1. Практика Европейского Суда по правам человека
в отношении Российской Федерации [С]вобода собраний является фундаментальным правом в демократическом обществе и, наряду с правом на свободу выражения мнения, одной из его основ. Таким образом, оно не должно толковаться ограничительно (пункт 116 постановления от 12 июля 2014 года по делу «Примов и другие против Российской Федерации»). [Л]юбые меры, препятствующие свободе собраний и свободе выражения мнения, кроме случаев подстрекательства к насилию или нарушения демократических принципов, оказывают демократии плохую услугу и даже угрожают ей (пункт 67 постановления от 15 мая 2014 года по делу «Тараненко против Российской Федерации»). В демократическом обществе, основанном на верховенстве права, идеям, которые могут оспаривать существующий порядок, должна быть предоставлена возможность для надлежащего выражения через осуществление права собраний, а также другие законные средства (пункт 45 постановления от 23 октября 2008 года по делу «Сергей Кузнецов против Российской Федерации»). Несмотря на то, что в контексте [с]татьи 11 Конвенции Суд очень часто ссылался на важную роль, которую играют политические партии в обеспечении плюрализма и демократии, тем не менее ассоциации, созданные в других целях, включая те, которые провозглашают или обучают религии, также очень важны для правильного функционирования демократии. Плюрализм также строится на истинном признании и уважении многообразия и динамики культурных традиций, этнических и культурных особенностей, религиозных убеждений, художественных, литературных и социально-экономических идей и представлений. Гармоничное взаимодействие лиц и групп с разными особенностями очень важно для достижения социального единства. Это является естественным, что там, где гражданское общество функционирует должным образом, участие граждан в демократическом процессе в большей степени было достигнуто через принадлежность к ассоциациям, в которых они могут взаимодействовать друг с другом и совместно добиваться общих целей (пункт 61 постановления от 5 октября 2006 года по делу «Московское отделение армии спасения против Российской Федерации»). 6 Правовые позиции специальных докладчиков (рабочих групп), действующих в рамках Совета ООН по правам человека Специальный докладчик особо подчеркивает, что право на мирные собрания является основным правом человека и для его осуществления не требуется разрешение со стороны государства (пункт 77 Доклада Специального докладчика по вопросу о праве на свободу мирных собраний и праве на свободу ассоциации. Права на свободу мирных собраний и на свободу ассоциации. Размещен 14 сентября 2016 года. A/71/385). Права на свободу мирных собраний и свободу ассоциации признаются во множестве международных [актах], включая Всеобщую декларацию прав человека, Международный пакт о гражданских и политических правах, Международный пакт об экономических, социальных и культурных правах (пункт 50 Доклада Специального докладчика по вопросу о праве на свободу мирных собраний и праве на свободу ассоциации. Права на свободу мирных собраний и на свободу ассоциации. Размещен 14 сентября 2016 года. A/71/385). «Собрание», как оно обычно понимается, является преднамеренным и временным совместным присутствием в каком-либо закрытом или общественном месте с какой-либо конкретной целью и может принимать форму демонстраций, проводимых внутри помещений встреч, забастовок, процессий, митингов или сидячих демонстраций с целью формулирования требований и чаяний или проведения праздничных мероприятий… К собраниям могут быть потенциально отнесены даже спортивные мероприятия, музыкальные концерты и другие подобные совместные акции. Хотя собрание определяется как временное совместное мероприятие, оно может включать в себя длительные демонстрации, такие как длительные сидячие забастовки и протестные движения…. Хотя собрание обычно понимается как физическое совместное присутствие людей, было признано, что защита прав человека, включая свободу собраний, может применяться к аналогичным взаимодействиям, происходящим в сетевом режиме (пункт 10 Совместного доклада Специального докладчика по вопросу о правах на свободу мирных собраний и свободу ассоциации и Специального докладчика по вопросу о внесудебных казнях, казнях без надлежащего судебного разбирательства или произвольных казнях о надлежащем управлении собраниями. Размещен 4 февраля 2016 года A/HRC/31/66). Способность проводить собрания и действовать коллективно жизненно необходима для демократического, экономического, социального и личного развития, для выражения идей и для воспитания активных граждан. 7 Собрания могут внести позитивный вклад в развитие демократических систем и, наряду с выборами, играют основополагающую роль в участии общественности, подотчетности правительства и в народном волеизъявлении в рамках демократических процессов (пункт 5 Совместного доклада Специального докладчика по вопросу о правах на свободу мирных собраний и свободу ассоциации и Специального докладчика по вопросу о внесудебных казнях, казнях без надлежащего судебного разбирательства или произвольных казнях о надлежащем управлении собраниями. Размещен 4 февраля 2016 года. A/HRC/31/66)6. Собрания являются… средством выражения прочих социальных, экономических, политических, гражданских и культурных прав, а это означает, что они играют важную роль в деле защиты и поощрения широкого круга прав человека. Они могут иметь решающее значение для усиления голоса людей, которые подвержены маргинализации или стремятся предложить альтернативы традиционным политическим и экономическим интересам. Собрания представляют собой способ взаимодействия не только с государством, но также со структурами, обладающими властью в обществе, включая корпорации, религиозные, образовательные и культурные учреждения, и с общественным мнением в целом (пункт 6 Совместного доклада Специального докладчика по вопросу о правах на свободу мирных собраний и свободу ассоциации и Специального докладчика по вопросу о внесудебных казнях, казнях без надлежащего судебного разбирательства или произвольных казнях о надлежащем управлении собраниями. Размещен 4 февраля 2016 года. A/HRC/31/66). Сферы защиты права лица на свободу собраний и объединений
2. Практика Европейского Суда по правам человека
в отношении Российской Федерации [С]татья 11 Конвенции защищает только право на свободу «мирных собраний». Это понятие не распространяется на демонстрации, когда организаторы и участники имеют намерения применить силу… Однако даже в том случае, если существует реальная опасность публичных беспорядков в результате демонстрации, которые произойдут в силу обстоятельств, находящихся вне контроля тех, кто ее организовал, подобная демонстрация не выходит за рамки пункта 1 статьи 11 Конвенции, а любое ограничение, примененное к такому собранию, должно соответствовать 6 Режим доступа: URL: https://ap.ohchr.org/documents/dpage_e.aspx?si=A/HRC/31/66. 8 положениям пункта 2 этой статьи (пункт 66 постановления от 15 мая 2014 года по делу «Тараненко против Российской Федерации»). Гарантии статьи 11 [Конвенции]… применяются ко всем собраниям, кроме тех, где организаторы и участники имеют в качестве цели распространение жестокости, разжигание насилия или отвержение основ демократического общества иным образом (пункт 402 постановления от 7 февраля 2017 года по делу «Лашманкин и другие против Российской Федерации»). [П]раво на свободу собраний распространяется как на частные встречи и встречи в общественных местах, так и на митинги и публичные шествия. Это право может осуществляться отдельными лицами и группами лиц (пункт 55 постановления от 26 июля 2007 года по делу «Махмудов против Российской Федерации»). [С]вобода собрания, провозглашенная в [с]татье 11 Конвенции, защищает демонстрации, которые могут вызывать недовольство или оскорблять лиц, не разделяющих идеи или требования, которые отстаивают участники демонстрации… Участники должны иметь возможность продолжать демонстрацию без опасений подвергнуться физическому насилию со стороны противников (пункт 32 постановления от 26 июля 2007 года по делу «Баранкевич против Российской Федерации»). Европейский Суд неизменно рассматривает понятие «собрание» в качестве самостоятельного принципа… Учитывая формат собрания, который заявитель назвал флешмобом, Суд считает, что он подпадает под понятие «мирное собрание», содержащееся в статье 11 Конвенции (пункт 35 постановления от 19 февраля 2020 года по делу «Оботе против Российской Федерации»). Суд неоднократно постановлял, что забастовки защищаются на основании статьи 11 [Конвенции] (пункт 57 постановления от 20 ноября 2018 года по делу «Огневенко против Российской Федерации»).
3. Практика Комитета ООН по правам человека
Факт наличия защиты участия того или иного лица в каком-либо собрании в силу статьи 21 [Международного пакта о гражданских и политических правах] устанавливается в два этапа. Во-первых, необходимо определить, охватываются ли действия соответствующего лица защитой, предоставляемой на основании этого права, т.е. представляют ли собой такие действия участие в «мирном собрании»… 9 Если это так, то государство обязано уважать и обеспечивать права участников… Во-вторых, необходимо установить, являются ли какие-либо ограничения на осуществление этого права законными в данном контексте (пункт 11 Замечания общего порядка № 37 о праве на мирные собрания (статья 21). Приняты Комитетом по правам человека. Размещены 17 сентября 2020 года. CCPR/C/GC/37). Участие в собрании подразумевает организацию схода или участие в нем людей с такими целями, как самовыражение, изложение какой-либо позиции по конкретному вопросу или обмен идеями. Сход также может проводиться с целью утверждения или подтверждения групповой солидарности или идентичности. Собрания могут преследовать не только такие цели, но и носить, например, развлекательный, культурный, религиозный или коммерческий характер и при этом подлежать защите в соответствии со статьей 21 [Международного пакта о гражданских и политических правах] (пункт 12 Замечания общего порядка № 37 о праве на мирные собрания (статья 21). Приняты Комитетом по правам человека. Размещены 17 сентября 2020 года. CCPR/C/GC/37). В то время как понятие «собрание» подразумевает, что в сходе будет участвовать более одного человека, одно единственное лицо, выражающее протест, пользуется в соответствии с Пактом сопоставимой защитой, например, в силу статьи 19 [Международного пакта о гражданских и политических правах]7. Хотя осуществление права на мирные собрания обычно понимается как нечто, относящееся к физическому сходу людей, предусмотренная статьей 21 [Международного пакта о гражданских и политических правах] защита распространяется также на дистанционное участие в собраниях и их организацию, например, в онлайн-режиме (пункт 13 Замечания общего порядка № 37 о праве на мирные собрания (статья 21). Приняты Комитетом по правам человека. Размещены 17 сентября 2020 года. CCPR/C/GC/37). Во многих случаях мирные собрания организуются заранее, что оставляет организаторам время для уведомления органов власти с целью проведения необходимых приготовлений. Однако стихийные собрания, как правило, представляющие собой непосредственную реакцию на текущие события, независимо от того, координируются они или нет, в равной степени защищены статьей 21 [Международного пакта о гражданских и политических правах]. Контрдемонстрация имеет место в том случае, когда собрание проводится для того, чтобы выразить свое несогласие с другим собранием. Оба собрания могут подпадать под сферу действия защиты статьи 21 7 Свобода выражения мнений. 10 (пункт 14 Замечания общего порядка № 37 о праве на мирные собрания (статья 21). Приняты Комитетом по правам человека. Размещены 17 сентября 2020 года. CCPR/C/GC/37). Мирное собрание противопоставляется собранию, характеризующемуся широкомасштабным и тяжким насилием. Таким образом, термины «мирный» и «ненасильственный» в этом контексте взаимозаменяемы. Право на мирные собрания по определению не может осуществляться с применением насилия. В контексте статьи 21 [Международного пакта о гражданских и политических правах] под насилием, как правило, подразумевается применение участниками физической силы к другим лицам, которое может привести к телесным повреждениям или смерти, а также к нанесению значительного материального ущерба. Просто толкание и оттеснение или создание помех автомобильному или пешеходному движению или повседневной деятельности насилием не являются (пункт 15 Замечания общего порядка № 37 о праве на мирные собрания (статья 21). Приняты Комитетом по правам человека. Размещены 17 сентября 2020 года. CCPR/C/GC/37). Если участники собрания ведут себя мирно, то тот факт, что его организаторы или участники не соблюли отдельные внутренние правовые требования к проведению собрания, сам по себе не выводит участников из сферы защиты, предусмотренной статьей 21 [Международного пакта о гражданских и политических правах]. Коллективное гражданское неповиновение или акции прямого действия могут подпадать под действие статьи 21 при том условии, что они не носят насильственного характера (пункт 16 Замечания общего порядка № 37 о праве на мирные собрания (статья 21). Приняты Комитетом по правам человека. Размещены 17 сентября 2020 года. CCPR/C/GC/37). Четкую разницу между мирными и немирными собраниями можно провести не всегда, однако по презумпции собрания считаются мирными. Более того, отдельные акты насилия со стороны некоторых участников не следует приписывать другим участникам, организаторам или собранию как таковому. Таким образом, некоторые участники собрания могут быть защищены на основании статьи 21 [Международного пакта о гражданских и политических правах], а другие участники того же собрания – нет (пункт 17 Замечания общего порядка № 37 о праве на мирные собрания (статья 21). Приняты Комитетом по правам человека. Размещены 17 сентября 2020 года. CCPR/C/GC/37). Чтобы ответить на вопрос о том, является ли то или иное собрание мирным, необходимо установить, исходит ли от его участников насилие. 11 Насилие в отношении участников мирного собрания со стороны органов власти или провокаторов, действующих от их имени, не превращает такое собрание в немирное. То же самое касается и насилия в отношении собрания со стороны публики или участников контрдемонстраций (пункт 18 Замечания общего порядка № 37 о праве на мирные собрания (статья 21). Приняты Комитетом по правам человека. Размещены 17 сентября 2020 года. CCPR/C/GC/37). Действия конкретных участников собрания могут быть сочтены насильственными, если органы власти смогут представить достоверные доказательства того, что до или во время мероприятия эти участники подстрекали других к насилию и что такие действия могут привести к насилию, что участники намерены применить насилие и планируют осуществить такие намерения или что насилие с их стороны неизбежно8. Отдельных примеров таких действий недостаточно для того, чтобы охарактеризовать все собрание как немирное, однако если они явно широко практикуются внутри собрания, то участие в нем как таковое больше не защищено на основании статьи 21 [Международного пакта о гражданских и политических правах] (пункт 19 Замечания общего порядка № 37 о праве на мирные собрания (статья 21). Приняты Комитетом по правам человека. Размещены 17 сентября 2020 года. CCPR/C/GC/37). Ношение участниками собрания предметов, которые являются или могут считаться оружием, или защитного снаряжения (такого как противогазы или шлемы) не обязательно достаточно для признания действия этих участников насильственными. Этот вопрос должен решаться в каждом конкретном случае в зависимости, в частности, от национального регулирования ношения оружия (особенно огнестрельного), местных культурных обычаев, наличия признаков намерения применить насилие и опасности насилия, которую представляет собой присутствие таких предметов (пункт 20 Замечания общего порядка № 37 о праве на мирные собрания (статья 21). Приняты Комитетом по правам человека. Размещены 17 сентября 2020 года. CCPR/C/GC/37). В соответствии со статей 20 Пакта мирные собрания не могут использоваться для пропаганды войны (статья 20, пункт 1) или выступления в пользу национальной, расовой или религиозной ненависти, представляющего 8 Рабатский план действий по запрещению пропаганды национальной, расовой или религиозной ненависти, представляющей собой подстрекательство к дискриминации, вражде или насилию (A/HRC/22/17/Add.4, приложение), пункт 29 «f»). Режим доступа: URL: https://www.ohchr.org/RU/Issues/FreedomOpinion/Articles19- 20/Pages/Index.aspx 12 собой подстрекательство к дискриминации, вражде или насилию (статья 20, пункт 2). Насколько это возможно, в таких случаях следует принимать меры в отношении отдельных нарушителей, а не всего собрания в целом. Меры в связи с участием в собраниях, основные идеи которых подпадают под действие статьи 20, должны приниматься в соответствии с требованиями к ограничениям, изложенными в статьях 19 и 21 [Международного пакта о гражданских и политических правах]9 (пункт 50 Замечания общего порядка № 37 о праве на мирные собрания (статья 21). Приняты Комитетом по правам человека. Размещены 17 сентября 2020 года. CCPR/C/GC/37). Правовые позиции специальных докладчиков (рабочих групп), действующих в рамках Совета ООН по правам человека Специальный докладчик подчеркивает, что право на свободу ассоциации включает право на образование политических партий, борющихся за власть, и других ассоциаций, преследующих цели, которые могут восприниматься как «политические». Так, право на свободу мирных собраний включает право на участие в политических демонстрациях. Фактически одна из основных целей этих прав состоит в сохранении возможности мирно выражать недовольство политическими лидерами (пункт 52 Доклада Специального докладчика по вопросу о праве на свободу мирных собраний и праве на свободу ассоциации. Размещен 10 августа 2016 года. A/HRC/32/36). Свобода организовывать публичные собрания и участвовать в них должна быть гарантирована физическим лицам, группам, незарегистрированным объединениям, юридическим лицам и иным видам организаций (пункт 15 Совместного доклада Специального докладчика по вопросу о правах на свободу мирных собраний и свободу ассоциации и Специального докладчика по вопросу о внесудебных казнях, казнях без надлежащего судебного разбирательства или произвольных казнях о надлежащем управлении собраниями. Размещен 4 февраля 2016 года. A/HRC/31/66). 9 Замечание общего порядка № 34, пункты 50–52; Международная конвенция о ликвидации всех форм расовой дискриминации, статья 4; и Общая рекомендация № 35 (2013) Комитета по ликвидации расовой дискриминации о борьбе с ненавистническими высказываниями расистского толка. См. также Рабатский план действ
4. Практика Европейского Суда по правам человека
в отношении Российской Федерации «[В]мешательство» не обязательно должно являться прямым запретом, юридическим или de facto, но может состоять из различных иных мер, предпринятых властями. Термин «ограничения» в пункте 2 статьи 11 [Конвенции] следует толковать не только как меры, принятые до или во время проведения собрания, но и, например, как меры карательного характера, предпринятые впоследствии... Так, предварительный запрет может иметь негативное воздействие на лиц, которые намерены принять участие в собрании и, таким образом, является вмешательством, даже если впоследствии собрание проводится без препятствий со стороны властей... Распоряжение об изменении времени или места проведения собрания также может представлять собой вмешательство… То же самое касается мер, предпринятых властями в ходе собрания, например, разгон собраний или арест его участников… и применение наказания за участие в собрании (пункт 52 постановления от 20 февраля 2014 года по делу «Носов и другие против Российской Федерации»). Отказ в разрешении человеку совершить поездку в целях присутствия на митинге… представляет собой вмешательство (пункт 404 постановления от 7 февраля 2017 года по делу «Лашманкин и другие против Российской Федерации»). Право на свободу собраний включает в себя право на выбор времени, места и способа проведения собрания в рамках, установленных в пункте 2 статьи 11 [Конвенции]… Суд подчеркивает в этой связи, что самостоятельность организаторов в определении места, времени, способа проведения, например, будет ли это статичное собрание или процессия, или будет сообщение выражено в виде речей, слоганов, растяжек или иным способом, является важным аспектом свободы собраний. Таки образом, цель собрания часто связана с определенным местом и (или) временем, чтобы оно могло состояться в поле видимости и слышимости своего целевого объекта и во время, когда сообщение может иметь наибольшее влияние… Соответственно, в случаях, когда время и место собрания являются критически важными для участников, распоряжение об изменении времени или места может являться вмешательством в их свободу собраний, как и 10 Ограничения. 11 Упомянутые здесь сферы вмешательства не носят исчерпывающего характера. 14 запрет на речи, слоганы и растяжки (пункт 405 постановления от 7 февраля 2017 года по делу «Лашманкин и другие против Российской Федерации»). [О]тказ в регистрации объединения может представлять собой вмешательство в осуществление права на свободу объединений (пункт 29 постановления от 5 октября 2004 года по делу «Президентская партия Мордовии против Российской Федерации»)12. [П]раво верующих на свободу вероисповедания, которое включает в себя право исповедовать любую религию совместно с другими, предполагает, что верующим разрешено свободно общаться без произвольного вмешательства Государства. Решение о ликвидации религиозной общины является посягательством на право свободы вероисповедания в соответствии со статьей 9 Конвенции, толкуемой в свете статьи 11 [Конвенции], предусматривающей право на свободу объединения (пункт 52 постановления от 12 июня 2014 года по делу «Библейский Центр Чувашской Республики против Российской Федерации»). [С]рыв религиозного собрания, повлекший его преждевременное прекращение, является ограничением права на свободу религии (пункт40 постановления от 25 февраля 2020 года по делу «Дубровина и другие против Российской Федерации»).
5. Практика Комитета ООН по правам человека
Статья 21 [Международного пакта о гражданских и политических правах] и связанные с ней права защищают участников не только во время собрания и в месте его проведения. Охватываются также сопутствующие мероприятия, проводимые отдельным лицом или группой лиц вне непосредственного контекста схода, но являющееся неотъемлемой частью надлежащего проведения собрания. Таким образом, обязательства государств-участников распространяются на такие действия, как: 12 «Устоявшаяся прецедентная практика Европейского Суда заключается в том, что возможность учреждения юридического лица для совместной деятельности в сфере взаимного интереса представляет собой один из важнейших аспектов свободы объединения, без которого это право лишено всякого значения. Отказ национальных властей в предоставлении статуса юридического лица объединению лиц, религиозному или иному, составляет вмешательство в осуществление права на свободу объединения с другими… Европейский Суд ранее признавал, что отказ властей в регистрации группы прямо затрагивает саму группу и ее председателей, учредителей или индивидуальных членов… В вопросе об организации религиозной общины отказ в ее признании в качестве юридического лица также рассматривался как вмешательство в право на свободу религии с точки зрения статьи 9 Конвенции [о защите прав человека и основных свобод], осуществляемое самой общиной и ее отдельными членами» (пункт 84 постановления от 1 октября 2009 года по делу «Кимля и другие против Российской Федерации»). 15 • мобилизация ресурсов участниками или организаторами; • планирование; • распространение информации о предстоящем мероприятии; • подготовка к мероприятию и поездка на него; • общение между участниками до и во время собрания; • трансляция собрания или с него и уход с собрания после его окончания. На эти действия, как и на участие в самом собрании, могут налагаться ограничения, но они должны быть минимальными. Кроме того, никто не должен подвергаться преследованиям или репрессиям в иной форме в результате своего присутствия на мирном собрании или в связи с ним (пункт 33 Замечания общего порядка № 37 о праве на мирные собрания (статья 21). Приняты Комитетом по правам человека. Размещены 17 сентября 2020 года. CCPR/C/GC/37). Многие сопутствующие мероприятия происходят в режиме онлайн или иным образом зависят от цифровых услуг. Такие действия также защищены в соответствии со статьей 21 [Пакта]. Государства-участники не должны, например, блокировать подключение к сети «Интернет» или создавать помехи в связи с мирными собраниями. То же самое касается создания помех для подключения или доступа к контенту в определенных географических зонах или при попытках подключения посредством определенных технологий. Государствам следует не допускать необоснованных ограничений собраний или частной жизни участников собраний в результате деятельности поставщиков интернет-услуг и посредников. Любые ограничения работы систем распространения информации должны соответствовать критериям ограничения свободы выражения мнений (пункт 34 Замечания общего порядка № 37 о праве на мирные собрания (статья 21). Приняты Комитетом по правам человека. Размещены 17 сентября 2020 года. CCPR/C/GC/37). Правовые позиции специальных докладчиков (рабочих групп), действующих в рамках Совета ООН по правам человека Право на свободу мирных собраний включает в себя право: • планировать; • организовывать; • рекламировать собрание; • содействовать его проведению любым законным способом. Любые ограничения таких видов деятельности должны рассматриваться как предварительное ограничение осуществления этого права. Ограничения свободы ассоциации и выражения мнений могут также эффективно служить в качестве ограничения свободы мирных собраний 16 (пункт 19 Совместного доклада Специального докладчика по вопросу о правах на свободу мирных собраний и свободу ассоциации и Специального докладчика по вопросу о внесудебных казнях, казнях без надлежащего судебного разбирательства или произвольных казнях о надлежащем управлении собраниями. Размещен 4 февраля 2016 года. A/HRC/31/66). Способность использовать коммуникационные технологии надежно и конфиденциально имеет жизненно важное значение для организации и проведения собраний. Ограничения на доступ к информационно- телекоммуникационной сети «Интернет» или на выражение мнений в сети должны быть необходимыми и соразмерными и применяться органом, который не зависит от какого бы то ни было политического, коммерческого или иного необоснованного влияния, и следует предусмотреть достаточные гарантии против злоупотребления… Практика блокирования сообщений – с целью воспрепятствовать организации онлайн-собрания или оповещению о нем – редко удовлетворяет этим требованиям (пункт 75 Совместного доклада Специального докладчика по вопросу о правах на свободу мирных собраний и свободу ассоциации и Специального докладчика по вопросу о внесудебных казнях, казнях без надлежащего судебного разбирательства или произвольных казнях о надлежащем управлении собраниями. Размещен 4 февраля 2016 года. A/HRC/31/66). Позитивные обязательства государства по уважению, обеспечению и защите права лица на свободу собраний и объединений Общие положения
6. Практика Европейского Суда по правам человека
в отношении Российской Федерации [Х]отя основной целью [с]татьи 11 Конвенции является защита гражданина против произвольного вмешательства публичных властей в осуществление защищаемых прав, однако в дополнение может иметь место позитивное обязательство обеспечивать эффективное использование этих прав (пункт 27 постановления от 26 июля 2007 года по делу «Баранкевич против Российской Федерации»). [Н]а национальные органы власти возложено позитивное обязательство в отношении законных демонстраций по обеспечению их мирного проведения и безопасности всех граждан. Органы власти имеют широкие пределы усмотрения при выборе подлежащих использованию средств… В этой связи следует отметить: Суд уже устанавливал, что необычно длительные проверки участников, приведшие к задержке собрания, 17 составили неоправданное вмешательство в право заявителей на свободу собраний… Таким образом, применение мер безопасности в ходе публичных мероприятий, с одной стороны, является частью позитивных обязательств властей для обеспечения мирного проведения собрания и безопасности всех граждан, но, с другой стороны, также составляет ограничение осуществления права на свободу собраний (пункт 465 постановления от 7 февраля 2017 года по делу «Лашманкин и другие против Российской Федерации»).
7. Практика Комитета ООН по правам человека
Пакт налагает на государства-участники обязательство: • «уважать и обеспечивать» все признаваемые в Пакте права (статья 2, пункт 1), • принять законодательные и другие меры для достижения этой цели (статья 2, пункт 2), • обеспечивать привлечение к ответственности, • а также предоставлять эффективные средства правовой защиты в случае нарушения закрепленных в Пакте прав (статья 2, пункт 3)13. Таким образом, обязательство государств-участников в отношении права на мирные собрания включает в себя эти различные элементы, хотя в некоторых случаях это право может быть ограничено в соответствии с критериями, перечисленными в статье 21 (пункт 21 Замечания общего порядка № 37 о праве на мирные собрания (статья 21). Приняты Комитетом по правам человека. Размещены 17 сентября 2020 года. CCPR/C/GC/37). Обязательство уважать и обеспечивать право мирных собраний налагает на государства негативные и позитивные обязанности до, во время и после собраний. Негативная обязанность заключается в том, чтобы не допускать неоправданного вмешательства в проведение мирных собраний. Государства обязаны, например: • не запрещать; • не ограничивать; • не блокировать; • не рассеивать; • и не срывать мирные собрания без веских на то оснований; • а также не налагать санкции на участников или организаторов без законных оснований (пункт 23 Замечания общего порядка № 37 о праве на мирные собрания (статья 21). Приняты Комитетом по правам человека. Размещены 17 сентября 2020 года. CCPR/C/GC/37). 13 См. также Замечание общего порядка № 31. 18 [Н]а государствах-участниках лежат определенные позитивные обязанности по содействию проведению мирных собраний и созданию условий для достижения их участниками своих целей. Таким образом, государства должны содействовать созданию благоприятных условий для осуществления права на мирные собрания без дискриминации и создать правовую и институциональную базу, позволяющую эффективно осуществлять это право. В некоторых случаях органам власти придется принять определенные меры. Так, может потребоваться перекрыть улицы, перенаправить движение или обеспечить безопасность. В случае необходимости государства должны также защищать участников от возможных злоупотреблений со стороны негосударственных субъектов, например, от вмешательства или насилия со стороны других представителей общественности, участников контрдемонстраций или сотрудников частных охранных предприятий (пункт 24 Замечания общего порядка № 37 о праве на мирные собрания (статья 21). Приняты Комитетом по правам человека. Размещены 17 сентября 2020 года. CCPR/C/GC/37). Государства должны обеспечивать, чтобы законы и их толкование и применение не приводили к дискриминации в осуществлении права на мирные собрания, например по признаку расы, цвета кожи, этнической принадлежности, возраста, пола, языка, имущественного положения, религии или убеждений, политических или иных мнений, национального или социального происхождения, рождения, принадлежности к меньшинству, коренного или иного статуса, инвалидности,… или иного статуса. Особые усилия должны быть приложены, чтобы обеспечить равное и эффективное поощрение и защиту права на мирные собрания лиц, которые являются членами групп, подвергающихся или подвергавшихся дискриминации, или которые могут сталкиваться с отдельными трудностями в том, что касается участия в собраниях. Кроме того, государства обязаны защищать участников от всех форм дискриминационных злоупотреблений и нападений (пункт 25 Замечания общего порядка № 37 о праве на мирные собрания (статья 21). Приняты Комитетом по правам человека. Размещены 17 сентября 2020 года. CCPR/C/GC/37). Право на мирные собрания не ограждает участников от протестов со стороны других членов общества. Государства должны уважать и обеспечивать проведение контрдемонстраций как полноценных собраний, не допуская при этом необоснованного срыва тех собраний, против которых они направлены (пункт 26 Замечания общего порядка № 37 о праве на мирные собрания (статья 21). Приняты Комитетом по правам человека. Размещены 17 сентября 2020 года. CCPR/C/GC/37). 19 Возможность того, что мирное собрание может спровоцировать негативную реакцию или даже насилие со стороны некоторых групп населения, не является достаточным основанием для запрета собрания или ограничений в его отношении. Государства обязаны принимать все разумные меры, которые не влекут за собой несоразмерного бремени, для защиты всех участников и для обеспечения проведения таких собраний без нарушений их хода (пункт 27 Замечания общего порядка № 37 о праве на мирные собрания (статья 21). Приняты Комитетом по правам человека. Размещены 17 сентября 2020 года. CCPR/C/GC/37). Правовые позиции специальных докладчиков (рабочих групп), действующих в рамках Совета ООН по правам человека Полное и свободное осуществление права на свободу мирных собраний возможно только там, где созданы благоприятные и безопасные условия для широкой общественности, в том числе для гражданского общества и правозащитников, и где нет чрезмерных или необоснованных ограничений доступа к общественным местам. Препятствия созданию и работе ассоциаций, слабая защита лиц, осуществляющих и защищающих права человека, от репрессий, чрезмерные и несоразмерные наказания за нарушения закона, необоснованные ограничения на использование общественных мест – все это негативно сказывается на осуществлении права на свободу мирных собраний (пункт 7 Совместного доклада Специального докладчика по вопросу о правах на свободу мирных собраний и свободу ассоциации и Специального докладчика по вопросу о внесудебных казнях, казнях без надлежащего судебного разбирательства или произвольных казнях о надлежащем управлении собраниями. Размещен 4 февраля 2016 года. A/HRC/31/66). Надлежащее управление собраниями требует защиты широкого круга прав и их осуществления всеми заинтересованными сторонами. Участники собраний имеют целый ряд охраняемых прав, включая следующие права: • на свободу мирных собраний, мнений, ассоциаций и убеждений; • участие в ведении государственных дел; • физическую неприкосновенность, включая права на безопасность, на свободу от жестокого, бесчеловечного или унижающего достоинство обращения или наказания и на жизнь; • человеческое достоинство; • неприкосновенность частной жизни; • эффективное средство правовой защиты от любых нарушений прав человека (пункт 8 Совместного доклада Специального докладчика по вопросу о правах на свободу мирных собраний и свободу ассоциации и Специального докладчика по вопросу о внесудебных казнях, казнях без 20 надлежащего судебного разбирательства или произвольных казнях о надлежащем управлении собраниями. Размещен 4 февраля 2016 года A/HRC/31/66)14. Международное право требует, чтобы государства уважали и гарантировали права всех лиц. Обязательство гарантировать права означает, что государства должны воздерживаться от ограничения осуществления прав в случаях, когда это прямо не разрешено международным правом. Обязательство гарантировать права – это позитивная обязанность, которая требует от государств как реализации, так и защиты прав. Защита прав требует принятия позитивных мер по предотвращению действий негосударственных субъектов, которые могут помешать их осуществлению. Реализация прав требует от государств создания, облегчения или обеспечения необходимых условий для осуществления прав (пункт 14 Совместного доклада Специального докладчика по вопросу о правах на свободу мирных собраний и свободу ассоциации и Специального докладчика по вопросу о внесудебных казнях, казнях без надлежащего судебного разбирательства или произвольных казнях о надлежащем управлении собраниями. Размещен 4 февраля 2016 года. A/HRC/31/66). Обязанность государства защищать собрания и содействовать их проведению распространяется на одновременные собрания и контрдемонстрации, в случае которых участники одного или нескольких собраний выражают несогласие с участниками других собраний. Следует способствовать, насколько это возможно, проведению собраний, включая стихийные собрания и контрдемонстрации, в пределах видимости и слышимости их целевой аудитории (пункт 24 Совместного доклада Специального докладчика по вопросу о правах на свободу мирных собраний и свободу ассоциации и Специального докладчика по вопросу о внесудебных казнях, казнях без надлежащего судебного разбирательства или произвольных казнях о надлежащем управлении собраниями. Размещен 4 февраля 2016 года. A/HRC/31/66). Обязанность государства содействовать проведению собраний предполагает его ответственность за предоставление основных услуг, 14 «[Н]и одно из прав, которыми пользуются участники данного собрания, никоим образом не зависит от выражаемого ими политического или какого-либо иного контента» (пункт 11 Совместного доклада Специального докладчика по вопросу о правах на свободу мирных собраний и свободу ассоциации и Специального докладчика по вопросу о внесудебных казнях, казнях без надлежащего судебного разбирательства или произвольных казнях о надлежащем управлении собраниями. Размещен 4 февраля 2016 года. A/HRC/31/66). 21 включая управление дорожным движением, обеспечение медицинских услуг и услуг по уборке. Организаторы не должны отвечать за предоставление таких услуг, и от них не следует требовать участия в оплате связанных с ними расходов (пункт 40 Совместного доклада Специального докладчика по вопросу о правах на свободу мирных собраний и свободу ассоциации и Специального докладчика по вопросу о внесудебных казнях, казнях без надлежащего судебного разбирательства или произвольных казнях о надлежащем управлении собраниями. Размещен 4 февраля 2016 года. A/HRC/31/66). Обязанности и полномочия правоохранительных органов в ходе обеспечения права лица на свободу собраний. Прекращение проведения публичного мероприятия по инициативе органов власти. Применение указанными органами в том числе летальной силы15
8. Практика Европейского Суда по права человека
в отношении Российской Федерации [О]пределение того, как реагировать на публичное мероприятие, относится, в первую очередь, к рамкам сферы дискреционного права национальных властей, напрямую взаимодействующих с участниками (пункт 169 постановления от 26 апреля 2016 года по делу «Новикова и другие против Российской Федерации»). [Д]аже в делах, где органы власти не были уведомлены о публичном мероприятии в надлежащем порядке, но где участники такого мероприятия не представляли опасность для общественного порядка, разгон мирного собрания милицией не может рассматриваться как «необходимый в демократическом обществе» (пункт 56 постановления от 26 июня 2014 года по делу «Крупко и другие против Российской Федерации»). В… особых обстоятельствах, в которых немедленное реагирование может быть оправданным, например, в ответ на политическое событие в форме спонтанной демонстрации, прекращение связанного с таким событием публичного мероприятия исключительно из-за отсутствия необходимого предварительного уведомления, без совершения каких-либо незаконных действий со стороны ее участников, может представлять собой 15 Для сведения: в 2021 году в Верховном Суде Российской Федерации подготовлено Обобщение практики и правовых позиций международных договорных и внедоговорных органов, действующих в сфере защиты прав и свобод человека, по вопросам защиты права лица на жизнь. Размещено на официальном сайте Верховного Суда Российской Федерации в разделе «Документы (подраздел «Международная
9. Практика Комитета ООН по правам человека
Сотрудники правоохранительных органов, участвующие в охране общественного порядка при проведении собраний, должны уважать и обеспечивать осуществление основных прав организаторов и участников, защищая при этом журналистов, лиц, ведущих мониторинг, и наблюдателей, медицинский персонал и иных граждан, а также государственную и частную собственность от причинения вреда. Органам власти следует в качестве основного подхода стремиться в случае необходимости содействовать проведению мирных собраний (пункт 74 Замечания общего порядка № 37 о праве на мирные собрания (статья 21). Приняты Комитетом по правам человека. Размещены 17 сентября 2020 года. CCPR/C/GC/37)17. В случае необходимости присутствия сотрудников правоохранительных органов охрану общественного порядка при проведении собрания следует планировать и осуществлять таким образом, чтобы обеспечить возможность проведения собрания в предусмотренном порядке и свести к минимуму возможность причинения вреда какому-либо лицу и ущерба имуществу (пункт 76 Замечания общего порядка № 37 о праве на мирные собрания (статья 21). Приняты Комитетом по правам человека. Размещены 17 сентября 2020 года. CCPR/C/GC/37). Должны существовать четкая схема субординации, а также протоколы регистрации и документирования событий, обеспечения идентификации сотрудников и сообщения о любом применении силы (пункт 77 Замечания общего порядка № 37 о праве на мирные собрания (статья 21). Приняты Комитетом по правам человека. Размещены 17 сентября 2020 года. CCPR/C/GC/37). 17 Режим доступа: URL: https://tbinternet.ohchr.org/_layouts/15/treatybodyexternal/Download.aspx?symbolno=CCPR%2fC%2fG C%2f37&Lang=en. 24 Сотрудникам правоохранительных органов следует прилагать усилия для деэскалации ситуаций, которые могут вылиться в насильственные действия. Они обязаны исчерпать ненасильственные средства и дать предварительное предупреждение, если применение силы становится абсолютно необходимым, за исключением случаев, в которых и то, и другое будет явно неэффективным. Любое применение силы должно соответствовать основополагающим принципам законности, необходимости, пропорциональности, предосторожности и недискриминации, применимым к статьям 6 и 7 Пакта, а лица, применяющие силу, должны нести ответственность за каждый случай применения силы18. Внутренние правовые режимы, регулирующие применение силы сотрудниками правоохранительных органов, должны быть приведены в соответствие с требованиями, закрепленными в международном праве, на основе таких стандартов, как Основные принципы применения силы и огнестрельного оружия должностными лицами по поддержанию правопорядка и Руководство Организации Объединенных Наций по соблюдению прав человека при применении менее смертоносного оружия в правоохранительной деятельности (пункт 78 Замечания общего порядка № 37 о праве на мирные собрания (статья 21). Приняты Комитетом по правам человека. Размещены 17 сентября 2020 года. CCPR/C/GC/37). С законной правоохранительной целью во время собрания в необходимых случаях может быть использована только минимально требуемая сила. После того, как необходимость в применении силы отпала, например, после надежного задержания применившего насилие лица, дальнейшее использование силы недопустимо19. Сотрудники правоохранительных органов могут применять силу в степени, не превышающей пропорциональную законной цели, заключающейся в рассеивании участников собрания, предотвращении преступления или осуществлении или содействии законному задержанию правонарушителей или лиц, подозреваемых в совершении правонарушения. Внутреннее право не должно наделять должностных лиц широкими неограниченными полномочиями, например применять «силу» или «всю необходимую силу» для рассеивания собраний или просто «стрелять по ногам». В частности, внутреннее право не должно допускать применения силы к участникам собрания беспричинно, чрезмерно или на дискриминационной основе (пункт 79 Замечания общего порядка № 37 о праве на мирные собрания (статья 21). Приняты Комитетом по правам человека. Размещены 17 сентября 2020 года. CCPR/C/GC/37). 18 Замечание общего порядка № 36 (2018) о праве на жизнь, пункты 13–14. 19 Кодекс поведения должностных лиц по поддержанию правопорядка, статья 3. 25 Для охраны общественного порядка во время собраний следует направлять только сотрудников правоохранительных органов, прошедших подготовку по соответствующим вопросам, включая применимые стандарты в области прав человека. В ходе подготовки сотрудников нужно информировать об особых потребностях в ходе участия в мирных собраниях отдельных лиц или групп населения, находящихся в уязвимом положении, к которым в некоторых случаях могут относиться женщины, дети и инвалиды (пункт 80 Замечания общего порядка № 37 о праве на мирные собрания (статья 21). Приняты Комитетом по правам человека. Размещены 17 сентября 2020 года. CCPR/C/GC/37). Все сотрудники правоохранительных органов, на которых возложены задачи по охране общественного порядка в ходе собраний, должны быть должным образом экипированы, включая в случае необходимости надлежащее и позволяющее выполнять данные задачи менее смертоносное оружие и защитное снаряжение… Правоохранительным органам следует проявлять бдительность в отношении потенциально дискриминационного воздействия определенных тактических действий своих сотрудников, в том числе в контексте новых технологий. Они должны принимать соответствующие меры (пункт 81 Замечания общего порядка № 37 о праве на мирные собрания (статья 21). Приняты Комитетом по правам человека. Размещены 17 сентября 2020 года. CCPR/C/GC/37). Профилактическое задержание конкретных лиц с тем, чтобы помешать их участию в собраниях, может представлять собой произвольное задержание, которое несовместимо с правом на мирные собрания, особенно в том случае, если задержание длится более нескольких часов. В случае если такое задержание допустимо по внутреннему праву, то к нему можно прибегать только в самых исключительных случаях, его длительность не должна превышать строго необходимого времени и оно может производиться только если у органов власти имеются доказательства намерения соответствующих лиц совершить насильственные действия в ходе конкретного собрания или подстрекать к таким действиям и если другие меры, направленные на предотвращение насилия, со всей очевидностью будут неэффективны. Практика неизбирательных массовых арестов до, во время или после собрания является произвольной и, следовательно, неправомерной (пункт 82 Замечания общего порядка № 37 о праве на мирные собрания (статья 21). Приняты Комитетом по правам человека. Размещены 17 сентября 2020 года. CCPR/C/GC/37). Право останавливать граждан и проводить личный досмотр применительно к тем, кто участвует или собирается участвовать в собраниях, должно осуществляться при наличии обоснованных подозрений в 26 совершении или угрозе совершения серьезного правонарушения и не должно использоваться дискриминационно. Только лишь тот факт, что органы власти связывают какое-либо лицо с мирным собранием не является разумным основанием для его остановки и личного досмотра (пункт 83 Замечания общего порядка № 37 о праве на мирные собрания (статья 21). Приняты Комитетом по правам человека. Размещены 17 сентября 2020 года. CCPR/C/GC/37). Блокирование (рассечение), при котором сотрудники правоохранительных органов окружают и блокируют группу участников, может применяться только в случае необходимости этой меры и ее пропорциональности необходимости пресечения фактически совершаемого насилия или устранения неминуемой угрозы, исходящей от этой группы. Во многих случаях предпочтительнее применять не рассечение, а необходимые правоохранительные меры в отношении конкретных лиц. Особое внимание следует уделять блокированию, насколько это возможно, только лиц, непосредственно связанных с насилием, и ограничению продолжительности блокирования до минимально необходимого. В тех случаях, когда блокирование применяется неизбирательно или в карательном порядке, оно нарушает право на мирные собрания, а также может нарушать другие права, такие как недопустимость произвольного задержания и свобода передвижения (пункт 84 Замечания общего порядка № 37 о праве на мирные собрания (статья 21). Приняты Комитетом по правам человека. Размещены 17 сентября 2020 года. CCPR/C/GC/37). Рассеивание собрания может осуществляться только в исключительных случаях. К рассеиванию можно прибегнуть, если собрание как таковое уже не является мирным или если имеются явные свидетельства неминуемой угрозы серьезного насилия, которую нельзя разумно устранить с помощью более пропорциональных мер, таких как задержание конкретных лиц. В любом случае необходимо строго соблюдать правила применения силы, действующие для правоохранительных органов…. Собрание, остающееся мирным, но создающее существенные помехи, например, длительное блокирование движения, может быть рассеяно, как правило, только в том случае, если такие помехи являются «серьезными и продолжительными» (пункт 85 Замечания общего порядка № 37 о праве на мирные собрания (статья 21). Приняты Комитетом по правам человека. Размещены 17 сентября 2020 года. CCPR/C/GC/37). В тех случаях, когда решение о рассеивании принято в соответствии с внутренним и международным правом, следует избегать применения силы. Если в данных обстоятельствах это невозможно, то может быть применена 27 только минимально необходимая сила20. Насколько это возможно, силу во всех случаях следует применять в отношении конкретного лица или группы лиц, совершающих насильственные действия или угрожающих насилием. Силу, в результате применения которой могут быть нанесены телесные повреждения, не являющиеся незначительными, не следует применять к отдельным лицам или группам, оказывающим пассивное сопротивление (пункт 86 Замечания общего порядка № 37 о праве на мирные собрания (статья 21). Приняты Комитетом по правам человека. Размещены 17 сентября 2020 года. CCPR/C/GC/37). Менее смертоносные виды оружия с широким радиусом поражения (слезоточивый газ и водяные пушки), как правило, имеют неизбирател
10. Практика Комитета ООН по правам человека
Особо важную роль в полном осуществлении права на мирные собрания играют журналисты, правозащитники, наблюдатели на выборах и другие лица, участвующие в мониторинге или отчетности в отношении собраний. Эти лица имеют право на защиту в соответствии с Пактом. Им не может быть запрещено выполнять эти функции или необоснованно ограничивать их выполнение, в том числе в части мониторинга действий сотрудников правоохранительных органов (пункт 30 Замечания общего порядка № 37 о праве на мирные собрания (статья 21). Приняты Комитетом по правам человека. Размещены 17 сентября 2020 года. CCPR/C/GC/37). Правовые позиции специальных докладчиков (рабочих групп), действующих в рамках Совета ООН по правам человека Все лица имеют право наблюдать за собраниями и, как следствие, осуществлять их мониторинг. Это право является производным от права на поиск и получение информации, которое гарантировано статьей 19 (2) Международного пакта о гражданских и политических правах. Концепция 36 мониторинга предполагает не только акт наблюдения за собранием, но также активный сбор, проверку и немедленное использование информации для решения проблем, связанных с соблюдением прав человека (пункт 68 Совместного доклада Специального докладчика по вопросу о правах на свободу мирных собраний и свободу ассоциации и Специального докладчика по вопросу о внесудебных казнях, казнях без надлежащего судебного разбирательства или произвольных казнях о надлежащем управлении собраниями. Размещен 4 февраля 2016 года. A/HRC/31/66). Наблюдатели обычно определяются как не участвующие в собрании и представляющие третьи стороны лица или группы, основной целью которых является наблюдение и запись происходящего на публичном собрании. В качестве наблюдателей обычно выступают национальные учреждения по правам человека, омбудсмены, межправительственные организации и организации гражданского общества. Важную роль играют журналисты, в том числе гражданские журналисты (пункт 69 Совместного доклада Специального докладчика по вопросу о правах на свободу мирных собраний и свободу ассоциации и Специального докладчика по вопросу о внесудебных казнях, казнях без надлежащего судебного разбирательства или произвольных казнях о надлежащем управлении собраниями. Размещен 4 февраля 2016 года. A/HRC/31/66). Государства обязаны защищать права наблюдателей за собраниями. Эта обязанность включает в себя как уважение права наблюдать и осуществлять контроль за всеми аспектами собрания, так и содействие осуществлению этого права при условии узких допустимых ограничений, изложенных в статье 19 (3) Международного пакта о гражданских и политических правах. Наблюдатели пользуются всеми другими правами человека. Государство должно полностью расследовать любые нарушения или ущемления прав человека наблюдателей, осуществлять судебное преследование виновных и обеспечивать адекватные средства правовой защиты. Средства защиты, предоставляемые наблюдателям, применяются независимо от того, является ли собрание мирным (пункт 70 Совместного доклада Специального докладчика по вопросу о правах на свободу мирных собраний и свободу ассоциации и Специального докладчика по вопросу о внесудебных казнях, казнях без надлежащего судебного разбирательства или произвольных казнях о надлежащем управлении собраниями. Размещен 4 февраля 2016 года. A/HRC/31/66). Каждый – будь то участник или наблюдатель – имеет право на запись происходящего на собрании, включая запись операции по поддержанию правопорядка. Это также включает в себя право на запись его взаимодействия, записанного представителем власти, – оно иногда 37 упоминается как право на «обратную запись». Государство должно защищать это право. Конфискация, изъятие и/или уничтожение записей, а также аудио- и видеозаписывающего оборудования без рассмотрения дела в суде должны запрещаться и наказываться (пункт 71 Совместного доклада Специального докладчика по вопросу о правах на свободу мирных собраний и свободу ассоциации и Специального докладчика по вопросу о внесудебных казнях, казнях без надлежащего судебного разбирательства или произвольных казнях о надлежащем управлении собраниями. Размещен 4 февраля 2016 года. A/HRC/31/66). Позитивные обязательства государства в связи со сбором личной информации в ходе реализации лицом права на свободу собраний Правовые позиции специальных докладчиков (рабочих групп), действующих в рамках Совета ООН по правам человека Сбор точной информации должностными лицами по поддержанию правопорядка может быть полезным для надлежащего управления собраниями, позволяя правоохранительным органам выполнять их обязанности, связанные с подготовкой к мирным собраниям и содействием их проведению. Сбор и обработка информации личного характера (например, с помощью записывающих устройств, замкнутой телевизионной системы и внедренных сотрудников полиции) должны соответствовать требованиям защиты от произвольного или незаконного вмешательства в личную жизнь (пункт 73 Совместного доклада Специального докладчика по вопросу о правах на свободу мирных собраний и свободу ассоциации и Специального докладчика по вопросу о внесудебных казнях, казнях без надлежащего судебного разбирательства или произвольных казнях о надлежащем управлении собраниями. Размещен 4 февраля 2016 года. A/HRC/31/66). Законы и меры политики, регулирующие сбор и обработку информации, касающейся собраний или их организаторов и участников, должны отвечать критериям законности, необходимости и соразмерности. Учитывая степень вмешательства таких методов, порог для этих критериев особенно высок. Когда сбор и обработка данных затрагивает осуществление прав, они могут представлять собой нарушение прав на свободу мирных собраний и на выражение мнений (пункт 74 Совместного доклада Специального докладчика по вопросу о правах на свободу мирных собраний и свободу ассоциации и Специального докладчика по вопросу о внесудебных казнях, казнях без надлежащего судебного разбирательства или произвольных казнях о надлежащем управлении собраниями. Размещен 4 февраля 2016 года. A/HRC/31/66). 38 Хотя для записи собрания могут существовать законные причины, продиктованные соображениями охраны правопорядка и подотчетности, запись участников может оказать негативное воздействие на осуществление прав, включая права на свободу собраний, ассоциации и выражения мнений. Запись участников мирных собраний в таком контексте и, таким образом, что это может быть расценено как запугивание и преследование, является недопустимым вмешательством в осуществление этих прав (пункт 76 Совместного доклада Специального докладчика по вопросу о правах на свободу мирных собраний и свободу ассоциации и Специального докладчика по вопросу о внесудебных казнях, казнях без надлежащего судебного разбирательства или произвольных казнях о надлежащем управлении собраниями. Размещен 4 февраля 2016 года. A/HRC/31/66). Использование законспирированных агентов для добычи данных, касающихся собраний, представляется проблематичным. Такой высокий уровень вмешательства сопряжен с большим риском нарушения прав и поэтому его следует разрешать только в том случае, когда существуют разумные основания подозревать, что может быть совершено серьезное преступление. Властям следует выяснить, является ли предлагаемая тайная деятельность единственным способом раздобыть требуемую информацию и оправдывает ли ценность этой информации такое вмешательство. При этом следует принимать во внимание последствия такой деятельности для прав всех затрагиваемых лиц, а не только ее объектов (пункт 77 Совместного доклада Специального докладчика по вопросу о правах на свободу мирных собраний и свободу ассоциации и Специального докладчика по вопросу о внесудебных казнях, казнях без надлежащего судебного разбирательства или произвольных казнях о надлежащем управлении собраниями. Размещен 4 февраля 2016 года. A/HRC/31/66). Позитивные обязательства государства по обеспечению и защите права лица на доступ к информации, относящейся к собраниям Правовые позиции специальных докладчиков (рабочих групп), действующих в рамках Совета ООН по правам человека Возможность доступа к информации имеет важное значение, так как позволяет людям осуществлять свои права в связи с собраниями и обеспечивает подотчетность. Информация включает в себя записи, осуществленные каким-либо государственным органом на любом уровне или частными органами, выполняющими государственные функции (пункт 79 Совместного доклада Специального докладчика по вопросу о правах на свободу мирных собраний и свободу ассоциации и Специального докладчика по вопросу о внесудебных казнях, казнях без надлежащего судебного 39 разбирательства или произвольных казнях о надлежащем управлении собраниями. Размещен 4 февраля 2016 года. A/HRC/31/66). Должны быть тщательно разработаны исключения из права на информацию для защиты важнейших государственных и частных интересов, включая неприкосновенность частной жизни. Исключения следует применять лишь там, где существует риск причинения значительного ущерба защищаемому интересу и где ущерб превышает по своему значению общую заинтересованность общественности в получении доступа к информации. Государственный орган обязан продемонстрировать, что данная информация подпадает под исключения. Его решения должны подлежать надзору и контролю (пункт 81 Совместного доклада Специального докладчика по вопросу о правах на свободу мирных собраний и свободу ассоциации и Специального докладчика по вопросу о внесудебных казнях, казнях без надлежащего судебного разбирательства или произвольных казнях о надлежащем управлении собраниями. Размещен 4 февраля 2016 года. A/HRC/31/66). Позитивные обязательства государства по защите права лица на свободу собраний и объединений от вмешательства со стороны частных (третьих) лиц Правовые позиции специальных докладчиков (рабочих групп), действующих в рамках Совета ООН по правам человека Предприятия обязаны уважать права человека, в том числе в связи с собраниями. Для этого предприятиям следует избегать оказания или содействия оказанию неблагоприятного воздействия на права чел