1. Принцип свободы договора является фундаментальным частноправовым принципом, основополагающим началом для организации современного рыночного оборота, его ограничения могут быть допущены лишь в крайних случаях в целях защиты интересов и экономических ожиданий третьих лиц, слабой стороны договора (потребителей), основ правопорядка или нравственности или интересов общества в целом.
Одним из таких случаев ограничения свободы договора является направленность сделки на причинение вреда должнику и его кредиторам.
Согласно п. 7 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» в силу абз. 1 п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (ст. 19 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве)) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.
Однако, делая вывод об отсутствии законных оснований для признания оспариваемых сделок недействительными, суд первой инстанции оценивал каждую из оспариваемых сделок без учета сложившихся с 2007 года правоотношений между обществами, которые выражались в последовательном заключении ряда взаимосвязанных сделок. Исходя из представленных в дело документов суть этих сделок сводилась к тому, что первое общество непрерывно кредитовало второе несмотря на неисполнение им в полном объеме ранее возникших и уже просроченных обязательств, а также длительное время не требовало причитающегося исполнения.
Таким образом, оценка условий сделок, в том числе о размере процентов за пользование суммой займа, напрямую зависит от характера правоотношений сторон, который определяет наличие или отсутствие обстоятельств, свидетельствующих о том, что при заключении спорных договоров волеизъявление заемщика не было свободным, о чем не могла не знать другая сторона.
2. Согласно ст. 180 ГК РФ недействительность части сделки не влечет недействительности прочих ее частей, если можно предположить, что сделка была бы совершена и без включения недействительной ее части.
В соответствии с содержащимся в ГК РФ правовым регулированием отношений по займу заключение договора займа предполагает уплату процентов за пользование заемными средствами.
Возможность заключения рассматриваемых договоров займа в зависимости от установленного в них конкретного размера процентов судами не исследовалась.
Такое правовое регулирование, наделяющее суд необходимыми для осуществления правосудия дискреционными полномочиями по определению того, была бы сделка совершена и без включения недействительной ее части исходя из фактических обстоятельств дела (в настоящем деле процентная ставка по договорам займа и новации составила 60% годовых), направлено на сохранение стабильности, предсказуемости и надежности гражданского оборота.