Арбитражная практика от 02.07.2012

02.07.2012
Источник: PDF на ksrf.ru

29. 06.2009 возбуждено исполнительное производство № 7/1/20829/23/2009 (7/1/6150/35/2009). В рамках названного исполнительного производства на автомобиль наложен арест, что подтверждено актом от 20.10.2009. Судебным приставом-исполнителем

27. 01.2010 вынесено постановление о передаче имущества должника на реализацию в Территориальное управление Федерального агентства по управлению государственным имуществом по Ленинградской области (далее – Росимущество). Росимуищество поручило обществу «Альфа-Трейд» произвести реализацию автомобиля, переданного судебным приставом-исполнителем по акту от 18.03.2010. Согласно протоколу Росимущества от 18.05.2010 № 5/1-П торги по продаже автомобиля признаны не состоявшимися по причине отсутствия покупательского спроса. Постановлением судебного пристава-исполнителя от 21.06.2010 стоимость заложенного имущества, переданного на реализацию, снижена на 15 процентов. Ввиду того, что торги по продаже автомобиля признаны несостоявшимися, общество «Альфа-Трейд» составило акт возврата арестованного имущества от 21.09.2010, который был подписан судебным приставом-исполнителем. В связи с этим судебный пристав-исполнитель постановлением от 22.09.2010 назначил новым ответственным хранителем арестованного имущества общество «СПб Электросервис». 5 Несмотря на то, что судебным приставом-исполнителем и представителем общества «СПб Электросервис» Голубевым А.Б. подписан акт от 22.09.2010 о передаче автомобиля на хранение, фактически имущество ответственному хранителю передано не было и его представитель в момент составления акта не забрал автомобиль со стоянки общества «Альфа-Трейд». В дальнейшем общество «Альфа-Трейд» по акту от 03.10.2010 передало автомобиль гражданину Вираншу А.Ю. на основании представленной им доверенности от 15.02.2010 № 13, оформленной от имени общества «СПб Электросервис». Спустя месяц после подписания акта о передаче автомобиля на хранение – 22.10.2010 – представитель общества «СПб Электросервис» Голубев А.Б. попытался забрать автотранспортное средство со стоянки общества «Альфа-Трейд», однако ему сообщили, что автомобиль уже передан другому представителю нового хранителя – Вираншу А.Ю. по доверенности. Между тем Голубев А.Б. заявил, что Виранш А.Ю. сотрудником общества «СПб Электросервис» никогда не являлся и доверенность ему не выдавалась. В ответ на обращения банка от 03.02.2011 и от 21.04.2011 об обеспечении сохранности арестованного имущества должника, управление службы судебных приставов по результатам служебной проверки направило взыскателю письмо от 27.05.2011 № 274/11-2-0, в котором указало, что судебным приставом-исполнителем допущены нарушения при ведении исполнительного производства, выразившиеся в ненадлежащей передаче имущества вновь назначенному хранителю, в отсутствии ежемесячных проверок сохранности арестованного автотранспортного средства, в непринятии мер по направлению рапорта в отдел дознания структурного подразделения о привлечении представителя специализированной организации к уголовной ответственности, предусмотренной частью 1 статьи 312 Уголовного кодекса Российской 6 Федерации. Поскольку местонахождение пропавшего автомобиля установить невозможно, управлением службы судебных приставов направлен запрос в органы прокуратуры для возбуждения уголовного дела. Постановлением дознавателя Красносельского районного отдела судебных приставов Управления Федеральной службы судебных приставов по Санкт-Петербургу от 25.05.2011 в возбуждении уголовного дела в отношении Голубева А.Б. отказано. Судебным приставом-исполнителем составлен акт от 14.02.2012 об отсутствии у должника имущества, на которое возможно обратить взыскание. В тот же день названное исполнительное производство окончено, исполнительный документ возвращен взыскателю. Полагая, что бездействие судебного пристава-исполнителя привело к невозможности обращения взыскания на залоговое имущество и, как следствие, невозможности исполнения требований исполнительного документа и возникновению убытков у взыскателя, банк обратился в арбитражный суд с настоящим иском. Оценив представленные сторонами доказательства с позиций статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суды апелляционной и кассационной инстанций отказали в иске, поскольку истцом не доказаны причинно-следственная связь между действием (бездействием) судебного пристава-исполнителя и наступившими неблагоприятными последствиями, а также наличие вины причинителя вреда. Так как пропавшее имущество должника было передано ответственному хранителю, то взыскатель не подтвердил надлежащими доказательствами, что именно в результате бездействия судебного пристава-исполнителя, а не других лиц, он лишился возможности получения присужденной суммы за счет должника. Кроме того, суды апелляционной и кассационной инстанций указали, что при определении размеров убытков банк руководствовался данными, приведенными в исполнительном листе, выданном в 2009 году, а 7 документов в подтверждение неизменности стоимости автомобиля за три года взыскателем не представлено. Между тем судами апелляционной и кассационной инстанций не учтены следующие обстоятельства. Согласно статье 1 Федерального закона от 21.07.1997 № 118-ФЗ «О судебных приставах» (далее – Закон о судебных приставах) на судебных приставов возлагаются задачи по исполнению судебных актов и актов других органов, предусмотренных Федеральным законом от 02.10.2007 № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве» (далее – Закон об исполнительном производстве). Статьей 86 Закона об исполнительном производстве установлено, что судебный пристав-исполнитель принимает меры для сохранности арестованного имущества. В соответствии с пунктом 1 статьи 886 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору хранения одна сторона (хранитель) обязуется хранить вещь, переданную ей другой стороной (поклажедателем), и возвратить эту вещь в сохранности. Поклажедателем может быть лицо, действующее на основании закона или договора и не являющееся собственником имущества. В данном случае правоотношения по хранению возникли между судебным приставом-исполнителем, действовавшим на основании Закона об исполнительном производстве и Закона о судебных приставах и выступающим поклажедателем, и хранителем, а не между взыскателем и хранителем. Следовательно, взыскатель, в пользу которого судом обращено взыскание на заложенное имущество, утраченное в ходе исполнительного производства в том числе и по вине других лиц, вправе обратиться с иском о возмещении ущерба к службе судебных приставов, что соответствует правовой позиции, изложенной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.07.2010 № 13466/08. 8 Кроме того, согласно пункту 7 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 31.05.2011 № 145 «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел о возмещении вреда, причиненного государственными органами, органами местного самоуправления, а также их должностными лицами» (далее – информационное письмо № 145) передача изъятого имущества на хранение третьему лицу не освобождает Российскую Федерацию от ответственности за убытки, причиненные вследствие необеспечения федеральным органом исполнительной власти надлежащего хранения изъятого имущества. Таким образом, в случае утраты имущества, на которое обращено взыскание, после его ареста и изъятия судебным приставом-исполнителем, в том числе в случае передачи этого имущества на ответственное хранение, взыскатель, в пользу которого обращено взыскание на заложенное имущество, может требовать возмещения ущерба, причиненного ему утратой арестованного имущества, непосредственно со службы судебных приставов. При этом взыскатель не обязан подтверждать вину и причинно- следственную связь между конкретными действиями (бездействием) судебного пристава-исполнителя, отвечающего за сохранность арестованного имущества, и утратой имущества, даже если эта утрата произошла по вине других лиц. В свою очередь служба судебных приставов, возместив взыскателю убытки, вправе взыскать их с ответственного хранителя, не исполнившего надлежащим образом своих обязательств по договору хранения. Кроме того, ссылка суда апелляционной инстанции на то, что банк не подтвердил надлежащим образом точный размер убытков, как на основание для отказа в их взыскании, не соответствует правовой позиции Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлении от 06.09.2011 № 2929/11 и материалам дела, 9 поскольку в данном случае размер убытков может быть установлен с разумной степенью достоверности, основанной на нормах права. Исполнительный лист об обращении взыскания на заложенное имущество выдан судом общей юрисдикции в целях погашения задолженности должника по кредитному договору, подтвержденной вторым исполнительным листом на сумму 314 846 рублей 22 копейки с учетом расходов по государственной пошлине. Эта сумма является максимальным размером убытков, на возмещение которого может претендовать банк в совокупности по двум исполнительным листам суда общей юрисдикции в случае утраты залогового имущества. При этом ответчик не лишен возможности доказать возникновение у банка убытков в меньшем размере, исходя из норм, регулирующих порядок переоценки арестованного имущества, если оно не было реализовано как на первоначальных, так и на повторных торгах. В связи с этим решение суда первой инстанции об удовлетворении иска о взыскании убытков тоже не может быть оставлено без изменения, поскольку суд признал их обоснованными в размере начальной продажной цены заложенного имущества – 381 900 рублей, что значительно выше суммы задолженности Федорова А.С., установленной судом общей юрисдикции. При изложенных обстоятельствах оспариваемые судебные акты подлежат отмене согласно пункту 1 части 1 статьи 304 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации как нарушающие единообразие в толковании и применении арбитражными судами норм права. Дело подлежит направлению на новое рассмотрение в суд первой инстанции. Вступившие в законную силу судебные акты арбитражных судов по делам со схожими фактическими обстоятельствами, принятые на основании нормы права в истолковании, расходящемся с содержащимся в 10 настоящем постановлении толкованием, могут быть пересмотрены на основании пунк