1. Форма вины страхователя (водителя) имеет юридическое значение и подлежит установлению при решении вопроса об освобождении страховщика от выплаты страхового возмещения. По делу установлено, что 29 марта 2006 г. между Е. и страховой компанией на условиях, предусмотренных Правилами страхования транспортных средств, утверждёнными приказом генерального директора страховой компании (далее - Правила страхования), заключён договор добровольного имущественного страхования принадлежащего истице Е. автомобиля по риску «автокаско» (хищение и ущерб). По риску «ущерб» страховое возмещение предусматривалось в том числе при повреждении или уничтожении автомобиля вследствие дорожно-транспортного происшествия (п. 3.2 Правил страхования). В пп. 3.3.1 и 3.3.12 указанных Правил страхования оговаривалось, что не являются страховыми случаями гибель или повреждение транспортного средства или дополнительного оборудования в результате событий, произошедших в связи с нарушением страхователем (водителем) Правил дорожного движения. 5 августа 2006 г. в результате дорожно-транспортного происшествия (далее – ДТП), произошедшего по причине нарушения водителем Е. п.10.1 Правил дорожного движения, повреждено застрахованное имущество – наступила конструктивная гибель автомобиля. Письменным извещением от 31 августа 2006 г. в выплате страхового возмещения истице отказано, поскольку страховщик не признал событие страховым случаем. Между тем п. 2 ст. 9 Закона Российской Федерации от 27 ноября 1992 г. № 4015-I «Об организации страхового дела в Российской Федерации» определяет страховой риск как предполагаемое событие, на случай наступления которого проводится страхование, а страховой случай - как совершившееся событие, предусмотренное договором страхования или законом, с наступлением которого возникает обязанность страховщика произвести страховую выплату страхователю либо иным лицам. Наступление страхового случая состоит в причинении вреда в результате возникшей опасности, от которой осуществляется страхование. Согласно п. 3.2 вышеназванных Правил страхования страховым риском, то есть предполагаемым событием, на случай наступления которого осуществлялось страхование, являлось повреждение 33 транспортного средства, включая его полную конструктивную гибель, вследствие ДТП без каких-либо исключений. В этой связи указание в п.
2. Использование оператором кабельной сети авторского произведения без разрешения правообладателя повлекло нарушение авторского права. Общероссийская общественная организация «Российское авторское общество» (далее – РАО) обратилась в суд в защиту прав и законных интересов членов авторско-правовых обществ АSСАР (США), ВМI (США), РRS (Великобритания), SАСЕМ (Франция), BUМА (Нидерланды), SOСАМ (Канада), SЕSАС (США), SТIМ (Швеция) к закрытому акционерному обществу «Компания «ЭР-Телеком» о взыскании компенсации за нарушение авторских прав. Как усматривается из материалов дела и установлено судом, 30 декабря 2005 г. РАО и ЗАО «Энергия ТВ» (далее – вещатель) заключили лицензионное соглашение, в соответствии с которым РАО предоставляет вещателю неисключительную лицензию на сообщение на территории 35 Российской Федерации обнародованных произведений, относящихся к репертуару РАО для всеобщего сведения, путём их телевизионной передачи в эфир. При этом указано, что данная лицензия не распространяется на сообщение произведений путём их телевизионной передачи по кабелю, проводам и иным аналогичным средствам. 1 февраля 2007 г. между вещателем, осуществляющим вещание телепередачи «МТV: Музыкальное телевидение», и ответчиком по делу, осуществляющим предпринимательскую деятельность по предоставлению населению платных услуг кабельного телевидения, заключён договор о передаче прав. В соответствии с п. 2.1. данного договора вещатель в период с 1 февраля 2007 г. за вознаграждение предоставляет ответчику неисключительное право на ретрансляцию (право на сообщение для всеобщего сведения по кабелю) всех произведений, являющихся содержанием формируемой вещателем телепрограммы «МТV: Музыкальное телевидение». На основании указанного договора в феврале 2007 г. ответчик осуществил ретрансляцию по кабельному телевидению телепрограммы «МТV: Музыкальное телевидение». В программе были использованы 28 музыкальных произведений иностранных авторов, имущественными правами которых на территории Российской Федерации управляет РАО. Отказывая в удовлетворении исковых требований, суд первой инстанции (решение районного суда оставлено без изменения определением судебной коллегии по гражданским делам областного суда) исходил из того, что ответчик, являясь оператором кабельной сети, не осуществляет использование объектов авторского права, поскольку ответчик не участвует в формировании телевизионных программ, а оказывает населению лишь услуги связи, получая от телевизионной компании разрешение на реализацию правомочий по сообщению программы по кабелю, в связи с чем обязанность по осуществлению выплат правообладателям за использование их произведений на ответчика возложена быть не может. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации отменила состоявшиеся судебные постановления, направила дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции, указав следующее. Согласно п. 1 ст. 16 Закона Российской Федерации «Об авторском праве и смежных правах» (далее - Закон), действующего на момент возникновения спорных правоотношений, автору в отношении его произведения принадлежат исключительные права на использование произведения в любой форме и любым способом. Использованием произведения считается, в частности, сообщение по кабелю, то есть сообщение произведения для всеобщего сведения по 36 телевидению с помощью кабеля, провода, оптического волокна, в том числе путём ретрансляции. В соответствии с условиями лицензионного соглашения, заключённого между РАО и вещателем 30 декабря 2005 г., о сообщении обнародованных произведений путём телевизионной передачи в эфир, лицензия не распространяется на сообщение произведений путём их телевизионной передачи по кабелю, проводам и иным аналогичным средствам (п. 2.1 Соглашения). Кроме того, в соответствии с п. 2.5 Соглашения вещатель не вправе переуступать третьей стороне право на телепередачу в эфир произведений, относящихся к репертуару РАО и полученных по данному Соглашению, в том числе и право на ретрансляцию таких произведений. Как следует из содержания п. 2 ст. 16 Закона, право на передачу в эфир и право на передачу по кабелю являются двумя разными самостоятельными действиями по использованию произведений. Таким образом, в случае, когда автор разрешает телерадиовещательной организации использовать свое произведение путём передачи в эфир, это не означает, что тем самым он санкционирует любое последующее использование его произведения (ретрансляцию, сообщение в публичных местах с помощью громкоговорителя, последующую запись переданного в эфир произведения и т.д.), для правомерного использования которого в каждом отдельном случае необходимо дополнительное разрешение автора. Согласно п. 2 ст. 31 Закона все права на использование произведения, прямо не переданные по авторскому договору, считаются не переданными. Как видно из дела, в данном случае ответчик по делу - компания, предоставляющая услуги по трансляции телевизионных программ по сети кабельного телевидения, с РАО надлежащих соглашений не заключила, соответственно, права на использование произведений иностранных авторов, чьи интересы в настоящем деле представляет РАО, не приобрела. Материалами дела подтверждено, что РАО относится к числу организаций, управляющих имущественными правами на коллективной основе, является членом Международной конфедерации обществ авторов и композиторов (СИЗАК/CISAC), созданной с целью обеспечения охраны и защиты создателей духовных ценностей и координации технической деятельности между обществами авторов и композиторов. В качестве доказательств, подтверждающих полномочия РАО на управление имущественными авторскими правами иностранных авторов, истец представил заключённые им договоры о взаимном представительстве интересов между РАО и иностранными авторскими обществами, а также распечатки из Списка композиторов, авторов и 37 издателей (IРI), свидетельствующие о принадлежности иностранных авторов к членам зарубежных авторско-правовых организаций. Следовательно, РАО также вправе представлять интересы зарубежных авторов, являющихся членами авторско-правовых организаций. При этом список IРI является международным списком авторов и используется для распределения собранного авторского вознаграждения и защиты авторских прав по всему миру, он существует и распространяется между членами СИЗАК (CISAC) лишь в электронном виде. Таким образом, информация, содержащаяся в нем, может быть получена на материальном носителе только путём распечатки соответствующих выписок. Вывод суда о том, что распечатки из списка IРI, свидетельствующие о принадлежности иностранных авторов к членам зарубежных авторских обществ, не являются допустимыми доказательствами по делу, является неправильным. Определение по делу № 16-В09-18 Производство по делам, возникающим из жилищных правоотношений
3. Малоимущим гражданам, проживающим в жилых помещениях, принадлежащих им на праве собственности, если эти помещения в установленном порядке признаны непригодными для проживания и не подлежат ремонту или реконструкции, взамен могут быть вне очереди предоставлены жилые помещения по договору социального найма. Г. обратилась в суд с иском к администрации города, управлению жилищных отношений администрации города о бездействии, возложении обязанности принять её семью на учёт для получения жилого помещения по договору социального найма, предоставить благоустроенное жилое помещение. В обоснование заявленных требований истица указала, что она и её несовершеннолетний сын являются собственниками (каждый по 1/2 доле) двухкомнатной квартиры, расположенной в доме, который решением межведомственной комиссии отнесён к категории непригодных для постоянного проживания и не подлежащих ремонту и реконструкции. На основании решения территориального отдела комитета социальной защиты населения администрации города о признании её семьи малоимущей истица обратилась с заявлением о принятии на учёт для получения жилого помещения на условиях договора социального найма в управление жилищных отношений администрации города. Однако на день 38 обращения в суд с иском решение о постановке либо об отказе в постановке её на учёт принято не было. Позднее управление жилищных отношений администрации города приняло решение о принятии семьи истицы на учёт в качестве нуждающихся в предоставлении жилого помещения, вследствие чего исковые требования были уточнены: представитель истицы просил суд возложить на администрацию города обязанность предоставить семье Г. жилое помещение по договору социального найма во внеочередном порядке. Разрешая дело и отказывая в удовлетворении заявленных требований, суды первой и кассационной инстанций исходили из того, что жилищные права собственника жилого помещения, расположенного в доме, признанном непригодным для проживания, подлежат защите в порядке, предусмотренном ст. 32 ЖК РФ, то есть жилое помещение может быть изъято у собственника либо путём выкупа, либо по соглашению с собственником ему может быть предоставлено другое жилое помещение с зачётом его стоимости в выкупную цену. Факт постановки истца и членов его семьи на учёт в качестве нуждающихся в жилом помещении, по мнению суда, не порождает права на предоставление жилого помещения во внеочередном порядке. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации отменила состоявшиеся по делу судебные постановления, направила дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции по следующим основаниям. Как следует из материалов дела и установлено судом, заключением межведомственной комиссии от 23 августа 2007 г. жилые помещения в жилом доме, в котором расположена квартира, принадлежащая на праве собственности Г. и её сыну, отнесены к категории непригодных для постоянного проживания и не подлежащих ремонту и реконструкции. Решением территориального отдела комитета социальной защиты населения администрации от 2 октября 2008 г. семья Г. признана малоимущей. Приказом Управления жилищных отношений администрации г. Перми от 14 января 2009 г. № 7-ж семья истицы принята на учёт в качестве нуждающейся в жилом помещении, постановлено включить Г. в список граждан, жилые помещения которых признаны непригодными для проживания и ремонту и реконструкции не подлежат. Согласно Конституции Российской Федерации (ч. 3, ст. 40) малоимущим, иным указанным в законе гражданам, нуждающимся в жилище, оно предоставляется бесплатно или за доступную плату из государственных, муниципальных и других жилищных фондов в соответствии с установленными законом нормами. 39 В силу ч. 1 ст. 57 ЖК РФ жилые помещения по договорам социального найма предоставляются гражданам, состоящим на учёте в качестве нуждающихся в жилых помещениях, в порядке очерёдности исходя из времени принятия таких граждан на учёт, за исключением установленных частью второй данной статьи случаев. В соответствии с пунктом первым части второй данной правовой нормы вне очереди жилые помещения по договору социального найма предоставляются гражданам, жилые помещения которых признаны в установленном порядке непригодными для проживания и ремонту и реконструкции не подлежат. Федеральный законодатель не связывает возможность признания гражданина нуждающимся в получении жилого помещения с конкретным правом, на котором ему принадлежит (или ранее принадлежало) жилое помещение, а потому нуждающимся по смыслу приведённых законоположений, может быть признан как наниматель по договору социального найма, так и собственник жилого помещения. Таким образом, поскольку семья истицы признана малоимущей, то есть неспособной приобрести на свои личные средства жилое помещение, принята на учёт в качестве нуждающейся в жилом помещении, у органов местного самоуправления в силу п. 1 ч. 2 ст. 57 ЖК РФ возникла обязанность предоставить ей жилое помещение по договору социального найма. При этом не имеет правового значения то, по чьей вине домовладение, в котором проживает семья Г., пришло в непригодное для проживания состояние, а также время получения Г. свидетельства о регистрации права собственности на жилое помещение. Что касается ст. 32 ЖК РФ, на которую ссылался суд, отказывая в иске, то данная правовая норма регулирует обеспечение жилищных прав собственника жилого помещения при изъятии земельного участка для государственных или муниципальных нужд и не исключает требования ст. 57 ЖК РФ предоставить жилые помещения по договору социального найма гражданам, состоящим на учёте в качестве нуждающихся в жилом помещении. В этой связи выводы судов о том, что у Г. и её сына не возникло права на предоставление жилого помещения по нормам ст. 57 ЖК РФ, признаны незаконными. Определение по делу № 44-В09-41 40 Производство по делам, возникающим из трудовых и социальных правоотношений
4. Нарушение работодателем требований законодательства о порядке и условиях заключения и исполнения договора о полной индивидуальной материальной ответственности может служить основанием для освобождения работника от обязанности возместить причинённый по его вине ущерб имуществу работодателя в полном размере, превышающем его средний месячный заработок. Организация (работодатель) обратилась в суд с иском к К. работнику этой организации, о взыскании суммы ущерба, причинённого имуществу работодателя. В обоснование своих требований истец сослался на то, что К., являясь материально ответственным лицом, управляя автомобилем, принадлежащим истцу, совершил дорожно-транспортное происшествие, в результате которого автомобиль был повреждён, чем организации причинён материальный ущерб. Ответчик иск признал частично – в размере среднего месячного заработка. Разрешая спор и удовлетворяя заявленные требования (решение районного суда оставлено без изменения определением суда кассационной инстанции), суд указал следующее. По делу установлено, что между организацией (истцом по делу) и К. был заключён трудовой договор, согласно которому ответчик принят на должность специалиста производственного отдела. Во исполнение указанного договора генеральным директором организации издан приказ о приёме К. на работу, а также приказ о его полной материальной ответственности. В связи с производственной необходимостью приказом генерального директора К. допущен к эксплуатации автомобиля, принадлежащего истцу, и на время его эксплуатации согласно выписанным путевым листам назначен материально ответственным лицом. Согласно ст. 238 Трудового кодекса Российской Федерации работник обязан возместить работодателю причинённый ему прямой действительный ущерб. Неполученные доходы (упущенная выгода) взысканию с работника не подлежат. Под прямым действительным ущербом понимается реальное уменьшение наличного имущества работодателя или ухудшение состояния указанного имущества (в том числе имущества третьих лиц, находящегося у работодателя, если работодатель несёт ответственность за сохранность этого имущества), а также необходимость для работодателя произвести затраты либо излишние выплаты на приобретение, восстановление 41 имущества либо на возмещение ущерба, причинённого работником третьим лицам. В силу ст. 242 ТК РФ полная материальная ответственность работника состоит в его обязанности возмещать причинённый работодателю прямой действительный ущерб в полном размере. Материальная ответственность в полном размере причинённого ущерба может возлагаться на работника лишь в случаях, предусмотренных указанным Кодексом или иными федеральными законами. В соответствии со ст. 244 ТК РФ письменные договоры о полной индивидуальной или коллективной материальной ответственности заключаются с работниками, достигшими возраста восемнадцати лет и непосредственно обслуживающими или использующими денежные, товарные ценности или иное имущество. Сославшись на приведённые нормы, суд указал, что поскольку с К. был заключён договор о полной материальной ответственности, работодатель представил достаточные доказательства о необходимости понесённых им расходов по восстановлению повреждённого транспортного средства, то требования истца подлежат удовлетворению. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации отменила состоявшиеся по делу судебные постановления, направила дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции по следующим основаниям. Пределы материальной ответственности работника установлены ст. 241 ТК РФ размерами его среднего месячного заработка, если иное не предусмотрено указанным Кодексом или иными федеральными законами. В ст. 243 ТК РФ перечислены случаи, когда на работника может быть возложена полная материальная ответственность; в частности, в соответствии с пунктом 2 части первой указанной нормы таким случаем является недостача ценностей, вверенных работнику на основании специального письменного договора или полученных им по разовому документу. Согласно ст. 244 ТК РФ письменные договоры о полной индивидуальной или коллективной (бригадной) материальной ответственности (п. 2 части первой ст. 243 указанного Кодекса), то есть о возмещении работодателю причинённого ущерба в полном размере за недостачу вверенного работникам имущества, могут заключаться с работниками, достигшими возраста восемнадцати лет и непосредственно обслуживающими или использующими денежные, товарные ценности или иное имущество. Перечни работ и категорий работников, с которыми могут заключаться указанные договоры, а также типовые формы этих договоров 42 утверждаются в порядке, устанавливаемом Правительством Российской Федерации. Таким образом, трудовое законодательство предусматривает конкретные требования, при выполнении которых работодатель может заключить с отдельным работником письменный договор о полной материальной ответственности, перечень должностей и работ, при выполнении которых могут заключаться такие договоры, взаимные права и обязанности работника и работодателя по обеспечению сохранности материальных ценностей, переданных ему под отчёт. При этом невыполнение требований законодательства о порядке и условиях заключения и исполнения договора о полной индивидуальной материальной ответственности может служить основанием для освобождения работника от обязанностей возместить причинённый по его вине ущерб в полном размере, превышающем его средний месячный заработок. Как усматривается из материалов дела, К. занимал должность специалиста производственного отдела с дополнительным возложением обязанностей по управлению автомобилем, принадлежащим организации. Однако в Перечень должностей и работ, замещаемых или выполняемых работниками, с которыми работодатель может заключать письменные договоры о полной индивидуальной материальной ответственности за недостачу вверенного имущества, утверждённый постановлением Министерства труда и социального развития Российской Федерации от 31 декабря 2002 г. № 85, как должность, занимаемая ответчиком, так и выполняемая им работа, не включена. Указанные обстоятельства свидетельствуют о том, что договор о полной материальной ответственности не мог быть заключён с ответчиком, в связи с чем заключённый с ним договор о полной материальной ответственности не мог служить основанием для привлечения его как работника к полной материальной ответственности. Требования организации о возмещении К. ущерба в полном объёме, превышающем его среднемесячный заработок, противоречат требованиям вышеназванных норм Трудового кодекса Российской Федерации. Определение по делу №18-В09-72
5. Отказ пенсионного органа в досрочном назначении трудовой пенсии по старости признан законным. И. обратилась в суд с иском к государственному учреждению – Управлению Пенсионного фонда Российской Федерации (далее – ГУПФ) об оспаривании решения об отказе в назначении досрочной трудовой 43 пенсии и об обязании назначить досрочную трудовую пенсию, ссылаясь на то, что согласно протоколу заседания Комиссии по рассмотрению вопросов реализации пенсионных прав граждан ГУПФ ей отказано в назначении досрочной трудовой пенсии по старости в связи с осуществлением педагогической деятельности, поскольку периоды её работы в должности руководителя кружка Дома пионеров и в должности воспитателя группы продлённого дня средней школы не подлежат зачёту в специальный стаж. Принимая решение в части включения в стаж работы, дающий право на досрочное назначение И. трудовой пенсии по старости, периодов её работы руководителем кружка Дома пионеров, суд исходил из того, что, несмотря на то что должность руководителя кружка отсутствует в Списке работ, профессий, должностей, специальностей и учреждений, с учётом которых досрочно назначается трудовая пенсия по старости в соответствии со ст. 28 Федерального закона «О трудовых пенсиях в Российской Федерации», утверждённом постановлением Правительства Российской Федерации от 29 октября 2002 г. № 781, а также в ранее действовавшем Списке, утверждённом постановлением Правительства Российской Федерации от 22 сентября 1999 г. № 1067, в указанных Списках предусмотрена должность педагога дополнительного образования. Приказом Министерства образования Российской Федерации от 25 января 1993 г. № 21 должность руководителя кружка переименована в должность педагога дополнительного образования, а поскольку истица, работая руководителем кружка, имела должностные обязанности, аналогичные должностным обязанностям педагога дополнительного образования, это, по мнению судебных инстанций, подтверждает тождественность её работы в должности педагога дополнительного образования и, следовательно, право на включение таких периодов в специальный стаж для назначения досрочной трудовой пенсии по старости. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации отменила состоявшиеся по делу судебные постановления и приняла по делу новое решение об отказе И. в иске, указав следующее. В соответствии с подп. 10 п. 1 ст.28 Федерального закона от 17 декабря 2001 г. № 173-ФЗ «О трудовых пенсиях в Российской Федерации» (здесь и далее – в редакции, действовавшей на момент возникновения спорных правоотношений) трудовая пенсия по старости ранее достижения возраста, установленного ст.7 этого Федерального закона, назначается лицам, не менее 25 лет осуществлявшим педагогическую деятельность в государственных и муниципальных учреждениях для детей. Пунктом 3 ст. 28 данного Федерального закона предусмотрено, что Списки соответствующих работ, профессий, должностей, специальностей и учреждений, с учётом которых назначается трудовая пенсия по старости 44 в соответствии с подп. 7-13 п. 1 ст. 28, правила исчисления периодов работы (деятельности) и назначения указанной пенсии утверждаются Правительством Российской Федерации. Постановлением Правительства Российской Федерации от 29 октября 2002 г. № 781 утверждён Список должностей и учреждений, работа в которых засчитывается в стаж работы, дающий право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости лицам, осуществлявшим педагогическую деятельность в государственных и муниципальных учреждениях для детей. В указанном Списке работ, профессий, должностей, специальностей и учреждений, с учётом которых досрочно назначается трудовая пенсия по старости в соответствии со ст.28 Федерального закона «О трудовых пенсиях в Российской Федерации», а также в ранее действовавших Списке профессий и должностей работников образования, педагогическая деятельность которых в школах и других учреждениях для детей даёт право на пенсию за выслугу лет, утверждённом постановлением Совета Министров РСФСР от 6 сентября 1991 г. № 463, и Списке должностей, работа в которых засчитывается в выслугу, дающую право на пенсию за выслугу лет в связи с педагогической деятельностью в школах и других учреждениях для детей, утверждённом постановлением Правительства Российской Федерации от 22 сентября 1999 г. № 1067, отсутствует должность «руководитель кружка». Выводы суда о тождественности выполняемых истицей функций, условий и характера деятельности в должности «руководитель кружка» и в должности «педагог дополнительного образования» являются ошибочными. Приказом Министерства образования Российской Федерации от 25 января 1993 г. № 21 должности руководителей кружков, секций, студий и других объединений обучающихся переименованы в должность педагога дополнительного образования, которая впервые была включена в Списки, утверждённые постановлением Правительства Российской Федерации от 22 сентября 1999 г. № 1067, а позднее - в Списки, утверждённые постановлением Правительства Российской Федерации от 29 октября 2002 г. № 781. В соответствии с п. 2 постановления Правительства Российской Федерации от 11 июля 2002 г. № 516 право на установление тождества профессий, должностей и организаций, предусмотренных ст. 27 и 28 Федерального закона «О трудовых пенсиях в Российской Федерации», а также Списками работ, профессий, должностей, специальностей и учреждений, с учётом которых досрочно назначается трудовая пенсия по старости, тем же профессиям, должностям и организациям, имевшим ранее иные наименования, предоставлено Министерству труда и социального развития Российской Федерации по представлению федеральных органов 45 исполнительной власти и по согласованию с Пенсионным фондом Российской Федерации. В данном случае имело место переименование в централизованном порядке профессий, должностей и организаций (структурных подразделений), содержащихся в ранее принятых нормативных правовых актах. Вопрос о тождественности выполняемых истицей функций, условий и характера деятельности тем должностям, которые дают право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости, мог быть решён судом в случае неправильного наименования работодателем должностей истицы, которые не содержатся в нормативных правовых актах. Общероссийским классификатором профессий рабочих, должностей служащих и тарифных разрядов, утверждённым постановлением Госстандарта России от 26 декабря 1994 г. № 367, наряду с должностью «педагог дополнительного образования» сохранена и прежняя должность «руководитель кружка (клуба по интересам, коллектива, любительского объединения, секции, студии, туристской группы)». Таким образом, вывод суда о необходимости включения в специальный стаж работы И. периода её работы в должности руководителя кружка является незаконным. Определение по делу № 16-В09-15
6. Ошибки в применении норм материального права повлекли вынесение незаконного решения. У. обратилась в суд с иском к супругам Б. о возмещении суммы материального ущерба, взыскании компенсации морального вреда, взыскании судебных расходов. В обоснование заявленных требований У. сослалась на то, что в результате нападения и укусов собаки, принадлежащей ответчикам, истице был причинён вред здоровью, в связи с чем она проходила длительное стационарное и амбулаторное лечение, истица понесла расходы на лечение, приобретение медикаментов. В настоящее время ею утрачена общая трудоспособность в размере 40%, а также установлена стойкая утрата профессиональной трудоспособности по специальности «продавец в магазине» в размере 40%, в связи с этим истица утратила заработок. Кроме того, ей причинён моральный вред, выразившийся в физических и нравственных страданиях. В момент нападения собаки она испытывала страх, физическую боль. После нападения перенесла несколько операций, до настоящего времени испытывает боли в руке и ноге. Ответчики иск не признали. Решением районного суда иск У. удовлетворён частично. С супругов Б. взыскано солидарно в пользу У. в возмещение материального ущерба 46 ежемесячно утраченный заработок в сумме 1200 рублей с 27 октября 2008 г. по 26 августа 2010 г. и единовременно за период с 26 августа 2007 г. по 26 октября 2008 г. в сумме 16800 рублей, в счёт компенсации морального вреда 60000 рублей и судебные расходы в сумме 18150 рублей 50 копеек. Определением судебной коллегии по гражданским делам областного суда от 5 февраля 2009 г. указанное решение суда отменено. По делу принято новое решение, которым с ответчиков Б. взыскано в равных долях в пользу У. в счёт компенсации морального вреда 60000 рублей и судебные расходы в сумме 18150 рублей 50 копеек, а всего 78150 рублей 50 копеек. В остальной части иска было отказано. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации отменила решение суда кассационной инстанции, оставила в силе решение районного суда по следующим основаниям. Отказывая в удовлетворении иска в части компенсации утраченного заработка истицы, судебная коллегия по гражданским делам областного суда указала на то, что на момент причинения вреда её здоровью истица не работала, получала пенсию по старости и заработка, который могла бы утратить в результате повреждения здоровья, не имела. Этот вывод суда кассационной инстанции основан на неправильном толковании и применении норм материального права. Согласно ч. 4 ст. 1086 ГК РФ в случае, когда потерпевший на момент причинения вреда не работал, учитывается по его желанию заработок до увольнения либо обычный размер вознаграждения работника его квалификации в данной местности, но не менее установленной в соответствии с законом величины прожиточного минимума трудоспособного населения в целом по Российской Федерации. Указанная норма материального права не определяет каких бы то ни было условий и ограничений права на возмещение вреда в виде компенсации утраченного заработка в зависимости от причин, по которым потерпевший не работал на момент причинения вреда его здоровью, или в зависимости от имеющегося у него права на получение пенсий и пособий. Установлено, что на момент причинения вреда 26 августа 2007 г. истица являлась неработающей пенсионеркой. При таких обстоятельствах суд первой инстанции на основании вышеназванной нормы при расчёте утраченного заработка У. правомерно взял величину прожиточного минимума в целом по Российской Федерации для трудоспособного населения в сумме 4197 рублей, установленную постановлением Правительства Российской Федерации от 5 февраля 2002 г., 40% от которой (утрата профессиональной трудоспособности истицы по прежней специальности продавца магазина) составляет 1678 рублей. Руководствуясь положениями ч. 3 ст. 1083 ГК РФ, суд уменьшил размер ежемесячного утраченного заработка истицы до 1200 рублей. 47 Таким образом, решение суда первой инстанции в части компенсации утраченного заработка истицы является правильным, оснований для отмены решения в этой части в кассационном порядке не было. Не было таких оснований и для изменения решения суда первой инстанции в части возложения на ответчиков солидарной ответственности по возмещению вреда, причинённого здоровью истицы. В соответствии со ст. 1080 ГК РФ лица, совместно причинившие вред, отвечают перед потерпевшим солидарно. Отменяя решение суда в этой части, суд кассационной инстанции указал на то, что собака, покусавшая истицу, является совместной собственностью супругов Б.; в силу ст. 210 ГК РФ обязанность содержать животное лежит на них в равных долях, из чего судебная коллегия делает вывод о долевой ответственности супругов Б. Между тем ст. 210 ГК РФ, определяя, что бремя содержания имущества лежит на собственнике, не регулирует вопросы возмещения вреда, причинённого в результате использования этого имущества. Исходя из того, что собственность супругов в силу ст. 256 ГК РФ является совместной, а не долевой, вывод суда о долевой ответственности супругов по обязательствам вследствие причинения вреда со ссылкой на ст. 210 ГК РФ не может быть признан правильным. Супруги Б., как совместные собственники имущества, несут совместное бремя его содержания. В данном случае это означает, что они совместно обязаны были обеспечить такие условия содержания своей собаки, при которых исключалось бы причинение вреда другим лицам. Эта обязанность ответчиками не была выполнена совместно, в связи с чем и вред, причинённый здоровью истицы, они обязаны возместить солидарно в соответствии со ст. 1080 ГК РФ. Определение по делу № 8-В09-10 Гражданский процесс
7. При осуществлении государственного надзора за точным и единообразным исполнением трудового законодательства и иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права, прокурор вправе обратиться в суд с иском в интересах неопределенного круга физических лиц. Прокурор обратился в суд с заявлением в защиту интересов неопределённого круга лиц к акционерному обществу (далее – АО) о 48 понуждении проведения аттестации рабочих мест с последующей сертификацией работ по охране труда. Возвращая прокурору данное заявление, судья районного суда исходил из того, что работники АО, в интересах которых прокурором заявляются требования, не относятся к неопределённому кругу лиц, могут самостоятельно обратиться за защитой своего права, следовательно в соответствии с п. 4 ч. 1 ст. 135 ГПК РФ заявление подано лицом, не имеющим полномочий для его предъявления в суд. Соглашаясь с выводами суда первой инстанции о том, что при обращении в суд с указанным иском прокурор вышел за пределы предоставленных ему полномочий, судебная коллегия по гражданским делам областного суда отменила определение судьи и разрешила вопрос по существу, отказав прокурору в принятии заявления на основании п. 1 ч. 1 ст. 134 ГПК РФ. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации определение областного суда отменила, материал направила в суд первой инстанции для рассмотрения по существу, указав следующее. В силу ч. 1 ст. 45 ГПК РФ прокурор вправе обратиться в суд с заявлением в защиту прав, свобод и законных интересов граждан, неопределенного круга лиц или интересов Российской Федерации, субъектов Российской Федерации, муниципальных образований. Заявление в защиту прав, свобод и законных интересов гражданина может быть подано прокурором только в случае, если гражданин по состоянию здоровья, возрасту, недееспособности и другим уважительным причинам не может сам обратиться в суд. Согласно п. 4 ст. 27 Федерального закона от 17 января 1992 г. № 2202-I «О прокуратуре Российской Федерации» в случае нарушения прав и свобод человека и гражданина, защищаемых в порядке гражданского судопроизводства, когда нарушены права и свободы значительного числа граждан либо в силу иных обстоятельств нарушение приобрело особое общественное значение, прокурор предъявляет и поддерживает в суде иск в интересах пострадавших. Статьёй 37 Конституции Российской Федерации каждому гарантировано право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены. Как следует из материала, проверка соблюдения требований безопасности и охраны труда показала, что администрация ЗАО «Ярославский завод вентиляционных изделий» не обеспечивает безопасных условий труда, нарушает требования ст. 22, 212 ТК РФ о проведении аттестации рабочих мест по условиям труда с последующей сертификацией организации работ по охране труда. 49 Таким образом, направляя в суд заявление в интересах неопределённого круга лиц в защиту гарантированного Конституцией Российской Федерации права на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, прокурор действовал в рамках предоставленных ему законом полномочий в целях предупреждения причинения вреда. Выводы суда о том, что круг лиц, в интересах которых обратился в суд прокурор, возможно определить, нельзя признать состоятельными. В результате текучести кадров и по другим причинам на одном и том же рабочем месте в разное время могут работать разные лица. При этом аттестация рабочих мест не связана с деятельностью конкретного работника, а направлена на обеспечение безопасных условий труда в целом. Такая аттестация проводится по условиям труда, это мероприятие призвано способствовать установлению безопасных условий труда на каждом рабочем месте всех работников, которые его занимают или будут занимать. Отказывая прокурору в принятии заявления, судебная коллегия не учла, что на основании и во взаимосвязи с
8. Нарушение судом кассационной инстанции права осуждённых на защиту повлекло отмену кассационного определения. По приговору суда от 19 сентября 2006 г. П. и Б. осуждены по п. «ж» ч. 2 ст. 105 УК РФ. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации 26 марта 2007 г. оставила приговор без изменения. Президиум Верховного Суда Российской Федерации, рассмотрев уголовное дело по надзорному представлению заместителя Генерального прокурора Российской Федерации и проверив производство по делу в полном объёме на основании ч. 1 ст. 410 УПК РФ, отменил кассационное определение. Согласно п. 8 ч. 1 ст. 47 УПК РФ обвиняемый, подсудимый, осуждённый имеют право пользоваться помощью защитника. При этом в соответствии с чч. 1, 2 ст. 50 УПК РФ указанные лица вправе пригласить защитника либо по их просьбе участие защитника обеспечивается судом, следователем, дознавателем. Данные требования закона по настоящему делу на стадии кассационного рассмотрения не выполнены. 26 Так, в своём ходатайстве, направленном в Верховный Суд Российской Федерации, содержащийся под стражей осуждённый П. просил рассмотреть дело в его отсутствие, но с участием адвоката А. Аналогичная просьба была изложена и в кассационной жалобе, поданной указанным адвокатом. После назначения дела к слушанию в суде кассационной инстанции адвокат А. отказался участвовать в рассмотрении дела, сославшись на отсутствие соглашения, о чём своевременно сообщил Верховному Суду Российской Федерации. При таких обстоятельствах Судебной коллегии надлежало выяснить, желает ли П. пригласить другого адвоката, а в случае отказа - принять меры к назначению защитника. Однако этого сделано не было, и дело рассмотрено без участия адвоката, в связи с чем было нарушено право осуждённого на защиту, что повлияло на законность вынесенного определения. Кроме того, в день рассмотрения дела в суде второй инстанции - 26 марта 2007 г. от осуждённого Б. поступило заявление, приобщённое к делу, с просьбой назначить адвоката для оказания юридической помощи при рассмотрении его кассационной жалобы. Между тем данное ходатайство, вопреки требованиям ст. 377 УПК РФ, Судебной коллегией не рассмотрено и суждение по нему не высказано, адвокат назначен не был, чем нарушено право осуждённого на защиту. Президиум отменил кассационное определение в полном объёме и уголовное дело передал на новое кассационное рассмотрение. Постановление № 210П09ПР
9. Если в случаях, предусмотренных ч. 1 ст. 51 УПК РФ, защитник не приглашён самим подозреваемым, обвиняемым, его законным представителем, а также другими лицами по поручению или с согласия подозреваемого, обвиняемого, то суд обеспечивает участие защитника в уголовном судопроизводстве. По приговору суда от 18 апреля 2003 г. А. осуждён по п. «з» ч. 2 ст. 105 УК РФ и п. «в» ч.3 ст. 162 УК РФ. Осуждённый А. по данному делу обратился в Верховный Суд Российской Федерации с заявлением, в котором просил назначить адвоката для защиты его интересов в суде кассационной инстанции. 27 Рассмотрение уголовного дела в кассационном порядке состоялось 30 октября 2003 г. с участием осуждённого А. и прокурора, без участия адвоката. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации оставила без удовлетворения ходатайство осуждённого о назначении ему защитника, указав в определении, что просьба осуждённого о назначении ему адвоката для подготовки защиты при рассмотрении дела в суде кассационной инстанции не основана на законе. Президиум Верховного Суда Российской Федерации, рассмотрев уголовное дело по надзорному представлению заместителя Генерального прокурора Российской Федерации, отменил определение Судебной коллегии об отклонении ходатайства осуждённого о назначении ему адвоката. Президиум мотивировал своё решение следующим. Согласно ч. 2 ст. 50 УПК РФ по просьбе обвиняемого, который после вынесения обвинительного приговора именуется осуждённым, участие защитника обеспечивается судом. Между тем право обвиняемого на защиту, закреплённое в ст. 16 УПК РФ, является одним из принципов уголовного судопроизводства, поэтому распространяется на все стадии уголовного процесса. Уголовно-процессуальный закон обязывает суд кассационной инстанции обеспечить участие адвоката в деле для защиты интересов осуждённого при наличии его ходатайства об этом. Таким образом, по данному делу суд кассационной инстанции необоснованно отказал осуждённому А. в удовлетворении ходатайства о назначении ему защитника. При таких обстоятельствах в соответствии с п. 4 ч. 2 ст. 381 УПК РФ кассационное определение Судебной коллегии подлежит отмене. Уголовное дело передано на новое кассационное рассмотрение. Постановление № 291П09ПР
10. Необоснованный отказ в удовлетворении ходатайства осуждённого о его участии в рассмотрении дела в суде кассационной инстанции повлёк отмену кассационного определения. По приговору суда от 19 мая 2006 г. С. осуждён по ч. 1 ст. 115 УК РФ и ч. 4 ст. 111 УК РФ. С. обжаловал приговор в кассационном порядке. 28 Осуждённый С. в своём ходатайстве от 28 июля 2006 г., которое поступило в суд 17 августа 2006 г., просил обеспечить его личное участие в рассмотрении дела в суде кассационной инстанции. Дело было назначено к рассмотрению Судебной коллегией по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации на 7 сентября 2006 г. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в своём определении от 7 сентября 2006 г. отказала в его удовлетворении, указав, что такое ходатайство, согласно ч. 2 ст. 375 УПК РФ, должно быть заявлено в кассационной жалобе осуждённого, однако оно было подано в суд уже после назначения уголовного дела к рассмотрению. Президиум Верховного Суда Российской Федерации отменил кассационное определение и определение Судебной коллегии в отношении С. об отказе в вызове его в судебное заседание от 7 сентября 2006 г. по следующим основаниям. Согласно ч. 3 ст. 376 УПК РФ осуждённый, содержащийся под стражей и заявивший о своём желании присутствовать при рассмотрении жалобы или представления на приговор, вправе участвовать в судебном заседании непосредственно либо изложить свою позицию путём использования системы видеоконференц-связи. Вопрос о форме участия осужденного в судебном заседании решается судом. Это требование закона по настоящему делу не выполнено. Согласно положениям ч. 1 ст. 11 УПК РФ суд, прокурор, следователь, дознаватель обязаны разъяснять подозреваемому, обвиняемому, потерпевшему и другим участникам судопроизводства их права, обязанности и ответственность и обеспечивать возможность осуществления этих прав. Однако данные требования закона Судебной коллегией выполнены не были. Из протокола судебного заседания, а также содержания приговора следует, что после провозглашения приговора суд разъяснил С., что в случае подачи кассационной жалобы тот вправе ходатайствовать о своём участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции, без ссылки на какие-либо ограничения срока подачи такого ходатайства, в том числе необходимость заявления такого ходатайства в кассационной жалобе. Ходатайство осуждённого об участии в рассмотрении его жалоб в суде кассационной инстанции, как следует из материалов дела, поступило в Судебную коллегию 17 августа 2006 г., то есть за 21 день до дня слушания дела. 29 Таким образом, у суда кассационной инстанции имелось достаточно времени как для отложения разбирательства по делу, так и для принятия соответствующих мер по обеспечению участия в нём осуждённого. Уголовное дело передано на новое кассационное рассмотрение. Постановление № 245П09ПР
11. Кассационное определение, не подписанное одним из судей, подлежит отмене в связи с нарушением уголовно-процессуального закона (п. 10 ч. 2 ст. 381 УПК РФ). Из материалов уголовного дела усматривается, что кассационное определение краевого суда по этому делу не подписано одним из судей. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации отменила кассационное определение и постановление президиума краевого суда, поскольку в соответствии с п. 10 ч. 2 ст. 381 УПК РФ отсутствие подписи судьи или одного из судей, если уголовное дело рассматривалось судом коллегиально, на соответствующем судебном решении является основанием отмены судебного решения. Уголовное дело передано на новое кассационное рассмотрение в тот же суд в ином составе судей. Определение № 18-Д09-95
12. Ознакомление с протоколом судебного заседания и дача консультаций подзащитному входит в понятие выполнения адвокатом поручения, связанного с осуществлением защиты осуждённого по назначению. Как усматривается из материалов дела, адвокат К. осуществлял защиту Л. по назначению. После вынесения приговора в отношении Л. адвокат обратился в суд с заявлением о выплате ему вознаграждения за осуществление защиты Л., в том числе за участие в судебных заседаниях, за ознакомление с протоколом судебного заседания и за консультации Л. Мировым судьёй принято решение о выплате адвокату вознаграждения за участие в судебных заседаниях, однако отказано в оплате труда адвоката за ознакомление с протоколом судебного заседания, а также за консультации Л. При этом суд первой инстанции указал, что из средств федерального бюджета оплачивается лишь участие защитника в судебном 30 разбирательстве. Консультации и ознакомление с протоколом судебного заседания не считаются участием защитника в судебном разбирательстве и оплате не подлежат. Судом апелляционной инстанции данное решение суда первой инстанции оставлено без изменения. Президиум краевого суда, рассматривая в порядке надзора постановления в отношении адвоката, оставил судебные решения без изменения. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации отменила постановления в части отказа в выплате К. вознаграждения за ознакомление с протоколом судебного заседания и консультации по уголовному делу Л. по следующим основаниям. В соответствии с приказом от 6 октября 2003 г. Министерства юстиции Российской Федерации № 257 и Министерства финансов Российской Федерации № 89н «Об утверждении порядка расчёта оплаты труда адвоката, участвующего в качестве защитника в уголовном судопроизводстве по назначению органов дознания, органов предварительного следствия, прокурора или суда, в зависимости от сложности уголовного дела» и действующим в настоящее время совместным приказом названных министерств от 15 октября 2007 г. № 199/87н время занятости адвоката исчисляется в днях, в которые адвокат был фактически занят выполнением поручения по соответствующему уголовному делу вне зависимости от длительности работы в течение дня по данному уголовному делу. По смыслу закона, ознакомление с протоколом судебного заседания, а также консультации подзащитному также входят в понятие выполнения адвокатом поручения, связанного с осуществлением защиты осуждённого по назначению. Определение № 44-Д09-27
13. Оправдательный приговор отменён ввиду нарушений уголовно-процессуального закона, в частности ввиду того, что потерпевший был лишён права на участие в исследовании доказательств и участие в судебных прениях. По приговору суда первой инстанции от 17 сентября 2008 г. У. оправдан по предъявленному обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 УК РФ, на основании п. 2 ч. 1 ст. 302 УПК РФ за непричастностью к совершению преступления. Судебная коллегия по уголовным делам верховного Суда Российской Федерации, проверив доводы надзорного представления 31 прокурора по материалам уголовного дела, отменила приговор суда и кассационное определение по следующим основаниям. При рассмотрении дела судом первой инстанции допущено фундаментальное нарушение требований уголовного процессуального закона: потерпевший был лишён права на участие в исследовании доказательств, в судебных прениях и ограничен в других своих правах на доступ к правосудию, что выразилось в следующем. Потерпевшим по настоящему делу был признан Б. 12 февраля 2008 г. Б. обратился с заявлением о рассмотрении дела в его отсутствие и об отказе от участия в судебных прениях. В судебном заседании 22 февраля 2008 г. его заявление не было обсуждено, ходатайство потерпевшего удовлетворено не было, последующие судебные заседания проводились в отсутствие потерпевшего. В нарушение ст. 272 УПК РФ председательствующий не вынес постановление об отклонении либо удовлетворении заявленного ходатайства и продолжении судебного разбирательства без участия потерпевшего. После обращения Б. с заявлением о рассмотрении дела в его отсутствие и оглашении его показаний судом было принято решение о допросе потерпевшего, и в судебном заседании 17 апреля 2008 г. потерпевший присутствовал и был допрошен. С этого момента Б. вступил в процесс и уже не заявлял о своём нежелании участвовать в судебных прениях. Участники судебного разбирательства вправе участвовать в судебном заседании во всех его стадиях. После того как потерпевший Б. явился в судебное заседание, председательствующий не предоставил ему возможность ознакомиться с показаниями допрошенных в его отсутствие свидетелей и вопрос о его дальнейшем участии в судебном разбирательстве с учётом мнения сторон не обсуждался. 15 мая 2008 г. потерпевший обратился с просьбой об отложении дела слушанием, т.к. он желал участвовать в судебном заседании лично и с представителем. Суд указанное ходатайство отклонил, поскольку потерпевшим был нарушен порядок подачи заявления : оно подано не лично Б. и подлинность его подписи не удостоверена нотариально, ранее Б. просил о рассмотрении дела в его отсутствие. Оснований сомневаться в том, что указанное заявление подано Б. и, что просьба об участии в судебном разбирательстве исходила от Б., у суда не имелось, однако суд ограничил доступ потерпевшего к правосудию, допустив тем самым фундаментальное нарушение требований уголовно- процессуального закона. 32 Определение № 30-ДП09-3 СУДЕБНАЯ ПРАКТИКА ПО ГРАЖДАНСКИМ ДЕЛАМ