1. При решении вопроса о признании военнослужащего нуждающимся в улучшении жилищных условий следует исходить из учётной нормы площади жилого помещения, установленной органом местного самоуправления. В 1999 году Р. был выдан государственный жилищный сертификат на состав семьи из 3-х человек, по которому он приобрёл в г. Советске Калининградской области квартиру общей площадью 53,1 м2. Во время прохождения военной службы в августе 2004 года в г. Душанбе Республики Таджикистан у Р. родился второй ребенок. После возвращения в город Советск Р. обратился в жилищную комиссию с просьбой принять его на учёт нуждающихся в улучшении жилищных условий. 18 октября 2006 года жилищная комиссия отказалась признать его нуждающимся в улучшении жилищных условий. Это решение было утверждено командиром войсковой части. Считая свои права нарушенными, Р. обратился в гарнизонный военный суд, который в удовлетворении его требований отказал. Флотский военный суд оставил это решение без изменения. Президиум флотского военного суда отменил судебные постановления по делу и принял новое решение, удовлетворив требования заявителя. Военная коллегия нашла, что постановление президиума подлежит отмене с оставлением в силе решения и кассационного определения по следующим основаниям. При обосновании признания действий командира по вопросу утверждения решения жилищной комиссии в отношении Р.неправомерными суд надзорной инстанции исходил из того, что учётная норма, установленная органом местного самоуправления, подлежит применению при постановке на учет для получения жилых помещений лишь в самих этих органах, но не в органах, обеспечивающих граждан, в частности военнослужащих, жилыми помещениями из государственного жилищного фонда. В последнем случае при оценке нуждаемости граждан в жилье необходимо руководствоваться нормативно-правовыми актами органов государственной власти субъектов Российской Федерации. Однако подобное обоснование является ошибочным. Как следует из содержания п. 2 ч. 1 ст. 51 ЖК РФ нуждающимися в жилых помещениях, предоставляемых по договорам социального найма, признаются граждане, являющиеся собственниками жилых помещений или членами семьи собственника жилого помещения и обеспеченные общей площадью жилого помещения на одного члена семьи менее учетной нормы. В соответствии с п.п. 4 и 5 ст. 50 кодекса учётной нормой площади жилого помещения является минимальный размер площади жилого помещения, исходя из которого определяется уровень обеспеченности граждан общей площадью жилого помещения в целях их принятия на учёт в качестве нуждающихся в жилых помещениях. Учётная норма устанавливается органом местного самоуправления. И хотя п. 6 ст. 50 ЖК РФ предусмотрено положение, в соответствии с которым законами субъектов Российской Федерации для отдельных категорий граждан допускается установление иных учётных норм, данное положение к военнослужащим, проходящим службу на территории Калининградской области, неприменимо, поскольку действие ст. 1 Закона Калининградской области от 21 декабря 2005 года № 706 "О порядке предоставления по договорам социального найма жилых помещений жилищного фонда Калининградской области", устанавливавшей учётную норму в 18 м2, распространялось лишь на работников государственных учреждений бюджетной сферы Калининградской области, к которым подполковник Пограничных войск Российской Федерации Р. не относился, так как являлся военнослужащим федерального органа исполнительной власти, в котором предусмотрена военная служба. К
2. Работа в ведомственной пожарной охране не подлежит включению в стаж работы, дающей право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости. Удовлетворяя исковые требования Н. в части включения в стаж работы, дающей право на назначение досрочной трудовой пенсии по старости, периода работы пожарным и начальником караула ведомственной пожарной охраны предприятия с 1 августа 1997 г. по 23 мая 2006 г., судебные инстанции исходили из того, что в спорный период трудовые и функциональные обязанности истца соответствовали требованиям должностей пожарного и начальника караула работников Государственной противопожарной службы, указанных в Списке должностей работников Государственной противопожарной службы (пожарной охраны, противопожарных и аварийно-спасательных служб) Министерства Российской Федерации по делам гражданской обороны, чрезвычайным ситуациям и ликвидации последствий стихийных бедствий, пользующихся правом на досрочное назначение трудовой пенсии по старости в соответствии с подп. 9 п. 1 ст. 28 Федерального закона «О трудовых пенсиях в Российской Федерации», утвержденном постановлением Правительства Российской Федерации от 18 июня 2002 г. № 437, а также положениями подп. 9 п. 1 ст. 28 Федерального закона от 17 декабря 2001 г. «О трудовых пенсиях в Российской Федерации». С выводом суда первой инстанции согласились и последующие судебные инстанции. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации отменила состоявшиеся по делу судебные постановления, отказав Н. в удовлетворении иска к пенсионному органу о признании права на назначение ему досрочной трудовой пенсии по старости на основании подп. 9 п. 1 ст. 28 Федерального закона «О трудовых пенсиях в Российской Федерации» как лицу, проработавшему не менее 25 лет на должностях Государственной противопожарной службы Министерства Российской Федерации по делам гражданской обороны, чрезвычайным ситуациям и ликвидации последствий стихийных бедствий, по следующим основаниям. В соответствии с подп. «о» п. 1 ст. 12 Закона от 20 ноября 1990 г. «О государственных пенсиях в Российской Федерации», действовавшим до 1 января 2002 года, пенсия в связи с особыми условиями труда устанавливалась мужчинам и женщинам по достижении 50 лет, если они проработали не менее 25 лет на должностях Государственной противопожарной службы Министерства внутренних дел Российской Федерации (пожарной охраны Министерства внутренних дел, противопожарных и аварийно-спасательных служб Министерства внутренних дел), предусмотренных перечнем оперативных должностей Государственной противопожарной службы Министерства внутренних дел Российской Федерации, утвержденным Министром внутренних дел Российской Федерации. Аналогичные положения содержатся в подп. 9 п. 1 ст. 28 Федерального закона от 17 декабря 2001 г. «О трудовых пенсиях в Российской Федерации», который предусматривает, что трудовая пенсия по старости назначается ранее достижения возраста, установленного статьей седьмой указанного Федерального закона, - мужчинам и женщинам по достижении возраста 50 лет, если они проработали не менее 25 лет на должностях Государственной противопожарной службы (пожарной охраны, противопожарных и аварийно-спасательных служб) Министерства Российской Федерации по делам гражданской обороны, чрезвычайным ситуациям и ликвидации последствий стихийных бедствий. Пунктом 2 постановления Правительства Российской Федерации от 18 июня 2002 г. № 437 установлено, что в стаж, с учетом которого досрочно назначается трудовая пенсия по старости, включаются периоды работы в должностях, предусмотренных Списком должностей работников Государственной противопожарной службы (пожарной охраны, противопожарных и аварийно- спасательных служб) Министерства Российской Федерации по делам гражданской обороны, чрезвычайным ситуациям и ликвидации последствий стихийных бедствий, пользующихся правом на досрочное назначение трудовой пенсии по старости в соответствии с подп. 9 п. 1 ст. 28 Федерального закона "О трудовых пенсиях в Российской Федерации". В то же время включение в стаж для назначения досрочной трудовой пенсии периода работы в ведомственной пожарной охране не предусмотрено. Таким образом, как ранее действовавшим Законом Российской Федерации от 20 ноября 1990 г. «О государственных пенсиях в Российской Федерации», так и действующим в настоящее время Федеральным законом от 17 декабря 2001 г. «О трудовых пенсиях в Российской Федерации» включение периода работы в ведомственной пожарной охране в стаж работы, дающей право на назначение досрочной трудовой пенсии по старости, не предусмотрено. Из изложенного выше следует, что право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости имеют лица, которые проработали не менее 25 лет в должностях только Государственной противопожарной службы (пожарной охраны, противопожарных и аварийно-спасательных служб) Министерства Российской Федерации по делам гражданской обороны, чрезвычайным ситуациям и ликвидации последствий стихийных бедствий. Кроме того, судебными инстанциями при разрешении настоящего спора не учтено, что отнесение категорий граждан, имеющих право на досрочное назначение пенсии, условия ее назначения, входит в компетенцию законодателя, суд не обладает такими полномочиями. Кроме того, установление права на досрочное назначение трудовой пенсии по старости именно для работников Государственной противопожарной службы обусловлено также видом выполняемых ими функций, характером и условиями деятельности, а также повышенной физической и психоэмоциональной нагрузкой по сравнению с работниками ведомственных пожарных частей. Таким образом, само по себе то обстоятельство, что в спорный период трудовые и функциональные обязанности истца Н. соответствовали требованиям должностей пожарного и начальника караула работников Государственной противопожарной службы, указанных в Списке должностей работников Государственной противопожарной службы (пожарной охраны, противопожарных и аварийно-спасательных служб) Министерства Российской Федерации по делам гражданской обороны, чрезвычайным ситуациям и ликвидации последствий стихийных бедствий, пользующихся правом на досрочное назначение трудовой пенсии по старости в соответствии с подп. 9 п. 1 ст. 28 Федерального закона «О трудовых пенсиях в Российской Федерации», утвержденном постановлением Правительства Росийской Федерации от 18 июня 2002 г. № 437, существенным для разрешения данного спора не является.
3. Судья, председательствующий в судебном заседании при рассмотрении дела в суде кассационной инстанции, не вправе участвовать в проверке законности принятого по этому делу судебного постановления, вынесенного с его участием, в качестве члена президиума суда надзорной инстанции. Согласно ч. 3 ст. 17 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судья, принимавший участие в рассмотрении дела в суде кассационной инстанции, не может участвовать в рассмотрении этого дела в судах первой и надзорной инстанций. Частью 2 ст. 386 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации установлено, что дело, рассматриваемое в порядке надзора в президиуме соответствующего суда, докладывается председателем суда, его заместителем или по их поручению иным членом президиума либо ранее не участвовавшим в рассмотрении дела другим судьей этого суда. Данные требования гражданского процессуального законодательства не были соблюдены судом надзорной инстанции. Из материалов дела видно, что в рассмотрении дела в суде кассационной инстанции принимал участие в качестве председательствующего судья, впоследствии вошедший в состав суда надзорной инстанции - президиума верховного суда республики, проверявшего законность принятого по данному делу определения судебной коллегии по гражданским делам верховного суда республики, вынесенного с его участием. В п. 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 января 2003 г. № 2 «О некоторых вопросах, возникших в связи с принятием и введением в действие Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации» разъяснено, что существенность нарушения норм процессуального права суд надзорной инстанции устанавливает по правилам ст. 364 ГПК РФ, в которой указаны случаи таких нарушений, которые влекут безусловную отмену судебных постановлений независимо от доводов жалобы или представления. Согласно п. 1 ч. 2 ст. 364 ГПК РФ решение суда подлежит отмене независимо от доводов кассационной жалобы, представления в случае, если дело рассмотрено судом в незаконном составе. Поскольку действующее гражданское процессуальное законодательство устанавливает запрет на повторное участие судьи в рассмотрении одного и того же дела в суде кассационной и надзорной инстанции (ст. 17 ГПК РФ), то участие одного и того же судьи сначала в качестве председательствующего по делу в суде кассационной инстанции, а потом - в качестве члена президиума суда надзорной инстанции является нарушением требований гражданского процессуального законодательства. На основании изложенного Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации отменила определение президиума верховного суда республики и направила дело на новое рассмотрение.
4. Пересмотр судебных постановлений в порядке надзора в целях обеспечения единства судебной практики и законности возможен по мотивированному представлению только лиц, указанных в ст. 389 ГПК РФ, и только при наличии обращений, поданных с соблюдением общих правил, предусмотренных главой 41 ГПК РФ. Как видно из материалов дела, оно было рассмотрено президиумом городского суда по представлению, внесенному председателем городского суда в связи с отменой определения районного суда в порядке надзора в целях обеспечения единства судебной практики и законности. При этом в представлении со ссылкой на ч. 4 ст. 1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации было указано, что по аналогии закона применяется ст. 389 данного Кодекса. Согласно ст. 389 ГПК РФ Председатель Верховного Суда Российской Федерации или заместитель Председателя Верховного Суда Российской Федерации вправе внести в Президиум Верховного Суда Российской Федерации мотивированное представление о пересмотре судебных постановлений в порядке надзора в целях обеспечения единства судебной практики и законности. Из данной правовой нормы следует, что дела о пересмотре судебных постановлений в порядке надзора в целях обеспечения единства судебной практики и законности возбуждаются непосредственно по представлению указанных выше должностных лиц. Право вносить подобное представление председателям областных или других соответствующих им судов действующим гражданским процессуальным законодательством не предоставлено. Что касается предусмотренной ч. 4 ст. 1 ГПК РФ (данная правовая норма применена по делу) возможности применения судом норм процессуального права по аналогии закона, то она допускается в случае отсутствия нормы процессуального права, регулирующей отношения, возникшие в ходе гражданского судопроизводства. Статьей 389 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации прямо предусмотрено, что возбуждение дел о пересмотре судебных постановлений в порядке надзора в целях обеспечения единства судебной практики и законности возможно только указанными в ней должностными лицами. Кроме того, как разъяснено в п. 8 постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 5 февраля 2007 г. № 2-П «По делу о проверке конституционности положений статей 16, 20, 112, 336, 376, 377, 380, 381, 382, 383, 387, 388 и 389 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в связи с запросом Кабинета Министров Республики Татарстан, жалобами открытых акционерных обществ «Нижнекамскнефтехим» и «Хакасэнерго», а также жалобами ряда граждан», исходя из конституционных принципов гражданского судопроизводства Председатель Верховного Суда Российской Федерации или заместитель Председателя Верховного Суда Российской Федерации могут осуществлять закрепленное за ними ст. 389 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации правомочие только при наличии обращения заинтересованных лиц (включая тех, которые по своему статусу в соответствии с законом обладают правом обращаться в защиту публичных интересов), с соблюдением общих правил, предусмотренных главой 41 этого Кодекса. Данных о том, что определение районного суда было обжаловано заинтересованными по делу лицами, в материалах дела не имеется. Учитывая изложенное, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации отменила постановление президиума городского суда, оставив в силе решение районного суда.
5. Отказ в принятии к производству суда заявления об оспаривании отдельных положений регламента заседаний законодательного органа власти субъекта Российской Федерациипризнан необоснованным. Отказывая К. (депутату законодательного органа власти субъекта Российской Федерации) в принятии к производству городского суда заявления об оспаривании отдельных положений регламента заседаний законодательного собрания субъекта Российской Федерации, судья городского суда сослался на то обстоятельство, что «действующим гражданским процессуальным законодательством депутаты законодательных (представительных) органов власти субъектов Российской Федерации не отнесены к кругу лиц, которым предоставляется право на обращение в суд с заявлением об оспаривании нормативных правовых актов по мотиву нарушения их депутатских прав, принятых органом, в состав которого они непосредственно входят, а также на оспаривание таких нормативных правовых актов в связи с нарушением их депутатской компетенции». Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации отменила определение судьи городского суда и направила заявление К. в тот же суд для решения вопроса о возможности принятия его к рассмотрению, указав следующее. Обладая специальной правоспособностью и дееспособностью в силу своего правового статуса, депутаты законодательных (представительных) органов государственной власти субъектов Российской Федерации в то же время не лишены статуса гражданина Российской Федерации. Каких-либо ограничений в этом вопросе ни действующим законодательством субъектов Российской Федерации, ни Конституцией Российской Федерации не предусмотрено. Несостоятельной является ссылка судьи на то, что для депутатов законодательных (представительных) органов государственной власти субъектов Российской Федерации предусмотрен иной правовой механизм приведения законов и других нормативных правовых актов, принятых законодательными органами этих субъектов Российской Федерации, в соответствие с федеральным законодательством. Вопрос 1: В каком порядке исчисляется пособие по временной нетрудоспособности работникам, у которых размер названного пособия превышает максимальный размер, установленный федеральным законом о бюджете Фонда социального страхования Российской Федерации на очередной финансовый год, если период нетрудоспособности продолжался менее календарного месяца? Ответ:Обеспечение пособиями по временной нетрудоспособности граждан, подлежащих обязательному страхованию, осуществляется в соответствии с Федеральным законом от 29 декабря 2006 г. № 255-ФЗ «Об обеспечении пособиями по временной нетрудоспособности, по беременности и родам граждан, подлежащих обязательному социальному страхованию», статьей четырнадцатой которого определен порядок исчисления вышеназванного пособия. Для исчисления пособия по временной нетрудоспособности используется средний дневной заработок, который определяется делением суммы заработной платы за последние 12 календарных месяцев, предшествующих месяцу наступления временной нетрудоспособности, на число календарных дней, приходящихся на период, за который учитывается заработная плата (п.3 ст. 14 Федерального закона № 255-ФЗ). Согласно пункту 4 вышеуказанной статьи из среднего дневного заработка определяется размер дневного пособия по временной нетрудоспособности застрахованного лица. Для этого необходимо средний дневной заработок умножить на размер пособия в процентах, установленный п. 1 ст. 7 Федерального закона № 255-ФЗ в зависимости от имеющегося у работника страхового стажа. Размер пособия по временной нетрудоспособности исчисляется путем умножения размера дневного пособия по временной нетрудоспособности на число календарных дней, приходящихся на период временной нетрудоспособности (п.5 ст. 14 Федерального закона № 255-ФЗ). В силу пункта пятого статьи седьмой и пункта шестого статьи четырнадцатой данного Федерального закона размер пособия по временной нетрудоспособности не может превышать максимальный размер названного пособия, установленный федеральным законом о бюджете Фонда социального страхования Российской Федерации на очередной финансовый год. В 2007 году максимальный размер пособия по временной нетрудоспособности за полный календарный месяц, согласно п. 1 ст. 13 Федерального закона от 19 декабря 2006 г. № 236-ФЗ «О бюджете Фонда социального страхования Российской Федерации на 2007 год» не может превышать 16 125 рублей (за исключением местностей, где установлены районные коэффициенты к заработной плате). В 2008 году и в плановый период 2009 и 2010 годов максимальный размер указанного пособия за полный календарный месяц не может превышать 17 250 рублей (подп. 1 п. 1 ст. 12 Федерального закона от 21 июля 2007 г. № 183-ФЗ «О бюджете Фонда социального страхования Российской Федерации на 2008 и плановый период 2009 и 2010 годов). Таким образом, федеральными законами о бюджете Фонда социального страхования Российской Федерации на 2007, 2008 и 2009 - 2010 годы максимальный размер пособия по временной нетрудоспособности устанавливается исходя из полного календарного месяца. При этом Федеральным законом № 255-ФЗ не установлен порядок исчисления пособия по временной нетрудоспособности в случае, когда период нетрудоспособности продолжался менее календарного месяца. Пунктом 7 ст. 14 Федерального закона «Об обеспечении пособиями по временной нетрудоспособности, по беременности и родам граждан, подлежащих обязательному социальному страхованию» установлено, что особенности порядка исчисления пособий по временной нетрудоспособности, в том числе для отдельных категорий застрахованных лиц, определяются Правительством Российской Федерации. Правительство Российской Федерации постановлением от 15 июня 2007 г. № 375 утвердило Положение об особенностях порядка исчисления пособий по временной трудоспособности, по беременности и родам гражданам, подлежащим обязательному социальному страхованию. Пунктом девятнадцатым названного Положения установлено, что если исчисленное пособие превышает максимальный размер пособия, установленный федеральным законом о бюджете Фонда социального страхования Российской Федерации на соответствующий год, то пособие выплачивается исходя из максимального размера, установленного этим федеральным законом. В данном случае размер дневного пособия определяется путем деления максимального размера пособия за полный календарный месяц на число календарных дней в месяце, в котором работник болел. Размер пособия по временной нетрудоспособности, подлежащего выплате, исчисляется путем умножения размера дневного пособия на число календарных дней, приходящихся на период временной нетрудоспособности в каждом календарном месяце. Из изложенного следует, что работникам, у которых период нетрудоспособности продолжался менее календарного месяца и исчисленное пособие по временной нетрудоспособности которым превышает максимальный размер, установленный федеральным законом о бюджете Фонда социального страхования Российской Федерации на очередной финансовый год, названное пособие подлежит исчислению в соответствии с пунктом девятнадцатым Положения, утвержденного постановлением Правительства Российской Федерации от 15 июня 2007 г. № 375. Вопрос 2: Является ли вступление в законную силу обвинительного приговора суда в отношении действующего главы муниципального образования основанием для досрочного прекращения его полномочий в том случае, если по делу будет установлено, что к моменту принятия решения о прекращении полномочий в предусмотренном уставом муниципального образования порядке судимость, связанная с ранее вынесенным приговором суда, будет снята или погашена, что согласно ч. 6 ст. 86 Уголовного кодекса Российской Федерации аннулирует все правовые последствия, связанные с ней? Ответ:Согласно п. 6 ч. 6 ст. 36 Федерального закона от 6 октября 2003 г. № 131-ФЗ «Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации» полномочия главы муниципального образования прекращаются досрочно в случае вступления в отношении его в законную силу обвинительного приговора суда. В соответствии с указанной нормой досрочное прекращение полномочий является следствием вступления в законную силу обвинительного приговора суда и не ставится в зависимость от погашения или снятия судимости. Поэтому вступление обвинительного приговора в законную силу в отношении действующего главы муниципального образования является основанием для досрочного прекращения его полномочий в соответствии с п. 6 ч. 6 ст.36 Федерального закона № 131-ФЗ вне зависимости оттого, что к моменту решения данного вопроса судимость снята или погашена. Вопрос 3: Возможно ли привлечение лица, нарушившего Правила дорожного движения, к ответственности за причинение вреда имуществу в порядке гражданского судопроизводства в случае, если дело об административном правонарушении прекращено? Ответ: Основания возникновения обязательства вследствие причинения вреда урегулированы главой 59 Гражданского кодекса Российской Федерации. Из общих положений данной главы следует, что гражданско-правовая ответственность наступает при наличии следующих признаков: противоправности поведения субъекта, наступления вреда, причинной связи между противоправностью поведения лица и фактом возникновения вреда у потерпевшего, вины лица, причинившего вред. Данные обстоятельства подлежат установлению по каждому конкретному делу, возникающему из причинения вреда. Указанная категория дел в силу ст. 22 ГПК РФ подведомственна судам общей юрисдикции и подлежит рассмотрению в порядке гражданского судопроизводства. Согласно ст. 55 ГПК РФ доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела. Поэтому постановление о прекращении дела об административном правонарушении является одним из доказательств по делу о возмещении вреда, причиненного имуществу, и подлежит оценке нар
6. Осуждение лица по ч.1 ст.226 УК РФ за хищение огнестрельного оружия и боеприпасов признано обоснованным. Судом установлено, что К. совершил хищение огнестрельного оружия - охотничьего гладкоствольного ружья «Сайга-410» и одного патрона и его действия квалифицированы по ч.1 ст.226 УК РФ. Судебная коллегия признала доводы надзорной жалобы осуждённого о декриминализации деяния, предусмотренного ч.1 ст.226 УК РФ, необоснованными. Статьёй 226 УК РФ предусмотрена уголовная ответственность за хищение либо вымогательство огнестрельного оружия, комплектующих деталей к нему, боеприпасов, взрывчатых веществ или взрывных устройств. Декриминализация действий, связанных с незаконным оборотом гражданского гладкоствольного оружия и боеприпасов к нему, предусмотренная ст.222 УК РФ, неприменима к ст.226 УК РФ, поскольку в соответствии с ч.2 ст.3 УК РФ применение уголовного закона по аналогии не допускается.
7. Ответственность за незаконное лишение человека свободы, совершённое должностным лицом, установлена ст.286 УК РФ, и дополнительной квалификации по ст.127 УК РФ не требуется. Действия заместителя начальника отдела внутренних дел, в части незаконного удержания под угрозой применения оружия сотрудников милиции и граждан в дежурной части отделения милиции судом первой инстанции были квалифицированы по п.п. «а», «б» ч.3 ст.286 УК РФ как совершение должностным лицом действий, явно выходящих за пределы его полномочий и повлекших существенное нарушение прав и законных интересов граждан и организаций, с применением оружия и с угрозой применения насилия, а также по п.п. «г», «ж» ч.2 ст.127 УК РФ, предусматривающей ответственность за незаконное лишение свободы, совершённое в отношении двух и более лиц, с применением оружия. Президиум Верховного Суда Российской Федерации исключил осуждение Б. по п.п. «г», «ж» ч.2 ст.127 УК РФ, поскольку ответственность за незаконное лишение человека свободы, совершённое должностным лицом, установлена ст.286 УК РФ.
8. Назначая осуждённому наказание по ч.3 ст.30, п. «в» ч.2 ст.131 УК РФ в виде 6 лет лишения свободы, суд не учёл требования ст.62 УК РФ и ст.66 УК РФ. В данном случае срок наказания не может превышать 5 лет 7 месяцев лишения свободы. Президиум Верховного Суда Российской Федерации смягчил назначенное Г. по ч.3 ст.30, п. «в» ч.2 ст.131 УК РФ наказание до 5 лет лишения свободы.
9. Сроки давности исчисляются с момента совершения преступления и до вступления приговора в законную силу. Осуждённый Л. совершил кражу имущества в середине января 2001 года. По приговору суда от 16 мая 2006 года Л. был осуждён по п. «в» ч.2 ст.158 УК РФ. При рассмотрении дела в кассационном порядке 4 апреля 2007 года, исключив из приговора по эпизоду кражи имущества квалифицирующий признак «с причинением значительного ущерба» и переквалифицировав действия Л. с п. «в» ч.2 ст.158 УК РФ на ч.1 ст.158 УК РФ, суд оставил без внимания требования п. «а» ч.1 и ч.2 ст.78 УК РФ. От следствия и суда Л. не уклонялся, поэтому течение сроков давности не приостанавливалось. Следовательно, на момент принятия судом кассационной инстанции (4 апреля 2007 г.) решения о переквалификации действий осуждённого истёк срок давности привлечения к уголовной ответственности за данное преступление, поэтому Л. подлежал освобождению от наказания по ч.1 ст.158 УК РФ на основании п.3 ч.1 ст.24 УПК РФ.
10. Отказ в удовлетворении ходатайства обвиняемого о допуске его жены к участию в деле в качестве адвоката не признан нарушением права на защиту. По данному делу адвокат осуществлял защиту Р. с момента предъявления обвинения. Участие в деле иного лица или близкого родственника в качестве защитника в стадии досудебного производства законом не предусмотрено. По смыслу ст.47 УПК РСФСР и ст.49 УПК РФ, указанные лица могут быть допущены наряду с адвокатом в качестве защитников лишь по определению и постановлению суда, то есть в стадии судебного производства. При этом, как видно из материалов дела, жена обвиняемого в ходе предварительного расследования допрашивалась в качестве свидетеля по настоящему делу, и данное обстоятельство в силу ст.72 УПК РФ исключает её участие в производстве по делу в качестве защитника. Таким образом, доводы осуждённого о нарушении его права на защиту признаны несостоятельными.
11. Предыдущее рассмотрение уголовного дела в кассационном порядке или в порядке надзора не препятствует его рассмотрению той же судебной инстанцией в порядке возобновления производства по уголовному делу ввиду новых или вновь открывшихся обстоятельств (ч.2 ст.417 УПК РФ). Постановлением заместителя Генерального прокурора Российской Федерации К. выдан правоохранительным органам республики Казахстан для осуществления уголовного преследования по обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч.2 ст.93 Уголовного кодекса Республики Казахстан. Краевой суд отменил данное постановление. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации оставила без изменения определение краевого суда, а кассационное представление прокурора без удовлетворения. Президиум Верховного Суда Российской Федерации передал заключение заместителя Генерального прокурора Российской Федерации о возобновлении производства ввиду новых обстоятельств в Судебную коллегию по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации. В постановлении указано следующее. В соответствии с п.3 ч.1 ст.417 УПК РФ заключение прокурора о необходимости возобновления производства по уголовному делу ввиду новых или вновь открывшихся обстоятельств в отношении приговора, определения, постановления краевого, областного суда рассматривается Судебной коллегией по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации. Согласно ч.2 ст.417 УПК РФ предыдущее рассмотрение уголовного дела в кассационном порядке или в порядке надзора не препятствует его рассмотрению той же судебной инстанцией в порядке возобновления производства по уголовному делу ввиду новых или вновь открывшихся обстоятельств. Постановление заместителя Генерального прокурора Российской Федерации о выдаче К. правоохранительным органам Республики Казахстан было обжаловано в краевой суд, определение которого пересматривалось в кассационном порядке Судебной коллегией по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации. Таким образом, определение краевого суда и кассационное определение суда не были предметом рассмотрения Президиума Верховного Суда Российской Федерации.