 1 статьи 50
Федерального закона от 30 ноября 2011 года № 342-ФЗ могут быть наложены
дисциплинарные взыскания, в том числе строгий выговор.
В соответствии с частью 8 статьи 51 Федерального закона от 30 ноября
2011 года № 342-ФЗ перед наложением дисциплинарного взыскания по
решению руководителя федерального органа исполнительной власти в сфере
внутренних дел или уполномоченного руководителя в соответствии со
статьей 52 данного федерального закона может быть проведена служебная
проверка.
Приказом МВД России от 26 марта 2013 года № 161 утвержден
Порядок проведения служебной проверки в органах, организациях и
подразделениях Министерства внутренних дел Российской Федерации
(далее – Порядок проведения служебной проверки в органах, организациях и
подразделениях МВД России).
По фактам разглашения сотрудником органов внутренних дел
Российской Федерации сведений, составляющих государственную тайну,
утраты носителей таких сведений, иных нарушений режима секретности в
органах, организациях и подразделениях МВД России проводятся служебные
расследования в порядке, предусмотренном принятыми во исполнение
Закона
Российской
Федерации
«О
государственной
тайне»
актами
законодательства,
регулирующего
отношения,
связанные
с
защитой
государственной тайны (пункт 4 Порядка проведения служебной проверки в
органах, организациях и подразделениях МВД России).
Заключение по результатам служебного расследования должно
содержать, в частности, факт совершения сотрудником дисциплинарного
проступка,
обстоятельства
и
последствия
совершения
сотрудником
дисциплинарного проступка; материалы, подтверждающие (исключающие)
вину сотрудника (подпункты 36.3, 35.4, 36.7 Порядка проведения служебной
проверки в органах, организациях и подразделениях МВД России).
Из приведенных нормативных положений следует, что допуск
сотрудника органов внутренних дел к государственной тайне может быть
прекращен в случае однократного нарушения им обязательств, связанных с
35
защитой государственной тайны. При этом по фактам разглашения
сотрудником
органов
внутренних
дел
сведений,
составляющих
государственную тайну, утраты носителей таких сведений, иных нарушений
режима секретности в органах, организациях и подразделениях МВД России
проводится служебное расследование, которым должна быть установлена в
том числе вина сотрудника органов внутренних дел в нарушении режима
секретности. В случае установлении вины сотрудника органов внутренних
дел в нарушении режима секретности ему может быть прекращен допуск к
государственной тайне и он может быть привлечен к дисциплинарной
ответственности за нарушение служебной дисциплины.
Судом первой инстанции не применены в системной взаимосвязи и
совокупности изложенные выше нормативные положения, подлежащие
применению к спорным отношениям и не дана надлежащая оценка
обстоятельствам дела, касающимся установления вины П. во вмененных ему
нарушениях.
Также судом первой инстанции не учтено, что выявленные комиссией
ФКУ МВД России нарушения законодательства о государственной тайне
применимы к руководителям органов внутренних дел и структурных
подразделений указанных органов, в которых ведутся работы со сведениями,
составляющими государственную тайну. При этом возглавляемый П. филиал
ФКУ МВД России такие работы не осуществлял.
Как было установлено судом первой инстанции, возглавляемый П.
филиал ФКУ МВД России не имеет лицензии на ведение секретных работ
вследствие небольшой площади служебных помещений филиала, режимно-
секретное подразделение в филиале отсутствует, секретные дела были
обнаружены не в помещении филиала, а в ином помещении в ФКУ МВД
России, все работы с носителями и делами, содержащими секретные
сведения, велись в режимно-секретном подразделении ФКУ МВД России,
при вступлении П. в должность начальника данного филиала каких-либо
документов и дел, содержащих секретные сведения, в филиале не
находилось, все документы и дела, содержащие секретные сведения были
переданы в режимно-секретное подразделение ФКУ МВД России бывшим
руководителем филиала С.
С
учетом
приведенных
обстоятельств
Судебная
коллегия
по
гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации признала
необоснованным вывод суда первой инстанции о наличии вины П. как
руководителя филиала ФКУ МВД России в нарушении требований
законодательства и ведомственных актов МВД России о государственной
тайне, вследствие чего признала незаконным и подлежащим отмене решение
руководителя ФКУ МВД России о прекращении ему допуска к сведениям,
составляющим государственную тайну, отменила решение суда первой
инстанции и приняла по делу новое решение об удовлетворении исковых
требований П.
36
(По материалам апелляционной практики Судебной коллегии по
гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации)
7. Судам при проверке обоснованности увольнения сотрудника в
связи с нарушением служебной дисциплины следует принимать во
внимание характер проступка, обстоятельства, при которых он был
совершен, наступившие последствия, прежнее поведение сотрудника, его
отношение к службе, знание правил ее несения.
В случае установления судом несоразмерности наложенного
дисциплинарного взыскания в виде увольнения тяжести совершенного
сотрудником проступка сотрудник подлежит восстановлению на службе.
Е. обратился в суд с иском к органу внутренних дел о признании
незаконным и об отмене приказа о наложении дисциплинарного взыскания в
виде увольнения со службы, а также о восстановлении на службе.
В обоснование предъявленных требований Е. указал, что проходил
службу в органах внутренних дел, был привлечен к дисциплинарной
ответственности в виде увольнения со службы в органах внутренних дел в
связи с нарушением условий контракта сотрудником по пункту 15 части 2
статьи 82 Федерального закона от 30 ноября 2011 года № 342-ФЗ. Е. полагал,
что данное дисциплинарное взыскание является незаконным, поскольку
наложено на него без учета тяжести совершенного проступка и его
характера, а также отношения Е. к службе и его прежнего поведения.
Решением городского суда в удовлетворении исковых требований Е.
отказано.
Судом установлено, что Е. с 2001 года проходил службу в органах
внутренних дел,
последняя
занимаемая
им
должность
–
старший
оперуполномоченный подразделения собственной безопасности органа
внутренних дел, специальное звание – подполковник полиции. В январе
2012 года с Е. заключен контракт о службе в органах внутренних дел,
согласно которому истец обязался в том числе соблюдать служебную
дисциплину, ограничения и запреты, связанные со службой в органах
внутренних дел, не разглашать сведения, составляющие государственную
или иную охраняемую законом тайну, конфиденциальную информацию
(служебную тайну).
Согласно заключению по результатам служебной проверки в период
с декабря 2015 по март 2016 года Е. допустил нарушения ведомственного
нормативного правового акта об основах организации и тактики оперативно-
розыскной
деятельности
органов
внутренних
дел
при
проведении
оперативно-розыскных мероприятий, а также нарушение пункта 8 части 1
статьи 27 Федерального закона «О полиции», выразившееся в разглашении
сведений, ставших ему известными в связи с выполнением служебных
обязанностей.
По результатам служебной проверки в заключении сделан вывод о том,
что за нарушение Е. условий заключенного с ним контракта о прохождении
37
службы в органах внутренних дел он подлежит привлечению к
дисциплинарной ответственности в виде увольнения со службы в органах
внутренних дел по основан